Помоги проекту - поделись книгой:
Примерно через час, после того, как солнце село, и печать этикеток давно подошла к концу, из передней части здания донесся стук. Затем наступила тишина. А затем требовательный звук возобновился.
Поднявшись на ноги, Лидия застегнула пуловер до шеи. И пожалела, что это не пуленепробиваемый жилет.
Не то чтобы она была параноиком или что-то в этом роде.
Нисколько.
Направляясь к стойке администратора, ей казалось, что в здании повсюду сновали тени, хотя вокруг горел свет. И когда она выглянула в окна в зоне ожидания, светящиеся сигнальные огни, активируемые движением, должны были успокаивать. Но нет.
Она не могла видеть, кто там был. И на стоянке не было света.
Если это вернулась Кэнди, что-то забыв на рабочем месте, или Питер решил появиться, у них были ключи. А Рик вошел бы с заднего входа, если бы вернулся, чтобы проверить, жив ли еще волк.
Подойдя к передней двери, она подумала сделать вид, что никого нет, но как тогда объяснить ее машину на парковке?
— Мисс Суси? — послышался низкий голос снаружи.
Лидия бросилась вперед и открыла дверь.
— Шериф?
Иствинд снял шляпу и слегка поклонился. Из-за его униформы и серьезного выражения лица она решила, что он собирается надеть на нее наручники и посадить в кузов своего внедорожника. А после? Оранжевый — самый модный цвет для нее. Лет на десять. Или больше?
— Я столкнулся с Кэнди в закусочной, — сказал он, — и она сказала, что ты, вероятно, все еще на работе. Не возражаешь, если я войду?
— Пожалуйста. — Она освободила место, отступив в сторону. — Как дела?
Но, что более важно — как дела у меня? Я — подозреваемая или…?
— Хорошо, спасибо. Ты работаешь допоздна.
— Нас в ПИВ всего пятеро. — Ну, четверо тех, кто фактически приходил на работу. — Так что, иногда рабочий день переходит в вечер.
— Уж я-то знаю, каково это. — Он взглянул на стол Кэнди. Посмотрел по коридору на офис Лидии. Окинул взглядом приемную. — В общем, я хотел попросить тебя о помощи. И, чтобы все прояснить, я пришел без ордера, ничего подобного.
— Конечно. Что тебе нужно?
— В вашем заповеднике в некоторых местах установлены камеры, верно?
Бинго, подумала Лидия.
— Да, у нас есть камеры.
— И как долго вы храните записи?
— Вечно. — Шериф казался удивленным, и она кивнула. — Это не похоже на видеонаблюдение за частными фирмами или общественными местами. Нам нужны данные для исследователей. Все хранится в облаке.
Иствинд покачал головой.
— Откуда я родом, облака дают дождь. Закрывают солнце. Закрывают луну. Я не предназначен для этой эпохи.
Лидия улыбнулась, хотя ее пульс участился.
— У технологий есть свои преимущества. И дело касается туриста, да?
— Да.
— Я с удовольствием предоставлю тебе копию нашего обзора Северного Гранитного хребта. Ты хочешь, чтобы я достала записи трехдневной давности? Четыре дня?
— Четыре было бы хорошо. Мы не уверены, когда точно произошло нападение.
— Знаешь, это мог быть и не волк. — Когда Иствинд что-то уклончиво пробормотал, она попыталась небрежно пожать плечами. — Я пришлю тебе файлы прямо сейчас. Все, что мне нужно, это адрес электронной почты, и я скину тебе ссылку на «Дропбокс»[17].
— «Дропбокс»?
— Это способ делиться большими файлами.
— О. Было бы здорово.
Там, на горе, мужчина был хозяином. Здесь, в помещении? Неуклюжим увальнем, что могло бы показаться милым… если бы не тот факт, что они говорили о кадрах, удалив которые она воспрепятствовала правосудию.
— Я предупреждаю, — сказала Лидия. — Наши камеры ограничены. Они могут сканировать только часть места и перемещаются по системе позиций. Возможно, на видео ничего нет.
— И все же это больше, чем у нас есть на данный момент.
— Хорошо, я сейчас распечатываю этикетки с адресами, поэтому могу собрать отснятый материал перед отъездом. — Она взяла блокнот и достала ручку из подставки Кэнди. — Какой у тебя адрес электронной почты?
— Вот, возьми визитку. — Он полез в задний карман. — Внизу.
Лидия взяла то, что он предложил.
— Так… туриста уже опознали?
— Нет, пока нет. Но мы сделаем это.
— А машину не нашли? На тропах, или где-то еще?
— Еще нет. Нет.
— Тогда как он попал на территорию? Путешественники как правило начинают с троп. Если только он не перешел через долину с другого места… например, из отеля.
— Это активное расследование, поэтому я не могу комментировать.
Она положила руки на бедра.
— Ты показывал в отеле его фотографию? Что они сказали?
— Да ладно, мисс Суси, ты знаешь, мой ответ будет…
— Что было у него в рюкзаке?
— Прошу прощения? — Темный взгляд сузился.
Дерьмо. Наверное, она выдала себя.
— Ну, если он турист, у него наверняка был рюкзак, верно? Могли быть в нем куски отравленного мяса? — Когда шериф просто посмотрел на нее, она покачала головой. — Эта сеть отелей не является частью нашего сообщества. Почему ты их защищаешь? И, пожалуйста, не надо говорить мне про активное расследование. Я не куплюсь на это.
Шериф склонил голову. Затем снова надел шляпу.
— Спасибо за помощь. Я с нетерпением жду файлов.
Когда мужчина отвернулся, Лидия сказала:
— Как далеко это зайдет? Как далеко ты собираешься позволить этому зайти?
Шериф молча ушел и тихо закрыл дверь.
— Черт побери, — пробормотала Лидия.
Обернувшись, она пошла обратно через помещение, минуя офис Питера. В отделении клиники она толкнула дверь в смотровую. Ее дыхание замерло, и она обняла себя руками.
Волк лежал на боку с кислородной маской на морде, его бок поднимался и опускался.
Лидия задержалась в дверном проеме, чувствуя ярость.
Она осторожно вышла, убеждаясь, что дверь не издает ни звука, когда закрывается. А затем Лидия вернулась в свой офис и достала мобильный телефон. Найдя в Интернете то, что ей нужно, она нажала кнопку вызова и дождалась, когда пойдет звонок…
— Служба новостей «WNDK». Чем я могу вам помочь? — сказал резкий мужской голос.
Глава 10
Черта с два, это далеко не первый такой день.
Вокруг нее люди сознательно разрывали свою связь с реальностью, употребляя наркотики, алкоголь, занимаясь сексом с незнакомцами, чтобы хоть как-то приукрасить свою унылую жизнь. Работали ли они на дерьмовой работе или на людей, которых ненавидели… или состояли в отстойных отношениях… или же переживали за больных родителей… что бы там ни было, здесь они могли сбросить с себя этот груз.
Будучи симпатом, она знала все о том, чего они избегали. Да, окей, не имена и даты рождения, но эмоции были открыты для нее, ее злая сторона питалась ядовитыми чувствами, что управляли людьми, определяли их… и в конечном итоге угрожали уничтожить.
Хотя, хэй, может, здесь были люди, празднующие что-то, выпускной, повышение по службе, новую квартиру или создание ячейки общества. Но светлые чувства не питали ее, поэтому она сама игнорировала бесполезные радость и счастье.
И предпочитала «восхищаться» страданиями и болью.
С другой стороны, возможно, причина крылась в том, как складывались дела в ее собственной жизни. Черт возьми, она была на пределе.
Несчастье любит компанию, — пробормотала Хекс, пока ее наушник продолжал гудеть с отчетами.
«Богохульство» — новый клуб, очередное детище Трэза Латимера, который предлагал рынку всевозможную легальную и не очень продукцию. В настоящий момент у него было четыре клуба, и каждый отличался своей атмосферой. Этот, несмотря на название, не имел антирелигиозной тематики, хотя был выкрашен в черный и красный цвета, и в нем было достаточно готических деталей. Клиентура одевалась в стиле стимпанк, который, по ее вкусу, был намнооого приятней гламурной свиты с ботоксом и надутыми филлерами губами.
Но ее мнения никто не спрашивал.
Это и к лучшему.
Ее глаза сканировали помещение на автомате, инстинкты пробирались сквозь толпу на танцполе, в бар, в заднюю часть, где располагались уборные, она постоянно искала конфликт, что мог вот-вот произойти, наркотики, которые принимались слишком явно, или секс.
— Алекс?
Она повернула голову на звук мужского голоса. Т'Маркус Джонс был человеком, сложенным как боксер-тяжеловес, и, даже будучи новичком, он внушал уважение. Уравновешен, невспыльчив, и у него было достаточно мускулов, чтобы выиграть любой бой в случае необходимости. Даже если его завалят толпой.
О, и кстати: Алекс Хесс — это человеческое имя, под которым ее знали в Колдвэлле.
— Что случилось? — спросила она.
— У нас в коридоре курит парень. — Т'Маркус кивнул в сторону ванных комнат. — Я спущусь и попрошу его уйти…
Человек поморщился и потер лоб, как будто в его лобную долю ткнули ледорубом.
— Ничего страшного, — сказала она ему. — Займи мое место. Я с этим разберусь.
Т'Маркус пригвоздил ее жестким взглядом.
— Я не подведу тебя. Я…
— Я знаю, ты молодец.
Она оставила его отвечать за этаж — свидетельство того, насколько она доверяла этому человеку — и пошла вниз по коридору, о котором идет речь. Проходя мимо женского туалета, ее острые уши уловили громкие стоны. В мужском сортире, с другой стороны, было тихо, но вряд ли надолго.
Неглубокая галерея вела налево, но она почувствовала запах турецкого табака еще до того, как повернула за угол.
И почему-то, хотя она и знала, кто это, все равно было неприятным шоком видеть Вишеса у аварийного выхода. Брат стоял, прислонившись спиной к стене, его обтянутое кожей тело натянуто, как мощный лук.
— Знаешь, — сказала она, подходя к нему, — существуют определённые законы.
Ледяные бриллиантовые глаза Ви переместились на нее, и он погладил свою бородку рукой в черной перчатке.
— Да ладно? Расскажи.
— В штате Нью-Йорк запрет на курение в общественных местах…
Он махнул рукой с самокруткой.
Поделиться книгой: