А что плохого?
ОНА:
Да все! (Недовольно) Вечно ты подсовываешь мне то, что никому не нужно. Подарки дарят не так.
ОН:
А как?
ОНА:
Дарят то, чему женщина будет по-настоящему рада, от чего заблестят ее глаза, а не то, что будет ей обузой.
СОВЕСТЬ:
Я — обуза?
ОНА:
Конечно. (Пауза. ЕМУ) Почему же ты не взял ее себе?
ОН:
Не знаю.
СОВЕСТЬ:
Да идите вы все! Здесь что, базар?
ОНА:
С тобой вообще не разговаривают.
СОВЕСТЬ:
Мне надоело наблюдать, как вы препираетесь.
ОН
(примирительно):Мы просто принимаем решение. Важное решение. Что в этом плохого?
СОВЕСТЬ:
Так не принимают решений!
ОНА:
Специалистка нашлась. (С призрением) Без тебя разберемся.
ОН:
Может, отдадим ее родителям?
ОНА:
И тебе не жаль стариков?
ОН:
Жаль.
ОНА:
Это хорошо. А то я уж подумала, что ты и вовсе бессердечный.
ОН:
Я сердечный.
ОНА:
Тогда не болтай разные глупости, а лучше подумай о подарке.
ОН:
Ах, да… Подарок… (Отрешенно отходит в сторону)
МАТЬ:
Так что мы решили?
ОТЕЦ:
Плывем, конечно!
Все садятся на стулья друг за другом. Впереди ОТЕЦ. В одной руке у них ложка, в другой вилка. Они гребут ими, как будто плывут в лодке. Их лица напряжены и сосредоточены. Звучит музыка. Это шикарный блюз. Постепенно они начинают грести в такт музыке. ОТЕЦ начинает дирижировать столовыми приборами.
Сцена медленно разворачивается в исходное положение.
Музыка становится тише…
СЦЕНА 3
Декорации — те же фасады зданий. Поменялось только одно огромное белое полотно в глубине сцены. Теперь на нем нарисована статуя Свободы. Она тоже похожа на детский рисунок. Вдоль правой стороны движется толпа людей, как и в первой сцене. Слева из двери выходят ОН, ОНА, МАТЬ и ОТЕЦ. К ним подходит КАЛЕКА. В его взгляде мольба. Он протягивает шляпу, прося подаяния. ОТЕЦ, забрав у всех вилки и ложки, кладет их в шляпу КАЛЕКЕ. Тот низко кланяется и уходит.
ОТЕЦ:
Здесь много нищих и калек?
ОНА:
Не больше, чем где бы то еще.
ОТЕЦ:
Где же газеты?
ОНА:
Их можно пойти и купить.
МАТЬ
(ОТЦУ): Я с тобой!
ОН
(МАТЕРИ, с иронией): Хочешь посмотреть на негра-еврея, да?
МАТЬ
(оглядываясь): Это Израиль?
ОН:
Это его филиал.
ОТЕЦ и МАТЬ уходят. На сцену из глубины выходит старуха. На ее лице морщины, неумело затертые косметикой. Это СТАРОСТЬ.
ОНА:
