— Хорошо. — Кленси повернулся и вышел из отеля, Капровски следовал за ним. Доктор Фримен все еще стоял у бровки тротуара с саквояжем в руках. Брови его удивленно поднялись, когда он увидел, что Кленси спустился с крыльца на улицу и направился к машине.

— Куда вы направляетесь, Кленси?

— В госпиталь, конечно.

— Вы хотите, чтобы я поехал с вами?

Кленси остановился, размышляя.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, док. Они сами с ним там управятся. — Он поднял голову. — Вы можете вернуться и поспать. Мне очень жаль, что я побеспокоил вас напрасно.

Капровски выдвинулся вперед и нервно откашлялся.

— А как со мной, лейтенант?

Кленси посмотрел на громадного детектива, сдержав горькие упреки, которые рвались с его губ. Что сделано, то сделано; его мысли были заняты возникшей проблемой.

— Насколько хорошо вы разглядели этого типа с ружьем?

— Я почти ничего не увидел, — Капровски покачал головой. — Неясное пятно, скорее это просто впечатление, темный костюм с обмотанным вокруг лица белым шарфом. Я даже не знаю был ли он высок или низок: он мог стоять согнувшись. Все произошло слишком быстро.

— Да… Ладно, опечатайте комнату и устройте общую проверку на месте. Я не думаю, что вам удастся что-то найти, но если парень был неопытный, он мог бросить ружье где-то в отеле. — В его голосе снова появилась горечь. — Весьма вероятно, что он уже забрался в постель или пьет пиво где-то на углу. — Кленси поднял голову, взгляд его снова стал твердым. — Я жду вас в участке завтра утром. Сегодня утром. Пораньше. В семь.

— Я буду на месте. — Капровски поколебался. — Послушайте, лейтенант, простите меня.

— Ладно. — Тот забрался в машину и вставил ключ в зажигание.

— Пойдемте, док. Я подброшу вас к стоянке такси.

Они отъехали от обочины. Доктор Фримен глянул на ледяной профиль Кленси, склонившегося над рулем.

— Вы были очень резки с Капровски, Кленси.

Губы Кленси яростно скривились.

— Я был не так резок, как будет резок Чалмерс со мной, когда узнает о случившемся.

— Тем не менее, — резонно заметил доктор, — Кап сделал только то, что сделал бы любой на его месте. Просто это была одна из тех бандитских… — Он замолчал на мгновение. — Вы сказали — Чалмерс?

— Да, вот именно.

— Так это он поручил вам эту роль сторожевого пса?

— О, я получил ее достаточно официально, — сказал Кленси. — Сэм Уайз позвонил мне — он болен и лежит дома в постели, но все организовал Чалмерс.

— О, — как и все в полицейском управлении, доктор Фримен был знаком с историей перевода Кленси в 52-й участок. — Это очень плохо. Чалмерс не самый разумный человек на свете. Он сделает все, что будет в его силах, чтобы выставить вас в этом деле в самом плохом свете.

Кленси смотрел на дорогу впереди.

— Я выгляжу достаточно плохо и без его помощи. — Он глянул на доктора и слабая улыбка промелькнула у него на губах. — Не беспокойтесь обо мне, док. Самое худшее, что они могут сделать, так это понизить меня в чине, а именно сейчас работа дежурного сержанта представляется мне прекрасной. По крайней мере, я буду спать по ночам.

Доктор Фримен достал из кармана сигарету и наклонился вперед, чтобы нажать прикуриватель. Кленси вынул коробку спичек и протянул их доктору.

— Боюсь, однако, что из этого ничего не выйдет. — Он покачал головой, улыбка исчезла, челюсти снова сжались. — Черт возьми! Я не смогу прожить без работы и нескольких дней!

Доктор Фримен закурил сигарету и посмотрел на жесткое лицо человека, сидевшего за рулем.

— Отнеситесь к этому спокойнее, Кленси. Расслабьтесь. Это просто один из тех случаев, когда вас постигла неудача. И Чалмерс ничего не сможет вам сделать — Капровски расскажет ему все, что произошло.

Челюсти Кленси снова сжались.

— Пока еще я лейтенант в этом участке, сказал он твердо, — а не Капровски. Я несу ответственность за случившееся.

— Ну ладно, не стоит беспокоиться раньше, чем в этом возникнет необходимость, — доктор Фримен глубоко затянулся и откинулся назад. — Судя по тому, что рассказывает Капровски, этот Росси еще не умер. А из того, что я слышал, братья Росси достаточно мерзкие негодяи.

Кулаки Кленси, стиснутые на руле, побелели.

— Да, — сказал он без всякого выражения, уставившись на ветровое стекло. — Они достаточно мерзкие негодяи. До тех пор, пока они не потеряли эти драгоценные десять пинт крови…

Суббота, 3.45

Частный госпиталь в жилой части города представлял собой длинное двенадцатиэтажное здание, переделанное из жилого дома, на Вест-Энд авеню. Кленси остановился как можно ближе ко входу и прошел немного назад. Машины скорой помощи не было видно, возможно, она стояла у заднего входа или уже уехала по другому вызову. Он пожал плечами и вошел через вращающиеся стеклянные двери в небольшой холл. Отличие от стандартного холла жилого дома заключалась в том, что стены были выкрашены в мягкие тона, на них висели современные цветные литографии, оборудована стойка и вдоль одной стены стояло несколько диванчиков, обитых хлопчатобумажной тканью ярких расцветок. На низеньком столике перед диванчиками лежала аккуратная стопка свежих журналов. В стороне за невысоким полированным деревянным ограждением стоял стеллаж, заваленный бумагами, а за ним — ряд сверкающих шкафов для историй болезней. Кленси осмотрел пустой холл, думая, как бы привлечь чье-нибудь внимание, и в этот момент двери небольшого лифта у задней стены холла медленно раскрылись и появилась медсестра. Двери лифта тихо закрылись за ней.

— Мисс…

Она остановилась, твердый взгляд серых глаз симпатичной молодой женщины спокойно изучал посетителя.

— Да?

Кленси шагнул вперед, держа в руках скомканную шляпу.

— К вам привезли человека с огнестрельным ранением из отеля «Фарнуорт». Не могли бы вы сказать мне, каково его состояние?

Она прошла вперед, аккуратно села за стойку и начала просматривать какие-то формуляры.

— Вы имеете в виду мистера Рендала?

— Да.

Она подняла на него глаза.

— Вы его родственник?

Кленси на мгновение заколебался. Затем опустил руку в карман, вытащил бумажник, раскрыл его и протянул ей.

— Я — лейтенант Кленси из 52-го участка.

— О! — Она понимающе кивнула. — Он сейчас в операционной, лейтенант. Мы еще не знаем, закончил ли доктор Уиллард его оперировать.

— Понимаю. Не знаете ли вы, как долго…

Звук раскрывшейся позади него двери заставил его обернуться; через холл шел патрульный полицейский высокого роста. Кленси удовлетворенно кивнул.

— Привет, Френк. У меня здесь есть для вас работа.

— Привет, лейтенант. Я знаю, сержант мне сказал. Что я должен делать?

— Наверху в операционной находится человек. Я хочу, чтобы вы поднялись туда и подождали перед операционной, пока они не вывезут его оттуда; потом я хочу, чтобы вы устроились перед его комнатой и присмотрели, чтобы он остался в добром здравии.

Высокий патрульный кивнул, почти бессознательно положив руку на свой пистолет.

— Понял, лейтенант. Вы хотите, чтобы я застрелил его, если он попытается сбежать?

Кленси устало покачал головой. — Нет. Его уже довольно серьезно подстрелили. И он не будет пытаться бежать. Вы здесь для того, чтобы никто его не добил.

— Все понятно, лейтенант. — Рука упала с пистолета; патрульный повернулся к медсестре с вопросительным выражением лица.

— Операционная расположена на седьмом этаже, — спокойно сказала та.

— Хорошо. — Он несколько рисуясь подошел к лифту, вошел внутрь и нажал кнопку. Двери лифта бесшумно закрылись за ним. Кленси обернулся к медсестре.

— Теперь, мисс…

Двери, ведущие в холл, снова распахнулись, на этот раз с громким стуком. Прозвучали громкие шаги, чья-то рука грубо схватила Кленси за плечо. Глаза помощника районного прокурора горели от бешенства; он весь кипел.

— Лейтенант, если что-нибудь случится с моим свидетелем…

Кленси освободил свою руку и нахмурился, глаза его сузились.

— Что вы здесь делаете, Чалмерс?

— Что вы имеете в виду, когда спрашиваете, что я здесь делаю? Мой свидетель застрелен и вы спрашиваете…

— Я имею в виду, как вы узнали об этом? Так быстро?

— Как я узнал — в этом кое-что есть! В этом действительно кое-что есть! Вы надеялись сохранить это в тайне, лейтенант?

Кленси стиснул зубы; симпатичная медсестра с любопытством наблюдала за перепалкой.

— Чалмерс, либо вы ответите на мой вопрос, либо я устрою скандал, ударив помощника районного прокурора! Как вы узнали об этом?

Рот помощника районного прокурора недоверчиво раскрылся.

— Что вы сделаете? Ударите меня?

Кленси шагнул вперед; его пальцы жестко впились в плечо помощника прокурора.

— Чалмерс, я последний раз спрашиваю вас, — как вы узнали об этом?

Чалмерс откинулся назад и посмотрел на свой рукав так, словно его больше интересовал ущерб, нанесенный его костюму, а не его достоинству.

— Разумеется, мне позвонил управляющий отеля. Теперь вам понятно, лейтенант…

— Управляющий? Прекрасно. Вы ему сказали кто такой Рендал на самом деле? Ну, так сделали вы это или нет?

Чалмерс временно оставил свое воинственное настроение и недоверчиво посмотрел на Кленси.

— Конечно, я не сделал этого!

Кленси какое-то время еще держал его за рукав, потом его рука опустилась.

— Кто-то знал, кто он такой и где он находится. Кто еще мог знать об этом помимо вашей подозрительной секретарши?

Взгляд Чалмерса стал жестким.

— Я в любом случае уверен в своей секретарше… — Лицо его покраснело и к нему снова вернулся дар речи. — Послушайте, лейтенант. Вам не удастся избежать ответственности за такое происшествие! Ваша работа заключалась в том, чтобы сохранить его в безопасности. Никто не мог знать, кто он такой и где он находится!

Кленси, на которого это не произвело никакого впечатления, кивнул.

— Прекрасно. Пожалуй, вскоре вы убедите меня, что в него вообще никто не стрелял. Хорошо, тогда ответьте мне. Кто еще мог знать об этом?

Чалмерс открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Он повернулся к молоденькой медсестре, весь преисполненный достоинства.

— Сестра, меня зовут Чалмерс. Я являюсь одним из помощников районного прокурора этого округа. Я хотел бы увидеть доктора, занимающегося этим случаем.

— Боюсь, что он все еще в операционной.

— Как долго он будет там находиться?

Девушка спокойно изучала его.

— Я не могу сказать наверняка.

Чалмерс взглянул на свои часы.

— Хорошо, передайте ему, что я хотел бы увидеться с ним, как только он закончит.

Холодные серые глаза медсестры продолжали изучать его. Затем она кивнула, сняла телефонную трубку и что-то тихо сказала. В тишине небольшого холла было отчетливо слышно неразборчивое бормотание на другом конце провода. Трубка вернулась на место.

— Сестра в операционной сказала, что сейчас зайдет туда и думает, что скоро все закончится. Она передаст вашу просьбу врачу. Но прежде чем он спустится, пройдет довольно много времени.

Чалмерс кивнул.

— Хорошо. Кстати, кто он?

В первый раз медсестра почувствовала себя неуверенно.