Помоги проекту - поделись книгой:
Сёма Севе крикнул снизу. Сева Сёму вытянул. И дальше ловит. Уже целое вед-ро наловил. Сёме тоже хочется поймать.
– Почему у тебя рыба ловится, а у меня нет?
– На хлеб не возьмёт! – говорит Сева. – Вон вытащи у меня из секретной коробочки морского червя и лови себе на здоровье.
Открыл Сёма у Севы секретную коробочку, вытащил морского червя, забросил удочку и сразу рыбу поймал. Не просто рыбу, а самого настоящего пеленгаса, каких у Севы целое ведро.
Сёма пеленгаса расцеловал, на телефон 100500 раз сфоткал, хотел Севе отдать, а пеленгас говорит ему человеческим голосом:
– Не отдавай меня Севе! А отпусти в речку.
Сёма глаза-то округлил – ни разу в жизни говорящего пеленгаса не встречал, а потом догадался:
– А когда выпущу, ты моё желание исполнишь?
– Ну, желание я исполнить не могу. Потому что не умею. А вот совет-предостережение дам, если хочешь.
– Ну давай хотя бы совет, – закатал губу Сёма.
– Ни за что сегодня не ешь картофельное пюре, – только и сказал пеленгас, а сам в воду нырь и был таков.
Идёт Сёма домой, а сам думает:
«И зачем выпустил? Надо было рыбу домой брать. Папе бы похвалился. А мама бы из пеленгаса ужин приготовила. А так только предостережение какое-то про картошку. Тьфу».
Пришёл домой. Выслушал от папы за то, что удочку без спроса брал, а от мамы – за то, что один на реку ходил. Сел обедать, а на обед картофельное пюре, пахнет вкусно. Сейчас после рыбалки так есть охота, что Сёма легко бы двойную порцию пюрешки навернул. Но как же совет-предостережение?
– А у нас ничего, кроме пюре, нету? – на всякий случай Сёма у мамы уточнил.
Мама расстроилась, что опять она старалась, а никто есть не хочет. Папа расстроился, что мама расстроилась, и сказал:
– Ну-ка, не модничай, ешь пюре без разговоров и на кухне не мешайся.
Сёма всё равно пюре не ест. Сидит за столом и картошку гипнотизирует. До того догипнотизировался, что чуть с голоду в обморок не упал. Мама вовремя заметила и Сёму чаем с бутербродами напоила. А пюре в холодильник убрала.
Так Сёма до самого вечера на одних бутербродах просидел, к пюре даже не притрагивался. Назавтра пошёл снова на реку. Встал на берегу и кричит:
– Пеленгас, пеленгас, почему пюрешку нельзя было вчера есть?
Высунулся из воды пеленгас и говорит:
– Потому что мама картошку посолить забыла.
Каникулы на даче
Одна Полина поехала летом к тётке на дачу. В речке купалась, за земляникой в лес ходила.
А тётка ей и говорит:
– Нечего в речке купаться и в лес за земляникой ходить. Сиди-ка лучше дома – редиску пропалывай, потому что завелась у нас в посёлке собака-призрак.
– У кого завелась? – Полина спрашивает. – Можно мне посмотреть сходить?
А тётка только рукой махнула. Мол, не понимаешь ничего, вот и дома сиди.
– Ни у кого. Сама она по себе, бегает и неожиданно из-за кустов выходит. Слюни текут, глаза красные, а зубищи-то какие… просто страсть…
– А шерсть какого цвета? – Полина интересуется.
– Какая шерсть? Я тебе говорю, зубищи – во, слюной брызжет… – тётка подошла к Полине поближе и клацнула всеми своими тридцатью двумя зубами после протезирования.
Делать нечего, редиску так редиску. Тяпает Полина грядку, а у самой собака-призрак из головы не выходит.
– Выходи! – говорит Полина. Собака-призрак не выходит.
Может, безвыходное у неё положение – вот сейчас выйдет из головы, а идти-то больше некуда. Так хотя бы Полинина голова…
Полина не отстаёт. Так и заладила: выходи да выходи, выходи да выходи. Собака всё равно не выходит, шепчет только:
– Пока ты ерундой занимаешься, вся редиска зарастёт.
Прополола Полина всю редиску, а заодно картошку, салат-латук и анютины глазки. Быстро-быстро. Даже на улице стемнело.
На речку уже не пойдёшь – темно и тётка не отпускает. Если только в лес за земляникой. «Вот где призраков искать, хотя бы и собак…» – задумалась Полина, а сама корзинку собрала быстро, кеды нацепила, хотела фонарик взять, а потом решила не брать.
Вот увидит тётка, что фонаря нету, и сразу всё поймёт. Что Полина не только редиску прополола, но и весь огород, теперь делать нечего. Возьмёт и домой отправит, а Полина ещё собаку-призрака не встретила.
Идёт Полина по лесу и песню поёт:
А собаке-призраку слушать приходится. Хоть уши затыкай. Всё равно не поможет. Потому что Полина в детстве тоже на дачу к тётке приезжала, сходила в лес за земляникой и там ей медведь на ухо наступил. Извинялся, конечно, но уже ничего не поделаешь. Теперь у Полины «ми» всё время западает. И вместо трёх танкистов, только «мишки-мимимишки» получаются.
Надоело собаке-призраку слушать, она подкралась поближе и лизнула Полину в щёку прямо слюнявым языком из зубастой пасти.
Полина схватила собаку-призрака и давай за ухом чесать. Вырывалась, вырывалась собака из Полининых рук, а всё равно не вырвалась, пока Полина собаке всё ухо не зачесала. Собаке-призраку никто ещё до Полины ухо не чесал, поэтому собака открыла Полине свою страшную тайну о том, что жила она не тужила, пока ей в ветклинике паспорт не выдали. Открыла собака свой паспорт, а там сиреневым по серо-буро-малиновому написано – собака охотничья. Кличка: Ромуальда.
– А что не так? – Полина удивляется.
– Всё так. Только не моя это кличка и не понятно, на кого охотиться, если я охотничья собака. Вот и бегаю за всеми. Неужели было сложно поточнее написать?
Объяснила Полина собаке, что ни на кого не надо охотиться, потому что она не охотничья, а беспородная. Собака обрадовалась, Полину расцеловала и помогла ей за ночь всю землянику лесную собрать. Тётка потом неделю варенье варила и в банки закатывала. С утра ветклиника открылась, выдала новый паспорт:
Так и пришлось Полине Призрака себе оставить. Теперь-то в паспорте всё точно написано.
Тётя Кошка
Жила у тётки на даче кошка. Такая серо-полосатая. Крысоловка. Сама маленькая, свернётся клубком на кухне, спит, а один глаз не спит. Всё посматривает: вдруг мышка.
Вот идут Полина с собакой с прогулки, думают, сейчас их тётка встретит, завтраком-обедом накормит, пирожков напечёт с земляникой, всё равно её девать некуда. А тётка как зашипит: «Ш-ш-ш-ш-ш», спину выгнула и давай по шкафам носиться, а потом одной рукой за люстру ухватилась и висит.
Собака испугалась, хотела на улицу бежать, в кустах бузины спрятаться. Это потому что у собаки кличка такая – Призрак. А Полина и говорит:
– Ладно уж. Чего ты? Может, нет у человека настроения. У тётки бывает. Она ночью включит интернет-телевидение и смотрит, как белые медведи на Севере живут. Всю ночь. А с утра встать не может. Откуда настроению взяться?
Пообедали Полина с Призраком. Хотели и кошку покормить, а её нет нигде.
– Гуляет теперь, – решила Полина, а сама тётку с люстры сняла и корзинку с вязанием ей поставила. Пусть человек рукоделием займётся, тут и настроение поднимется. Потому что занятия рукоделием развивают мелкую моторику, благотворно сказываются на мозговой деятельности, и вообще тётка ну постоянно что-нибудь вяжет. То косынку, то картинку, то броши. А однажды связала калоши. И теперь в них по дому ходит, так как на улице они промокают.
Открыла Полина корзинку с вязанием, хотела спицы достать, а тётка в одну секунду нырь – и в корзину залезла. И давай там клубки царапать, нитки перепутывать. Еле-еле тётку из корзинки достали, а она вся в нитках запуталась. Пока распутывали, проголодались, а есть-то и нечего. Всё в обед съели. Решили тётку в магазин отправить. Всё-таки шопинг на женщин благотворно влияет.
Чтобы чего не вышло, Полина с Призраком за тёткой следом пошли. Так, на всякий случай.
Тётка только до магазина дошла – бегом на склад и давай там коробками картонными шуршать и мяукать. Полина с Призраком за тёткой. Охрана набежала. Кассирша тревожную кнопку клацает, чтобы полиция приехала. А тётка по складу носится, и никто её поймать не может. Так и бегала, пока всех мышей не переловила. Всех пойманных мышей в плен взяла и говорит:
– Везите их в уголок Дурова, на мышиную железную дорогу. Пусть покатаются. А на магазинном складе им делать нечего.
Тут полиция приехала, хотела тётку в участок везти за вторжение в частную собственность и нарушение личных границ. А директор магазина и говорит:
– Руки прочь от тётки. Мне ещё никто так профессионально дератизацию не проводил, – встал на одно колено, а в руках у директора магазина кольцо с фианитом. – Выходи, тётка, за меня замуж. Будем жить-поживать, в магазине торговать.
А тётка ему:
– Ш-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш!!! Ш-ш-ш-шпроты давай, зачем мне твоё кольцо???
Тут Полина и заподозрила что-то неладное:
– Не похоже это на тётку. Тетка шпроты никогда не ест, она в магазине из рыбы только сайру консервированную покупает и из неё суп варит. Это она траву косила газонокосилкой и на солнышке перегрелась. Надо её домой вести и холодные примочки ко лбу сделать. А то наестся сейчас шпротов этих, заболит у неё живот, придётся врача вызывать, он тоже жениться захочет… И будет у нас не дачный сезон, а целый мексиканский сериал.
Схватили Полина с Призраком тётку в охапку и потащили. Директор магазина даже пикнуть не успел, так и остался на колене стоять, а мыши в уголок Дурова уехали.
Дома тётка выпила литр молока и спать легла. Только слышно стук какой-то. Тук-тук. Тук-тук. Это в чулане кто-то дверь изнутри взламывает, да с такой силой, что весь дом ходуном ходит и по швам трещит. Дёрнула Полина за верёвочку, дверь-то и открылась, а Призрак зажмурился и про куст бузины вспомнил. Вышла из чулана тётка и говорит:
– Уходя, гасите свет. А дверь в чулан закрывать не надо, ясно вам?
Полине всё ясно стало, а Призраку – не очень. Поскакал Призрак на кухню, думал, там вторая тётка спит. На кухне тётки нет, а только кошка серо-полосатая. Крысоловка. Свернулась клубочком и спит. А один глаз у неё не спит, а посматривает. Вдруг мышка.
Вечером директор магазина заходил. Предлагал ящик шпротов купить. По акции.
Девочка и Кощей
«Танцует на уроке», – Сёме в дневнике Елена Николаевна написала. А за то, что Сёма с доски ничего в тетрадь не переписал, двойку поставила.
Сёма расстроился, а Сёмина мама привыкла, что у сына других оценок не бывает: либо пять, либо два, но за поведением последить попросила, потому что перед Еленой Николаевной неудобно, а Сёма уже не маленький.
Вот сидит немаленький Сёма за пар-той – следит за своим поведением. С задней парты его Макар в спину пихает – Сёма не реагирует, Макар всё равно пихает – Сёма не реагирует, а до конца урока ещё целая бесконечность. Семь минут.
Решил Макар, что Сёма уснул и надо бы что-нибудь эдакое сделать, чтобы его разбудить. Взял линейку самую длинную, 60 см, которая еле-еле в рюкзак влезает, и скинул линейкой Сёмины вещи с парты.
– Опять, Петровский, на плохую оценку напрашиваешься? – Елена Николаевна осведомилась, а сама пример на доске записывает длинный-предлинный, с десятичными дробями, того и гляди Сёму вызовет. А Сёма ещё вещи не собрал под партой.
– Не я это, – Сёма оправдывается.
Тетрадь сложил, учебник поднял, а ластик с ручкой под ножку парты закатились и никак не достать. У Сёмы другой ручки в помине нет, а ластик весь самим Сёмой изрисованный – такой жалко терять. Макар встал со своего места и Сёме помогает – парту двигает.
В классе стук, скрежет, скрип: Макар парту сдвинул, а она к полу была прибита и теперь на месте парты дырища образовалась. Чего только там нет: и фантики, и ластики, и «бакуганы», и крошки от печенек вперемешку со шпаргалками, а в центре – яйцо лежит.
– Ну прямо гнездо какое-то, а не куча мусора, – Макар пробормотал, а Сёма схватил яйцо и раздавить хотел. Он так сто раз делал, когда в магазин с мамой ходил в белой футболке.
– А ну не трожь яйцо! – Елена Николаевна прохрипела, она как раз только пример на доске дописала. – Иди лучше к доске, двойку свою исправляй.
Сёма положил яйцо на край парты и поплёлся к доске. А яичко покатилось-покатилось, бух-бах-бултых и чуть было не разбилось. Потому что Елена Николаевна его схватить успела.
– Что ж ты творишь, Петровский? Как тебе не стыдно? – А сама яйцо в шкатулочку прячет. Шкатулочка красивая – в виде сердечка.
Сёма стоит у доски и неохота ему такой длинный пример без калькулятора решать, переводить дроби из десятичных в обычные и наоборот. Посмотрел Сёма на Елену Николаевну грустными глазами и поинтересовался:
– Елена Николаевна, надо яйцо сломать, там смерть Кощеева…
– Ты давай не отвлекайся, решай-решай… – Елена Николаевна отвечает, а сама всё шкатулку-сердечко рассматривает и вздыхает, как будто сейчас не урок математики, а День всех влюблённых. – Тебе, Петровский, лишь бы ломать что-нибудь…
Времени до конца урока всё меньше остаётся, понял Сёма, что точно не успеет все дроби в десятичные и обратно перевести без калькулятора, а Елена Николаевна подначивает:
– В столбик решай, в столбик…
Не успел Семён второе действие в столбик записать, как звонок прозвенел, зашёл в класс пятисотлетний старичок и говорит:
– Здравствуйте, дети! Меня зовут Кощей Иванович Бессмертный. Я сотрудник экзотариума-серпентариума, провожу в вашем кабинете эксперимент по выведению редкой белой змейки, потому что у вас здесь условия самые подходящие. А помогает мне Елена Николаевна. Елена Николаевна раньше плохо в школе училась, потому что на уроках танцевала, и у неё постоянно двойки по поведению были. А потом записалась на танцы и в кружок аквариумистики и теперь вот учителем математики работает.
Не думал Сёма, что у Елены Николаевны когда-то тоже двойки за поведение были, захотелось ему вдруг математику выучить, стал он ходить на дополнительные и научился дроби быстро-быстро сокращать без всяких калькуляторов, а белая змейка в экзотариуме живёт, за ней Кощей Иванович ухаживает.
Скоро лето!
Пришли в класс двое и говорят:
– Скоро лето!
Весь класс встрепенулся, хотя до этого все понурые сидели: на улице солнышко, а учиться ещё целый месяц, не считая майских праздников.
– Хотите незабываемых каникул?
Все загалдели:
– Кто ж об этом спрашивает? Конечно, хотим!!!
Ну эти двое и стали про лагерь рассказывать. Сёма после школы всё бабушке передал, слово в слово. И про то, что без родителей, и про то, что в лагере каждый занимается тем, чем хочет. И вообще много всяких интересных занятий можно найти. И ещё от себя добавил, что ему в лагерь совсем не хочется, потому что и дома интересных занятий хватает.
Поделиться книгой: