На этот раз — это точно конец

— Короче, даю тебе пять минут на сборы. Нас ждут великие дела!

— Ты посмотри на меня, я не в форме.

— Именно твоим преображением мы сейчас и займемся, у меня по случаю есть два купона на часовое посещение косметолога. К понедельнику ты должна быть на высоте! — уверенно заявила Лариска.

— Никакого понедельника не будет, я решила уволиться по-собственному, — с мрачным видом заявила я.

—Животных, которых мало, занесли в Красную книгу, а которых много — в книгу о здоровой и вкусной пище!

— Ты это к чему?

— К тому, что нечего впадать в маразм и принимать необдуманные решения.

—Ах, ты моя красавна! — невпопад ляпнул попугай.

Где-то в душе у меня закралась нотка ревности — может, он это сказал Лариске?

Я открыла шкаф, стянула с плечиков платье в горошек, которое мне сшила мама. Привычным движением руки закрепила волосы в пучок, ловко подкрасила губы и надела туфли лодочки на малюсеньком каблучке.

Увидев меня, Лариска томно закатила глаза:

— Светелкина, если бы я была мужиком…

—Ты не мужик, пойдем, а то я передумаю, — грозно насупив брови, оборвала ее монолог.

Входная дверь плавно за нами захлопнулась, как будто была на доводчиках. На самом деле в прошлые выходные ее отрегулировал мой отец, случайно нагрянувший в гости.

Улица встретила нас жарким воздухом и гулом машин на дороге. Ларискина «Мазда» третьего поколения гостеприимно распахнула передо мной дверь. Привлекательный силуэт и утонченный интерьер просторного салона понравился мне с первого взгляда. Лариска в ночное время устраивала скоростные гонки и говорила, что таким образом компенсирует скучнейшее бытие дня.

В машине меня вновь накрыла внутренняя истерика после перенесенного позора. Вдруг вспомнилась сказка Перро про голого короля. Я как тот король в глазах коллег —буду теперь вечно голой.

Мои размышления прервал голос Лариски:

— Приехали!

—Лар, ты сдурела? — я укоризненно посмотрела на нее. —Мы спокойно могли дойти пешком за угол моего дома.

Вывеска из золотых букв витиеватого шрифта «Королева красоты» не оставляла сомнений, кем должна я выйти из стен этого здания. К косметологу я не обращалась еще ни разу. Природные данные и генетика радовали меня и в жару и мороз. В подростковом возрасте, когда ровесницы страдали от обилия прыщей-посыпушек на всех частях тела, я была единственной обладательницей чистой кожи с легким румянцем на щеках.

—Держи! —Лариска сунула мне в руку блестящий купон с указанной суммой в десять тысяч рублей.

— Ой, я не могу его взять, слишком большая сумма!

—Ни ссы! Ничто для хорошего человека не жалко! Папик еще даст! И что только не делает с человеком природа!

— Это ты к чему?

— Это я к Раневской! — радостно сообщила она, видимо, решив, что это высказывание как раз подойдет к услугам салона красоты.

— Добрый день, рады приветствовать вас в нашем салоне! Вы по записи?

 —Мы по золотому купону! —рявкнула Лариска.

Я стояла, словно пораженная громом. Интерьер салона был на все двести! Но поразило меня не это, а его администратор. Эта была девушка необъятных размеров, и, что самое для меня непонятное, вся в жутких прыщах! Разве такие бывают в салонах красоты?

—Се ля ви! — иронично прозвучал Ларискин голос, вернувший меня в действительность.

— Идите за мной, —медленно качнувшись своим телом из-за стойки ресепшен, администратор засеменила пухленькими ножками впереди нас по длинному коридору.

Я оказалась в просторном светлом кабинете. Если быть точной, он был обставлен по последнему слову науки и техники. В центре кабинета стоял длинный стол-кресло с причудливым изгибом для тела. Повсюду витрины с разными красивыми баночками и флаконами, зеркала и много еще неизвестных для меня инструментов.

—Жанна, — представилась косметолог. — Будем Машенька знакомиться ближе, — как-то игриво продолжила она, и рукой указала на кресло.

Я в буквальном смысле слова прилегла на него и впервые за полдня расслабилась. Рассмотрев всю мою кожу через лупу, я услышала: «Кожа хорошая, но уже требует ухода. Репрограммирующий пилинг – то, что надо». Я молча кивнула в знак согласия…

Время пролетело незаметно. Я слушала рекомендации Жанны по уходу за кожей лица, но почему-то в одно ухо мне все влетало, а в другое вылетало.

На улице меня ждала Лариска.

—Красавна, — каким-то попугаичьим голосом сказала она, сославшись на какие-то неотложные дела, впорхнула в машину и в считанные секунды оставила меня в одиночестве.

Кожу лица слегка пощипывала. Жара была невыносимая, и я поспешила домой.

Подойдя к подъезду, услышала, как Алла Федоровна кому- то по телефону жалуется и на чем свет стоит клянет Лариску, а заодно и меня.

—Здравствуйте, Машенька! Какая сегодня замечательная погода! — с улыбкой крокодила выдавила она из себя.

—Вашими молитвами! — кивнула в ответ и быстро вошла в подъезд.

Дома было хорошо. С утра я так и не успела принять душ — сейчас было самое время.

Открыла дверь ванной, сделал шаг через порог и случайно взглянула в зеркало. Из зеркала на меня глядела представительница племени Апачей. Я заорала так, что чуть не оглохла от своего крика. Слезы градом полились из глаз.

На этот раз — это точно конец!

Глава 4

Три месяца назад, получив очень приличную премию по итогам организации рекламной кампании на международной выставке, курируя нескольких крупных клиентов Феликса, я сделала ремонт в своей старенькой двушке.

 Появление этой квартиры связано не с самыми веселыми семейными обстоятельствами.

Мне исполнилось четырнадцать, и ничто не омрачало моего подросткового возраста.  Я училась в одной из лучших гимназий нашего маленького городка, посещала сразу несколько кружков, направленных на мое всестороннее развитие личности, а для особого склада философии ума и тела с одиннадцати лет ходила в секцию Айкидо.

Не могу сказать, что я пищала от удовольствия, в связи со своей ежедневной занятостью, но идти против желания родителей вырастить образцовую дочь не хотела.

Моя семья всегда была идеальной.  Росла я без скандалов родителей, наблюдала с раннего детства их взаимное уважение друг к другу и  не проходящую с годами влюбленность, мы  три раза в год отправлялись в путешествия и колесили по всей стране на папином минивэне, у нас были свои  семейные традиции, кулинарные пристрастия… Но однажды…

Я была у себя в комнате и рассматривала работы молодых фотографов на компе.

— Машенька, ты не могла бы к нам выйти? —  тихим голосом позвала мама.

— Нам надо поговорить, — я услышала напряженный голос отца.

Они сидели на диване с таким странным и растерянным выражением лиц, что я испуганно плюхнулась прямо на ковер у их ног.

— Мам, что-то с бабушкой? — Последнее время она сильно болела.

— Что-ты! Тьфу- тьфу! С бабушкой все хорошо! — успокоила мама.

— Манюнь, тут такое дело, мы с мамой решили расстаться и жить отдельно, — поспешно, как будто боясь передумать, сказал отец.

— Маш, мы ждали, когда ты подрастешь и с пониманием отнесешься к этой информации, — выдавила из себя мама.

— Для тебя будет все как прежде, просто ты должна принять решение с кем из нас будешь жить… — начал говорить отец, и в этот момент я очнулась.

— Дураки! Какие же вы дураки! — слезы душили меня, я вскочила с ковра и убежала в свою комнату, громко хлопнув дверью.

Через некоторое время мои родители получили развод, а я сообщила свое решение, которое вынашивала целый месяц:

— Знаю — это будет полной неожиданностью. Прошу вас простить меня и понять, но я ухожу!

— К бабушке? — практически в голос спросили они.

— Нет, я буду жить в другом городе, подальше от вас. Буду учиться и работать. Просто снимите мне квартиру.

Это был невероятный шок для моих близких. Но, видимо, чувство собственной вины было так велико, что спустя какое-то время они просто вручили мне ключи от старенькой двушки в столице!

— Мы с папой решили не снять, а купить тебе квартиру в Москве, так будет лучше.

Потом у нас были длительные беседы о моем будущем, и в результате после окончания девятого класса я отправилась в самостоятельную взрослую жизнь.

С тех пор прошло восемь лет. За это время в моей жизни произошло столько разных событий, что не хватит нескольких передач Леры Кудрявцевой, чтобы рассказать обо всем.

Я стала отличным фотографом, выучилась на пиарщика и параллельно успела закончить школу телерепортеров.

Постепенно отношения с родителями перешли в категорию «родители – взрослая дочь», за это я им особо благодарна. Чуть ли не каждые выходные они появляются в моей уютной двушке в Москворечье, и я с удовольствием за чашечкой кофе слушаю их новости.

Идею о ремонте подкинул мне отец:

— Манюнь, мне кажется, тебе давно пора сделать ремонт и обновить интерьер.

Папина новая супруга Ольга — дизайнер интерьеров. У меня с ней сложились очень теплые родственные отношения.  Так что буквально через неделю я отправилась жить к Лариске на неопределенное время, а в моей двушке начали крушить стены.

 Я сгорала от любопытства два месяца, и каждую неделю по средам звонила отцу.

— Пап, привет! Может, хватить меня изводить, дай глазочком заглянуть, что там меня ждет! — выклянчивала я у отца хотя бы фото.

— Какая ты настырная! Именно за эту черту характера я так люблю тебя с детства!

— Ты меня хоть предупреди заранее, я испеку торт, и мы устроим свою маленькую передачу «А-ля квартирный вопрос».

— Будет сделано, мой генерал! —отшутился отец.

* * *

Я еще все жила у Лариски в ее двухэтажном коттедже и мечтала поскорее вернуться домой.  Коттедж утопал в немыслимой роскоши, но определить стиль интерьера было невозможно. Я бы назвала его одним емким словом «Богато & Богато». Еще почему-то на ум приходили строки из стихотворения: «Смешались в кучу кони, люди». Кстати, кони действительно присутствовали, вернее один — Пегас, отлитый из металла и покрытый бронзой, он царствовал в гостиной первого этажа, раскинув крылья практически на половину пространства и нарушив его эргономику.

В один из вечеров Лариска позвонила:

 — Светелкина, одевайся, я жду тебя внизу, подниматься лень. Форма одежды— праздничная!

Я уже привыкла за время нашего знакомства к ее постоянным шатаниям по клубам, презентациям, и бесконечным fashion показам.  После каждого похода куда-нибудь Лариска скупала все гламурные журналы подряд, и в рубрике «Светская хроника» давала комментарии к своим фото. Звучали они самокритично:

— Какая же я корова! Мне надо срочно менять диетолога… — при этом фигура у нее восхитительная, просто комильфо!

Спустившись вниз, я увидела Лариску в сногсшибательном красном комбинезоне сидящей в новеньком кабриолете.

— Глянь, махнулась, не глядя! — заявила она. — Сегодня особый день!

— А где твоя? — я точно помнила, что еще с утра была «Мазда».

—  У Шумахера.

Я не стала задавать больше лишних вопросов, плюхнулась в кресло, и мы с ветерком понеслись по вечерней дороге.

— Лорик, какой маршрут сегодня?

— Сюрпрайз, Светелкина! Не торопи момент своего воображения. Все дело в яйцах, из которых вылупляются цыплята, — с умным видом заявила она.

Я ошарашенно на нее уставилась, пытаясь понять, при чем тут цыплята. Из автомобильных динамиков раздавалось: «Все люди, как люди, а я — Суперзвезда. Звезда! А я— суперзвездааааааааа!»

Лариска извивалась всем телом под ритм любимой ее песни. В это время я поняла, что мы едем в сторону моего дома.

— Ах ты предательница! Знала и молчала?! Ну погоди! — злобно выпалила я.

 Завернули за угол дома, и я к своему ужасу увидела «армию цыган», арку из шариков у входа в подъезд и любопытную толпу соседей.

 — Я никуда не пойду! —  орала я на всю машину. — Это твои проделки?!

 —Пойдешь как миленькая! —удовлетворенно хмыкнула Лариска.

— «Бокалы наливаются, в них отблеск янтаря, и лица загораются, как нежная заря», —пели цыгане и с чаркой на подносе, играя на скрипках, взмахивая разноцветными юбками, плотным кольцом окружали меня.  Не помню, как я выпила чарку и была подхвачена крепкими руками мужчин-цыган наверх — все было как во сне.

Лариска орала: