Мир, которого нет

– Что?

– Это кто такой вообще?

– Открыть рот на собрании мастеров?

– Да как он только посмел!

Но тут поднял руку один из собравшихся.

– Я знаю этого парня. Он неглуп! Пусть говорит!

Ну, хуже от этого точно уже не стало бы… старший гильдеец махнул рукой – говори!

– Я берусь починить часы.

Что?!

Народ попросту дар речи потерял!

– У тебя всё в порядке с головой? – сухо осведомился один из почтенных мастеров. – Да как ты…

– Осмелился? Да вот, рискнул… Кроме меня этого не сможет сделать никто. Впрочем, не стану настаивать… – парень пожал плечами и повернулся, собираясь уходить.

– Стой! Что ты за это хочешь?

– Звание мастера.

– Это невозможно! Ты не проработал ещё десяти лет! – выкрикнул тот мастер, у которого трудился Вилем.

– Да, я отработал всего восемь лет. Но я могу починить часы. А никто другой не сможет.

– Ты будешь работать под руководством мастера Бардмана! И только так!

– Чтобы ему досталась вся слава, а мне пара монет? Нет. Или я работаю один – и за всё отвечаю своей головой, или…

– Ты будешь наказан кнутом за свою дерзость!

Парень кинул.

– Не проблема, я готов пойти с вами в ратушу прямо сейчас. Полагаю, что судья с интересом выслушает то, что я ему скажу. Так что, кому из нас в итоге присудят кнут… это ещё вопрос!

– Ты наглец! – вскипел доселе молчавший глава гильдии. – Пользуешься случаем… и трудным положением гильдии!

– Да. И что?! Я один такой умный тут? Или это позволено только мастерам?

Наступила тишина.

– Хорошо… – медленно кивнул мастер Горт. – Ты знаешь, на что идёшь. Совет мастеров не станет тебе помогать, и в случае неудачи отвечать будешь сам! К работе приступаешь через два часа.

Парень молча кивнул и вышел из комнаты.

– Ну, – повернулся почтенный глава гильдии к собравшимся. – Кто может мне что-нибудь о нём сказать? Предупреждая всех – это не обычный выскочка! И я хорошо это вижу! Рискнуть своей головой ради звания мастера… Что-то я не припоминаю подобных случаев! Ангус! Он ведь у тебя работал, так?

Мастер Ангус приподнялся со своего места.

– Ну… Да… Он работал в моей мастерской.

– И это всё? За восемь лет ты ничего в нём не разглядел? Откуда он вообще взялся, такой умник?!

– Он… Он жил у мастера Магнуса. Того ещё называли Часоглавом…

Словно холодный порыв ветра пронёсся по помещению! Некоторые из мастеров озабоченно нахмурились, что-то припоминая. Для большинства же присутствующих это имя ничего не говорило.

– Кто это такой? – поинтересовался один из них. – И чем знаменит?

– Магнус был членом гильдии механиков – как и все мы. Но… он был очень уж… странным. Да, несомненно, мастером! Но некоторые его поступки… привычки…

– Да и черт с ними! Про парня говори!

– Вилем жил у него в мастерской. Нет, он не был его сыном. Ученик… Никто сейчас и не помнит его родителей. После смерти Магнуса, он, разумеется, не мог наследовать его мастерскую – это не по закону. Он же не его сын!

– И ты взял его учеником… – кивнул глава гильдии.

– Подмастерьем.

– Неважно. Ты хоть понимаешь, что совершил? Ты обязан был сообщить об этом! Немедленно!

– Но… это же просто мальчишка…

– Ставший сразу подмастерьем? Даже не учеником? – Горт покачал головой. – До чего доводит жадность…

Уже выходя на улицу, глава гильдии повернулся к неприметному человеку, который всегда его сопровождал. Его присутствие стало уже настолько обыденным, что на него практически никто более не обращал внимания.

– Ты всё слышал… Надо осмотреть мастерскую Магнуса. Она сейчас опечатана, и по закону, вскрыть её можно только в присутствии судьи и чиновника из магистрата. Но…

– Я вас понял, мастер. Что я должен там искать?

– Всё, что может иметь отношение к виновнику сегодняшнего переполоха. Но будь крайне осторожен! Это может быть очень опасно! Покойный не отличался человеколюбием. Насколько я знаю, даже среди членов гильдии воров существует негласный запрет на кражу из этого дома. Они, в своё время, уже похоронили несколько таких глупцов. Но формально – их нашли мертвыми на улице, вне пределов дома. Так что никаких вопросов его хозяину никто и не задавал…

Спутник мастера кивнул, ему всё было понятно.

– Но как-то же её опечатали?

– Насколько я помню, внутрь никто не входил. Дождались, когда мальчишка выйдет на улицу – и заперли двери, наложив печати.

– На замок?

– Нет, ведь ключей ни у кого не было. Просто забили досками, приколотив их гвоздями. Закрыли и окна, прибив на них деревянные щиты.

Явившийся наутро к часовой башне посланец герцога не увидел там никого. Постучав рукояткой кинжала в дверь, он громко окликнул тех, кто, по его мнению, должен был сейчас в поте лица исполнять повеление его хозяина.

Но никто не отозвался.

На повторный окрик сверху высунулась чья-то взъерошенная голова.

– Кому там делать нечего?

– Ты кто? – удивлённо воззрился на него посланец.

– Часы чиню…

– Спускайся и отопри дверь! Его светлость желает знать – как обстоят дела с ремонтом?

– Сейчас…

Спустя некоторое время за дверью затопали башмаки, лязгнул засов – и она приоткрылась.

Перед посланником стоял молодой парень в запачканной одежде.

– Что так долго? У меня есть дела и помимо этого поручения!

– Так нет тут больше никого… я один.

– В смысле – один?! А где все мастера из гильдии?!

– Откуда же я знаю? Вчера ещё ушли…

Придворный вскипел!

– Так! Собирайся – пойдешь со мной!

– Куда это?

– Если я расскажу об этом герцогу, то он попросту в такое не поверит! Вот, ты и подтвердишь! Хотя… у тебя есть во что переодеться?

– Некогда мне туда-сюда ходить. Кто будет часы ремонтировать?

– Тут так много работы?

– Пошли, покажу…

И в течение получаса посланника протащили по всем четырём этажам! Подробно пояснив реальное положение дел. Вилем не стеснялся в убийственных характеристиках относительно мастера, который тут всем заправлял.

– Все доски и балки пола под механизмами пропитаны маслом. Упадет свеча – башне конец! Я как-то даже и не могу предположить – для чего его сюда столько лили? А вот некоторые механизмы – вообще непонятно на чём держатся, всё давно проржавело и прогнило. А под колоколом лучше даже и не дышать, не то что ходить… там доски такие трухлявые…

Обалдевший посланец присел на ступени лестницы, снял берет…

– Что же я скажу герцогу?

– Правду.

– Часы можно починить?

– Да. Это будет трудно, но я сделаю. Порукою тому будет моя голова.

Придворный только усмехнулся – плата представлялась ему совсем неравнозначной. Государственные интересы – и голова какого-то мастера… смешно даже сравнивать!

О чём он и поведал собеседнику.

– Так я ещё не мастер… подмастерье.

– Что, во всей гильдии механиков не нашлось никого, кто взялся бы за столь серьёзную работу?

– Чтобы поставить на кон свою голову? Они все хотят жить – и жить хорошо!

– А ты, стало быть, не хочешь?

– Я готов рискнуть, – пожал плечами парень.

– Так… ладно! Что тебе нужно для работы?

– Еда и питьё – чтобы на рынок не ходить. И не тратить на это время. Пара человек, которые станут выносить мусор. Доски пусть привезут – потом надо будет пол перестелить. Инструмент у меня свой, железо есть, а в пристройке имеется горн – с остальным я справлюсь.

Посланник кивнул. Слов на ветер он бросать не стал, показав, что является человеком дела.

И явившийся вечером посмотреть на башню один из подмастерьев был немало ошарашен, увидев на подходе пару стражников, которые недвусмысленно послали его куда подальше. А из подъехавшей на его глазах телеги дюжие мужики стали выгружать доски и что-то ещё.

В башню гостя, разумеется, не пропустили. А когда он стал настаивать, что прибыл по поручению главы гильдии, ему недвусмысленно пояснили – где именно, и в какой компании домашних животных, стражники означенного главу видели.

Лезть на рожон подмастерье, разумеется, не стал. Вернулся и обо всём подробно доложил. Спешно было созвано собрание мастеров, и где-то после обеда, уважаемые мессиры смогли, наконец, обменяться мнениями по данному вопросу.

Ни к какому конкретному выводу никто так и не пришёл. Договорились послать депутацию к герцогу – прояснить ситуацию с ремонтом. Ибо делать вид, что ничего не происходит, было уже невозможно.

Долгое время препирались относительно состава депутации. То, что в неё будет входить глава гильдии, даже не обсуждалось. Но он же не может пойти один – это проявление непочтения к персоне герцога! Его непременно должны сопровождать и прочие уважаемые мастера.

Должны-то должны, но визит вполне мог закончиться где-нибудь в весьма неуютном месте – а вот туда никто категорически не хотел.

Короче, состав депутации с трудом сформировали только к обеду следующего дня. Идти во дворец было уже поздно, отложили это на утро.

А утром главу гильдии подняли с постели стражники – герцог выражал своё недоумение столь затянувшимся молчанием гильдии!

И пришлось главе срочно одеваться и топать во дворец в одиночку. Под присмотром хмурых сопровождающих. Не получилось прихватить с собою хоть кого-нибудь из тех, кого вчера выбрали с таким трудом. А может быть, затягивая принятие решения, они именно на это и рассчитывали?

Его светлость встретил гостя с плохо скрываемым раздражением. Сесть, разумеется, не предложил – и это было дурным предзнаменованием.