Женаты против воли

Каждое утро — неважно, летом или зимой, в дождь или вьюгу, — я вставала до восхода солнца и спешила на полигон, где наравне с мальчишками, младшими меня лет на пять, ползала, бегала и училась использовать светлую сторону своей магии.

Первые месяцы было особенно тяжело.

Лишний вес и припухлость давали о себе знать, как и неповоротливость. Я выполняла все упражнения медленнее всех, однажды даже застряла в трубе, чуть ли не плача от унижения и издевательских выкриков мальчишек.

— Все это зря, — говорили все дяде. — Ты посмотри на нее. Айрин не справится.

Как же я ревела ночами, заглушая вой подушкой, которая вся промокла от слез обиды и унижения.

Обессиленная и уставшая, с телом, сплошь покрытым синяками, я едва могла дышать от боли, но все равно шла на полигон, где подвергалась новым мучениям и унижениям.

А потом однажды проснулась злость.

Мне во что бы то ни стало надо было доказать им всем, что я способна на многое.

Стиснув зубы, я снова и снова с упорством горного барана лезла на скользкое бревно. Падала и снова вставала. Ползала по лужам, карабкалась на стены, использовала силу.

Училась призывать непокорную светлую магию и старалась удержать баланс, пока пальцы из-за неправильного применения не покрывались огромными волдырями от ожогов.

Постепенно смешки и издевательские выкрики сошли на нет.

Одежда, которая раньше некрасиво обтягивала рыхлое тело, внезапно стала свободной. Я вытянулась, лишний жирок ушел, уступив место мускулатуре. Пропали ненавистные щеки, неожиданно посветлели веснушки, а лицо покрылось ровным загаром.

Как-то незаметно я стала другой, и однажды это спасло жизнь не только мне, но и сотне других людей.

За полгода до моего совершеннолетия матушка внезапно решила, что нам просто жизненно необходимо отправиться отдыхать, о чем и сообщила дяде во время ужина.

— Отдыхать? — недоуменно переспросил тот. — Сейчас?

— А почему бы и нет? Ты и так замучил девочку. За эти годы она ни разу не присела и не отдохнула. Через полгода ей исполнится восемнадцать, и тогда…

Мама всхлипнула и поднесла платок к глазам, смахивая крохотную слезинку.

Я с трудом проглотила кусок рыбы, который застрял в горле, и потянулась к стакану с водой.

Не очень приятная тема для разговора, которая точно не способствовала нормальному пищеварению.

Осушив стакан наполовину, я облегченно вздохнула и только потом осторожно взглянула на дядю, который сидел во главе стола. Смотрела на него не только я, но и все присутствующие.

В столовой наступила гнетущая тишина.

Мы все ждали ответа так, словно от этого зависело что-то важное. А ведь, по сути, ничего не произойдет, если я поеду или, наоборот, не поеду. Но мы все равно молчали и ждали.

Дядя перевел на меня задумчивый взгляд и неожиданно кивнул.

— А знаешь, Есения, действительно замечательная идея. Заморск отлично для этого подойдет. И лучше, если вы отправитесь туда уже завтра.

— Правда? — переспросила я, первой нарушив молчание.

— Правда, — кивнул дядя. — Я сейчас же распоряжусь о билетах на возопаре, а вы после ужина можете собирать чемоданы.

Было в этом что-то подозрительное и тревожное.

За эти годы дядя ни разу не позволял мне куда-нибудь уехать. Я даже не могла вернуться домой к своей семье, отцу и старшим братьям. Это они периодически приезжали в дом главы, а матушка вообще проводила рядом более половины года.

К чему такие перемены? Дядя хочет выпроводить меня отсюда? Но зачем? Какая для этого причина?

К сожалению, правды мне так и не удалось добиться. Решившись, поздним вечером я поймала в коридоре кузена и попыталась у него хоть что-то выяснить.

Честно говоря, я ни на что особо не рассчитывала, но не попробовать не могла.

— У тебя слишком богатое воображение, Айрин, — усмехнулся Тиан, слегка дернув меня за локон. — Отец дает тебе возможность отдохнуть от постоянных тренировок, так воспользуйся случаем.

— Все равно здесь что-то не так.

— Глупости. Заморск — чудесное место, тебе понравится. У нашей семьи там есть свой дом. Погуляешь по древним улицам, искупаешься в соленой воде, погреешься на песочке. Купол над морем защищен особенно хорошо. Прорывов там никогда не было.

— Тебе не кажется это подозрительным?

Старший сын дядя и его наследник бросил на меня странный взгляд, который я не успела понять.

У нас вообще были странные отношения.

Тиан, в отличие от остальных, никогда не унижал меня, не издевался, но и теплоты и участия я от него не видела.

Равнодушие. Именно так можно было охарактеризовать наши отношения.

— Наверное, ты прав, — отозвалась я, стараясь загнать непонятное беспокойство как можно дальше.

— Так что не переживай, все будет хорошо.

Тиан неожиданно подмигнул мне, вогнав в ступор, и снова слегка дернул за локон, после чего продолжил путь.

«Нет что-то действительно не так, если даже Тиан себя так странно ведет!»

Я вернулась к себе в комнату. Надо было проследить за сбором чемоданов.

Через полчаса меня навестил дядя.

— Готова?

Глава рода застыл в проеме, не делая попыток войти.

— Да, дядя.

Я стояла посреди комнаты, убрав руки за спину и почтительно склонив голову. Так же, как стояла и все эти годы, готовая встретить любое замечание или удар.

— Хорошо. Билеты на возопар куплены. Вы отправляетесь завтра.

— Почему? Зачем вы меня отсылаете?

Я рискнула поднять голову и посмотреть на главу рода.

Дядя усмехнулся, и светло-карие глаза заледенели, словно превратившись колкие кусочки замерзшей воды.

— Не поверила в жест доброй воли?

— Нет.

— Через три дня здесь будет император. Инкогнито, разумеется. Тебя видеть он не должен.

Я будто окаменела, до боли сжав кулаки.

— Он приедет за мной?

Этот вопрос дался с трудом.

Да, я ни на секунду не забывала о своем статусе, но сейчас не смогла бы исполнять свой долг.

— Ты не настолько важная персона, Айрин, чтобы за тобой приезжал сам император, — фыркнул он. — Причина другая. Но увидеть тебя он не должен, как и твой муж.

На этот раз эмоции сдержать не получилось.

Я вздрогнула всем телом, пошатнулась и хрипло прошептала:

— Хоторн будет здесь?

Детская влюбленность и восторженность давно исчезли. Коннор Хоторн был врагом, с которым мне предстояло сразиться и убить.

— Да. А ты уедешь с матерью в Заморск. Или предпочтешь остаться?

— Нет… нет.

Я пока не была готова встречаться со своим мужем. Совсем не готова.

— Тогда мы договорились. И запомни: никому об этом ни слова.

— Да, дядя.

На следующее утро мы сели в экипаж и отправились на станцию. Дядя выкупил нам целый вагон в возопаре. кроме того, приставил личную охрану.

— Это будет чудесная неделя. Только ты и я, — улыбалась матушка.

Впервые за столько лет она была по-настоящему счастлива и довольна. Словно над нами не тяготела воля императора и тень Хоторнов.

Путь до Заморска занял у нас сутки, которые мы провели с комфортом.

Честно говоря, я боялась, что будет намного хуже. Мы с мамой не всегда понимали друг друга. Даже до моей свадьбы с Хоторном наши отношения сложно было назвать ровными.

Я любила и уважала матушку, но никогда не понимала ее стремления сделать из меня кого-то другого, того, кем я стать не могла, как ни старалась.

Эти постоянные уроки, занятия по музыке, вокалу или рисованию. Мама отказывалась понимать, что я другая.

После брака ситуация стала еще хуже. Дядя сразу же забрал меня к себе и полностью взял под контроль мою жизнь, запретив маме вмешиваться.

Конечно, это негативно сказалось на наших и без того непростых отношениях.

Но все было на удивление мирно.

Мы обсуждали наш отдых. Мама все время что-то рассказывала, советовалась, строила планы, а я лишь кивала, со всем соглашаясь.

И лишь однажды непонятная тревога заставила сердце забиться и сжаться от непонятного предчувствия.

Это было на проходной станции. Наш возопар остановился на полчаса, пропуская шедший навстречу, и нам позволили выйти на улицу, размять ноги и немного погулять.

Матушка тут же спряталась под зонтом, пытаясь спасти нежную кожу от палящего солнца, а я давно перестала об этом заботиться.

Игнорируя просьбы мамы, я спустилась по старым, уже разрушающимся от времени ступенькам на поле, которое пестрым ковром лежало у ног, благоухая невероятными цветочными ароматами.

— Айрин! Не уходи далеко!

— Я и не ухожу! — крикнула я, наклоняясь, чтобы сорвать голубой цветок.

Следом еще один. К ним присоединилась веточка с небольшими розовыми цветами и красивый бутон темно-лилового оттенка с желтой сердцевиной.

Вылетевшая из бутона пчела обиженно зажужжала, сделала круг вокруг меня и села на другой цветок в поисках нектара.

Я проводила ее улыбкой и взглянула на цветы в моих руках.

Красивый букет получается. Можно будет поставить его в вазу на нашем столике. Будет уютно и по-домашнему.

Раздался пронзительный гудок проезжающего мимо возопара, который громко стучал колесами по рельсам.

Ничего необычного, но меня вдруг будто молнией прошибло.

Вздрогнув, я с силой сжала букет и беспомощно огляделась, пристально вглядываясь в мелькающие мимо окна вагонов.

Кто это?

Кто смотрел на меня так, что внутри все перевернулось от тревоги и непонятного предвкушения?