Сам себе властелин 2

Я остался доволен. Нужно побольше таких сюрпризов. Пусть светлые не рассчитывают на приятный пикник рядом с моим замком.

* * *

Вернувшись в замок, я занялся ещё одним срочным делом. Какая важнейшая составляющая любой армии? Разведка! А с ней у нас было очень плохо. Среди моих орков выдающихся лазутчиков не было, да и маловато их, чтобы контролировать всю округу замка. Значит, надо использовать достижения магии.

Для начала я свернул заклинанием журавлика. Самого обычного, без оживления. Нарисовал на пузике ему глаза и развернул фигурку обратно. Взял чистый лист бумаги и нарисовал глаза по «шаблону». Свернул лист заклинанием. Отлично, тютелька в тютельку! Глаза на новом журавле располагались там, где и задумывалось. Пора браться за массовое производство.

Я вызвал Шагру, и когда орка примчалась, дал ей задание:

— Держи, вот тебе бумага. На каждом листе нарисуй глаза, в точности как на образце.

Она удивилась такому поручению, но возражать не стала.

— А глазки точно такие же рисовать, как у вас?

— Любые. Главное, чтобы были точно вот здесь.

— Реснички добавить можно, чтобы красивее были?

— Как тебе нравится.

Шагра кивнула, села за столик у окна и принялась за рисование. И так увлеклась, что даже язык от напряжения высунула.

Пока орка делала заготовки, я сел обкатывать управление. Оживил последнюю птичку и сделал вывод изображения на зеркало. Поднял в воздух и вылетел журавликом в окно.

Красота! Замок с высоты выглядел игрушкой. Башенки, стены, крохотные фигурки орков. По двору ковыляет мумий. Куда это он? Сейчас посмотрим! Я спустил журавлика ниже.

Штыдышь!

Изображение пошло рябью, закувыркалось и погасло. Это что такое?!

Я подскочил к окну. Ну ничего себе: вниз падали бумажные обрывки. А над ними кружили «дикие» журавлики, улетевшие от меня в прошлый раз. Ну не издевательство? Мало того что сбежали, стали чёрными от полётов над дымовой трубой, так ещё и конкурентов мочат. Кстати, обычных птиц в замке тоже не было видно. И как мне теперь делать систему наблюдения?

Ладно, попробуем один вариант. Я взял чистый лист, нарисовал глаза, сложил птицу, оживил и включил связь зеркалом. Взял перо и размашисто расписался на крыле журавлика. Посмотрим, будут ли они связываться с таким охранным амулетом.

Я оказался прав: дикие бандиты налетели, окружили мой беспилотник, но атаковать не стали. Уважают!

Полетав немного, я научился ставить птицу на кружение. Отлично, теперь перейдём к организации массового наблюдения.

— Шагра, готово?

— Сейчас-сейчас, только раскрашу.

— Да не надо, и так пойдёт.

— Некрасиво получится, — орка засопела, скрипя карандашом по бумаге, — а надо, чтобы глаз радовался.

— Чей?

— Всей. То есть всейный. Всехний. Тьфу! У каждого, в общем.

— Перфекционистка.

— Не надо на меня наговаривать, я вовсе не прфкцитинистка. Просто люблю красоту. Вот, готово.

Тёмные боги! С бумаги на меня смотрели десятки глаз. Карих, голубых, зелёных, фиолетовых. С прорисованными веками, ресницами, зрачками и радужками. У меня даже по спине мурашки побежали, настолько реалистично.

— Шагра, ты меня до инфаркта доведёшь.

— Вам не нравится?

— Нравится. Где ты так научилась рисовать?

Орка тяжело вздохнула.

— Хотела поступать в Институт Благородной Тьмы, на художественный факультет. Готовилась, тренировалась.

— И?

— Не взяли. Говорят, орков не обучаем.

— Гады. Выиграем войну, напомни мне, я что-нибудь придумаю.

Орка махнула рукой.

— Уже не хочу. С вами гораздо интересней.

Я расписался на каждом листе, сложил бумагу стопкой и оглядел башню. Нет, здесь я их оживлять не буду. Во-первых, у меня нет подходящего экрана. А во-вторых, не сам же я буду наблюдать за обстановкой?

— Шагра, ты не видела в замке большое зеркало?

Орка покачала головой.

— Большого нигде нет. Есть такие, средние.

— Показывай.

В кладовке на первом этаже дворца стояла старая мебель. Гномы стащили её сюда во время ремонта. И вот здесь, среди груд рассохшихся стульев и развалившихся шкафов, нашлись древние туалетные столики. С пыльными, но целыми, зеркалами.

Я позвал Уру-Буку, он — незанятых орков, и три столика переехало на верхний этаж Привратной башни.

— Зачем? — Уру-Бука чесал в затылке, — мы шмотретшя в них не любим.

— Увидишь. Подбери-ка несколько орков посмышлёнее.

Бука ушёл проводить среди подчинённых экспресс-тест на айкью. Судя по звукам, в ход шли подзатыльники, пинки и затрещины — кто увернулся, тот и башковитее.

А я взялся за журавликов. Оживил, привязал по десятку птиц к каждому зеркалу. Какая же удобная здесь магия — на «экранах» изображение разбилось на аккуратные квадраты. Поехали!

До самого вечера я учил пятёрку орков управлять бумажными беспилотниками. Не всё шло гладко, но рядом стоял Уру-Бука и тумаками вдохновлял зеленокожих. В конце концов мы справились: территория вокруг замка теперь была под наблюдением на десяток километров.

— Ммм, — Уру-Бука задумчиво посмотрел на зеркала, где мелькали деревья, тропинки и озера, — полезная штука. А можно, чтобы птицы ножами во врагов кидалишь?

— Нет, грузоподъёмности не хватит.

— Жаль, но так тоже хорошо, — орк нахмурился и дал подзатыльник одному из операторов, — Хумбук, ты куда глаз-птицу направил? Тебе какой шектор шказали наблюдать?

Я не стал наблюдать за воспитательным действом и пошёл к себе. Бука уже понял, как работать с журавликами, вот пусть и пользуется. А я займусь придумыванием новых методов против светлых.

* * *

За поздний ужин мне влетело от бабушки.

— Режим питания нарушать нельзя, — ворчала она, подкладывая мне вареников с картошкой.

— Я постараюсь, Ба.

— Постарается он. Не стараться надо, а сразу делать. Учись у Сени, он никогда не опаздывает.

— Угук!

Монстр, довольный похвалой, громко заурчал и с удвоенной силой налёг на вареники. Он поужинал вовремя, и сейчас делал «лёгкий» перекус. И куда в него столько влезает?

— Ба, ты не знаешь, где Гебизе? Весь день его не видел.

— В лаборатории заперся и алхимичит. Говорит, эксперименты ставит.

После ужина я вышел на замковый двор. Хорошо-то как! Тёплый ветерок, чистое небо в звёздах, тишина, уханье орков. Стоп! А что это там за митинг около ворот?

Я быстрым шагом направился к толпе орков. В свете факелов фигуры зеленокожих воинов казались чёрными.

— Что случилось? Да расступитесь вы!

— Ш дороги! — рыкнул подбежавший Уру-Бука, — что проишходит?!

Орки раздвинулись, смущённо отворачиваясь.

— Да что у вас тут?

— Вот, — со вздохом указал орк на опущенную решётку, — не знаем что делать.

Не понял. Там же ничего нет. Я опустил глаза и увидел за решёткой ребёнка. Девочка, лет шести. Маленькая, в чистом платьице, со светлыми золотистыми кудряшками. Большие голубые глаза смотрели на меня с наивным интересом.

— Здравствуйте, дяденька. Вы Владыка, да? — голосок девочки звенел как маленькие колокольчика.

— Да, я Владыка. А ты кто такая?

— Сиротка, — девочка всхлипнула, — бедная одинокая сиротка, Дитя Тьмы. Можно я у вас поживу?

Глава 3

— Поднять решётку!

Орки, стоявшие вокруг меня, отшатнулись и быстренько разбежались.

— Ты что делаешь, — зашептал мне на ухо голос мумия, — не надо её пускать.

— Не могу я ребёнка оставить ночью на улице.

Девочка, не дожидаясь, пока решётка поднимется, проскользнула под ней. Подошла ближе и уставилась на меня голубыми глазёнками.

— Дяденька Владыка, а вы сегодня пытать пленников будете? Очень интересненько посмотреть.

— Маленьким детям ночью надо спать, а не смотреть ужасы.

Она надула губы.

— Так нечестно

Из темноты появилась бабушка.

— Ах ты маленькая, голодная, наверное. Пойдём, деточка. Сейчас я тебя искупаю, накормлю и уложу спать.

Взяла ребёнка за руку и повела во дворец.

— Зачем ты её впустил, — забубнил мумий, — я же предупреждал.

— Давай по порядку: почему не надо было пускать?

— Так это же Дитя Тьмы!

— И что?

Мумий хлопнул себя ладонью по лбу.

— Зомби меня защекочи, всё время забываю, что ты не в нашем мире вырос. В каждой детской книге есть история: придёт Дитя Тьмы и заберёт непослушного ребёнка.

— Я давно не ребёнок, чтобы меня Бабайкой пугать. Кроме детских страшилок, есть версия для взрослых?

— К каждому Владыке приходит Дитя Тьмы. Это знак бедствий, войны и разрушений.

— Прямо к каждому? К тебе тоже приходила?

— И ко мне.