Решала

Где-то в эти же дни Марина вдруг, в момент, когда мы завтракали в кухне, задумавшись на несколько минут, озвучила ту самую идею, определившую дальнейшую жизнь.

– Слушай... Ты же мент. Пусть бывший, но все таки. У тебя остались знакомства. Тем более, по любому, работая там, ты имел контакты не только со своими коллегами, но и людьми, скажем так, иного толка. Прямо противоположного.

– Ну. – Я не понял сначала, к чему ведёт этот разговор.

– Баранки гну. Не соображаешь что ли? До фига людей, у которых возникли различные проблемы и нужна помощь. К примеру, буквально час назад мне звонил один товарищ, спрашивал, нет ли знакомых среди гайцов. Нужно помочь с правами. То ли забрать, то ли сделать.Ты можешь что-то здесь предпринять?

– Могу. Есть паренёк, к которому обратиться. Не должен отказать.

– Вооооот... Если поможешь, то в сумму благодарности я включу твой интерес. Смекаешь? Как говорит, один персонаж. Такой же авантюрист, как и ты.

С этого все и началось. Сначала было незначительное участие. Кому-то права, кому-то номера, кому-то подходящий совет. Постепенно просьбы становились серьезнее, а оплата интереснее. Первое взрослое, назовем это "дело" – золотое колье, являющееся вещдоком, которое было очень дорого его владельцу. То ли бабушка оставила в наследство, то ли жаба задавила. Не суть. Мне нужно было вытащить вещественное доказательство, проходящее по уголовному делу. Даже самому стало интересно, смогу ли. Оказалось, смогу. С данного случая у меня начала формироваться репутация человека, который способен помочь в любой безвыходной ситуации.

На самом деле, мы действовали следующим образом. Прежде, чем согласиться, рассматривали ситуацию со всех возможных ракурсов. Если процент риска превышал процент уверенности многократно, я отказывал. Соответственно, как правило, в случае, который я брался разрешить, итог выходил положительный. Постепенно отбор "клиентов" полностью ушел в руки Марины. Естественно, она согласовывала все со мной, однако прежде, сама выбирала наилучшие варианты.

Жизнь медленно, но входила в нормальное русло. Появились деньги. Естественно, женщины. Образ Марики становился все более тусклым, словно старая потрёпанная временем фотография. Боль и разочарование не исчезли полностью. Периодически я думал обо всем, и в такие моменты чувствовал себя использованным презервативом. Был от меня толк, особенно финансовый, во мне нуждались. Едва толку не стало, и я оказался не нужен. Выбросили без сомнений. Да, она искала разговора той ночью, когда под дождем встретила меня у бара, но ей двигало вовсе не искреннее желание вернуть прошлое. Бабки. Бабло. Плюс, побыла одна, а в то время у нее не было никого, подумала, решила, что, в принципе, мужик-то не так уж плох, и хотела повернуть время вспять. Доходили до ненаглядной слухи, будто Макс Забелин снова поднялся, опять кайфует при бабках. Вот и весь стимул, двигавший Марику к примирению.

Но каждый раз, когда я думал о ней, внутри, не смотря ни на что, не смотря на понимание безысходности и бессмысленности наших отношений, все равно испытывал чувство тоски. Любил ли я ее? Скорее да, чем нет. Мне сложно вообще дать определение этому понятию. Подозреваю, мне просто от природы не дано испытать подобное чувство. По крайней мере, так, как это бывает у нормальных людей. А может, вот таким образом выглядит любовь для меня. Я искренне всегда мечтал и хотел испытать весь спектр эмоций, привязанных к этому слову. Хотел нуждаться в ком-то, чувствовать желание делать кого-то счастливым, заботиться. Я на самом деле очень сильно хотел любить. Но, к сожалению, не выходило...

Связи

История оказалась не просто дурно пахнущая, а изрядно воняющая. Семейство Берг, если быть более точным, именно Александр Моисеевич и его супруга, удочерили младенца, заявив всему свету, как родного. Сама Моника достаточно долго тоже не знала правду. На кой черт они создали из этого глобальную тайну, не ясно. Но их, богатых, не поймешь. Возможно, сказалось маниакальное стремление Берга – старшего блюсти семейную честь. На этой теме, что уж греха таить, он был помешан.

Как всегда происходит в подобных ситуациях, вскрылась правда совершенно случайно. В день совершеннолетия девочка услышала разговор родителей, громкую ссору, когда они были уверены, что ее нет дома.

Для Моники это был удар. Она свято верила в родную кровь и единство семьи, чему ее учили с детства, а по факту оказалось, вся жизнь – ложь. Сказочные замки из песка превратились в кучу мусора. Естественно, девчонку понесло. Алкоголь, случайные связи, наркотики. Она "полоскала" имя Берг везде, где только можно, максимально стараясь извозить его в дерьме, зная, как сильно задевает этим отца. Приемная мать, видимо, от избытка стресса, получила инфаркт и красивый монумент на местном кладбище. Никто не мог понять, что случилось с примерной дочкой, отличницей, комсомолкой и далее по списку. Александр Моисеевич категорично не выказывал правды. Честь, фамилия и тому подобное. Короче, всякая дворянская лабуда, хотя откуда взялась эта претензия на "голубую кровь", совершенно не понятно.

В том числе, святое неведение выпало на долю близких родственников. Ни Костик, которому на момент появления сестры было около трёх лет, ни, естественно, дядюшка, всех этих перепетий не знали. А Монику несло все дальше. Она получала удовольствие от того, что изводила отца. Ей нравилось видеть, как его корежит от очередного скандала, связанного с доченькой. Подходила она к этому вопросу творчески, а потому каждая история случалась грязнее предыдущей.

В постели Влада она оказалась, можно сказать, по воле судьбы. По крайней мере, так утверждала сама Моника, вдохновенно расписывая мне эту историю. Плана соблазнения не было. Просто в какой-то момент заметила, что дядюшка смотрит не с родственным интересом. Причем, сам Влад, очевидно, мучался от того, что племянница стала объектом сексуальных фантазий. Бедолага.

– А ты?

– Я? – Моника, мы ещё находились в постели, перекатилась на живот, а затем устроилась рядом, подперев подбородок рукой, – Мне было смешно. Он так нелепо страдал. Только переехал в Россию как раз. Увидел меня впервые и "завис". Далее начались эти взгляды, вздохи, стоны. Когда впервые Владик меня поимел, я была, сам понимаешь, не трезва. Слегка его подтолкнула к активным действиям. Ну, как слегка... сама все сделала. Он чуть не плакал потом от стыда. Придурок. Но случился и второй раз, и третий. Поэтому появилась Наденька. Влад сильно хотел прекратить то, что нас связало. Я его специально изводила этим. Каждый раз говорила, что отец не переживет, если узнает. В каком -то клубе снял Надьку, притащил в дом, а потом вообще женился. Прямо выпячивал передо мной, что выбрал шлюху, лишь бы только разорвать порочный круг. А я все равно нет-нет, да пугала, будто расскажу всем правду. Ох, как же он сильно этого боялся. Потому переписал завещание. Я на самом деле в тот раз его припугнула. Уже понятно было, что папочка планирует лишить меня всего. А я, знаешь, к бедности не привыкла. Решила приготовить себе подушку безопасности. Но Влада не убивала, клянусь. Просто издевалась над ним.

– Зачем? – я на самом деле не понимал столь неоправданной жестокости.

– Не знаю. Просто смешно.

Видимо, у нас с девочкой Берг сильно разнилось понимание чувства юмора.

После того, как немного затянуло в омут страсти, а я тоже иногда способен к романтичным эпитетам, но более всего, после признаний Принцессы, в душе зародилось подозрение, что случайным секс был только для меня. Кое-кто данным момент просчитал и подготовил.

– Ты поможешь?

Я посмотрел на лежащую рядом девочку. Глаза чистые – пречистые. Взгляд наивный, с надеждой и верой. Да уж... Неужели я на самом деле произвожу впечатление идиота, который слегка подотпустив свой член, готов после этого к героическим поступкам. Ну, ок. Не будем разочаровывать миледи.

– Конечно.

Натянул на себя разбросанную по комнате одежду, предварительно с трудом ее разыскав, а потом помчал в сторону дома невинно убиенной вдовы невинно убиенного же Владислава Берга.

И следак, молодой улыбчивый парень Артем, и опер, были мне знакомы.

– Да ну на хер. Если рядом трётся Макс Забелин, дело не будет иметь нормального итога. – Тёма откровенно меня недолюбливал, наши дороги не раз пересекались в силу моей деятельности и зачастую пересечение случалось не в пользу доблестных органов полиции. Однако, деньги, которыми я щедро делился, весь негатив сводили на нет, позволяя мне присутствовать там, где посторонних быть не должно. Как сейчас, например.

– То есть, до моего появления у вас все было отлично. Мертвая телка, это так, мелочи. Но вот я пришел и все испортил. Так что ли?

– Да ну тебя.

Тело, как оказалось, нашли совсем недавно. Сообщила о смерти хозяйки приходящая прислуга. От нее же, видимо, узнала и Моника. По крайней мере, опер, похохатывая, рассказал, как истеричная девица обзвонила всех родственников, потом вызвала полицию, а до кучи ещё скорую, и, на всякий случай, пожарных.

– Задушена проводом от фена. Предположительно, дело рук женщины. Судя по силе, с которой тянули провод. Причем, она ее знала. Следов проникновения нет. Жертва впустила убийцу добровольно. Скорее всего, напали со спины, в момент, когда жертва за каким-то хером поперлась в ванную. Предположительно, опять же, сушить волосы. То есть в этот момент она совершенно спокойно вела беседу и шла за феном. Нападение было неожиданным. Нашли на месте преступления одну стоящую улику. Женская губная помада. Лежала прямо под телом. Видимо, легка борьба все же была и данный предмет выскочил из кармана или сумки. Бабы они же, как дурные, со своими сумками не расстаются даже во сне. Почему говорю, лёгкая борьба, жертва такая худющая, что просто на более сильную не способна. Короче, кто-то из своих.

Я с интересом послушал бывших коллег, сунул свой нос везде, куда только можно, потерся рядом, предварительно определив в карман Тёмы приятную бумажку. А потом события стали набирать обороты с такой скоростью, что я немного подохренел, если честно.

Помада принадлежала Монике Берг. Далее, вдруг, совершенно неожиданно и не ясно откуда, всплыла переписка Владислава с племянницей. Содержание которой однозначно говорило о наличии сексуальной связи. Потом стали выскакивать такие интересные моменты, которые не просто увели дело в опасную для Принцессы сторону, а гнали его туда на всех парах. Завещание, присутствие в ночь убийства в доме дяди, записанный кем -то на диктофон рассказ Наденьки о том, как Моника шантажировала и пугала его. Причем, я точно этого не делал, а, значит, своими умозаключениями вдова успела поделиться ещё с кем -то. Мелочь – тут, нюанс – там. А в итоге все сложилось в весьма отвратную для девчонки картину.

Я смотрел на то, как жизнь Моники Берг неслась по наклонной плоскости, будто телега, с отлетающими по дороге колесами, рождая в моем мозгу очень четкое понимание – помочь ей не смогу.

Все события уложились в несколько часов. Я даже с места преступления не успел уехать, когда по адресу принцессы отправились мои бывшие коллеги.

А тут, как раз, активизировались те самые власть имущие, которые давно поглядывали в сторону Александра Моисеевича, забывшего, что деньги деньгами, а корона на голове решает поболее. Стало понятно, дело получит максимальную поддержку и замять его никто не даст. Более того, всеми правдами и неправдами, версия с виновностью Моники Берг будет поддерживаться, а также активно продвигаться в массы до полного финала.

То, с какой скоростью и как организованно все произошло в который раз натолкнуло меня на мысли о том, что случайности не случайны. Пока ехал домой, размышлял, убеждаясь все больше, события в семействе Берг хорошо и грамотно были спланированы кем-то. Причем не в один день.

Подъехал к многоэтажке, где снимал квартиру, и сразу обратил внимание, окно кухни было открыто. Ну, ясно. Ключи есть лишь у одного человека. Учитывая нашу последнюю ссору из-за девчонки Берг и демонстративное молчание Рыжей, когда она забирала меня из отделения, честно говоря, не было желания снова наблюдать недовольство. Слишком многое ее в последнее время не устраивает. Иногда в общении с Мариной мне казалось, будто я снова женат. Кто-то опять постоянно решает, что для меня хорошо, а что плохо. Я понимал, скорее всего это разница в десять лет, которая даёт ей повод думать, будто опыт позволяет проявлять заботу там, где это, в общем-то, и не надо. Но, честно говоря, иногда такой подход сильно утомлял. В конце концов, если я позволяю думать, будто мной можно управлять только потому, что испытываю к ней определенное чувство благодарности и некой привязанности, это вовсе не значит, что так оно и есть.

Марина курила у окна. Ожидаемо. Рядом, как обычно, чашка кофе.

– Привет.

Она посмотрела в мою сторону, но не ответила. Я остался стоять в дверях комнаты, изучая женщину, которая достаточно долго была моим другом.

– Расскажешь? – постарался говорить нейтрально.

– Что?

Ммммм... Лицо такое изумлённое. Будто совсем не понимает, о чём идёт речь.

– Как ты все это провернула. С Моникой Берг. В принципе, что-то могу сам предположить. Но хочу услышать от тебя. Даже, принципиально услышать от тебя. Принципиально, скажешь ли правду.

– О чем ты?

– Хватит! Ненавижу, когда ты строишь идиотку из себя, а попутно из меня идиота.

Рыжая помолчала, потом повернулась к окну спиной, облокотившись о него пятой точкой, и при этом, глядя мне в глаза.

– Макс... Ты знаешь, дороже тебя нет никого. Ты мой близкий человек. Единственный, кому я доверяю безоговорочно и безоглядно. Что бы я не делала, это только на твое благо.

– Ближе к теме. Не секрет, что ты умеешь много, долго и красиво говорить.

Сел за стол, открыл бутылку пива, которая сто лет ждала своего часа в холодильнике и вопросительно уставился на Марину.

– Рассказывать подробно?

– Да. В красках, как ты можешь. Люблю слушать твои умственные изыскания.

– Семейство Берг сильно изменило твою судьбу. Тот случай, о котором ты рассказывал. Дело, которое нужно было изъять. Если бы не оно, ты жил бы нормально. Марика... Думаю, ничего бы не изменилось и там. Твоя жена – та женщина, с которой ты останешься до конца. Ваше премирение – вопрос времени. Честно говоря, ожидала, оно произойдет раньше. Ты ещё долго продержался. Но пока не о ней. Это было дело моего любовника. То, которое требовалось убрать. На тот момент любовника. Мальчик немного заигрался в историю с обналом, чем привлек внимание твоей службы. Александр Берг... Нас связывала одна занимательная история. Видишь ли, Алекс немного оригинален в своих сексуальных предпочтениях. Так вышло, мы познакомились в закрытом клубе людей по интересам. Я свободно отношусь к сексу, как к способу получить удовольствие, о чем тебе тоже достоверно известно, и всякая подобная херь меня возбуждает в том числе. Бергу нравится подчиняться. Ну, то есть, речь идёт не о простом доминировании женщины, а о полном. Не твоя тема, ты слишком консервативен для этого. Да и не важны подобные детали. Случилось так, что в одину из ночей, на моей личной вечеринке, нас было трое. Междусобойчик для близких друзей. Нравится мне подобное разнообразие. По нелепому стечению обстоятельств мой Апполон, тот, чье дело тебе потом пришлось изъять, приревновал меня ко второму участнику тройничка и, немного не рассчитав силы, убил его. Толкнул, а тот ударился головой об угол кровати. Виском. Глупо, да? Но дело в том, что местом для вечеринки той ночью был выбран дом Берга. Дочурка его отсутствовала, в очередной раз лечилась в Швейцарии, сын уже давно жил отдельно, супруга, святая по заверению многих, женщина, смотрела за похождениями мужа с небес. Алекс скучал и хотел острых ощущений. Он их получил сполна. Когда посреди его особняка валялся в луже крови случайный партнёр, взятый нами из клуба. И вроде отношения к убийству хозяин дома не имел, но его эта тяга к чистоте репутации... На том и сыграла. Мысль, что в присутствие самого́ Берга произошло убийство, да ещё при столь пикантных обстоятельствах, была для него недопустима... И это не считая того, что пока труп валялся рядом, Апполон имел меня, а сам чистоплюй самоудовлетворялся рядом, глядя на всю картину.

– Вы реально двинутые... – я покачал головой, просто не зная, что ещё можно сказать на подобное. – Ладно. Продолжай.

– Соответственно, Алекс оказался замешан во всю эту историю по уши. Тем более, когда тело, которое нужно было убрать, прошло через его руки, условно говоря. Естественно, сам с лопатой по лесам не бегал. Потом у Апполона возникли проблемы с твоим отделом. Извини, называю его так по привычке. Настоящее имя тебе все равно ни о чем не скажет. Так вот, я обратилась к Бергу, зная, что его денег и желания скрыть слишком волнительную, объединяющую нас тайну, вполне хватит уладить вопрос. Он настолько боится бросить малейшую тень на своё имя, что реально поверил, будто могу его участие в случайном, но все же убийстве, обнародовать. При том, что вообще-то сама была там.

– Почему, я?

– Ты... Прежде, чем действовать, Алекс пробил все возможные кандидатуры. Все существующие перспективы. Просто так прийти в отдел и сказать, уничтожь пущенное в ход дело? Никто бы не взялся, ни за какие деньги. Связи у Берга есть, конечно, но в данном случае осуществлять задуманное нужно было через человека, который знать не знает, кто такой Берг. Твоя любовь к деньгам, твой образ жизни, а главное то, что по той информации, которую сообщили Алексу, к тебе за помощью часто обращался некий человек из внутренней безопасности. Мелкие услуги с твоей стороны. Дело было не в вашей дружбе, а в том, что этому человеку ты бы не отказал. Говорили, вы очень хорошо сотрудничаете по разным вопросам с ним. Ты же знаешь, тайна, которую знают двое, уже не тайна. Собрать все это было, поверь, не сложно. Далее – вопрос техничности исполнения. Посланца от твоего товарища перехватили по дороге, создав для этого нужные условия. Авария, больница, пропавший телефон. Все это исполнение ребят из службы безопасности Алекса. На встречу с тобой по итогу пришел не тот и не с той просьбой. Думаю, не нужно пояснять, что изначально потребность бедолаги, который просто был пешкой во всей этой истории, была спровоцирована и создана искусственно. Его подтолкнули идти к знакомому безопаснику, который, в свою очередь, мог обратиться лишь к тебе. Как бы то ни было, все прошло на "ура". Но... Потом я совершенно случайно увидела, кто именно вытащил дело Апполона. Я же не вникала в подробности изначально. Меня интересовал только итог.

– Ну... Увидела. И что? Прониклась чувством стыда? Совесть пронзила твое чёрное сердце? – странно, но я слушал Марину, оставаясь совершенно спокойным.

– Нет. Совсем другим чувством пронзило сердце. Ты меня не помнишь, наверное. Но мы встречались раньше. До всего этого. Ты был в то время значительно моложе, только начал работать. Моя фирма попала под вашу проверку. Меня поразило то, как ты себя вел в той ситуации. По-настоящему разобрался во всем. И... Я увлеклась что ли. Тобой. В тебе было нечто особенное тогда. Смотрела и поражалась, как человек, работающий в этой структуре, может оставаться порядочным. Сначала ждала предложений, намеков, что происходит обычно с сотрудниками, имеющими отношение к экономическим преступлениям. Но ты молчал, на самом деле добросовестно делая свою работу. И ещё. В тебе сильно чувствовался мужчина. Мужик. Понимаешь? Такой, который реально сильный. Спокойствие, рассудительность. Никогда не повысил голос, не позволил себе грубость. Когда спустя время пришлось решать вопрос Апполона, я даже подумать не могла, что продажный мент, готовый на все ради денег и ты, это одно лицо. Теперь понимаю, с тебя их просто постоянно трясли. Твоя женщина хотела жить хорошо и красиво. Ты тянулся к тому уровню, той планке, которую она тебе поставила. А потом просто привык к этому. Вот и все. Стал сам мыслить так же. Счастье – бабки. Спокойная жизнь – бабки. Улыбчивая, готовая удовлетворить твои потребности жена – бабки. Но не об этом разговор. Узнала, что по моей вине подставили именно тебя слишком поздно. Изменить, исправить уже не было возможности. Потом ты пропал на некоторое время. Но я постоянно думала о тебе. Знаешь, что угнетало больше всего? Странная увлеченность тобой. Именно, как мужчиной. Не представляла даже, будто такое вообще возможно. Скажу сейчас громкие слова... Но... Я впервые в жизни по-настоящему полюбила. Прикинь? Звучит совершенно глупо. Когда думаю об этом или произношу вслух, чувствую себя полной дурой. Влюбилась в человека, с которым ничего, никогда не могло бы быть. Ладно. Опять же, не суть. Спустя некоторое время, от Алекса услышала о том, насколько иронична может быть жизнь. Он рассказал, что Костик, его сын, познакомился с тем самым ментом, которого использовали для помощи мне. Вот только мент, естественно, уже не мент, а личный, халявный способ сына для зарабатывания очень хороших денег. Алексу казалось это ужасно смешным. Особенно то, что ты, несомненно, тоже не мог забыть эту фамилию, но один хрен, ради бабла, делал вид, будто все хорошо. Я стала ходить на твои бои. Чисто посмотреть на тебя со стороны. Знаешь... Это было очень странно. Разглядывать твое тело из зала клуба, потом идти и трахаться с кем-то другим, представляя тебя же. К счастью, моя одержимость дала шанс встретиться нам той ночью, когда ты кинул Костика на бой. Я говорила правду, это не моя тема, и в клубе бывала только ради возможности увидеть любимого человека. Сука... как же нелепо это звучит. Но, именно благодаря обстоятельствам, я нашла тебя той ночью у машины. И подумала, ничего не происходит случайно. Наверное, мне дали возможность исправить содеянное. Конечно, вернуть нормальную жизнь я уже не могла. Но... Быть рядом и помогать – да. Поэтому, когда поняла, что ты ищешь мести, хочешь отыграться Бергу-младшему, без сомнений приняла в этом участие.

– Ты не ответила на конкретный вопрос. История, о которой мы говорим сейчас – далёкое прошлое. Отправной точкой стал твой любовник, ваши извращённые приколюхи и убийство? Ок. Сейчас это уже ничего не меняет и не решает. Хотя, конечно, то, что рассказываешь о какой-то увлечённости... Любви... Прости, по мне это бред. Влюбиться в человека, которого ты не знаешь и хранить его в памяти все это время? Не верю. Бред.

– Тем не менее, это так, – интересно, но Марина тоже была спокойна. Мы будто не обсуждали клубок мутных дел, замешанных на крови, а говорили о погоде за чашкой чая.

– Хорошо. Пусть так. Любила ты меня все это время. Но я спросил конкретно. Как ты провернула с Моникой? И зачем? Вот, что интересно. Костику хотел мести я. Ладно. Ты испытывала чувство вины, решила, будто снизошло озарение, или что там ещё за херня в твоей голове. Но Моника-то при чем? Ей я мстить вроде как не хотел.

Отражение

– Моника... Я никогда тебя не ревновала к женщинам с которыми ты спал. Опять же, не могу объяснить, почему именно. Скорее всего, понимая, что между нами ничего быть не может, просто довольствовалась тем, что есть. Но при этом я знала, что важна для тебя, как человек. Вернее, даже являюсь самой важной женщиной, не смотря на отсутствие личного интереса с твоей стороны. Черт... Реально не могу объяснить понятнее. Ты верил только мне, рассказывал все мне. Я – стала для тебя кем-то особенным. Остальных ты просто имел. Так что ли... Они приходили и уходили, а я была всегда. Но, едва ты произнес ее имя... Видел бы себя со стороны. Твое дыхание даже изменилось. Интонация. Голос. Я поняла, что эта...эта женщина зацепила тебя по-настоящему. Небольшое отступление. К нему ещё вернёмся. Началось-то все раньше. Со смерти Влада. Монику на тот момент ты ещё в глаза не видел. Девчонка вытрепала Алексу все нервы. Тем более, последний ее закидон превосходил по своей сути предыдущие. Она притащила какого-то наркомана и заявила отцу, будто планирует выйти за него замуж. Сам понимаешь, для Александра Берга это недопустимо. К тому же, когда, потеряв сына, он надеялся только на дочь. А тут взять в семью какое-то отребье. Соответственно, принял решение перекрыть ей финансовый кислород, чтоб девчонка одумалась. Но вот только Моника не зря воспитывалась в этой семье. Не долго думая, пошла и шантажом заставила Влада завещать ей все имущество. Просто так переписать он не мог. Были бы вопросы. А тут – ну, завещал любимой племяннице, ничего особенного.

– Подожди... Ты знаешь, чем она его давила? Знаешь, судя по тому, как говоришь.

– Знаю. – Марина не стала спорить. – И Алекс знает. Надька в изрядном подпитии, после того, как застукала муженька, умоляющего Монику никому ничего не рассказывать, помчала открывать глаза отцу на родное чадо. Думала, девчонка говорит о работе, о делах, о связи Влада с конкурентами брата. Ей в голову не приходило, о чем вообще идёт речь. Алексу, сначала, тоже. Но он начал копаться и узнал, чем же Моника могла пугать его брата.

– Ясно... Значит, об этом ты тоже в курсе...

– Что твоя ненаглядная красавица трахалась с Владом? В курсе. Ровно как и о том, что никакой он ей не дядя. Алекс многое обсуждает со мной до сих пор. Делится.

– Мммм... Вы такие близкие друзья... Не стрёмно было приложить руку к смерти его сыночка?

– Нет. Это соответствовало твоему желанию. То, чего хочешь ты, для меня важнее всего.

– Не плети! Хорош. Давай дальше про Монику. Любопытно.

– В общем-то, разобравшись во всей ситуации Берг – старший принял решение не вмешиваться. Знаешь, почему? Девчонка на самом деле планировала убить дядю. Повторяю ещё раз. Не тот отец, что родил, а тот, что воспитал. Пусть в ней нет крови Александра Берга, но его суть сидит намертво. Алекс решил дождаться действий дочурки, чтоб потом упрятать ее в психушку, как неадекватную. Пусть лучше общество сочувствует вдовцу, потерявшему сына и лишившемуся дочери в силу болезни последней, чем узнают всю правду. Он следил за Моникой, выжидал момента, когда та решиться действовать. Естественно, никто бы не узнал, что Влада убила она. Алекс планировал заключить с ней сделку у неостывшего тела брата, – Марина усмехнулась, будто сказала хорошую шутку, – Представляешь, что делают с людьми деньги... Берг настолько фанатично погрузился в то, что его положение не позволяет подобной грязи... Готов отдать брата взамен чистоте репутации.

– По мне он просто больной.

– Возможно... – Рыжая больше не смотрела мне в глаза, опустив взгляд в пол. Она говорила будто сама с собой, – Тем не менее, вот так он решил. Как только Моника отправилась ночью к Владу, зная, что Надька в говнище, дрыхнет у себя в спальне, а это было уже в порядке вещей и происходило почти на ежедневной основе, Алекс позвонил мне. В силу того, что нас итак до хрена какого дерьма связывает, попросил заснять нужный момент на видио. Рассказал, как попасть в дом через черный вход, сообщил пароль от кодового замка, короче, создал для меня все условия. Но... Моника не решилась. Испугалась.

– Ты толкнула Владислава с лестницы?

– Да. Когда девчонка сбежала от него, так и не решившись ни на что, я обозначила свое присутствие. Влад знал меня. Охренел, конечно, от того, что в ночи по его дому шатается левая баба. Но не почувствовал угрозы.

– Хорошо... Зачем?

– Наверное, тебе мои слова покажутся странными, но я сделала это для тебя.

– Сука, – я рассмеялся в голос, – ты нереально в точку попала. Они действительно кажутся мне странными. На хрен мне смерть Владислава Берга?

– Эта семья сломала тебе жизнь. Именно в тот момент, наблюдая, как он поднимается по лестнице, я вдруг поняла, что хочу наказать их. Так что ли... Даже не их. Его. Александра. Лишить всего. Он поступил с тобой точно так же. Отнял нормальную жизнь. Ну, ведь круто. Родного брата отца убивает единственная дочь. Да ещё за несколько дней то этого, ты снова вспоминал прошлое. Марику. Я научилась понимать по твоему молчанию, когда ты думаешь о ней. Ну, как-то так вышло. Я знала, что подозрение упадет в первую очередь на девчонку Берг. Но... Судьба, сука, глумится всегда по полной программе. Уж не знаю, кто дал Монике твой телефон и посоветовал обратиться за помощью, но тем не менее, вы встретились. И ты впервые после развода увлекся кем-то настолько, что выбрал не меня, а ее. Там. В ресторане. Ну, как бы это и сыграло решающую роль. Я сидела за столом между вами, ее сумочка висела сбоку, на спинке кресла. Помаду я взяла, наверное, интуитивно уже понимая, что сделаю. Очень осторожно взяла. Пока вы перебрасывались взглядами, пока ты злился на меня, никто не обратил внимания. А женские руки, знаешь ли, хороши наличием маникюра, особенно, если он достаточно длинный. Пальцами трогать не нужно. Берешь ногтями. И все. Никаких следов. Под утро поехала к Наденьке. После того, как забрала тебя из клуба, где ты сцепился за свою ненаглядную Марику. Позвонила, та была пьяна, как обычно. Сказала ей, будто есть срочная важная информация о смерти мужа и его племяннице. Естественно, вдова не стала откладывать разговор и согласилась на встречу в столь раннее время. Рассказ о шантаже записала и отправила ментам я. Скрины переписки были у меня от Алекса. Он скинул, когда рассказал об их связи. За Моникой следили конкретно. Как уж они ухитрились влезть в ее телефон и получить эти послания любви, не знаю. Ну, и, сам понимаешь, Наденьку, тоже убила я. Задушила, пока та решила собраться и ехать к ментам вместе со мной. Я так обозначила причину своего появления в ее доме. Сказала, что приехала за ней, дабы взять с собой и отправится в органы, где расскажу много интересного. Надька трезвая-то дура дурой, а уж пьяная тем более ничего не заподозрила. Так что, это было не сложно. Ну, и, соответственно, аккуратно подложила помаду. Видеонаблюдение у дома ведётся только с главного подъезда. А я снова зашла с черного входа. Безутешная вдова была настолько пьяна, что вообще не поняла, как гостья появилась посреди дома. По итогу, я сделала все, что хотела. Александр Берг полностью и целиком потерял всю свою жизнь.

– Слушай... Но ведь он доверял тебе... Считал своим другом. Ты предала его по факту. Сегодня Берг. А завтра? Завтра, я?

– Нет. Исключено. Тебя не предам никогда. Ещё раз говорю. Все, что делала, это только на твое благо.

Честно говоря, не знал, что сказать на все это. Просто не знал вообще. Минут пять думал, как относиться к такой правде.

– Уходи.

Рыжая резко вскинула взгляд. В глазах было неверие.

– В смысле? Куда?

– Куда хочешь. Есть огромное желание вычеркнуть тебя из своей жизни. Вот так, наверное. Не готов.

– Но... Мы же друзья. Кореша. Ты же говорил, что бы не происходило, мы всегда останемся корешами. Помнишь? Ты говорил, даже если с Марикой помириться. Помнишь? Я спросила тебя однажды. Ты сказал, что мы друзья до конца жизни. Ты же знаешь, я никогда не сделаю тебе плохо.

– Уходи.

– Макс, я не смогу без тебя. Правда. Просто не смогу.

– Уходи.

Рыжая оторвалась от окна и медленно пошла к двери. Она ждала снова, что я ее остановлю.

Когда остался один в квартире, допил оставшееся пиво и, откинувшись на спинку стула, уставился в потолок. Как там Марина сказала? Я сто процентов не вспомню нашу первую встречу? Зря. Вспомнил. Сразу. Как только увидел фамилию в списке людей, делавших ставки на тот бой. И о Бергах тоже вспомнил сразу, как только познакомился с Костиком после первой победы. Я с самого начала понял, нас не зря свела снова жизнь. Точно не зря. И, да, Александр Берг отнял у меня все. Я хотел сделать то же самое. Каждый день своей "дружбы" с его сыном, размышлял и думал, как использовать данный факт для мести. План выстраивался постепенно. Сомневался много. Но только до момента, когда услышал его разговор с телочкой. После этого решил наверняка. Слить бой я хотел давно. Искал нужного момента. Прежде, чем сделать задуманное, внимательно изучил всех, кто делал ставки. Учитывая немалые деньги, букмекеры брали данные участников тотализатора полностью. Фамилия Рыжей сразу навела меня на определённые мысли. Конечно, я помнил свое первое дело. И то, как женщина, которую проверяли, смотрела на меня, тоже помнил. Это был особый взгляд. Больше ни от кого я подобного не видно. Стал просматривать предыдущие бои. В каждом она значилась в списках. Пришлось немного порадовать букмекера деньгами, но зато прошерстил все. Одна и та же особа каждый раз присутствовала постоянно. Другие пропадали, появлялись, она, с определенного момента, была всегда. Пробил, и убедился, мои мысли верны. Баба, "поплывшая" несколько лет назад, которая при встрече, стоило мне оказаться рядом, смотрела так, будто готова отдать за меня жизнь. Далее все стало проще. Опасался, конечно, что по закону подлости именно на этот бой не явится. Но, нет. Не подвела. Она всегда приезжала заранее, чтоб сделать ставку. Это было видно по отмеченному времени. Соответственно, машину поставил рядом специально. Того самого "большого" человека, поставившего "большую" сумму на проигрыш я тоже пробил. Помогли старые связи. Вполне отдавал себе отчёт, что меня ждёт в ответ. Конечно, был риск и не малый. Меня могли просто убить на хрен. Но, я сознательно шел на это. Решил, если поступаю верно, то все сложится в ёлочку. Все участники моей аферы повели себя именно так, как я и планировал. Берг слил, "большой" человек отправил парней, Марина, увидев своего кумира избитым до полусмерти, потащила его домой. Зачем мне это было нужно? Рыжая, мое солнышко. Я знал, что тогда, при нашей первой встрече она втрескалась по уши. И ещё знал, что влюбленные бабы способны на все. А, если она посещает каждый мой бой, то это чувство никуда не ушло. Осталось при ней. Соответственно, могу отомстить Александру Бергу не своими руками. Этот вариант надёжнее. Так и вышло. Деньги со своего счета перевел я сам. Мариночка даже не подумала, что левый человек никак не мог этого сделать. Слишком сильно верила в меня. Обозначилась весомая причина для мести. Снова Рыжая меня не подвела. Сделала все так, как было нужно, и Костик Берг стал первой жертвой моей мести. Дальше просто ждал. Удобного момента, соответствующего знака, подсказки от вселенной. Ну, а пока этого не происходило, тупо жил. В принципе, наличие Марины рядом, во многом облегчало ожидание. Сначала помогала материально, не зная о припрятаных деньгах со счета. Потом придумала эту фишку с зарабатыванием бабла. Рыжая оказалась очень удобной особой. Все это время я следил за интересующей меня семейкой. За всем, что происходило вокруг них. О появлении дочери Берга узнал сразу. О том, что Марину связывает с Александром некое подобие дружбы, тоже знал. Я же мент, в конце концов, а это на всю жизнь. Конечно, детали их темных делишек на сексуальной почве мне были неизвестны. Тут врать не буду. Ровно как и тот факт, что отправной точкой стало дело именно любовника Рыжей. Но это мелочи, которые вообще ничего не решают. Когда Владислав Берг окончил свой путь сломанной шеей, а Моника оказалась в ситуации, где ей срочно нужна была помощь, естественно, мой телефон попал к ней в руки по моему же желанию.

Марина... Ну, пожалуй, не признать тот факт, что я полностью использовал ее, не могу. Так и есть. Но, почему, нет? Взамен она получила пусть небольшую порцию, но все же счастья. Провела столько времени с любимым человеком. Разве это не щедрый подарок с моей стороны? Глупая, маленькая девочка, считающая, что разница в возрасте даёт ей больше понимания. Я знал каждый ее шаг. Видел все ее мысли. Понимал каждый раз, находясь рядом, насколько сильно она меня хочет. Слегка поддерживал данное желание полунамеками. Более того, дарил ей веру, будто она – ведёт в нашем дуэте. А теперь... Что теперь мне может она дать? Все. Больше ничего. Месть Бергам прошла на "ура". Как я и хотел, Марина все сделала за меня. Кого-то убила, кого-то посадила. Идеальный конец истории.

Я поднялся со стула, выкинул пустую бутылку и набрал номер Марики.

Конец