Германия под бомбами союзников. 1939–1945 гг.

Эта идея Лоссберга летчиками-«ночниками» была принята с энтузиазмом. Новая тактика в противоположность тактике действий одномоторных истребителей получила название «Домашней свиньи». Фактически это была тактика «свободного ночного боя», о которой так давно мечтали пилоты ночных истребителей.

В ночь с 10 на 11 августа 1943 г. истребителями, действовавшими по тактике «Домашней свиньи», была одержана первая победа. В эту ночь 653 четырехмоторных английских бомбардировщика совершили налет на Нюрнберг. В воздух были подняты 17 истребителей II./NJG, из которых 12 действовали по схеме «Херрманн», а остальные пять должны были использовать тактику «Домашней свиньи». В 00 ч. 32 мин. 11 августа в 25 км юго-западнее Дармштадта старший лейтенант Шнауфер, вклинившись в поток бомбардировщиков, атаковал и сбил один «Ланкастер».

«Дикие свиньи», находясь в воздухе, все время по радио получали с командного пункта информацию о положении, курсе и высоте самолетов противника, о сбросе ими световых маркеров цели и бомб, о погоде и направлении подхода к ближайшим аэродромам. Однако «Херрманн», боясь, что передаваемые сведения могут быть неточны или искажены, предложила использовать дополнительные меры для оповещения своих пилотов. После того как цель налета бомбардировщиков будет определена, зенитные батареи должны были выстреливать сигнальные ракеты, чтобы указать районы, в которые ночные истребители должны прибыть, а прожектора своими лучами должны были указать пилотам нужное направление.

Между несколькими крупными германскими городами, например, между Кёльном и Мюнстером, организовали специальные освещенные трассы, а зоны ожидания для «Диких свиней» отмечались лучами трех прожекторов, перекрещивающимися на высоте около 7000 м. Также были выделены специальные прожектора для указания истребителям направления на ближайшие аэродромы.

Но вскоре в тактике «Диких свиней» стало выявляться все больше и больше недостатков. А тем временем операторы РЛС, оправившись от первого шока, вызванного налетом на Гамбург, постепенно научились распознавать среди множества ложных сигналов от дипольных отражателей сигналы от настоящих целей. Потери англичан от действий обычных ночных истребителей, которые к тому времени стали применять тактику «Домашних свиней», начали увеличиваться. Вскоре ночные истребители получили на вооружение новые бортовые РЛС «Лихтенштейн» SN-2, на работе которых дипольные отражатели уже совсем не отражались. И теперь командиры эскадр ночных истребителей все чаще жаловались на то, что «Дикие свиньи» только мешают им. Те часто просто не сообщали в штаб корпуса о маршрутах своих полетов, и операторы наземных РЛС докладывали о них как о самолетах противника, что затрудняло действия офицеров, управлявших действиями ночных истребителей.

Помимо этого, британские бомбардировщики все чаще совершали налеты, невзирая на плохие погодные условия, когда одномоторным истребителям было очень сложно действовать. Командованию люфтваффе стало ясно, что действия обычных ночных истребителей, оснащенных новыми РЛС, гораздо более эффективны. Так что 16 марта 1944 г. 30-я истребительная авиадивизия была расформирована, а эскадры «Диких свиней» преобразованы в обычные эскадры дневных истребителей.

К июлю 1943 г. в составе 8-й американской воздушной армии находилось 15 бомбардировочных авиагрупп, в которых состояло свыше 300 самолетов В-17 и В-24. Однако дальность истребителей сопровождения оставалась по-прежнему недостаточной. Вначале самолеты «Тандерболт» добирались лишь до побережья Бельгии и Голландии. А двухмоторным истребителям Р-38 «Лайтнинг» с двойным фюзеляжем, как и немецким Ме-110, было трудно тягаться с одномоторными истребителями.

28 июля 1943 г. появились первый «Лайтнинги» с подвесными баками под плоскостями, теперь они могли достигать западных границ рейха. В этот день 77 «Летающих крепостей» средь бела дня двумя группами сумели проникнуть в центральные районы Германии. Их объектами стали заводы «Физелер» в Касселе-Беттенхаузене и «Аго» в Ашерслебене, неподалеку от Мандебурга. Командующий 8-й воздушной армией генерал Айре К. Икер решил таким образом насолить немцам, затруднив им выпуск истребителей. Дело в том, что оба этих завода производили машины «Фокке-Вульф-190».

Еще на подлете американские бомбардировщики были встречены немецкими истребителями. С аэродрома базирования в Йефере на атаку противника отправилась авиагруппа II./JG11 на «мессершмиттах», за ней – 5-я эскадрилья. Этим одиннадцати Ме-110 пришлось тяжелее, причем в буквальном смысле – у каждого истребителя под фюзеляжем висела 250-килограмовая бомба. Пилоты с трудом набрали высоту 8000 метров.

Такая тактика была новшеством: истребителям предстояло подвергнуть бомбардировке с больших высот значительно превосходящие их по численности, следовавшие сомкнутым боевым порядком бомбардировщики. Командир 5-й эскадрильи, старший лейтенант Гейнц Кноке еще пару недель назад довольно успешно опробовал эту тактику на практике: близким разрывом бомбы одному из «боингов» оторвало плоскость, и он, беспорядочно кувыркаясь, свалился в море. А если целая эскадрилья сбросит бомбы на эту армаду!

Ме-109 шли над «Летающими крепостями» с 1000-метровым преимуществом в высоте, строго следуя их курсу. Пилоты нажали на гашетки бомбосбрасывателей, и бомбы посыпались одна за другой. С левого разворота истребители ушли круто вверх, чтобы не подорваться на своем же грузе.

Все бомбы были снабжены дистанционными взрывателями. Все зависело от того, насколько верно рассчитаны дистанции и время подлета бомбы. А тут уже приходилось полагаться только на свой глазомер и интуицию. Так что многие летчики промахивались – бомбы взрывались или позади, или значительно ниже бомбардировщиков.

Вдруг в строю «Летающих крепостей» появилась вспышка. Это бомба сержанта Феста попала в цель. Еще два В-17 были поражены бомбами, вниз летели обломки крыльев. В небе появилось множество белых парашютов. Видимо, бомба угодила в самую гущу следовавших плотным строем бомбардировщиков. Эта неожиданная победа вселила в германских пилотов уверенность. Теперь, освободившись от бомб, Ме-109 начали атаковать разваливающийся боевой порядок «Летающих крепостей», оставив их в покое, лишь когда стало заканчиваться топливо.

В этот день немецкие истребители сбили 11 четырехмоторных бомбардировщиков. В общей сложности с операции по бомбардировке Касселя-Беттенхаузена и Ашерслебена не вернулось 22 «Летающие крепости», не считая получивших серьезные повреждения машин, которым с большим трудом удалось добраться до Англии. Таким образом, немцы уничтожили 35 неприятельских машин. Собственные потери составили 7 самолетов, однако пилоты янки заявили своему начальству, что сбили не менее 48 ФВ-190 и Ме-109.

После захвата Северной Африки американцы разместили там свою 9-ю воздушную армию, которая совершала налеты на объекты в Италии, Германии и Румынии.

Утром 1 августа 1943 г. с аэродрома Бенгази стартовали 178 бомбардировщиков В-24 «Либерейтор». Над Средиземным морем они выстроились и пошли к цели – румынскому нефтяному месторождению в Плоешти.

Каждый «Либерейтор» для преодоления маршрута в 3500 км (туда и обратно) с грузом бомб в 2 тонны имел на борту 9 тонн топлива. К цели это соединение должно было подойти ниже уровня, на котором их могли зафиксировать немецкие радары, практически над верхушками деревьев, что позволяло атаковать отдельные нефтеочистительные предприятия с чрезвычайной точностью.

Это был единственный в истории воздушных войн случай, когда дату налета определило расшифрованное радиосообщение противника. В июле 1943 г. союзникам удалось расшифровать используемый люфтваффе погодный код. Поскольку код менялся каждый месяц, то 1 августа было последним днем, когда можно было узнать погодные условия над Плоешти. Единственное, чего не знали те, кто планировал операцию по бомбардировке, было то, что ответственный за противовоздушную оборону стратегически важного Плоешти генерал-лейтенант Герстенберг превратил его в самый хорошо защищенный объект в Европе.

Уже через час после старта американцев из Бенгази противовоздушная оборона в Плоешти знала, что через Средиземное море в северо-восточном направлении летит большое соединение бомбардировщиков США. Немцы сумели также расшифровать радиосообщения ВВС союзников, которыми они информировали бомбардировщики по пути их следования, чтобы те по ошибке не попали под свой или чужой обстрел.

За трехчасовой полет над Средиземным морем десять бомбардировщиков упало в него из-за отказа двигателей. На подлете к албанскому берегу «Либерейтор», в котором находился главный штурман операции, вдруг повело, он перевернулся и рухнул в море. Машина с заместителем главного штурмана начала поиски тех, кто мог остаться в живых, но поиски результатов не принесли. А за это время была потеряна радиосвязь с остальным соединением, и самолет с заместителем главного штурмана вынужден был повернуть назад. Тогда руководство полетом взял на себя молодой и неопытный офицер бомбардировщика В-24 «Brewery Wagon».

Над Югославией соединение попало в плотную облачность. Обе передовые группы поднялись выше, чтобы перелететь облака. Остальные самолеты остались лететь на высоте вершин гор. В это время две первые группы попали под сильный попутный ветер, и, таким образом, расстояние между ними и остальными самолетами стало увеличиваться. К тому времени, как бомбардировщики перелетели горы и оказались в долине Дуная, их соединение было полностью расколото.

Для облегчения навигации в качестве контрольных пунктов были выбраны три города, которые оказались похожи друг на друга, и их идентификация из-за наземного тумана стала практически невозможной. Почти перед целью произошла трагическая ошибка: обе ведущие группы совершили неправильный поворот и вместо Плоешти ушли в сторону лежащего в 50 км Бухареста, где попали в зону плотного оборонительного зенитного огня. Таким образом, американский замысел бомбардировки на бреющем полете был раскрыт, передан в Плоешти, и у местной противовоздушной обороны было достаточно времени, чтобы подготовиться к атаке.

После того как две первые группы заметили свою ошибку, они повернули в сторону Плоешти, но не с той стороны. Их новый курс вел их точно на свои же группы, оставшиеся за горами. Таким образом, над целью произошел настоящий хаос. К тому же американские бомбардировщики попали в плотный зенитный огонь со всех сторон. Машины бросало в стороны от ударов зенитных снарядов. Один подбитый «Либерейтор» загорелся и упал на зенитную батарею, другой порвал кабель аэростата, затем загорелся под зенитным огнем, но все же дошел до цели и упал на нее. Многие самолеты падали на городские улицы. Один из них упал на городскую женскую тюрьму Плоешти, и многие заключенные погибли под ее руинами.

В то время как несколько бомбардировочных групп рассеялось, чтобы найти свои цели, две другие стали собираться вместе. Они кружили над крышами домов, уклоняясь друг от друга, чтобы не столкнуться. И все это время их атаковали немецкие и румынские истребители. На крыле у одного «Либерейтора» болтался канат от аэростата, другой бомбардировщик сбил кирпичную трубу, еще один не сумел вовремя набрать высоту и врезался в цистерны с нефтью.

Через 27 минут налет на Плоешти закончился. Затем уцелевшие «Либерейторы», кто группами, кто поодиночке, стали прибывать в Бенгази. Половина из них была повреждена, на борту у многих были убитые и раненые. Некоторые машины смогли сесть на островах в Средиземном море, занятых союзниками. Один самолет, совершив посадку на шоссе в горах на Кипре, столкнулся с грузовиком, другой кое-как дотянул до аэродрома на Сицилии и в конце посадочной полосы врезался в стоящие там американские самолеты. К счастью, никто не пострадал. Два «Либерейтора», у которых кончилось горючее, вынуждены были приводниться, два других столкнулись в небе над Болгарией.

Первые самолеты стали прибывать в Бенгази поздно вечером. Большинство пилотов были настолько измучены, что не могли сделать доклад. Последний из приземлившихся В-24 провел в воздухе 16 часов. Из 178 самолетов в Бенгази вернулось только 11 машин, 54 были сбиты над Румынией, три – над морем, другие сами упали в море во время полета на операцию и обратно, семь самолетов сели в Турции. 532 члена экипажей пропали без вести. Результатом налета стало уменьшение нефтедобычи в Плоешти на 40 % в течение двух месяцев.

13 августа 61 тяжелый бомбардировщик 9-й воздушной армии США, стартовавший в Северной Африке, атаковал авиационные заводы «Мессершмитт» в венском Нойштадте. Среди населения были 181 убитый и 850 раненых.

17 августа 1943 г., в годовщину своей первой операции в Европе, самолеты 8-й американской воздушной армии совершили свой «юбилейный вылет», целями которого были города Швайнфурт и Регенсбург. Эта первая стратегическая операция под названием «Двойной удар» («Double Strike») была прежде всего направлена против шарикоподшипниковой промышленности в Швайнфурте. Но при ее проведении была сделана главная ошибка: вместо того чтобы при атаке сконцентрироваться на одном объекте, 146 из 376 стартовавших «Летающих крепостей» решили одновременно атаковать завод по сборке «Мессершмиттов» в Регенсбурге и распылили тем самым свои силы.

Эта операция стала не только самым большим дневным налетом 8-й воздушной армии с начала войны, но и первым «челночным налетом». Самолеты, бомбившие Регенсбург, были оснащены дополнительными топливными баками и после выполнения работы летели не в Англию, а через Италию в Северную Африку. Охраняющие их истребители из-за ограничения дальности полета сворачивали над Аахеном, и тогда немецкие истребители вступали в бой. Так, на территории от Бельгии и Люксембурга вниз к Рейнско-Майнской области разгорелась одна из крупнейших воздушных битв в Западной Европе. Определенную защиту в бою американским бомбардировщикам обеспечивало новое построение в полете. 18 машин каждой бомбардировочной группы летели в плотно эшелонированном боевом блоке и имели, таким образом, взаимное прикрытие.

Немецкие истребители быстро сообразили: чтобы самим не попасть под огонь пулеметов «Летающих крепостей», лучше атаковать их не сверху, наискось и не снизу, а спереди. Они некоторое время летели с бомбардировщиками параллельным курсом, затем обгоняли их и отрывались примерно на 8000 метров. После этого истребители разворачивались и атаковали противника с фронта. На расстоянии примерно 600 метров истребители открывали огонь, который можно было вести секунды две, после чего резко уходили вверх, перелетали бомбардировщики, возвращались, и охота начиналась снова.

При отражении налета истребители ФВ-190 и Ме-110 применяли неуправляемые снаряды (ракеты) «воздух – воздух». Эти ракеты были созданы для пятиствольного 21-см миномета Nb.W.42 на колесном лафете. От этого миномета были взяты и пусковые трубы, которые летчики называли «печными трубами» или «разрушителями строя», имея в виду строй вражеских бомбардировщиков.

Предельная дальность стрельбы 21-см миномета Nb.W.42 составляла 1200 метров, но 17 августа немцы стреляли с дистанции 800 метров. Скорость полета ракет была невелика (250–320 м/с), и их полет был хорошо виден вражеским летчикам. При попадании снаряда в «Летающую крепость» она буквально рассыпалась на куски – десяти килограммов амматола в боевой части снаряда вполне было достаточно. То, что полет ракеты можно было наблюдать, производило на американских летчиков особенно гнетущее впечатление. Один из них так рассказывал об этом: «Атаки вражеских истребителей были невероятно сильными, они начинались с момента пересечения нами бельгийского побережья и заканчивались у подножия Альп. Фронтальные атаки или сверху, или снизу. Отдельные атаки проходили со стороны солнца. Некоторые “Мессершмиты-109” стреляли крупнокалиберными снарядами из пушек, которые были смонтированы под несущими плоскостями. Многие экипажи сообщали также об обстрелах ракетами. Некоторые истребители сбрасывали связки, в которых находилось от 20 до 30 черных или коричневых предметов, которые падали на бомбардировщики и взрывались».

За время проведения операции «Двойной удар» было сбито 59 «Летающих крепостей» и 100 серьезно повреждено. Немцы потеряли 25 истребителей. Таким образом, «юбилейный налет» стал на тот период самым большим поражением американских ВВС в Европе. Каждый пятый из членов экипажей погиб в ходе этой операции. Потери 8-й американской воздушной армии были настолько тяжелыми, что в последующие пять недель она не проводила никаких операций над территорией рейха и ограничила количество целей в Западной Европе, которые выходили из зоны дальности полетов истребителей сопровождения.

23 июня 1943 г. на авиабазе Лойшарс на своем разведчике «Москито» приземлился летчик-сержант Пик. То, что он с собой привез, удивило всех: первые, прекрасного качества снимки с воздуха всего испытательного полигона в Пенемюнде, где была и стартовая площадка испытательного стенда VII.

Центральное подразделение по оценке, куда были отправлены полученные материалы, располагалось в 50 км от Лондона. Ежемесячно оно получало почти 4 миллиона снимков, 250 детализированных докладов ежедневно рассылалось в штабы союзников и премьер-министру. Представители этой организации находились на всех авиабазах. Как только самолет-разведчик садился, снимки быстро проявлялись, проверялись и оценивались. В штате Центрального подразделения, по оценке, состояли примерно три тысячи человек – мужчин и женщин. Каждый из 26 его отделов специализировался в своей определенной области, фотографии целей изучали после проведенных бомбардировок. После сравнения всех сделанных в течение 24 часов снимков делались доклады о движении судов или войск противника, а также о последнем состоянии промышленных объектов. Таким образом, был открыт испытательный полигон немецкого секретного оружия в Пенемюнде.

На фотографиях, без всякого сомнения, были ракеты перед стартом. Эти снимки были самым важным результатом для Сиднея Коттона, организовавшего в 1939 г. звено самолетов-разведчиков для поисков секретного оружия.

Немедленно началась подготовка к операции «Гидра» – уничтожению ракетного центра в Пенемюнде. Этот объект до сих пор не бомбили. К тому же Пенемюнде были надежно защищены как зенитными батареями, так и ночными бомбардировщиками и находился вне зоны досягаемости наводящих лучей системы «Гобой» и английских ночных истребителей. Поэтому бомбардировщики могли атаковать эту цель только при полной луне.

Операция «Гидра» являлась первым точечным ночным налетом главных сил бомбардировочного командования с маркировкой целей и точными радиоуказаниями кружащего над целью бомбардировщика «Мастер».

По плану в начале нападения первым должен был быть уничтожен жилой поселок ученых и инженеров на 3000 человек Карлсхабен, и только после этого бомбардировщики начинали бомбить два больших производственных здания и центр развития.

В 21 ч. 30 мин. поднялся в воздух бомбардировщик «Мастер», пилотируемый капитаном Сэрби, а за ним взлетели 597 тяжелых бомбардировщиков «Ланкастер» и «Галифакс». А впереди их на Берлин летели 20 скоростных разведчиков «Москито», причем тем же маршрутом, что и накануне.

Такое огромное количество британских бомбардировщиков лунной летней ночью над Северным морем сбило с толку наблюдателей на немецких пунктах управления истребителями, и там решили, что это не что иное, как массированный налет на Берлин. По команде со всех концов рейха к столице устремились ночные истребители. К Берлину были также подтянуты и дневные истребители, применяющие тактику «Дикие свиньи». Немцы были уверены, что англичан ждет более ощутимое поражение, чем это было у американцев во время их «юбилейного налета» на Швайнфурт и Регенсбург.

В то время как двадцать «Москито», применяя бесчисленное количество световых маркировок, имитировали предстоящий налет на Берлин, а 203 немецких истребителя напрасно рыскали в небе над городом в поисках британских бомбардировщиков, 597 «Ланкастеров» и «Галифаксов», не боясь истребителей, летели к ракетному испытательному полигону в Пенемюнде. Они атаковали цель тремя волнами и сбросили на нее 1593 тонны фугасных и 281 тонну зажигательных бомб.

Когда немецким истребителям стала ясна их ошибка, часть из них смогла на обратном пути догнать английские бомбардировщики последней волны и сбить сорок машин.

А в это время генерал Каммхубер уже несколько часов напрасно пытался связаться со своего командного пункта в Арнхайме-Деелен в Голландии со своими радарными станциями, расположенными в рейхе. Как потом выяснилось, причина была в серьезном повреждении кабеля. Сто немецких истребителей, все еще круживших в берлинском небе и напрасно ожидавших приказа, наконец решили, каждый сам по себе, идти на посадку на авиабазу Бранденбург-Брист. Одна за другой машины устремились к посадочной полосе, в конце которой оказались зажатыми, в результате чего 34 самолета получили серьезные повреждения. А генерал Каммхубер только наутро узнал, что на самом деле произошло этой ночью. Уже после войны генерала ждал еще один неприятный сюрприз: допрашивающий его офицер сообщил, что два подчиненных, работавшие с Каммхубером в командном бункере в Арнхайм-Деелене, на самом деле были английскими агентами. Капитан Сэрби после своего возвращения на аэродром узнал, что, «судя по всему, вследствие интенсивности бомбардировки цель была хорошо и правильно накрыта».

19 августа были распечатаны фотографии атакованной цели. Начальник британского штаба, внимательно изучив их, решил, что предложение 8-й американской воздушной армии провести в Пенемюнде дневной налет излишне.

Результатом операция «Гидра» стали 735 человек, погибших в результате бомбардировки, большинство из них были советскими военнопленными и польскими рабочими из лагеря Трассенхайде. Также погибли 178 немецких специалистов, и среди них руководитель отдела ракетных двигателей доктор Тиль.

Генерал Дорнберг докладывал: «Ущерб на полигоне оказался неожиданно ограниченным». Все важные сооружения, такие, как аэродинамическая труба, испытательные площадки, измерительный центр, остались неповрежденными. Испытательный полигон люфтваффе в Пенемюнде-Запад, центр развития «Фау-1» и реактивные самолеты вообще не пострадали, и работы без перерыва продолжались дальше.

12 августа «Либерейторы» 9-й американской воздушной армии, базировавшейся в Северной Африке, впервые совершили налет на Германию. 61 бомбардировщик В-24 атаковал заводы «Мессершмитт» в Винере-Нийштадте.

Интересна оценка американского командования потерь истребителей ПВО Германии. С января по октябрь 1943 г. якобы было сбито 3320 германских истребителей, потери американцев – 727 бомбардировщиков В-17 и В-24. Если бы это было правдой, самолеты союзников не встретили бы над городами Германии ни одного истребителя противника. Увы, все было иначе.

Глава 9

Система ПВО рейха на примере Берлина

До сих пор, в основном, говорилось о налетах союзной авиации. Думаю, настало время рассказать и о германской системе ПВО.

К сентябрю 1939 г. общая организация военно-воздушных сил Германии имела следующую структуру: три воздушных флота (1-й воздушный флот «Ост», командующий – генерал авиации Кессельринг; 2-й воздушный флот «Норд», командующий – генерал авиации Фелинг; 3-й воздушный флот «Вест», командующий – генерал авиации Шперрле), и, кроме того, три отдельные группы ВВС: «Восточная Пруссия», «Австрия» и «Морская».

В состав каждого воздушного флота входило два-три воздушных округа (Luftgau), которые руководили соединениями и частями ВВС, в том числе и частями ПВО.

Воздушный округ в то время представлял крупное соединение, включавшее в себя авиационные дивизии оперативного назначения, части легкой истребительной авиации (предназначенные для ПВО), зенитно-артиллерийские части, прожекторные части, службу воздушного наблюдения, а также имевшие в своем подчинении военные школы и резервные (учебные) части. Воздушные округа руководили противовоздушной обороной страны через специальных начальников ПВО (в крупных пунктах, например, в Берлине) либо через командиров тех частей, которые обороняли отдельные объекты.

Воздушные округа существовали только на территории собственно Германии. В Восточной Пруссии и Австрии все авиационные части и войска ПВО подчинялись непосредственно командованию соответствующих групп ВВС.

Зенитная артиллерия в тот период состояла из отдельных дивизионов и полков. Дивизий и корпусов зенитной артиллерии не существовало.

В ходе войны ВВС Германии получили дальнейшее развитие. К осени 1942 г. Германия имела уже семь воздушных флотов: шесть из них значились под номерами от 1-го до 6-го, седьмой флот именовался флотом «Митте».

Дислокация флотов была следующая: 1-й, 4-й и 6-й флоты – советско-германский фронт; 5-й воздушный флот – Норвегия и Финляндия; 3-й воздушный флот – Франция, Бельгия, Голландия; 2-й воздушный флот – Италия и Африка; флот «Митте» – Германия, Австрия, Чехословакия, Польша. Кроме того, продолжали существовать отдельные группы ВВС: «Юго-Восток» на Балканах и группа «Крит».

Части ПВО, действовавшие на фронтах, подчинялись воздушным флотам.

Войска ПВО, оборонявшие объекты в глубине страны, по-прежнему были подчинены воздушным округам, которые, в свою очередь входили в воздушные флоты.

К концу 1942 г. существовали следующие воздушные округа:

а) В составе флота «Митте»: I воздушный округ – Восточная Пруссия и Северная Польша (штаб в Кенигсберге); III воздушный округ – Померания, Бранденбург и Нижняя Силезия (штаб в Берлине); VI воздушный округ – Рур (штаб в Мюнстере); VIII воздушный округ – Верхняя Силезия, Польша (штаб в Кракове); XI воздушный округ – Ганновер, Голштиния, Дания (штаб в Гамбурге); XVII воздушный округ – Чехия, Австрия (штаб в Вене).

б) В составе 3-го воздушного флота: VII воздушный округ – Бавария (штаб в Мюнхене); XII воздушный округ – Гессен, Анхальт (штаб в Висбадене); воздушные округа «Голландия», «Бельгия – Северная Франция», «Западная Франция».

На схеме представлены границы воздушных округов по состоянию на декабрь 1942 г.

В 1943 г. все воздушные округа в административном отношении были переподчинены непосредственно главнокомандующему ВВС Германии, рейхсмаршалу Герингу. На командование воздушных флотов возлагалось только оперативное руководство боевой деятельностью воздушных округов.

В результате всех этих изменений, а также в результате потери в ходе войны ряда территорий на Западе и Востоке к концу 1944 г. общая организация ВВС и ПВО Германии представлялась в следующем виде:

1. Воздушные флоты: 1-й, 2-й, 3-й, 4-й, 5-й и 6-й – действовали на фронтах; воздушный флот «Райх» (бывший «Митте») – на территории Германии, Австрии, Чехии.

Из флотов, действовавших на фронтах: 1-й, 4-й, 5-й и 6-й – на советско-германском фронте; 3-й – на Западном фронте; 2-й – в Италии и на Балканах.

В самом конце 1944 г. три флота – 2-й, 3-й и 5-й – были расформированы и на занимаемых ими участках фронта были созданы оперативные группы ВВС.

2. Воздушные округа: I воздушный округ – Восточная Пруссия; III воздушный округ – Померания и Бранденбург; VI воздушный округ – Рур; VII воздушный округ – Бавария, Вестфалия, Гессен; VIII воздушный округ – Западная Польша, Силезия; XI воздушный округ – Ганновер, Голштиния, Дания; XVII воздушный округ – Чехия, Австрия.

Все эти семь воздушных округов подчинялись главному командованию ВВС в административном отношении и воздушному флоту «Райх» – в оперативном отношении.

Зенитные части, действовавшие на фронте и в ближайшем фронтовом тылу, были сформированы в зенитные бригады, дивизии и корпуса, входившие непосредственно в состав соответствующих воздушных флотов. Зенитные дивизии, осуществлявшие ПВО внутренних областей Германии, Австрии, Чехии и частично Польши, входили в состав воздушных округов.

К концу 1944 г. Германия насчитывала 22 зенитно-артиллерийские дивизии и 6 зенитно-артиллерийских бригад. Распределение этих соединений было таково: на территории воздушного флота «Райх» в составе семи воздушных округов – 12 зенитно-артиллерийских дивизий; на Восточном фронте – 7 зенитно-артиллерийских дивизий; на Западном фронте – 3 зенитно-артиллерийские дивизии; в Италии – 3 зенитно-артиллерийские бригады; в Норвегии – 1 зенитно-артиллерийская бригада; в Венгрии и на Балканах – 2 зенитно-артиллерийские бригады.

Наиболее защищенным объектом ПВО Германии, естественно, был Берлин. Поэтому я подробно остановлюсь на ПВО столицы рейха.

К маю 1939 г. в Берлине проживали 4,3 миллиона жителей. Берлин был одним из наиболее важных по количеству выпускаемой продукции промышленных центров Германии, занимавшим третье место среди промышленных районов страны.

В Берлине были сосредоточены две трети электротехнической промышленности Германии, шестая часть машиностроительной промышленности и значительная часть военной промышленности. Чтобы представить значение Берлина в военном отношении, достаточно вспомнить, что в Берлине находились до 40 предприятий авиационной промышленности, 10 крупных автобронетанковых заводов, более 30 орудийных и оружейных заводов, 25 заводов, производивших взрывчатые и отравляющие вещества.

Наконец, Берлин представлял собой важнейший узел коммуникаций: к нему сходились пятнадцать железнодорожных линий, шесть автострад (на Штеттин, Ганновер, Мюнхен, Лейпциг, Бреслау, Франкфурт-на-Одере). Кроме того, Берлин являлся крупным портом внутреннего судоходства, насчитывавшим более 50 гаваней, связанных системой каналов и рек с морскими портами (Гамбургом, Данцигом, Штеттином), с Верхней Силезией, Руром и Рейнско-Вестфальским промышленным районом.

Площадь Большого Берлина составляла 884 кв. км, то есть он занимал второе место среди крупнейших городов мира (после Большого Лондона). Наибольшая протяженность с востока на запад – 43 км, с севера на юг – около 30 км. Следует учесть, что в систему ПВО Берлина входили еще и города, расположенные вне черты Большого Берлина, но примыкавшие к нему: Ораниенбург, Хеннигсдорф, Генсхаген, Шёнефельд, Эркнер. Таким образом, площадь прикрытия для системы ПВО была весьма обширной.

Берлин входил в границы III воздушного округа, который подчинялся в оперативном отношении командованию воздушного флота «Митте», переименованного в 1944 г. в «Райх». Кроме района Берлина, в III воздушный округ входили такие важные промышленные центры и районы, как Лейпциг, Дрезден, Силезия, Штеттен. Однако Берлин оставался все время главным объектом, обороне которого воздушный округ уделял особое внимание.

Непосредственное руководство зенитными средствами, прикрывавшими Берлин, осуществлялось до сентября 1941 г. штабом, который именовался «Командование противовоздушной обороны I» (Luft veteidigungskommando I). В сентябре этот штаб был реорганизован в штаб 1-й зенитно-артиллерийской дивизии, в состав которой вошли все оборонявшие Берлин части: 22-й, 53-й и 126-й зенитные артиллерийские полки, 82-й зенитно-прожекторный полк, III дивизион ПВО особого назначения (ложные сооружения), 121-й батальон связи ВВС, три транспортные батареи.

1-я зенитно-артиллерийская дивизия осуществляла ПВО Берлина до конца войны.

Заводы фирмы «Хейнкель», расположенные в Ораниенбурге, являлись важным объектом, обороне которых со стороны 1-й зенитно-артиллерийской дивизии в течение всей войны уделялось особое внимание. Все средства зенитной артиллерии, оборонявшие эти заводы, объединялись зенитно-артиллерийской подгруппой «Ораниенбург», которая входила в состав группы «Норд».

Группировка батарей зенитной артиллерии на обороне Ораниенбурга, непосредственно примыкавшая к системе зенитной артиллерии Большого Берлина, являлась как бы часть последней. В то же время она представляла собой цельную систему и с этой точки зрения могла служить примером группировки средств на обороне объекта сравнительно небольшого протяжения.

Общее количество средств зенитной артиллерии, оборонявших заводы «Хейнкель», было довольно большим: летом 1943 г. – 68 орудий тяжелой зенитной артиллерии и 27 орудий средней зенитной артиллерии. Во всяком случае, район Ораниенбурга был прикрыт более сильно, чем ряд других районов и объектов Берлина.

Оборона Берлина истребительной авиацией осуществлялась авиационными соединениями, подчиненными флоту «Митте» («Райх»). В 1942–1943 гг. Берлин входил в район действия 4-й истребительной авиадивизии; в 1944–1945 гг. – в район действия 1-й истребительной авиадивизии. Границы района этой дивизии показаны на схеме 19. На той же схеме нанесены аэродромы дивизии. Мы видим, что у самого Берлина аэродромов истребительной авиации было немного, а основная масса аэродромов разбросана по западной границе дивизии, что обеспечивало введение истребителей в бой еще на пути к обороняемым объектам.

В составе дивизии были эскадры дневных и ночных истребителей. Количественный состав частей дивизии часто изменялся, но, несмотря на это, она могла вводить в бой одновременно значительное количество истребителей. Так, например, осенью 1943 г. при отражении ночных налетов англичан непосредственно над Берлином вводилось в бой от 100 до 250 истребителей.

К 1 сентября 1939 г. на вооружении ПВО Берлина имелось до 40 тяжелых зенитных батарей четырехорудийного состава и до 200 стволов легкой зенитной артиллерии. Все орудия были на колесных лафетах. Зенитные батареи имели приборы управления огнем, а радиолокаторы отсутствовали. Данных о количестве и типах прожекторов в тот период автором не найдено.

В ходе войны состав ПВО Берлина непрерывно изменялся в количественном и качественном отношениях.

Таблица 1

В ходе массированных налетов зенитчики открывали огонь по головной группе самолетов до момента сбрасывания ими бомб, а затем переносили огонь на новую волну самолетов.

«Ахиллесовой пятой» в боевой работе всех зенитных батарей была подача снарядов к орудию. У немцев ручная установка взрывателя осталась только на зенитных пушках калибра 8,8 см – Flak 18, 36 и 37. У всех остальных тяжелых зенитных орудий имелся механический установщик трубки, причем подача снаряда на лоток затвора производилась автоматически. Но, несмотря на все это, подача тяжелых снарядов к орудию была настолько утомительна, что личный состав изматывался после полутора-двух минут непрерывной стрельбы. Введение двух запасных номеров продлило срок непрерывной стрельбы до 3–3,5 минуты. После этого батарея неизбежно вынуждена была делать перерыв в ведении огня на 3–5 минут. Это время обычно использовалось для перемены цели, но такие перерывы, в общем, весьма отрицательно отражались на сохранении плотности и интенсивности зенитного огня ПВО Берлина.

В расчетах зенитных орудий использовалось большое число военнопленных, большинство из которых составляли русские. В расчетах прожекторных частей к ноябрю 1944 г. все мужчины рядового состава были заменены женщинами в возрасте от 18 до 35 лет.

Бомбежки Берлина союзная авиация проводила с больших высот – ночью англичане бомбили на высотах 6000–7000 м, а днем американские «Летающие крепости» – на высотах 7000–8500 м. При высотных налетах эффективность германских зенитных орудий существенно снижалась.

К апрелю 1945 г. состав тяжелой зенитной артиллерии на стационарной обороне Берлина был следующий. Всего стволов 342. Из них: калибра 12,8 см – 20, калибра 10,5 см – 48, калибра 8,8 см Flak 41–10, калибра 8,8 см Flak 18 и Flak 36 – 226, калибра 88 мм (итальянские) – 22, калибра 88/85 мм (русские) – 12.

Анализируя эти данные, следует обратить внимание на то, что из 342 стволов у немцев было 82 ствола орудий (23,3 %) с высотой действительного огня 9500—11 000 м (калибры 12,8 см, 10,5 см и 8,8 мм Flak 41). Таким образом, до 25 % орудий могло вести успешную борьбу против высотных налетов англо-американской авиации.

Замечу, что слабость германской зенитной артиллерии надо воспринимать относительно. Обратим внимание, что самые мощные советские зенитные пушки – 85-мм образца 1939 г. – физически не могли вести борьбу с американскими «Летающими крепостями», а лучше у нас тогда ничего не было. Более мощные пушки стали поступать на вооружение лишь после окончания войны. 85-мм пушка КС-1 принята на вооружение 2 июля 1945 г., 100-мм пушка КС-19 – 2 марта 1948 г., а 130-мм пушка КС-30 стала поступать в части лишь в 1954 г.

О роли германской зенитной артиллерии в ПВО Берлина можно судить по интенсивности огня орудий. Так, в 1944 г. при отражении 33 массированных налетов, отчеты о которых попали в руки советского командования, зенитная артиллерия израсходовала всего 685 193 снаряда крупного калибра (88 мм и выше).