Присвоенный

Со стоном, ерзая бедрами, он позволил себе расслабиться… и, когда из него вышло семя, он не остановился. Словно Лидия была своего рода эротическим стимулятором, воспоминание о ней, прижавшейся к его торсу, давало ему сексуальный запал, который нельзя было истощить за раз. Даже за два.

Или три.

Все это время он представлял, что наполняет ее, высвобождается в нее, толкается так глубоко, что заливает ее лоно до краев.

И все это время он знал, что эта фантазия сбудется.

Господь спаси их обоих.

Глава 22

Да, решила Хекс, она вернется в Колонию.

Когда в столовой Первая Трапеза подошла к концу, и домочадцы разошлись, она вышла через парадную дверь особняка, а рядом с ней шел Джон Мэтью. Оба они были хорошо вооружены, но на дежурство они не собирались. Во-первых, она не была Братом и не боролась за расу подобным образом… и даже если бы она участвовала в сражениях, супружеским парам никогда не разрешалось выходить на поле боя вместе.

— Ты готов?

Она задала вопрос, который был больше адресован ей самой. И когда Джон решительно кивнул, она почувствовала, что он отвечает за них обоих. Взяв его за руку, она притянула его к себе, и Джон прижался губами к ее губам для долгого поцелуя.

Я с тобой, — произнес он одними губами, когда холодный весенний ветер подул им в лицо. — Всегда.

— Я ни хрена тебя не заслуживаю.

«Нет» показал он знаками. «Заслуживаешь».

На этом они дематериализовались, двигаясь в виде рассеянных молекул еще дальше на северо-запад, к ровным плоскостям на дальней стороне горного хребта Адирондак-Парк.

Ей казалось, что она направляется прямиком в пасть ада.

Колонию основали потому, что симпатов не приветствовали рядом с вампирами уже много поколений… и по веской причине. Со стороны отца ее родословная была поистине дьявольской. Представители подвида были социопатами с особыми способностями, совершенно равнодушные и не имеющие отношения к досадным мелочам вроде морали, сочувствия и сострадания.

И да, ее брат вписался в эту токсичную смесь.

Принимая форму рядом с прудом, который выглядел как реклама деревенской жизни, Хекс обнаружила, что Джон уже был на месте, с двумя смертоносными пистолетами в руках, его прищуренные глаза осматривали сельский пейзаж.

Да, хрен здесь расслабишься, в этом местечке. Несмотря на скамейку у плакучей ивы и столики для пикника у велосипедной дорожки, территория никогда не принадлежала муниципалитету, и здесь не было ничего, к чему хотелось бы прикоснуться или на что хотелось бы присесть и расслабиться.

Но в этом и весь смысл. Это была ловушка для людей, приманка для того, чтобы переключиться и собрать игрушки: вход в подземный лабиринт Колонии находился там, всего в тридцати ярдах от них. Было около полдюжины таких новых форпостов, разбросанных по территории в четыреста акров, каждый из которых был замаскирован одним и тем же надувательским «здесь ничего не происходит» и «держись отсюда подальше». В конкретном случае в хлипком, невзрачном здании возле общественных туалетов была лестница, и была причина, объяснявшая отсутствие замков, предупреждений, всяких препятствий для людей.

Эти ублюдки-симпаты знали толк в ловушках, не так ли?

Джон Мэтью похлопал ее по плечу, и, когда она оглянулась, показал: «Рив здесь. Он позаботится о том, чтобы ничего не случилось».

Учитывая беспокойство в его глазах, ее естественная реакция была примерно такой — «я не волнуюсь». Но она никогда ничего не могла скрыть от своего хеллрена.

— Рив — хороший парень, — все, что она могла сказать.

Что ж, на самом деле, Король симпатов был намного сложнее. Как и она, полукровка, он обладал сочетанием характеристик как вампирской стороны, так и опасной выгребной ямой ДНК их отцов. Но, по крайней мере, ей не требовался дофамин на постоянной основе, чтобы держать себя под контролем. В отличие от нее, Рив должен был принимать лекарства, чтобы оставаться вменяемым…

Дверь сарая открылась, и из нее вышла фигура в кроваво-красных одеждах, похожая на певца из воскресного хора, потерявшего свое место возле алтаря.

