Помоги проекту - поделись книгой:
— Падымайте грабли вверх, немчура окаянная!!!
Мы молчали, переваривая. Первым очнулся Алекс.
— Чувак, ты кто?
— Так ты по нашенскому балакаешь? — удивился «чувак», но стойку не опустил.
— По какому-такому «нашенскому»? — уточнил я, уже что-то подозревая.
— Вестимо по какому! По-русски! Не по хранцузски жеж!
— Приехали… Хуйня какая-то! — офигел ниндзя.
Мужик навострил уши.
— Так вы наши, что ли? Вроде фрицы не матюкаются!
— Наши-наши, — покачал головой я, пытаясь собрать мысли в «кучку». — Тебя как звать-то?
— Максим Сергеич я! — секунду подумал, но ответил человек. — Но все зовут меня дед Максим!
— А откуда ты, дед, взялся? — влез Алекс.
— Вестимо откуда! С Заболотья я!
— Это где? — уточнил ниндзя на всякий случай.
— Бялорусия эта, милок! А мы где?
— Чуть в стороне… от Беларуси, — почесал затылок я. — А какой сейчас год на дворе, отец?
— Да ты, сынок, как будто не знаешь? Весна сорок четвёртого жеж!
Я задумался, Алекс задумался. Аста просто офигевала и молчала. Дед Максим яростно зачесался.
— А куды борода моя делась? Зачем побрили, злыдни? — он посмотрел на нас подозрительно. — Будьте здоровы!
— Апчхи!!! — чихнул я, похоже у меня на это тело аллергия. — Никто тебя не брил, дед. Оно само…. так получилось…
— Ты, что последним помнишь, Максим Сергеич? — поинтересовался Алекс.
— Как фрицы на лагерь напали! — охотно начал рассказ дед. — Мы же женщин и детей успели вглубь болот отправить, в запасной лагерь, а сами после задания отдыхали! Добрые люди доложили, что с Витебска состав с зерном в Германию отправляет, ну мы его и того… Под откос, к хуям! Гхм… Извините, барышня!
— Так ты настоящий бялорусский партизан? — уточнил я.
— Ну да, ухмыльнулся дед, — и поднёс руку ко рту, ощупал его и расстроился. — И усы зачем-то сбрили! Усы-то вам чем не угодили?
— Что дальше было? — напомнил я.
Максим нахмурился, вспоминая.
— Полицаи вроде с фашистами пришли, мы с Семёном Афанасьевым и Саней Изотовым отстреливались и в лес ушли, но потом в бок меня что-то кольнуло, и я здесь уже очнулся! Будь здоров!
— Апчхи! — чихнул я.
Алекс странно на меня посмотрел.
— А ты заметил, что он второй раз тебе здоровья желает, до того, как ты чихнул?
— Нет… то есть да!
— А это что за нехристь?!! — внезапно заорал дед, глядя на дверь. На всё еще закрытую дверь. Он поднял палку и отпрыгнул в угол.
Через несколько секунд дверь открылась и в дверь вошёл улыбающийся Тоби, которому стало скучно, и он решил к нам заглянуть. При параде, в кожаном плаще, с Маузером и кепке. С красной звездой, да.
— Товарищ комиссар? — офигел дед Максим и бухнулся в обморок. Я его понимаю. Стресс — он такой стресс! Не каждый день комиссара-гоблина видишь! Хоть он и не настоящий комиссар, но выглядит аутентично! Хе-хе…
— А што эта он? Бух? — развёл руками Извра. — Баицца, штоле?
— Забей, мой зелёный друг! — машинально похлопал я его по башке.
— Рановато мы от Обамы улетели, — покачал головой Алекс. — По любому, не всё рассказал!
Глава 6
— Илая! Можна мну сделать БУХ? Миня дед Максим куращаит! Я иго взарву! К хринам!
Тоби залетел ко мне растрёпанный, злой и без головного убора.
— Врёшь! Не уйдёшь! — послышалось из корридора.
Алекс сидел на столе и болтал ногами. Он ждал пока я оденусь. Мою супер-пупер броню, наконец, отремонтировали и сам Мудвин пришёл на примерку/подгонку.
Броня сидела, как влитая, вопросов к Мудвину не было.
— Слышь, зелёный! А ты где картуз потерял? — спросил у него ниндзя.
— Деда запрал! Сказал, што я ни заслужил!!!
— Хренасе, старый хрен жжёт!
В двери показалась голова Максима Сергеича. На голове у него была папаха с красной лентой наискосок.
— Я всё слышу! Тук-Тук! Товарищ командир, можно!
— Заходи! — кивнул я. — На тебя Тоби жалуешься? Ты чего его обижаешь?
— Да не обижаю я, трищ командир! Просто восстанавливаю историческую справедливость?
— И в чём она заключается? — хмыкнул Алекс.
— Нельзя носить красную звезду, даже гимн СССР не зная!
— А ты знаешь? — наклонил голову Алекс.
— Конечно! — дед выпрямился в струнку и затянул.
«Вставай, проклятьем заклеймённый,
Весь мир голодных и рабов!
Кипит наш разум возмущённый
И смертный бой вести готов.
Весь мир насилья мы разрушим
До основанья, а затем
Мы наш, мы новый мир построим —
Кто был ничем, тот станет всем!»
— Хватит! Верю! — похлопал Алекс, останавливая раздурхарившегося деда.
— Там припев еще! — напомнил Максим.
— Да, я знаю! — кивнул Алекс. — А это разве не «интернационал»?
— «Интернационал»! — кивнул я. — Но, он гимном до войны был.
— Я еще и на хранцузском могу! — похвастался дед.
— Не нужно, старый полиглот! — покачал головой я. — Ты лучше мне скажи, зачем у малого кепку отобрал?
— Я на колчаковских фронтах кровь проливал и заслужил честь быть пролетарием! А этот нехристь нацепил звезду и думает сразу советским человеком стать?
— Дед, акстись! Каким советским человеком? Мы у чёрта на куличках — а это просто звезда!
— Эта не просто звезда! — лютовал Максим. — И он должен заслужить! Красная пятиконечная звезда — символ конечного торжества идей коммунизма на пяти континентах Земного шара!
— Какой, в жопу шар? дед — мы в космосе! Тут другие Шары летают! Злобные… — пытался урезонить Максима Алекс. — А еще пирамидки, кубики и цилиндры! Набор для развития ребёнка — мечта любого родителя!
— Ничего страшного! — не сдавался Сергеич. — Можно шестой луч пририсовать! Или нет… шестиконечная звезда — это другое! Вот помню мы Житомир в гражданскую освобождали, так там один раввин…
— Дед! Ближе к теме!
— В общем, будет не то! Ну, чего вы мне голову задурили! Будем торжество идей коммунизма в космос внедрять!
— Ладно! — прервал спор я. — Тоби — выучи «Интернационал», можешь Бодю еще позвать — уверен ему понравиться… Нет, Бодю, пожалуй, не нужно этой песни обучать, не хватало нам тут еще Парижской коммуны с гоблинским антуражем!
Я посмотрел на Максима, который уже начал отращивать бороду. Тело он менять не захотел, сказав, что это «бесовский проделки» и «ему и это хлопчик нравится, похож на цыганёнка, который у барина на конюшне служил», и вообще «ща мы всех немчур живо прихлопнем!».
Мы потребовали от Обамы объяснений, но, в итоге получили их от Фокуса, всё еще отрабатывающего долг у нас на Дыне и старающегося не отсвечивать. Два рассказа дополнили друг друга и вот какая- получилась картина.
Фокус оказался ещё тот жучара. Нашел его в свое время именно Обама. «ЭКСТЕРМИНАТУСы» на тот момент были скромным, но крепким Наемным Подразделением Класса В, с одним интересным нюансом. Обама, ко всему прочему, был должен Бульдогу. Крепко должен. Что именно, этот странно-белый Президент нам не рассказал. И его наёмное подразделение отличалось немного другой специализацией. Они выигрывали «не числом, но умением». А если быть точным — были признанными знатоками и умельцами в модификации человеческих тел.
После находки Симбиотов, Бульдог обратился именно к Дональду, а тот отдал ему Фокуса. После успешной подсадки Симбиотов в три тела, «Бульдоги» совместно с «ЭКСТЕРМИНАТУСами» решили найти всех Симбиотов, до которых смогут дотянуться. Ведь это сулило ни много ни мало — а власть над Обитаемым Космосом.
Но Ангелы спутали все карты. Их преследование «Бульдогов» ясно дало понять, что идея с Симбиотами — неосуществима. По крайней мере, быстро и спокойно. Нету столько времени, чтобы нарастить силы и справиться со Вселенной-13. Была идея улететь далеко за фронтир и обосноваться там. В поисках подходящих миров и нашли Землю 6рассматривая её как один из вариантов. Хотя там жили местные, не очень дружелюбные аборигены.
Так что когда Бульдог полетел «сдаваться» Ангелам, он на самом деле полетел к Обаме. Переписал на него огромную сумму денег и множество кораблей, а в качестве ответной услуги его сознание решили переместить в тело аборигена на планете Земля. Для этого было две причины. Первая — Вселенная-13 туда не добралась. Вторая. Там был свежий воздух и здоровая пища.
Идея была пожить там, пока тут всё поутихнет, за это время Сознание «перемешается» с Сознанием аборигена и потеряет свой уникальный «код». Затем забрать Сознание и воскресить его в новом теле, заставив Вселенную-13 его «потерять». И дальше уже спокойно, «не отсвечивая» заниматься своими делами.
Всё это было успешно проделано позже со мной и Алексом. Ну, как успешно! Главным косяком было то, что личность аборигена начинала доминировать над старым Сознанием. Мы-то с Алексом привычные, а вот Бульдог этого не знал.
Так вот, второй косяк, точнее правильнее — первый, а так как он случился раньше случился с Бульдогом. А еще правильней — ряд косяков.
Манипуляции происходили со спутника Земли — Луны. Тело для переноса было выбрано на большом сдвоенном континенте в большом городе под названием Нью-Йорк. На планете шла война, а эта часть планеты в ней особо не участвовал, так что это было лучшим вариантом. Нет, войны еще не было над другом континенте, где по джунглям бегали темнокожие парни в юбках из травы и деревянными копьями, но Бульдог ценил комфорт и выбрал всё-таки первый вариант.
Тогда всё пошло не так в первый раз. Сознание улетело на другой континент и попало в пожилого человека, находящегося непосредственно в бою.
Второй косяк был в том, что не ожидавший этого Фокус не успел настроить «приемник Сознания» и человек погиб от вражеской пули до того, как Сознание смогло улететь через ретранслятор во Вселенную-13.
Находящаяся на Луне группа силового воздействия «ЭКСТЕРМИНАТУС» спустилась на землю, попутно расстреляв две сотни странных чуваков в серой форме со значками «SS» на ней.
А около погибшего аборигена, в которое переселилось Сознание Бульдога лежал серый мутный кристалл, который и передали расстроенному Обаме.
Так как единственное известное оборудование Свободного Космоса на тот момент приказало долго жить, то вернуть Бульдога в тело не было никакой возможности.
Позже, через несколько десятков летом этим же путём воспользовались Данкэн и Митос, Но Фокус, используя горький опыт смог сделать всё правильно. Ну, почти правильно.
И вот теперь у меня есть шальной дед с расшатанной коллективизацией психикой, который таскает внутри Симбиота Пророк, но может предугадать разве что меню в местной столовой еще до захода внутрь.
Весь громадный опыт Бульдога, как командира самого успешного Наемного Подразделения в истории, необходимый мне сейчас как воздух — находился сейчас в той лохматой и небритой башке белорусского партизана.
Я вздохнул.
— Дед, а где Хмурый? Я же вроде его с тобой оставил? А ты за гоблином гоняешься! И Хмурый тебе в этом не помогает, почему-то! Странно это…
— Дык, в «воскрешателе» вашем богомерзком!
Поделиться книгой: