Целитель чудовищ - 6

— Ну что? Проведал свою команду, Джун? — саркастично хмыкнул один из высших с приплюснутым носом и морщинистым лбом. — Это что, твой последний? Я же тебе говорил, что сенсей из тебя не очень. Передохнут они с тобой, как есть, передохнут.

— Завались, Мичи, — дружелюбно ответил Джун. — Твои ученички не чета моим. А Широ я взял, чтобы мне не бегать второй раз.

— А ну замолчали все! — приказ командующего от самураев, продублировал высший воитель Коджи. Шепотки стихли. — Мастер Тэкехиро Сатоши поделится планом наших дальнейших действий.

Взгляды всех собравшихся немедленно уставились на сухонького старичка.

— Хе-хе, — старик засмеялся частым и прерывистым смехом, оглядев собравшихся горящим подозрительным огнем взглядом. — Как уже сказали, меня зовут Тэкехиро Сатоши, и я мастер и создатель этого произведения нынешнего рунного искусства. Все что вы видите вокруг было создано именно мной. Это мой величайший шедевр! Вершина рунного мастерства. Уникальное достижение науки и торжество человеческого разума…

— Мастер. — нахмурился рядом стоявший рядом командующий.

— Да знаю, знаю, — старик закатил глаза. — Как вы уже успели убедиться, Гайбацу могла бы защитить своих защитников от чего угодно, но не перед лицом столь большого численного перевеса. И поэтому напоследок я решил провести большой эксперимент! Да-да, эксперимент!

Стас наконец понял, что скрывается внутри этой ветхой черепушки. Землянин тихо сглотнул — рунный мастер был полностью и беспросветно безумен.

А теперь стоило вспомнить, что они все находились в «шедевре» сумасшедшего мастера печатей.

У Стаса появилось очень нехорошее предчувствие.

Глава 2

— Именно поэтому я решил сделать так, чтобы мой шедевр напоследок послужил общему делу, — речь старика становилась все более сбивчивой и эмоциональной, а тон повышался. — Для чего я и придумал, как перегрузить источник энергии крепости!

— Мастер, — вновь вернул старика с небес на землю страдальческий голос Керо Джоноро.

— Прошу меня простить, заговорился, — опомнился Сатоши. — В основании Гайбацу имеется источник энергии, который питает все те щиты, что вы видели. Раньше никто не знал, как сделать взрыв подобных рунных конструкций. Обычно энергия просто безвредно рассеивается, но Гайбацу может и не такое!

— Благодарю вас, мастер. Дальше я сам, — прервал его Джоноро. Он оглядел собравшихся суровым взглядом. — Как вы уже поняли, благодаря мастеру Тэкехиро мы планируем взорвать крепость. Сила предполагаемого взрыва неизвестна…

— Это будет нечто немыслимое! — начал размахивать руками Сатоши, махая полами своего балахона во все стороны. — Моё имя войдет в историю рунного искусства!

— Как вы понимаете, мы все не успеем и не сможем покинуть зону поражения взрыва, — командующий проигнорировал бред мастера. — Именно поэтому часть из вас останется, чтобы заманить врага в ловушку, пока остальные спасутся, спрятавшись под землю.

В зале повисла мертвая тишина.

И если первые секунды никто не мог поверить услышанному, то затем взгляды воителей невольно сошлись друг на друге, а руки легли на клинки. Не отставали и самураи, пускай и не в столь большом количестве.

— Отставить! — Коджи Сумада повысил голос, обрушив жажду крови. — Те, кто поддадутся панике будут немедленно убиты! — подтверждая слова командующего Сумада, вперед шагнули все высшие.

Стас прикрыл глаза. Ситуация начала вырисовываться. Никто ведь не пошлет высших умирать? Зато высшие, не раздумывая ни секунды, поступят так со всеми остальными, если это спасет их собственные жизни.

Теперь же вопрос стоял лишь в том, была ли причина того, что один лишь Стас стоял здесь с Джуном, а двое других учеников нет?

— Подождите! — закричал один из командиров средних воителей, нервно озираясь. — Но если взрыв будет такой силы, то заденет всех, как бы глубоко не закапываться!

— Хорошее замечание, молодой человек, — довольно закивал Сатоши, сложив руки за спиной, словно читая лекцию. — Именно поэтому мой гений придумал, как направить основную энергию взрыва в стороны, а не вниз или вверх. Конечно, часть энергии все равно утечет, но, вероятно, сил, выживших хватит, чтобы нас защитить.