Когда ветер изменил направление, Хекс уловила запах Блэйда, ее клыки удлинились, и она вытащила пистолет из кобуры.

Отвратительный смех, раздавшийся на ветру, заставил ее усомниться в задуманном. Встреча. Квест, в который она попала. Реальность, которая по ее ощущениям, полностью вышла из-под ее контроля. И пока ее брат сокращал расстояние, он был именно таким, каким она запомнила: высокий, с мощным телосложением, его волнистые черные как смоль волосы, как стая ворон, кружили вокруг его головы.

Или это был ореол зла.

— Возвращение блудной сестры, — протянул он.

— Избавь меня от этой чуши, будь добр.

— Разве так нужно приветствовать свою родню? — Блэйд посмотрел на Джона Мэтью. — А это кто? Подожди, дай угадаю, он твой…

У Блэйда не было шанса закончить то, что, без сомнения, было оскорблением, сделанным вероятно, с помощью сексуальных намеков. Джон Мэтью понял это в мгновение ока — в одну секунду он стоял поодаль от другого мужчины, а в следующую уже держал ее брата за горло мускулистым предплечьем и приставил один из пистолетов к виску ее «родственника».

В последовавшей тишине Хекс подумала… Даааааааа, это и была одна из причин, по которой она вышла замуж за этого парня.

Между тем, Блэйд, также известный как Гораций в Колонии, даже глазом не моргнул. Он просто улыбнулся ей, его клыки были длинными и белыми.

— Значит, он связан, — был его ответ.

— Ага, — сказала она. — И я не сильно расстроюсь, если он пустит пулю тебе в лоб. Более того, ему светит за это пару отличных минетов.

Брови Джона Мэтью приподнялись. Затем он произнес одними губами: Чуууудно.

Блэйд не особо впечатлился.

— О, но тогда ты не получишь то, за чем ты пришла, не так ли? Путешествие сюда из золоченой клетки, в которой ты живешь на горе, окажется пустой тратой времени. И подумай о счетах за химчистку — здесь ветрено, так что мои мозги оросят твою кожаную одежду… сестра моя.

— Уверена, есть другие способы узнать то, что мне нужно.

— Да ну?

— Без сомнений.

— Тогда прискажи ему нажать на курок. Сейчас. Давай.

Хекс стиснула зубы.

— Хватит играть в эти игры, Блэйд, мне скучно.

— О, на самом деле я думаю, что это довольно весело. — Блэйд напел пару нот из «Рискуй!»[30]. — И я рад рассказать тебе то, что ты хочешь узнать, но твоему мужу придется убрать этот кусок металла от моего виска.

Через мгновение она кивнула Джону, и ее супруг отступил так быстро, что Блэйду пришлось постараться, чтобы удержать равновесие. Когда он выпрямился, его кровавое одеяние качнулось вперед, словно оно было живым и пыталось броситься на Хекс.

Ее брат взглянул на Джона Мэтью.

— Ты же знаешь, что меня назвали в честь убийцы вампиров, не так ли?

— Ему все равно, — вмешалась Хекс. — И это всего лишь твое прозвище.

Блэйд проигнорировал ее.

— Кот сожрал твой язык, здоровяк? Или ты просто сильный и бесшумный жеребец?

— Расскажи мне о лаборатории, — потребовала она. — Есть еще одна, не так ли? И она где-то здесь.

Повернув голову, Блэйд переключил свое внимание на нее. И на мгновение — всего на мгновение — Хекс могла поклясться, что его левый глаз дернулся, как будто у него была какая-то эмоциональная реакция. Однако он быстро справился с этим дерьмом. И она не смогла догадаться, что это было.

— Да, лаборатория есть. И она снова функционирует.

За фасадом самообладания Хекс чувствовала, как ее внутренности плавятся от ужаса. Но в эту идеальную игру можно было играть вдвоем.

— И где же она? — Когда Блэйд не ответил, она подошла к нему. — Ты тоже полукровка, брат мой. Так что не притворяйся, что не испытываешь чувство вины. Тебя грызло то, что меня когда-то передали людям…

— Черта с два…

— До сих пор грызет. — Хекс громко рассмеялась. — Поэтому ты пришел сюда. Не потому, что тебя заставил Рив. Он не может заставить тебя. Тебе все еще паршиво, и ты решил, что рассказав мне все, что тебе известно, ты соскочишь с крючка.

Когда глаза Блэйда прищурились, Хекс покачала головой.

— К твоему сведению, мне плевать, что ты корыстный сукин сын. На самом деле, это единственная причина, по которой я могу поверить любому слову из твоего проклятого рта.

— Разве ты сама не симпат, сестра? — Только вот Блэйд отвел взгляд. И оглянулся. — И мне неведомо чувство вины.

Хекс приложила указательный палец к центру груди брата.

— Я знаю, что здесь. Я вижу тебя, брат.

Когда Блэйд оттолкнул ее руку, Джон Мэтью направил свое правое оружие прямо в череп мужчины.

Блэйд взглянул на ствол сорокамиллиметрового.

— Избавь меня от этого. — Затем он снова сосредоточился на Хекс и перестал паясничать. — Я не знаю подробностей, но могу сказать, где их можно достать. Наверное. Есть один информатор, и если ты будешь хорошей девочкой, он с тобой свяжется. Но все зависит от тебя самой.

— Обманешь меня, и Братство Черного Кинжала отомстит за мою смерть. Ты же это понимаешь? И Рив их не остановит.

В последовавшей за этим тишине она подумала, не начнет ли он опять что-то строить из себя. Но он этого не сделал. Потому что знал, что это правда.

Блэйд просто скрестил руки на своей мантии.

— Тебе нужно отправиться к горе Дир. В Уолтерсе. Я попрошу кое-кого встретить тебя на главной дороге. Я все устрою.

Хекс склонила голову.

— Звучит разумно.

— Но ты пойдешь одна.

— Я не боюсь, — мрачно сказала она. — И, повторюсь, на твоем месте, я бы хорошенько подумала о том, на чьей ты стороне. Облажаешься, и ураган дерьма, что обрушится на твою голову от Братства, сделает Армагеддон похожим на чаепитие.

На этой веселой ноте она и Джон Мэтью дематериализовались прочь. Сказать, что уход стал облегчением — не сказать ничего.

Сказать, что она с нетерпением ждала того, что будет дальше… было чистым безумием.

Но иногда приходилось делать то, что совершенно не хочешь.

Чтобы спать спокойно каждый день.

Глава 23

На следующее утро, в 4:23 утра, Лидия вышла с черного хода и посмотрела на деревья. Затем окинула взглядом территорию в пределах видимости.

Заперев за собой дверь, она засунула ключи в карман ветровки и подтянула пояс беговых трико. В спортивном бюстгальтере и нейлоновой кофте она создавала иллюзию, что просто вышла на утреннюю пробежку, и позаботилась о том, что если ей придется убегать, то на ней будет правильное снаряжение.

Эта мысль пришла ей в голову, когда она…

Может, лунного света не было из-за облаков, но покров закрыл небо, священная преамбула рассвета сияла на востоке сквозь голые деревья и пушистые сосновые ветви.

Как только глаза Лидии зарегистрировали это мерцание, в тот момент, когда ее взгляд переместился вверх и сосредоточился на источнике, из-за деревьев вышла фигура, широкие плечи и сильные ноги Дэниэла создавали темную тень посреди таинственного сияния горы.

Если хочешь увидеть свое будущее, услышала она в своей голове, иди в лес под покровом утра, и то, что тебе причитается, найдет тебя.

Дэниэл остановился на лужайке на полпути.

— Как раз вовремя.

Звук его голоса вырвал ее из чар, освободив от оков древней пословицы, в которую она сама не верила.

Выступая вперед, Лидия попыталась сделать вид, что она такая же уверенная и спокойная, как это утро.

— Я хочу, чтобы это отметили, — сказал он, когда она подошла к нему.

— Отметили что?

Дэниэл похлопал себя по запястью.

— Мою пунктуальность. — Он слегка поклонился. — И я бы предложил тебе свою руку, но это может показаться наглостью. Так что давай просто сделаем это.

— Окей, да. Прямо…

Заткнись, сказала она себе.

— Где твой байк? — спросила Лидия.

— Там, где я его оставил. Я покажу.

Вместе они вошли в лес, и Лидия окинула взглядом местность, где стояла его палатка. Или, по крайней мере, там, где ей полагалось стоять. Не было никаких признаков того, что он ночевал в лесу.