Помоги проекту - поделись книгой:
— Абсолютно. Все его воспоминания с момента, когда к нему подсел ваш охранник, будут заключаться в том, что вы его пригласили к себе и некоторое время разговаривали. Плюс небольшая симпатия к вам. Нет, но какая врожденная защита! Не знаю, кто его отец, но мать — не меньше жрицы, у них в Ацтекской Империи женщины тоже могут являться ими, в отличие от Союза Племен. Только у них появляются менталисты, да и то крайне редко. А у него, — взгляд на парня, — наверняка, отец тоже из ментальных магов.
— Раэш Арэшхиллса, — прочитала Голицына документ. — Ну и имя — язык сломаешь, пока выговоришь. Зато не забудешь и не пропустишь мимо ушей новость, паче чаяния она появится в прессе. Надо взять его на заметку.
Тут ее взгляд упал на окровавленный сверток, напоминавший по форме крестьянское орудие труда. Он так и лежал на столе.
— Про кровь не забыли?
— Нет, — усмехнулся тот, — войдя в каюту и увидев вас, он неудачно дернулся, поранив себя.
Он взял в руки сверток и, чуть натянув ткань, разрезал ее, а из небольшой дырки, находящейся посреди пятна крови, показался кончик серпа.
— Приведите его в чувство, — приказала она графу.
Спустя полминуты молодой человек открыл глаза, уставившись на княжну.
— Вот мы и закончили разговор, — улыбнулась она ему. — Можешь идти.
Они вышли, и почти сразу раздался чуть ли не крик полукровки:
— Но там же она! Моя ненаглядная!
— С симпатией вы очень перегнули палку, — процедила сквозь зубы княжна. — Начинаем, — сказала она командиру отряда, который так и остался внутри каюты.
Тот вышел из помещения, но буквально через минуту вернулся.
— Крик насторожил охрану не только графини, но и других аристократов, — начал докладывать он. — Плюс появились еще люди, с виду — отличные воины, которые, скорее всего, и являются скрытой охраной. Все проделать тихо не получится.
Княжна только заскрежетала зубами, бросив испепеляющий взгляд на графа. А тот и сам не мог понять, как его внушение легкой симпатии могло привести к таким результатам, словно он внушил сильнейшую безответную любовь.
Я пошевелился, и острие теснее прижалось к моей коже — я даже почувствовал, как разрезало ее. Скосил взгляд налево, где двое мужчин о чем-то оживленно разговаривали, вот только в руке одного я заметил тщательно скрытый магострел, направленный точно на меня. Тот, кто держал меня за руку и приставил нож, увидел, что я все понял и произнес:
— А теперь улыбнись и следуй рядом со мной.
В данную минуту я не видел выхода. Точнее, один просто напрашивался: начать кричать или во всеуслышание заявить, что меня хотят прирезать, вот только сохраню ли я при этом жизнь, неизвестно. Свои боевые серпы я как держал прижатыми к себе, так и пошел с ними, не стараясь их достать, а то мало ли что подумают эти люди. Решил пока плыть по течению, а там посмотрим, что да как. Выхватить оружие я сумею в любой момент, а эти люди, если правильно все понимаю, не подозревают, что это боевое оружие, а не орудия труда. Я в очередной раз порадовался, что в этом мире не додумались до боевого применения серпов. Меня подвели к двери в отдельную каюту, куда я и вошел.
Красивая девушка сидела в кресле, всем своим видом показывая, что я — букашка у нее под ногами. Высокомерие просто волнами разливалось вокруг нее. Самое удивительное, что она мне совершенно не знакома, и я даже представить себе не могу, где и когда я успел ей насолить. Разглядеть мужчину я не успел, так как он сказал:
— Посадите его и обыщите.
А вот голос я его узнал, и все встало на свои места. Девушка — это та капризная девица, которой не понравилось, что я лечу вместе с ней. Вот только сейчас в ее взгляде напрочь отсутствовали эти нотки, зато властности в нем хватило бы на несколько королей. А мужчина — это тот, кто ей отвечал, его голос я узнал. Я дернулся — в основном, чтобы проверить, насколько крепко меня держат, и не потеряли ли конвоиры бдительность. Но они были наготове, и нож еще дальше вошел в меня. Сделавший это был профессионалом, так как заставил течь кровь, а меня — испытать боль, но ничего серьезного не разрезал. Не считать же порез за серьезное ранение!
Я увидел, как у меня забрали окровавленный сверток, вытащили обе мои карты и мелочь. В этот момент я почувствовал сильнейшее давление на мое сознание — настолько сильное, что сопротивляться я не мог. Единственное, что успел сделать, это нырнуть в глубины своего «я».
И очутился в знакомом мне месте, за защитной сферой. Вот только я отчетливо чувствовал, как что-то сжимает ее снаружи, испытывая на прочность. Спустя некоторое время воздействие изменилось, и теперь точечно в пяти местах кто-то пытался пронзить или пробурить насквозь мой заслон. Я начал быстро наращивать в этих местах защиту. Но с такими темпами я скоро окажусь без сил. Надо что-то предпринять, как-то обмануть их. Но что я могу сделать, если вообще не только не знаю их мотивов, но даже не предполагаю, что они хотят выведать. Вряд ли эта девушка пошла бы на такой шаг только из-за того, что ей пришлось лететь вместе со мной. Причина просто обязана быть очень существенной. Им стало известно, что я убежал из рабства? Так не я один, судя по рассказам. Может быть, они умудрились узнать, что я тогда спас цесаревну? Тогда причина существенна, но как они это сумели сделать, если я даже отсутствовал в это время в России. И за эти годы я довольно сильно изменился, так что узнать меня проблематично. Вон, даже та «сиятельство» не смогла решить, я это или не я. И я постарался эти мысли забросить как можно глубже в сознание.
И как нельзя вовремя: сильнейший удар в одном месте проломил все-таки мою защиту. И это оказалось очень плохо — ведь я не представлял, что предпримут эти люди, узнав, что я демон. Этого нельзя допустить ни при каком раскладе! А дальше все случилось само собой. Держа на поверхности мыслей свой побег от индейцев, спасение моряками и мое желание учиться, я скользнул вдоль пронзившего луча к его владельцу.
Откуда-то я совершенно точно знал, что двигаться по прямой нельзя ни в коем случае, поэтому я закручивался спиралью вокруг него, да еще постоянно меняя расстояние между витками. Ага, защита. Ячеистый чешуйчатый купол, состоящий из восьмиугольников. Откуда-то приходит знание, что он менее эффективен, чем из шестиугольников: лучше держит прямой ментальный удар, но менее эффективен при тонком манипулировании. При приближении я закрутился вокруг ментального щупа, как бы размываясь по его поверхности, и очутился за барьером. Вот только сразу остановился, не пытаясь идти дальше в сознание и все там громить или считывать данные, хотя и попытался рвануть. Но явное «Стоять!», чуть ли не ударившее меня «по голове», заставило не рыпаться. Легкой дымкой я чуть продвинулся вперед, тут же отступив, и сразу вернулся назад, используя тот же способ.
Ничего серьезного я не узнал — все его мысли крутились вокруг моей знакомой и меня, и ничего хорошего ни мне, ни, особенно, ей не предстояло. Что именно хотели с ней сделать, я не понял, но грозившая опасность превалировала. Еще наличествовало сильнейшее удовлетворение от осуществленной мести — настолько, что даже образ некой женщины присутствовал, а я узнал о ее последствиях. В этот момент маг, копавшийся в моем мозгу, начал делать что-то, что меня скрутило, и создалось впечатление, что у меня отрывают нечто важное.
Я еще успел сообразить, что проделывается это на небольшой части моего сознания, и… ушел из этого места. Когда все закончилось, я вернулся и сразу почувствовал дискомфорт, словно попал в чуждую мне обстановку. Даже не пытаясь ничего понять, я оттолкнул от себя все это так, что оно вышло за пределы защиты через проделанную брешь. Кое-как заделав ее, я вернулся. И немного удивился, что, несмотря на все перипетии, получилось это лишь немного тяжелее, чем раньше.
— Вот мы и закончили разговор, — улыбнулась мне девушка. — Можешь идти.
«Что?! — мелькнула мысль. — Она улыбнулась мне? А как я сюда попал?». Все, что я помню, это как ко мне подсел кто-то, а затем сразу борьба в сознании и вот эта ее фраза. А если вспомнить ее реакцию на меня, это выглядит, как минимум очень подозрительно. Когда выходили, я вспомнил, что моей знакомой хотят сделать что-то нехорошее, причем этот мужчина, что ковырялся в моем мозгу, пребывал в уверенности, что их ожидает успех. Эта девушка хорошо отнеслась ко мне тогда, да еще дала в качестве чаевых серебряную монету, поэтому я считал своим долгом помочь ей. Но как? Как привлечь ее внимание и внимание охраны? Пришла только одна мысль:
— Но там же она! Моя ненаглядная! — крикнул я, развернувшись обратно.
— Ну, что ты, — удержал меня на месте провожающий воин, — ее светлость всем нравится, но не стоит об этом кричать, — тихо сказал он.
Но я видел, что люди оживились, а это мне и было необходимо. Я считал, что свой долг вернул сполна и могу спокойно лететь дальше. Сев на свое место, я прикрыл глаза, вслушиваясь в обстановку. Но ничего не происходило, и я, уставший, уснул.
Глава 5
— Что там произошло? — спросила Ксения Александровна командира своей охраны.
— Ваше сиятельство, что странно, — ответил тот, все еще обдумывая что-то, — из каюты княжны Голицыной вывели влюбленного в нее полукровку, хотя как он туда попал, никто не видел. Да и прекрасно известно ее истинное отношение к таким людям. Все это очень странно, поэтому на всякий случай я привел охрану в боевой режим.
— Ну, это лишнее, — улыбнулась девушка.
— Не соглашусь с вами, — твердо ответил тот, — я отвечаю за вашу безопасность и считаю, что прав.
— Полукровка — вы имели в виду того молодого человека, сидевшего через пару рядов от нашей каюты? — мужчина кивнул. — И что с ним?
Интонация голоса молодой графини не изменилось, выражение лица осталось прежним — с легким интересом, но бывалому работнику внутренней службы безопасности показалось, что этому вопросу она придает большое значение. Но там ничего особенного не было.
— После его выкрика: «Но там же она! Моя ненаглядная!», он сел на место и уснул, — ответил он.
— То есть вы насторожились после его слов, — задумчиво произнесла девушка.
И задумалась, обрабатывая полученную информацию. К своему стыду, она до сих пор не решила, тот ли это человек, работавший несколько лет назад официантом и так поразивший ее, или нет. В нем присутствовало нечто, объединяющее оба образа, но и только. Мало ли что это — может, его мать и мать этого человека — сестры, вот и наблюдается схожесть. Вот если бы она увидела его в движении, то могла бы более уверенно сказать, он это или не он. Но ждать этого или приглашать к себе — это уже моветон. Тем более после того, как его приглашала к себе Голицына. А вот выяснить, куда тот летит, необходимо. Если туда же, куда и она, в Екатеринбург, то она сможет его найти и поговорить, тем более что и отец им заинтересовался еще тогда.
— Алексей Петрович, выясните, куда он направляется, — приказала она.
Тот кивнул и покинул помещение. Девушка задумалась о предстоящей работе, но мысли ее вновь и вновь возвращались к этому «индейцу», как тогда назвала его ее приятельница, словно он играет некую тайную роль. Тихонько рассмеявшись, она встряхнула головой, сосредотачиваясь на работе. Спустя двадцать минут в дверь постучали и после разрешения на пороге появился командир ее охраны.
— Новосибирск, — коротко сказал он.
Это не ее область, потому как ни хотелось ей самой распутать этот клубок загадок, придется сообщить отцу об очень похожем на ее давнего знакомого парне.
Перед правителем эльвари лежала подробная карта Джунглей с различными пометками. Начали ее составлять несколько лет назад, когда их агент принес странную фразу «Сердце Джунглей». Именно тогда он издал приказ, чтобы рейнджеры-пограничники заносили на свои карты все странные места, характерные особенности местности, территориальную активность обитателей этого странного леса. Более того, он из доверенных людей клана создал специальный отряд, который ходил в Джунгли за ингредиентами для алхимиков, но главной задачей которого было обнаружение странного места. После спасения дочери и ее рассказа об обнаруженной магической аномалии поиски приобрели хоть какую-то ясность. Не факт, что здесь будет нечто подобное — ведь, по выкладкам аналитиков, артефакт, найденный в этом странном месте, должен подзаряжаться, а в той аномалии магические потоки организовывали купол. С другой стороны, что им вообще известно об этой вещи?
Расследование и поиск виновника похищения дочери так ни к чему не привели. Самый опытный агент, обладающий поистине великолепным чутьем на подобные вещи, умер, хотя и сообщил два слова. Сейчас его друг детства, а заодно и глава службы безопасности клана, Рикнан не мог сообщить ничего нового. В данный момент он проверял одну идею и должен с минуты на минуту прийти с докладом. И, словно тот прочитал мысли Владыки, в дверь раздался стук, по которому он и узнал посетителя.
— Входи.
— Киливан, — даже еще не сев, Рикнан начал доклад, — опять не успели. Эльф, с которым я должен был встретиться, потерял память. Полностью. И произошло это вчера. Понимаешь, о чем это говорит?
— Тот, кто стоит за всеми событиями, член нашего клана, — кивнул Владыка. — Причем, кто-то из аристократов высшего круга.
— Не обязательно высшего, — возразил глава службы безопасности. — Если он умен, а я уверен в этом, то он может по косвенным данным сделать правильные выводы и действовать на опережение. Но в отношении последнего случая он просто не успел бы получить необходимые для выводов сведения, чтобы провернуть все еще вчера. Новые амулеты мы не можем раздать всем: во-первых, они дорогостоящие; во-вторых, нет больше эльфов, которым можно доверять безоговорочно. Круг поиска сузился, но враг это тоже понимает, поэтому затаится и будет действовать самыми окольными путями. Я уже сейчас могу сказать как: на изменение сознания он будет тратить больше времени, чтобы это не вызывало подозрений.
— Как ведут себя бежавшие из рабства?
— Ничего подозрительного: устроились в рейнджеры-поисковики и теперь ходят в Джунгли. Рабство не сломило их, — вдруг лицо его стало серьезным. — Зови своих жен, следующая информация касается вашей семьи.
Когда женщины удобно расположились в креслах, глава службы безопасности продолжил доклад:
— Аналитики высказали предположение, что вокруг вашей дочери начались телодвижения, инициированные нашим врагом, — он обвел взглядом всех и, видя, что слушают очень внимательно, продолжил: — Выводы не столь очевидны, даже мнения разделились, но предложения замужества, по их версии, — это часть какого-то плана.
Владыка вздохнул и переглянулся со своими супругами. Он уже устал всем говорить, что его дочь решила: пока не выучится на мага, ни о каком замужестве и думать не хочет. Это была очень мягкая версия тех слов, что на самом деле высказала ему Айвинэль, когда он впервые заикнулся об этом. В конце еще добавила, что она дала обещание войти в род своего друга, с которым провела последний год в гладиаторской школе, а затем во время бегства. Даже если ее другу не удалось спастись, она категорически отказывалась становиться женой кого бы то ни было. А сейчас еще пришло два подтверждения о нем. Пусть они были косвенные, но его дочь полностью уверена, что в замке маркизы де Сад действовал ее друг.
— Видишь вот, — она указала на иллюзии с места события на лицо одного мертвого человека, — это его удар, который наш учитель как-то назвал «кистью демона». Я случайно это услышала, когда он рассказывал о нем хозяину. Потом я сама видела его.
Вторая весть пришла с корабля «Цветок Меллорна», где агент службы безопасности доложила о странном полукровке, на поведение которого обратила внимание. После его описания радости Айвинэль не было предела. И с тех пор она каждый день просит его направить ее учиться в Российскую Империю — в Москву или Санкт-Петербург.
— Есть какие-то мысли? — после паузы, чтобы жены могли обдумать полученную информацию, спросил он их.
— Ты нас спрашиваешь? — притворно удивилась Мальвиэль. — Наверняка ведь решил отправить ее учиться в Россию.
— Ничего-то от вас не скроешь, — улыбнулся он. — Где там дочь?
— Как где? — удивилась мать Айвинэль. — Делает свою странную гимнастику. Потом будет тренироваться со своей женской парой.
Да, его дочь принесла из рабства некоторые секреты, раскрывать которые не собиралась. Во-первых, оружие. Как она сумела правильно активировать свои мечи, он не знал. Да и никто не знал этого. В летописях их клана говорилось об этом, но весьма расплывчато, то есть правильность ритуала там не описывалась. Просто упоминалось, что можно увеличить силу клинков, но тогда больше никто не сможет владеть этим великолепным оружием. Поэтому была придумана методика, использующаяся до сих пор. Винить своих предков он не мог, так как понимал правильность такого события. Но при проверке и сравнении разница была ощутима.
Во-вторых, ее гимнастика. Дочь иногда просто до исступления делала ее, но объяснить суть не хотела. И в том, и в другом случае заявляла, что давала клятву. Но вот то, что заклинания ей даются значительно проще, заметили многие. Поэтому он, как и его супруги с Рикнаном, небезосновательно предполагали, что упражнения предназначены для развития магического потенциала, а вот понять саму суть они не смогли.
В кабинет вошла Айвинэль, в своей одежде боевого мага — причем в мужском варианте, и неизменно с оружием. Она вообще после спасения предпочитала ходить так, и только на официальных приемах да балах надевала платья. Да и то кривилась. Все-таки их дочь внутренне сильно изменилась за время своего отсутствия.
— Айвинэль, мы решили удовлетворить твою просьбу — поедешь учиться в Россию.
— И-йя-а, — закричала радостная девушка. — Папка, мамы — вы у меня лучшие!
Под смех Рикнана расцеловала родителей и умчалась — наверняка, готовиться к отлету. Но только выйдя за дверь, вспомнила одно высказывание Раэша, на котором он не акцентировал внимание и после того единственного раза никогда не упоминал. Она даже иногда думала, что ей показалась та фраза или она неправильно услышала. Теперь захотела проверить. Вернувшись обратно, она спросила:
— Пап, мамы, дядь Рикнан, а правда, что эльвари означает «младшая раса»?
И застыла, увидев широко распахнутые глаза родителей, все ей рассказавшие. Улыбнувшись им, она быстро юркнула обратно, чтобы не присутствовать на своем «допросе». Того, что ее не пустят учиться в Россию, девушка не опасалась, так как родители высказались однозначно, а значит, задний ход своему решению не дадут.
Когда за принцессой закрылись двери, глава службы безопасности, заметивший выражение глаз правителей эльвари, спросил:
— Я чего-то не знаю?
— Чего уж тут скрывать? — медленно произнес Владыка. — Эти данные касаются только Правителей и Верховной жрицы. В клятве верховной жрицы в отношении эльвари применяется слово «младшие». Почему это касается только нас, я не знаю, но восходит это правило к нашему появлению в этом мире. Больше сказать не могу — ты уж извини.
— Я все больше и больше хочу встретиться с избранником принцессы, — сказал Рикнан, впервые за все время назвав так Раэша.
И его друг, и супруги неосознанно кивнули, соглашаясь с этим мнением.
Проснулся я от гомона. Приоткрыв глаза, наблюдал, как аристократы покидают дирижабль. Они величественно шествовали на выход, сопровождаемые своей охраной. Это, наверное, самый высший свет, ведь у каждого было минимум два охранника, а если это женщина или девушка, то четыре. Я знал, что в этом мире у людей существует перекос в сторону мужчин, поэтому подобную защиту слабого пола одобрял. Девушка, с которой я «беседовал», лишь мазнула взглядом по мне, а вот моя знакомая бросила пристальный взгляд, задержавшийся на мне несколько мгновений. Удивительно, но почти все аристократы покинули дирижабль. Наверное, в этом городе намечается что-то грандиозное, какой-нибудь императорский летний бал.
Весь путь до Новосибирска прошел без происшествий, и все это время я занимался своим сознанием, своими ментальными техниками. К сожалению, продвинуться дальше ни в них, ни в восстановлении моей памяти за период с момента, когда со мной заговорил подручный той девушки, и до ее слов о завершении разговора, я не сумел. Все же тому магу, с которым я боролся, удалось стереть мои воспоминания. И что же он там стер? Что там было? Я знал, что полностью стереть память невозможно, а так называемое затирание памяти на самом деле что-то делает с мозгом, и этот участок воспоминаний уходит куда-то вглубь. Это я услышал, когда отец такие нюансы объяснял нашему главе охраны. В конце сказав, что для гарантированного удаления воспоминаний необходимо удалить часть мозга, где те хранятся. Но такое затертое пустое пространство сразу начинает заполняться информацией, и вот после этого извлечь ее невозможно. Я тогда спросил отца про это, но ничего из его объяснений не понял. Разве только, что сильные ментальные маги пятой ступени, а иногда и четвертой, могут самостоятельно раскладывать и перекладывать информацию в своем мозгу — это так называемая структуризация памяти. В этом случае все вспоминается значительно быстрее. Сейчас мне подумалось, что мой отец сумел бы, наверное, извлечь стертую память, ведь новым данным я не дал закрепиться, сразу их отторгнув. Вот и пытался что-то сделать, хотя вообще не имел понятия, что именно.
Поэтому мне становилось все любопытней и любопытней узнать, тем более что небольшое предположение существует, если посмотреть на сверток, в котором завернуты мои серпы. Моя кровь, которую я просто чувствовал на таком расстоянии, говорила, что меня ранили, а обследование своего тела при помощи все той же гимнастики для магических каналов подсказало место — левый бок. Когда я аккуратно посмотрел, то увидел небольшой разрез одежды. Почему-то порча именно ее вызвала у меня большее негодование, чем непосредственно рана. Последняя заживет на мне очень быстро — скорее всего, к концу полета я полностью перестану чувствовать дискомфорт, а спустя некоторое время исчезнет и шрам. А вот на покупку новой одежды у меня нет денег.
При случае и возможности, я отомщу этому магу и узнаю у него, что он стер. Конечно, лица его я не видел или не помню, но отпечаток его сознания не забуду никогда. Кроме того, я подозреваю, что это один из спутников той девушки, а их я прекрасно запомнил. И когда осознал себя в ее каюте, и когда те покидали дирижабль. Но до Новосибирска я так ничего и не смог поделать со своей отсутствующей памятью.
Город встретил меня моросящим дождем, что после жары города на Неве показалось приятным сюрпризом. Откладывать свои дела я не стал, сразу решив направиться в школу. Спросив у работника воздушного порта местонахождение, направился в ту сторону, удивившись, что находится школа практически за городом.
До учебного заведения, носившего название «Школа прикладной магии», я добрался уже вечером с пятьюдесятью медными монетами, зато сытым и с перевязью для серпов, носимых за спиной. Правда, последнюю необходимо еще сделать, так как я приобрел только ремни и застежки, а в качестве ножен буду использовать подаренные кузнецом. На воротах я даже не успел раскрыть рта, как находившийся здесь мужчина сказал:
— Поступать? — я кивнул. — Проходи по центральной аллее до здания из красного кирпича — это администрация, а как войдешь, повернешь направо, и первая дверь слева будет та, что тебе нужна.
Поблагодарив, насколько я понял, дежурного мага, направился прямо. С интересом осматриваясь, сообразил, что планировкой школы занимался настоящий мастер, чувствующий красоту, как никто другой. Лиственные деревья невероятным образом сочетались с хвойными, кустами, кустиками и просто небольшими клумбами. Яркие и не очень цветы на кустах и клумбах дополнялись тонкими ароматами, и все это вместе вызывало чувство уюта. Конечно, после недавних событий я к запахам отношусь с подозрением, но сейчас мне казалось, что никакого подвоха нет, и назначение всей этой аллеи именно такое — почувствовать себя дома.
Я закрыл глаза, раскинул руки в стороны, стараясь охватить эту красоту, и вдохнул полной грудью. Ушли куда-то в тень мои невзгоды, улетучился негатив, оставшийся от полета, отодвинулось назад чувство утраты моих родителей. Зато перед глазами всплыл образ моей эльварки.
— Потрясающе! — прошептал я, а улыбка сама появилась на моем лице. — Невероятно!
— Понравилось? — услышал я приятный мелодичный голос.
— А, эльварка, — не задумываясь, ответил я, но тут же, спохватившись, развернулся. — Простите, эльфийка.
Она внимательно и с легким интересом смотрела на меня, затем чуть улыбнувшись, только одними уголками губ, произнесла:
— Рада, что тебе понравилось. Пришел поступать? На какое отделение?
— Боевой магии, — даже удивился я, на что губы женщины чуть дрогнули, словно она хотела скривиться.
— Молодой человек, слово «прикладная» в названии нашей школы означает, что основное направление — это артефакторика, погодная магия, природная, то есть такая, которую можно применять и в жизни, и в быту, а не только во время боевых действий.
— У вас нет факультета боевой магии?
Поделиться книгой: