Помоги проекту - поделись книгой:
– Всегда знал, что у тебя нет вкуса, – усмехнулся хозяин вечеринки, а Коля наигранно оскорбился.
– Я попрошу! У этого товарища слащавый голос для бабулек и странные тексты.
– Ага! Вот и ахиллесова пята! –Кирилл молниеносно достал телефон и что–то нажал. Раздалась музыка, похожая на что–то, что играло бы на средневековом фестивале.
– Не–е–е–е–ет! – Коля вскинул руки.
– «Ты натура утонченная», – запел динамик сладким мужским голосом, – «папа твой в посольстве служит дипломатом».
– Достоевским увлеченная, – начал подпевать Кирилл, довольно глядя на изводившегося Колю.
– А ведь замуж выходить давно уж надо, –начала подпевать Алина. Не один ее знакомый не любил Меладзе так же, как и она. Хотя Кирилл выглядел довольно экспрессивно.
– Но–о–о–о–о–о, – затянули они оба вместе с певцом. – Девушкам из высшего общества–а–а–а–а трудно избежать одиночеств–а–а–а–а!
– Все, все, таймаут! – Коля уже умирал.
– Ладно, ладно, – Кирилл театрально смахнул слезу, выступившую от смеха. Алина тоже посмеялась. Кажется, не все так плохо.
– Значит, пошел второй круг, – подытожила Настя и посмотрела на два своих загнутых пальца. – Я никогда не читала немецким философов.
– Что–о–о–о? Коль, да брось, – Кирилл насмешливо смотрел на его загнутый палец. Парень надменно посмотрел на него. Алина улыбнулась. Ребята так дурачились, что было видно, что они – хорошие друзья.
– Между прочим, я читал Канта в оригинале.
– Вот как? – поднял бровь Кирилл.
– Йа, йа!
– А мне больше Гегель нравится, – сказала Алина. Она даже удивилась своей инициативе. Обычно в компаниях она молчала, если ее не спрашивала, а тут… Что вдруг на нее нашло? Коля же поднял брови и вытянул губы, превращая рот в перевернутую подкову.
– Наконец хоть кто–то образованный!
– Правда из немецких авторов мне больше всех нравится Кафка.
– О, теперь ты заговорила на моем языке, – повернулся к ней Кирилл.
– «Процесс» – мой любимый роман.
– Полностью согласен.
– Так, а ну–ка не отвлекайтесь, – Настя внимательно смотрела на руку Алины. – У нас есть победитель!
Девушка удивленно опустила глаза и увидела кулак. Надо же.
– Чемпионке нужно выпить!
Кирилл подлил Алине пунш, и та взяла стакан.
– Пей! Пей! Пей! – скандировали ребята, пока девушка залпом пила пунш. Пузырьки щекотали горло, а голова немного закружилась.
– Е–е–е–е! – Настя захлопала, когда Алина поставила пустой стакан на стол. – Блин, я что–то проголодалась. Давайте закажем пиццу?
– Удачи с этим, – усмехнулся Коля. – Ты забыла, что я не «Папа Джонс», а Катя не ест в «Додо пицце»?
– А что насчет «Лил чиза»? – задумчиво спросила Алина.
– Кого–чего? – переспросил Коля.
– Очень классная пиццерия. О ней мало кто знает, но она дешевая и очень вкусная. Правда, я там давно не ела.
– Давайте оттуда, – пожал плечами парень, доставая телефон. – Как еще раз?
Пока ребята ждали пиццу, Катя рассказала Алине, как играть в настолку, которая все ждала своего часа на столе, а Настя поставила музыку. Играть так и не стали, все начали петь и танцевать. Глядя, как неумело извивается Коля, фальшивят девочки и Кирилл, Алина только рассмеялась и быстро влилась в трио, превратив его в квартет.
Когда привезли ужин, девушка взяла кусочек своей любимой пиццы – овощной с пепперони. Она казалась даже вкусней, чем раньше.
– М–м–м–м, боже, как вкусно, – прочавкала Алина. Давно забытая радость плясала на языке.
– Теперь это моя любимая пицца, потрясающе, – покачал головой Коля, уминая кусок.
– Согласна, – Катя боролась с сыром.
– Угу, – Настя не отвлекалась на разговоры, а продолжала вгрызаться в тесто.
– Стойте! – Кирилл замер и округлил глаза. – А сколько времени?
Коля лениво посмотрел на часы и тоже замер.
– Твои ж макаронины! Двадцать восемь минут первого!
Все прекратили есть. Они пропустили Новый год.
– А знаете, что? – Алина положила пиццу и подняла стакан с пуншем. – Правительство наверняка перевело часы на пол часа вперед, а настоящий Новый год на самом деле будет через две минуты!
Все заулыбались.
– Тогда надо все сделать правильно! – Кирилл бросился на кухню и притащил бутылку шампанского. – Скорее, стаканы мне!
Ребята наперегонки начали подставлять стаканы. Когда все были с напитками, хозяин поднял стакан.
– За уходящий год, за прекрасных старых друзей и потрясающих новых!
– Ура!
– Четыре! Три! – начал отсчет Коля. – Два! Один! С Новым годом!
– С Новым годом!
– Загадывайте желание! – вскрикнула Катя. Алина зажмурила глаза.
«Не хочу забывать эту ночь».
Девушка распахнула глаза и бросилась к рюкзаку. Из его недр показался розовый палароид.
– Давайте сфотографируемся!
– Да!
Все сгрудились, обняли друг друга и улыбнулись.
– Отличное фото! – воскликнула Настя, глядя на вылезшую из аппарата карточку.
– Спасибо!
– Алин, ты должна запечатлить это, пока не поздно, – Коля состроил гримасу и подхватил кусок пиццы. Девушка рассмеялась и сфоткала парня.
– И это! – Настя с Катей замотались в мишуру. Очередной щелк.
– Это все фигня, – Кирилл подскочил и начал лихо отплясывать под песню с маракасами. Парень взял две пластиковые бутылки и начал крутить ими. Алина рассмеялась и сделала очередной снимок. В этот момент ее меньше всего волновал лимит в десять кадров.
Ребята танцевали, ели, пели и пили, разговаривали еще много часов. Алина фотографировала ребят, а они – ее, до тех пор, пока не закончилась пленка. Теперь девушке было, что показать Амину. В какой–то момент Кирилл, уставши, присел на диван.
– Я, пожалуй, пойду покурить.
– Я с тобой, – Алина встала, оставив ребят спорить о феминизме. Ей хотелось подышать свежим воздухом.
– А почему ты куришь на улице? – спросила девушка, пока они ехали в лифте.
– Балкона нет, а на лестничной клетке сумасшедшая бабка развела теплицу, и не дай бог ты покуришь рядом с ее чахлыми цветочками.
Алина усмехнулась.
– Бывает.
– А три реки впадали в оке–е–еа–а–н, – запел себе под нос Кирилл.
– И в нем снова проснулся фанат Меладзе, – улыбнулась девушка, выходя на улицу.
– Коля его подавляет, но как только я выхожу на улицу, великий творец становится свободным. «Был ли он животным, если музыка так волновала его?»
– О, смотрю рядом с Меладзе и Кафка оказался?
Кирилл закурил. Иногда он начинал говорить какие–то совершенно случайные вещи, но Алина уже успела привыкнуть.
– Я рад, что ты влилась в компанию, – парень выдохнул белое облачко.
– Спасибо, что позвал, – девушка поежилась. На улице было холодно, а она накинула куртку на майку, потому что свитер повязали Коле на голову ради уже забытой шутки. Они уже все успели побывать в одежде друг друга, когда играли в «покажи меня».
– А я говорил, что случайные знакомства – самые лучшие.
Алина кивнула и задрожала. Вдруг она оказалась в объятиях внутри куртки Кирилла. Он обхватил ее руками. Алина прижалась к его груди и уткнулась замерзшим носом в теплый свитер. В этот момент было даже теплее и мягче, чем в кровати, чем когда–либо.
Кирилл поцеловал Алину в макушку. По ее телу пробежали мурашки. Это было так приятно и так… реально… Девушка зарылась лицом в вязаный свитер.
– Ого, это что? – вдруг произнес Кирилл. Алина подняла голову. С неба падали крупные белые хлопья.
– Снег пошел, – сказала девушка, подставляя под него ладони. Даже не верилось, что он наконец начал идти.
– Насколько я не люблю снег, но сейчас прям здорово.
– Да, – выдохнула Алина.
– Этот исторический момент надо запечатлеть, – и Кирилл достал телефон из кармана. – Ничего себе! Уже семь утра! Хах, я даже спать не хочу. А ты?
Алина смотрела на Кирилла и улыбалась. Удивительно, она никогда не думала, что серые глаза могут быть такими красивыми.
– Я высыпалась ради этой ночи.
Как стать волшебником?
Регина Хайруллова
За окном завивался волшебный снег. Делая обороты, он медленно падал на дорожки, освещенные редкими фонарями. Солнце еще не встало. Женщина взглянула на кухонные часы.
– Лерочка, вставай! – сказала она. Никто не ответил. – Лерочка!
По–прежнему молчание. Тогда женщина сама пошла в комнату сына.
– Вставай! Проспишь.
– Нет, рано, – пробормотали из–под одеяла.
– Уже семь. Пора.
Поделиться книгой: