Помоги проекту - поделись книгой:
Согласно Положению 1886 г. край остался в ведении Военного министерства. Все последующие годы, вплоть до 1917 г., в высших эшелонах имперской власти и туркестанской администрации будет вестись дискуссия о передаче Туркестана в ведение Министерства внутренних дел. Но МВД не торопилось взваливать на себя ответственность по управлению последним территориальным приобретением России. В Положении 1886 г. сохранилась «народная часть» управления. На должности местной (низовой) администрации продолжали выбирать лиц из числа коренного населения.
К выборной администрации принадлежали: волостной управитель – ведавший волостью; сельский старшина (аксакал) – управлявший сельским обществом. Их функции ограничивались наблюдением за своевременным поступлением сборов и исполнением населением повинностей. Выборы волостного управителя были двухступенчатыми. На первом этапе собирался сельский сход, на котором от 50 домохозяйств избирался один выборный. Затем выборные от сельских обществ собирались на волостной съезд, на котором избирали волостного управителя. Военный губернатор области имел право утвердить или не утвердить выборы. В последнем случае военный губернатор назначал новые выборы. Военный губернатор области имел право в любое время заменить народного избранника, если он не справлялся со своими обязанностями. Сельские старшины (аксакалы) в таком же порядке утверждались уездным начальником. Выборные должности в Туркестане превращались в весьма выгодное коммерческое предприятие для местных баев. Они не жалели значительных средств на подкуп избирателей. Не гнушались запугиванием и доносами на конкурентов[200].
Но принятие нового Положения в 1886 г., как это ни парадоксально, не смогло унифицировать правовую систему управления краем, поскольку фактически только Самаркандская, Сырдарьинская и Ферганская области управлялись на его основании. Поэтому Самаркандскую, Сырдарьинскую и Ферганскую области называли «коренными областями» Туркестана. Семиреченская область, возвращенная в состав Туркестана в самом конце XIX в., вплоть до падения империи жила по Временному положению об управлении Акмолинской, Семипалатинской, Семиреченской, Тургайской и Уральской областями. В Закаспийской области после вхождения в состав Туркестанского генерал-губернаторства продолжало действовать Временное положение об управлении Закаспийской областью, разработанное и введенное Н. А. Куропаткиным в 1890 г. Системы управления Семиречьем и Закаспием имели некоторые отличия от Положения 1886 г. Например, Закаспийское положение предоставляло начальнику области более широкие полномочия, чем те, которыми обладали военные губернаторы «коренных» туркестанских областей. Даже глава областной администрации именовался в официальных документах не «военным губернатором», а «начальником Закаспийской области».
Таким образом, Туркестан стал очень быстро нуждаться в новом Положении об управлении, едином для всех пяти областей, и работы по созданию которого велись с конца XIX в.
В соответствии с Положением об управлении 1886 г. был создан новый орган – Совет туркестанского генерал-губернатора. Он состоял из военных (в основном) и гражданских чиновников края. Совет обладал правом законодательной инициативы в вопросах, связанных с управлением краем, поземельно-податным устройством, земскими повинностями. Также при генерал-губернаторе вводилась должность помощника. В результате свобода действий генерал-губернатора была существенно ограничена. Она в значительной степени перешла под контроль Азиатской части Главного штаба. На генерал-губернатора было возложено общее руководство и надзор за всеми органами управления, кроме Государственного контроля и суда. Исполнительным органом продолжала оставаться Канцелярия туркестанского генерал-губернатора.
В 1867 г. в Туркестане были созданы полицейские управления. В русской части города Ташкента полицейские функции выполняли начальник города, его помощник и полицейские приставы. До 1884 г. полицейскую службу несли воинские части, а с 1884 г. полиция была организована по принципу вольного найма. «Положением об управлении Туркестанским краем» в июне 1886 г. в русской части города была введена должность полицмейстера, подчинявшегося начальнику города.
В «старом» Ташкенте работа полиции возлагалась на аксакалов и их помощников –
Органы полицейского и жандармского надзора были сформированы и в других крупных городах Туркестанского края – Верном, Андижане, Джизаке и др.
Районные охранные отделения в России были созданы 14 декабря 1906 г. на основании специального Положения о Районных охранных отделениях[202]. Создавались они в целях борьбы с революционным и национально-освободительным движением. В июне 1907 г. в Туркестанский край был командирован для руководства политическим розыском чиновник Министерства внутренних дел, возглавивший образованный тогда же Особый отдел при канцелярии туркестанского генерал-губернатора. В конце 1907 г. вместо особого отдела было создано туркестанское районное охранное отделение, которое возглавлял жандармский полковник. Охранное отделение ведало политическим сыском в крае. Ему подчинялись также отделения жандармских полицейских управлений Среднеазиатской и Ташкентской железной дороги.
Количество полицейских чинов, предусмотренное Положением 1886 г., не отвечало масштабу контролируемой ими территории, и краевая администрация неоднократно обращалась в Военное министерство с просьбой увеличить штат, особенно участковых приставов, в различных уездах Туркестана. Военное министерство с пониманием относилось к этим просьбам и, видимо отдавая себе отчет, что нового положения, а значит, и нового штатного расписания ожидать придется еще долго, выходило с соответствующими законодательными инициативами в Государственную думу. С примерами подобных обращений можно будет ознакомиться ниже.
Говоря о системе административного управления, нельзя не сказать и о людях, являвшихся компонентом этой системы. Служба в крае не относилась к разряду престижной и редко сулила чиновникам блестящее и стремительное продвижение по служебной лестнице. Поэтому ехали в край неохотно. Зачастую в Туркестан попадали люди, которые по тем или иным причинам не могли сделать удачной карьеры в метрополии.
В силу этого их отношение к краю подчас страдало поверхностностью и не всегда глубоким анализом ситуации. Нередко этими людьми двигало откровенное чувство наживы. «Господа ташкентцы» – рвачи, из среды чиновной бюрократии и промышленников, примазавшиеся к «казенному пирогу», – именно такие «типажи» описаны М. Е. Салтыковым-Щедриным в одноименном сатирическом произведении.
С другой стороны, мы не можем забыть имена блестящих русских офицеров, многие из которых впоследствии стали генералами, начавших свою военную и административную карьеру в крае и проникшихся интересом и уважением к его истории, культуре, языкам населявших его народов, бывших военными, чиновниками и учеными-первопроходцами одновременно – В. П. Наливкина, Н. С. Лыкошина, Н. И. Гродекова, А. Н. Куропаткина, Э. К. Кивикэса, К. Г. Маннергейма, А. А. Давлетшина и многих других.
Своеобразной «ахиллесовой пятой» в системе управления Туркестаном было слабое знание чиновниками краевой администрации местных языков. Этот факт неоднократно с прискорбием отмечался в официальной переписке самого высокого уровня между Петербургом и Ташкентом. Между населением и царской администрацией, по меткому выражению одного современника, «встряли туземные должностные лица».
Отечественной исторической науке известна целая плеяда блестящих военных востоковедов, своей исследовательской деятельностью внесших огромный вклад в российскую и мировую науку и развитие восточных окраин России. Многие из офицеров перед направлением на службу проходили курсы восточных языков при Азиатском департаменте МИД, в Лазаревском институте восточных языков, в Ташкентской офицерской школе восточных языков при Штабе Туркестанского военного округа и ряде других учебных заведений.
Между тем знание местных языков не являлось обязательным требованием для замещения административной должности. Далеко не все офицеры и чиновники знали эти языки или старались их освоить. Некоторые генерал-губернаторы Туркестана, например, Д. И. Суботич иН. И. Гродеков, занимали принципиальную позицию – языки коренных народов нужно знать! Генерал Гродеков, будучи еще военным губернатором Сырдарьинской области, не желая быть зависимым от переводчиков, выучился местным языкам и этого же требовал от своей администрации.
«…Население проживает совершенно обособленно,– читаем мы в донесении Российского императорского политического агента в Бухаре[203] от 31 августа 1905 г., – и находится в исключительной почти зависимости от своих туземных старшин и народных судей, которые служат настоящими посредниками между нами и народом. Если к этому еще прибавить, что наша администрация выслушивает доклады этих должностных лиц через переводчиков, то можно, полагаю я, с некоторой долей вероятности заключить, что мы еще слишком мало знакомы с жизнью народов, населяющих Туркестанский край»[204].
По мнению политического агента, такие меры, как разработка и принятие нового Положения об управлении Туркестаном и еще большее усиление местной администрации, не могли принести желаемых результатов[205]. В интересах дела он предлагал ввести обязательный экзамен на знание местных языков и мусульманского права. Испытание можно было проводить при Канцелярии туркестанского генерал-губернатора. Приемные комиссии сформировать из преподавателей «туземных языков» из учебных заведений края. Эта мера должна была укрепить позиции русской администрации и упразднить должности переводчиков[206].
«Трудности перевода» в лучшем случае порождали недоразумения, а в худшем – сознательно использовались низовой администрацией для наживы путем создания всевозможных коррупционных схем.
В 1902 г. в Ташкенте начала работу Особая комиссия для составления объединенного Положения об управлении Туркестаном под председательством тайного советника К. А. Несторовского. К осени 1903 г. проект нового Положения был разработан[207] При этом было принято решение не распросттранять новые правила жизни на Закаспийскую область, поскольку, по мнению генерала Куропаткина (в прошлом начальника области, а на тот момент – военного министра России), область продолжала сохранять массу особенностей в укладе жизни и не была готова полностью слиться с Туркестаном.
Проект собрал массу критических замечаний, поэтому работа над ним была приостановлена. Началась Русско-японская война, и правительству, в первую очередь военному ведомству, было не до того.
Как это часто бывало в Туркестанских реалиях, смена главного начальника края могла кардинально изменить вектор принятия решения в отношении спорных вопросов. На волне революционной ситуации в стране туркестанским генерал-губернатором был назначен приамурский генерал-губернатор Н. И. Гродеков. В 1907 г. по распоряжению Гродекова было образовано новое Особое совещание для составления нового проекта Туркестанского положения. При этом председателем вновь становится Несторовский.
В 1908 г. сенатором, графом К. К. Паленом была начата ревизия края, которая должна была в том числе ответить на вопрос о возможности введения в Туркестане общеимперской административной системы, т.е. ревизия должна была собрать для Особого совещания недостающий фактический материал по целому ряду очень важных вопросов: ирригация, поземельное устройство населения, ход и темпы колонизации и др. Через год кропотливой работы ревизия сделала выводы, одним из которых было усилить власть генерал-губернатора до пределов власти наместника[208]. Результаты ревизии послужили основой для разработки дальнейших преобразований в управлении Туркестаном. В 1910 г. Совет министров принял решение об образовании третьего по счету Особого совещания для выработки коренных начал преобразования края под председательством государственного контролера П. А. Харитонова.
В 1911 г. Совещание начало свою работу в Петербурге, но дальнейших шагов по реформированию так и не было сделано, несмотря на то, что новый генерал-губернатор, А. В. Самсонов, настаивал на серьезных преобразованиях в системе управления краем. Он предлагал вернуться к расширенным полномочиям генерал-губернатора, сделав их, по сути, эквивалентными полномочиям наместника на Кавказе, и хотел устранить посредника в лице Азиатской части Главного Штаба при общении генерал-губернатора и военного министра. Но ключевым в работе Совещания оставался вопрос ведомственного подчинения края. МВД оказалось не готовым принять на свой баланс такой царский подарок. Туркестан остался в ведении Военного министерства[209].
Осенью 1912 г. Совещание завершило свою работу. Собранные материалы и предложения были направлены в Совет министров, который перенаправил их в Военное министерство, где и должны были приступить к выработке проекта нового Положения об управлении Туркестаном. Генерал Самсонов был категорически против того, что Положение будет готовиться в министерских коридорах людьми, далекими от нужд края[210].
В начале 1913 г. император одобрил выработанные Советом министров основные принципы преобразований в управлении Туркестаном. Но это положение так и не получило окончательной редакции и не поступило на рассмотрение в Государственный Совет и Государственную думу.
С началом Первой мировой войны состав высшей администрации в крае значительно изменился. Генерал-губернатор А. В. Самсонов в момент объявления войны находился в отпуске. В Ташкент он больше не вернулся и получил назначение в качестве командующего армией на Западном фронте. Его помощник генерал В. Е. Флуг последовал за ним. На фронт также были направлены начальник Закаспийской области генерал Л. В. Леш, военный губернатор Самаркандской области генерал И. 3. Одешелидзе. Ушли на фронт и кадровые части ТуркВО. Новым генерал-губернатором края в 1914 г. был назначен генерал Ф. В. Мартсон, которому шел 62-й год, и он был серьезно болен. На своих должностях остались уже отошедшие от строевой службы военные губернаторы Сырдарьинской, Ферганской и Семиреченской областей – генералы А. С. Галкин, А. И. Гиппиус и М. А. Фольбаум, долгие годы служившие в Туркестане.
Генералу Мартсону нужно было время, чтобы осмотреться и вникнуть в обстановку. Он считал необходимым продолжить усилия своего предшественника, но для этого у него практически не было кадров. Темп работ был замедлен, а вскоре стало понятно, что работу придется отложить до наступления более спокойных времен. На волне развернувшегося восстания 22 июля 1916 г. туркестанским генерал-губернатором назначили генерала Куропаткина. Несмотря на все свои военные неудачи, Куропаткин пользовался в Туркестане огромным авторитетом как «старый туркестанец». Он планировал завершить Проект положения и наверняка бы сделал это, если бы не грянувшая в стране Февральская революция.
Следует отметить, что к вопросу принятия нового Положения на протяжении двух предреволюционных десятилетий в истории Туркестана были привязаны отсрочки в решении целого ряда насущных вопросов в жизни края, а именно: восстановление краевого представительства в Государственной думе, распространение городового положения (в любом его виде) на города Туркестана, введение в крае земских институтов, изменение в системе налогообложения, распространение несения воинской повинности на коренное население региона и многое другое. У нас еще будет в следующих разделах книги возможность в этом убедиться.
И везде формула принимаемого решения Военным министерством или Советом министров или Государственной думой звучала примерно одинаково: зачем реформировать по частям, когда со дня на день будет принято новое Положение об управлении Туркестаном, которое и позволит реформировать все и сразу.
Возможно, чиновники, а они в большинстве своем были неглупые люди, хотели как лучше, но получилось то, что получилось. Отсутствие единой, модернизированной системы управления тормозило процесс общественного и экономического развития края, а значит, и глобальный процесс интеграции Туркестана в общее имперское здание. Последнее, собственно, и являлось для империи главной стратегической задачей в Туркестане, которая так и осталась нереализованной.
Проект временного Положения управления Наманганским отделом Туркестанского Генерал-Губернаторства
Утверждаю:
Туркестанский Генерал-Губернатор,
Генерал-Адъютант
« … » Ноября 1875 г., г. Ташкент
1. Из земель, принадлежавших к владениям Коканского Хана и отошедших по Высочайшему повелению Государя Императора, последовавшему 1875 года, в составе Российской Империи, образован особый отдел, коему присвоено название Наманганского.
2. Границы Наманганского отдела определены: существующими ныне границами уездов Ходжентского, Кураминского и Аулияатинского уездов Сыр-Дарьинской области, Токмакского уезда Симиреченской области установленною ныне государственною границею с Коканским ханством по р. Сыр-Дарье от урочища Обхурека и по р. Нарыну.
3. Наманганский отдел разделен на два участка: 1. Наманганский, составлявший прежде Наманганское бекство[211], и серкерства[212] Чартагское, Наукетское и Кассанское и 2. Чустский, в состав которого вошли бывшие бекства Чустское, Бободарханское.
Примечание: Пограничная черта между участками должна быть проведена, придерживаясь границы, существовавшей между бекствами и серкер-ствами.
4. Главным городом отдела назначается Наманган, а участковые управления сосредотачиваются в городах Намангане и Чуете (Тусе).
5. Личный состав управления отделом и суммы на его содержание определяются прилагаемыми штатами.
6. Управление Наманганским отделом, под главным начальством Генерал-Губернатора, вверяется особому Начальнику.
7. Начальник отдела соединяет в себе как гражданское управление во вверенном ему отделе, так и управление войсками, в нем расположенными.
Примечание: По управлению и распоряжению войсками, в отделе расположенными, Начальник отдела руководствуется особой инструкцией Главного Начальника Туркестанского Военного Округа.
8. Начальник отдела назначается и увольняется Главным Начальником края.
9. Для ближайшего ведения пограничных дел Начальник отдела снабжается инструкциями от Главного Начальника края.
10. Начальник отдела по делам гражданского управления относится к Генерал- Г убернатору.
Примечание: порядок сношения по командованию войсками, в отделе расположенными, определяется особыми указаниями Главного Начальника Туркестанского военного округа.
11. Для ближайшего заведования туземным населением при Начальнике отдела состоит Помощник, который, в деле управления, действует не иначе как по указанию Начальника отдела.
12. В случае болезни или отсутствия Начальника отдела должность его, по гражданскому управлению отделом, исполняет Помощник его.
13. Помощник Начальника отдела и другие чины по штату определяются и увольняются Генерал-Губернатором по представлению Начальника отдела.
14. Управление в каждом участке сосредотачивается в лице участкового Начальника, которому с тем вместе подчиняются и войска, в участке расположенные, на основании положения о военном управлении в областях Туркестанского Генерал-Губернаторства и особой инструкции. <…>
24. Порядок избрания казиев и биев, а равно утверждение их и увольнение от должности, предоставляется Начальнику отдела.
25. Постановление казнями приговоров к телесным наказаниям, отсечению членов и смертной казни не допускаются; взамен означенных наказаний виновные приговариваются к аресту или отдаче в заработки.
26. Рекомендуется участковым Начальникам принимать к своему разбирательству все спорные дела как между туземцами, если жалобы по этим делам будут принесены русской власти обеими тяжущимися сторонами. Разбор таких дел производится по совести, и перенос их в туземный суд не допускается.
Правитель Канцелярии Генерал-Майор Галкин
Прошение Военному Губернатору Сыр-Дарьинской области
Его Превосходительству господину Военному Губернатору Сыр-Дарьинской области[213]
ташкентских сартов Шейхантаурской части[214]
потомков покойного Муса-Мухаммед-бия
Прошение
Вся Шейхантаурская часть ив особенности потомки Муса-Мухаммед-бия натерпелись несправедливости от казия Шариф-Ходжи. Узнав о том, что
Шариф-Ходжа созвал иллик-башей[215] и раздал им деньги с тем, чтобы они его опять выбрали казием, все мы, проникнутые живым желанием видеть на его месте другого более справедливого человека, осмелились обратиться к Вашему Превосходительству с почтительной просьбою не допускать незаконного и противного нашим желаниям выборов в казни вышеупомянутого Шариф-Ходжи.
К сему прошению приложили потомки покойного Муса-Мухаммед-бия: Юсуф-бек, Хасан-бек, Султан-бек, Шамси-Мухаммед-бек, Искандер-бек, Ахмад-бе, Ибрагим-бе, Рахим-бек, Алым-бек, Иса-бек.
Ташкент, 24-го мая 1880 г.
Приказ об учреждении должности Помощника Начальника города, из туземцев
Приказ №3.7 Января 1883 г.
Его Высокопревосходительство г. Начальник края изволил отдать следующий приказ по Туркестанскому Генерал-Губернаторству, 6 января с. г. за № 3:
«Ввиду часто повторяющихся случаев в туземном Ташкенте случаев воровства, очевидно свидетельствующих о неудовлетворительности существующего охранительного и предупредительного надзора 4 городских аксакалов, я признаю необходимым, примеряясь к Высочайше одобренному проекту положения об управлении Туркестанским краем 1867 г., учредить в помощь Начальнику города должность младшего его помощника из туземцев.
На обязанности этого должностного лица, находящегося в полном подчинении Начальника города, возлагается главным образом охрана спокойствия и безопасности города преимущественно в ночное время, а также надзор за ненадежными и временно пребывающими в городе людьми, розыск преступных и подозреваемых в преступлениях лиц и доставление их Начальнику города. Не слагая с существующих в ныне в туземном городе четырех аксакалов полицейских обязанностей, определенных положением, означенные аксакалы должны состоять в прямом подчинении Младшего Помощника, по исполнению же других обязанностей, как то сбор податей, приведение в действие решения казиев и т. и., – в непосредственном подчинении Начальника города.
Младшему Помощнику Начальника города назначается содержание 1200 руб. в год. При нем и по его выбору состоят четыре конных стражника, по 300 руб. в год, восемь конных джигитов, по 180 руб. в год, и 68 пеших джигитов, по 120 руб. в год.
Так как полицейские обязанности 4-х аксакалов с учреждением этой должности значительно облегчаются, то в распоряжении этих аксакалов оставляется ныне вместо пятнадцати только семь джигитов, а вместе с этим отменяются в туземном городе те караульные посты от жителей, которые будут признаны Начальником города излишними.
Весь расход на содержание Младшего Помощника Начальника города из туземцев и состоящих при нем стражников и джигитов относится на средства туземного города».
Затем приказом Его Высокопревосходительства 6-го же Января за № 4, на должность Младшего Помощника при мне из туземцев назначен Ташкентский житель Надир Магомед.
Объявляю об этом по вверенному мне городу для сведения и, до кого касается, исполнения.
Подполковник (подпись).
Программа вопросов туземному населению для обсуждения в комиссии по составлению нового Положения об управлении Туркестанским краем
В скором времени для Туркестанского края будет составляться новое Положение об его устройстве. Положение это будет составлено так, чтобы оно немного разнилось от законных порядков всего обширного Русского государства, которого Туркестанский край составляет только малую часть. Изменение против этих порядков будет допущено настолько, насколько это необходимо по местным условиям края, не всегда одинаковым с остальною Россией. Поэтому Генерал-Губернатор признал полезным вызвать в Ташкент из разных местностей Туркестанского края опытных людей и потребовать от них сведений по некоторым предметам, касающимся нужд и потребностей туземного населения края.
Чтобы обеспечить им этот труд, Генерал-Губернатор приказал предложить им точные вопросы, на которые они должны дать подробные ответы.
Поделиться книгой: