Гнездо ласточки [авторский сборник]

Иван Никитин

ГНЕЗДО ЛАСТОЧКИ

Стихи

Иван Саввич Никитин

(1824–1861)

Русь

Под большим шатром Голубых небес — Вижу — даль степей Зеленеется. И на гранях их, Выше тёмных туч, Цепи гор стоят Великанами. По степям, в моря, Реки катятся, И лежат пути Во все стороны. Посмотрю на юг: Нивы зрелые, Что камыш густой. Тихо движутся; Мурава лугов Ковром стелется. Виноград в садах Наливается.
Гляну к северу: Там, в глуши пустынь, Снег, что белый пух, Быстро кружится; Подымает грудь Море синее, И горами лёд Ходит по морю; И пожар небес Ярким заревом Освещает мглу Непроглядную… Широко ты, Русь, По лицу земли В красе царственной Развернулася! У тебя ли нет Поля чистого, Где б разгул нашла Воля смелая?
У тебя ли нет Богатырских сил, Старины святой, Громких подвигов? Перед кем себя Ты унизила? Кому в чёрный день Низко кланялась? На полях своих, Под курганами, Положила ты Татар полчища. Ты на жизнь и смерть Вела спор с Литвой И дала урок Ляху гордому[1]. И давно ль было. Когда с Запада Облегла тебя Туча тёмная?[2] Под грозой её Леса падали, Мать сыра-земля Колебалася, И зловещий дым От горевших сёл Высоко вставал Чёрным облаком! Но лишь кликнул царь Свой народ на брань, — Вдруг со всех концов Поднялася Русь. Собрала детей, Стариков и жён, Приняла гостей На кровавый пир. И в глухих степях, Под сугробами, Улеглися спать Гости навеки.
Хоронили их Вьюги снежные, Бури севера О них плакали!.. И теперь среди Городов твоих Муравьём кишит Православный люд.
По седым морям, Из далёких стран, На поклон к тебе Корабли идут. И поля цветут, И леса шумят, И лежат в земле Груды золота. И во всех концах Света белого Про тебя идёт Слава громкая. Уж и есть за что, Русь могучая. Полюбить тебя. Назвать матерью, Стать за честь твою Против недруга, За тебя в нужде Сложить голову!

* * *

Детство весёлое, детские грёзы — Только вас вспомнишь, — улыбка и слёзы… Голову няня в дремоте склонила, На пол с лежанки чулок уронила, Прыгает кот, шевелит его лапкой, Свечка уж меркнет под огненной шапкой, Движется сумрак, в глаза мне глядит… Зимняя вьюга шумит и гудит. Прогнали сон мой рассказы старушки. Вот я в лесу у порога избушки; Ждёт к себе гостя колдунья седая — Змей подлетает, огонь рассыпая. Замер лес тёмный, ни свиста, ни шума, Смотрят деревья угрюмо, угрюмо! Сердце моё замирает-дрожит… Зимняя вьюга шумит и гудит.

* * *

Первый гром прогремел. Яркий блеск в синеве, В тёплом воздухе песни и нега; Голубые цветки в прошлогодней траве Показались на свет из-под снега. Пригреваются стёкла лучом золотым; Вербы почки свои распустили; И с надворья гнездо над окошком моим Сизокрылые голуби свили! Что за робкие гости! Чуть мимо идёшь, — Торопливо головки поднимут, Смотрят долго и зорко… Того только ждёшь, Что бедняжки приют свой покинут. Как я рад им! Боюсь и окно отворять: Всё мне кажется, их испугаю; Беззащитным созданьям легко помешать, А легко ль им живётся — я знаю. Чуть окрасится небо полоской огня И сквозь стёкла рассвет забелеет, — Воркотнёю своей они будят меня: Посмотри, мол, как зорька алеет. Стал уютней, светлей уголок мой теперь: Этой кроткой семьи новоселье, Может быть, после смут, и борьбы, и потерь Предвещает мне мир и веселье!

* * *

Погуляла вода По зелёным лугам — Вдоволь бури понаслушалась; Поломала мостов, Потопила дворов — Вольной жизнью понатешилась. Миновала весна, Присмирела река, — По песку течёт — не мутится; В ночь при месяце спит, Дунет ветер — молчит, Только хмурится да морщится.

Утро

Звёзды меркнут и гаснут. В огне облака. Белый пар по лугам расстилается. По зеркальной воде, по кудрям лозняка От зари алый свет разливается. Дремлет чуткий камыш. Тишь-безлюдье вокруг. Чуть приметна тропинка росистая. Куст заденешь плечом, — на лицо тебе вдруг С листьев брызнет роса серебристая. Потянул ветерок — воду морщит-рябит. Пронеслись утки с шумом и скрылися. Далеко, далеко колокольчик звенит. Рыбаки в шалаше пробудилися. Сняли сети с шестов, вёсла к лодкам несут… А восток всё горит-разгорается. Птички солнышка ждут, птички песни поют, И стоит себе лес, улыбается. Вот и солнце встаёт, из-за пашен блестит; За морями ночлег свой покинуло, На поля, на луга, на макушки ракит Золотыми потоками хлынуло. Едет пахарь с сохой, едет — песню поёт, По плечу молодцу всё тяжелое… Не боли ты, душа! Отдохни от забот! Здравствуй, солнце да утро весёлое!

Гнездо ласточки

Кипит вода, ревёт ручьём, На мельнице и стук и гром, Колёса-то в воде шумят, А брызги вверх огнём летят, От пены-то бугор стоит, Что мост живой, весь пол дрожит. Шумит вода, рукав трясёт, На камни рожь дождём течёт, Под жёрновом муку родит, Идёт мука, в глаза пылит. Об мельнике и речи нет. В пыли, в муке, и лыс и сед, Кричит весь день про бедный люд: Вот тот-то мот, вот тот-то плут… Сам, старый чёрт, как зверь глядит, Чужим добром и пьян и сыт; Детей забыл, жену извёл; Барбос с ним жил, барбос ушёл… Одна певунья-ласточка Под крышей обжилась, Свила-слепила гнёздышко, Детьми обзавелась.. Поёт, пока не выгнали. Чужой-то кров — не свой; Хоть не любо, не весело, Да свыкнешься с нуждой. В ночь тёмную под крылышко Головку подогнёт И спит себе под гром и стук, Носком не шевельнёт.

* * *

Ярко звёзд мерцанье В синеве небес; Месяца сиянье Падает на лес. В зеркало залива Сонный лес глядит; В чаще молчаливой Темнота лежит. Слышен меж кустами Смех и разговор; Жарко косарями Разведён костёр. По траве высокой, С цепью на ногах, Бродит одиноко Белый конь впотьмах. Вот уж песнь заводит Песенник лихой. Из кружка выходит Парень молодой. Шапку вверх кидает. Ловит — не глядит, Пляшет-приседает, Соловьём свистит. Песне отвечает Коростель в лугах, Песня замирает Далеко в полях… Золотые нивы, Гладь и блеск озёр. Светлые заливы, Без конца простор. Звёзды над полями. Глушь да камыши… Так и льются сами Звуки из души!

Пахарь

Солнце за день нагулялося, За кудрявый лес спускается; Лес стоит под шапкой тёмною, В золотом огне купается. На бугре трава зелёная Спит, вся искрами обрызгана, Пылью розовой осыпана Да каменьями унизана. Не слыхать-то в поле голоса, Молча ворон на меже сидит, Только слышен голос пахаря, — За сохой он на коня кричит.
С ранней зорьки пашня чёрная Бороздами подымается, Конь идёт — понурил голову, Мужичок идёт — шатается… Уж когда же ты, кормилец наш, Возьмёшь верх над долей горькою? Из земли ты роешь золото, Сам-то сыт сухою коркою! Зреет рожь — тебе заботушка: Как бы градом не побилася, Без дождей в жары не высохла, От дождей не положилася. Хлеб поспел — тебе кручинушка: Убирать ты не управишься, На корню-то он осыплется, Без куска-то ты останешься. Урожай — купцы спесивятся; Год плохой — в семье все мучатся. Всё твой двор не поправляется. Детки грамоте не учатся. Где же клад твой заколдованный, Где талан твой, пахарь, спрятался? На труды твои да на горе Вдоволь вчуже я наплакался!

* * *

В синем небе плывут над полями Облака с золотыми краями; Чуть заметен над лесом туман, Тёплый вечер прозрачно-румян. Вот уж веет прохладой ночною; Грезит колос над узкой межою; Месяц огненным шаром встаёт, Красным заревом лес обдаёт.

* * *

Село замолчало; безлюдны дороги; Недвижно бор тёмный стоит; На светлые воды, на берег отлогий Задумчиво месяц глядит. Как яркие звёзды, в тумане сверкают Вдоль луга огни косарей, И бледные тени их смутно мелькают Вокруг разведённых огней. И вторит отчётливо чуткое эхо Уснувших давно берегов Разгульные песни и отзывы смеха И говор весёлых косцов. Вот песни умолкли; огни потухают; Пустынно и тихо вокруг; Лишь светлые звёзды на небе сияют И смотрят на воды и луг. Как призраки, в зеркале вод отражаясь, Зелёные ивы стоят И, мерно от тихого ветра качаясь, Чуть слышно ветвями шумят… Спит люд деревенский, трудом утомлённый, Лишь где-нибудь бедная мать Ребёнка при свете лучины зажжённой Сквозь сон продолжает качать; Да с жёсткой постели поднятый нуждою, Бездетный и слабый старик Плетёт себе обувь дрожащей рукою Из свежих размоченных лык.

27 марта 1854 г.

Песня бобыля

Ни кола, ни двора, Зипун — весь пожиток… Эх, живи — не тужи, Умрёшь — не убыток! Богачу-дураку И с казной не спится; Бобыль гол как сокол, Поёт-веселится. Он идёт да поёт, Ветер подпевает; Сторонись, богачи! Беднота гуляет! Рожь стоит по бокам, Отдаёт поклоны… Эх, присвистни, бобыль! Слушай, лес зелёный! Уж ты плачь ли не плачь, — Слёз никто не видит, Оробей, загорюй, — Курица обидит. Уж ты сыт ли не сыт, — В печаль не вдавайся; Причешись, распахнись, Шути-ультбайся! Поживём да умрём, — Будет голь пригрета… Разумей, кто умён, — Песенка допета!

Староста

Что не туча тёмная По небу плывёт, — На гумно по улице Староста идёт. Борода-то чёрная, Красное лицо, Волоса-то жёсткие Завились в кольцо. Пузо перевязано Красным кушаком, Плечи позатянуты Синим кафтаном. Палкой подпирается, Бровью не ведёт; В сапоги-то новые Мера ржи войдёт. Он идёт по улице — Без метлы метёт; Курица покажется, — В ворота шмыгнёт. Одаль да с поклонами Мужички идут, Ребятишки малые Ко дворам ползут. Утомился староста На гумне стоит, Гладит ус и бороду Да на люд глядит. На небе ни облачка, Ветерок-ат спит, Солнце землю-матушку Как огнём палит. От цепов-то стук и дробь, — Стонет всё гумно; Баб и девок жар печёт, Мужичков равно. На гумне-то стон стоит, Весело гумно: Потом обливается Каждое зерно.

Утро на берегу озера

Ясно утро. Тихо веет Тёплый ветерок; Луг как бархат зеленеет, В зареве восток. Окаймлённое кустами Молодых ракит, Разноцветными огнями Озеро блестит. Тишине и солнцу радо, По равнине вод Лебедей ручное стадо Медленно плывёт. Вот один взмахнул лениво Крыльями, — и вдруг Влага брызнула игриво Жемчугом вокруг. Привязав к ракитам лодку, Мужички вдвоём, Близ осоки, втихомолку, Тянут сеть с трудом. По траве, в рубашках белых, Скачут босиком Два мальчишки загорелых На прутах верхом. Крупный пот с них градом льётся, И лицо горит; Звучно смех их раздаётся, Голосок звенит. «Ну, катай наперегонки!» А на шалунов С тайной завистью девчонка Смотрит из кустов.
«Тянут, тянут! — закричали Ребятишки вдруг. — Вдоволь, чай, теперь поймали И линей и щук». Вот на береге отлогом Показалась сеть. «Ну, вытряхивай-ка, с богом — Нечего глядеть!» Так сказал старик высокий, Весь как лунь седой, С грудью выпукло-широкой, С длинной бородой. Сеть намокшую подняли Дружно рыбаки; На песке затрепетали Окуни, линьки. Дети весело шумели: «Будет на денёк!» И на корточки присели Рыбу класть в мешок.

* * *

Синее небо, и сумрак, и тишь. Смотрится в воду зелёный камыш. Полосы света по речке лежат. В золоте тучки над лесом горят. Девичья пляска при зорьке видна, Девичья песня за речкой слышна, По лугу льётся, по чаще лесной… Там услыхал её сторож седой; Белый как лунь, он под дубом стоит. Дуб не шелохнется, сторож молчит.

* * *

Полно, степь моя, спать беспробудно: Зимы-матушки царство прошло, Сохнет скатерть дорожки безлюдной, Снег пропал, — и тепло и светло. Пробудись и умойся росою, В ненаглядной красе покажись, Принакрой свою грудь муравою, Как невеста, в цветы нарядись. Полюбуйся: весна наступает, Журавли караваном летят, В ярком золоте день утопает, И ручьи по оврагам шумят. Белоснежные тучки толпами В синеве, на просторе плывут, По груди у тебя полосами, Друг за дружкою, тени бегут. Скоро гости к тебе соберутся. Сколько гнёзд понавьют, — посмотри! Что за звуки, за песни польются День-деньской, от зари до зари! Там уж лето… ложись под косою, Ковыль белый, в угоду косцам! Подымайся, копна за копною! Распевайте, косцы, по ночам! И тогда, при мерцанье румяном Ясных зорек в прохладные дни, Отдохни, моя степь, под туманом, Беззаботно и крепко усни.

Ночлег в деревне

Душный воздух, дым лучины, Под ногами сор, Сор на лавках, паутины По углам узор; Закоптелые полати, Чёрствый хлеб, вода. Кашель пряхи, плач дитяти… О нужда, нужда! Мыкать горе, век трудиться, Нищим умереть..: Вот где нужно бы учиться Верить и терпеть!

* * *

По всей стели — ковыль, по краям — всё туман. Далеко, далеко от кургана курган; Облака в синеве белым стадом плывут, Журавли в облаках перекличку ведут. Не видать ни души. Тонет в золоте день, Пробежать по траве ветру сонному лень. А цветы-то, цветы! Как живые стоят, Улыбаются, глазки на солнце глядят, Словно речи ведут, как их жизнь коротка, Коротка, да без слёз, от забот далека. Вот и речка… Не верь! То под жгучим лучом Отливается тонкий ковыль серебром. Высоко, высоко в небе точка дрожит, Колокольчик весёлый над степью звенит. В ковыле гудовень — и поют, и жужжат. Раздаются свистки, молоточки стучат; Средь дорожки глухой пыль столбом поднялась, Закружилась, в широкую степь понеслась… На все стороны путь: ни лесочка, ни гор! Необъятная гладь! Неоглядный простор!

* * *

В чистом поле тень шагает, Песня из лесу несётся, Лист зелёный задевает, Жёлтый колос окликает, За курганом отдаётся. За курганом, за холмами, Дым-туман стоит над нивой, Свет мигает полосами, Зорька тучек рукавами Закрывается стыдливо. Рожь да лес, зари сиянье, — Дума бог весть где летает… Смутно листьев очертанье, Ветерок сдержал дыханье, Только молния сверкает.

* * *

Настала осень. Скучен город. Дожди, туманы, резкий холод, Ночь чёрная и серый день — И по нужде покинуть лень Свой тёплый угол. Вечерами Вороны, галки над садами Кричат, сбираясь на ночлег. Порой нежданный, мокрый снег Кружится, кровли покрывает, К лицу и платью пристаёт, И снова мелкий дождь пойдёт, И ветер свистом досаждает. Куда ни глянешь — ручейки Да грязь и лужи. Окна плачут, И, морщась, пешеходы прячут Свои носы в воротники.

Выезд ямщика

Ну, кажись, я готов: Вот мой кафтанишко, Рукавицы на мне, Новый кнут под мышкой… Слышь, жена! погляди, Каковы уздечки! Вишь, вот медный набор, Вот махры, колечки. А дуга-то, дуга, — В золоте сияет… Прр… шалишь, коренной! Знай песок копает! Ты, дружок, не блажи; Старость твою жалко!.. Так кнутом проучу, — Станет небу жарко!.. Сидор вожжи возьмёт — Чёрта не боится! Пролетит, — на него Облачко дивится! Только крикнет: «Ну, ну! Эх ты, беззаботный!» — Отстаёт позади Ветер перелётный! А седок-то мне — тьфу! Коли скажет: «Легче!» Нет, мол, сел, так сиди Да держись покрепче.
Уж у нас, коли лень, — День и ночь спим сряду; Коли пир — наповал, Труд — так до упаду; Коли ехать, — катай! Головы не жалко! Нам без света светло, Без дороги — гладко! Ну, Матрёна, прощай! Оставайся с богом; Жди обновки себе Да гляди за домом. Да кобыле больной Парь трухою ногу… Не забудь!.. А воды Не давай помногу.
Ну-ка, в путь! Шевелись! Эх, как понеслися! Берегись ты, мужик, Глух, что ль?.. Берегися!..

* * *

Одеты серые луга туманом; То дождь польёт, то снег летит. И глушь и дичь. На берегу песчаном  Угрюмо тёмный лес стоит. Дождю навстречу, мерными шагами, Под лямкой бурлаки идут И тянут барку крепкими плечами — Слабеть канату не дают. Их ноги грязью до колен покрыты. Шапчонки лезут на глаза, Потёрлось платье, лапти поизбиты, От поту взмокли волоса. «Бери причал! живее, что ль! заснули!» — Продрогший кормчий закричал. И бурлаки верёвки натянули, — И барка стала на привал. Огонь зажжён; дым в клочьях улетает; Несутся быстро облака: И ветром барку на волнах качает, И плещет на берег река.

Встреча зимы