«Вероятно?!»

Стас, стараясь не привлекать внимания, огляделся. Если выбор, кто останется, падет на него — он не будет сомневаться ни секунды.

Пусть кто-то другой умирает ради высших идеалов и столь же высших воителей. Единственная проблема, как незаметно умыкнуть Мари и Каэду…

— Хватит дергаться, мой хитрожопый ученик, — хмуро бросил Джун, заставив Стаса окаменеть. — Что бы ты там не задумал, выбрось эту глупость из головы.

Взгляд сенсея приковал Ордынцева к земле. Прямо сейчас они стояли на краю собрания, поэтому на них обращали не так много внимания.

— Нам была поручена великая честь пожертвовать своими жизнями, чтобы сдержать и обречь врагов на смерть, — вдохновленно продолжил Джун, словно не замечая, как глаза землянина становятся все больше с каждым словом. — Это неувядающая слава и героизм, который только может получить воитель! Поэтому, мой тебе совет, прими свою судьбу с честью.

Стас открыл было рот, чтобы хоть как-то возразить, но лишь бессильно хватал воздух, не в силах ничего выдавить. Любые слова и сомнения разбивались о глупость убежденности его сенсея.

«Надо срочно что-то придумать!»

По светящемуся от внутреннего огня лицу Джуна пробежала одинокая судорога, после чего он начал стремительно краснеть.

— Бваха-ха-ха, ты опять повелся! В который раз! — полузадушено прохрипел Джун, не в силах выдавить больше ни слова, от сотрясающих его пароксизмов смеха.

Станислав невольно сложил руки на груди, и в который раз пожалел, что ему достался именно такой учитель.

Видят боги иногда он мог довести до белого каления даже мало эмоционального Широ Змея.

Некоторые из рядом стоявших средних воителей недовольно оборачивался на хрюкающего от смеха Джуна, но осознав, кто он, быстро отворачивались обратно.

Связываться с «Болью-в-дырка-чья-то-задница-Джуном» никто не хотел.

— Да не ссы ты так, — наконец немного успокоился сенсей, прожигаемый испепеляющим взглядом своего ученика. — Вспомни, кто я такой! Я, если что, великий и великолепный Джун. Который, на минутку, высший воитель. А это значит, что я могу взять с собой всех своих учеников. Поэтому умирать за нас придется опять каким-то безродным слабакам. — в спокойном голосе сенсея не было даже намека на жалость, от чего Ордынцев невольно пришел в себя.

Стас в который раз напомнил себе, что хоть его учитель и мог вести себя с ними дружелюбно и весело, но не стоило забывать кем он был. А именно, безжалостной и почти неуничтожимой машиной по истреблению людей.

Своего рода, крысобоем, вскормленным телами своего же вида, чтобы нести ему лишь смерть.

Однако был еще один вопрос, который был Стасу интересен.

— Нет, конечно, придется сдохнуть и кому-то из них, — правильно растолковал взгляд Стаса Джун, кивнув на стоявших средних командиров. — В конце концов кому-то придется вести низших на смерть. Сейчас как раз выберут тех, кому не повезет.

Под взглядами Стаса и Джуна как раз и начался этот процесс.

— А почему они вообще согласятся? — тихо уточнил Змей у учителя. — Разве не больше шансов попытаться все же как-то прорваться или ускользнуть. Да, это почти верная смерть, но все же хоть какой-то шанс на жизнь?

— За это я тебя и люблю мой скользкий ученик, — ухмыльнулся Джун. — В тебе нет ни капли этой возвышенной чепухи, которой славятся самураи и, чего скрывать, воители тоже. Если ты мертв, то зачем тебе слава или деньги? Уважение хорошо для живых, для мертвых же оно бесполезно. А насчет их верности, то вспомни, что у большинства из них есть семьи, родственники и дети. Если они замарают себя трусостью, то позор ляжет уже на их родных. Да и они понимают, что высшие им не позволят сбежать, убив беглецов раньше, чем те отдалятся от стены.

— Понимаю. — кивнул Стас, глядя на то, как один за другим в сторону отходят те, кому предстоит пожертвовать своими жизнями.

Как-то плавно те, кто планировал выжить, отошли в сторону от обреченных, словно они заразны какой-то неизлечимой и очень заразной болезнью.

«Хотя болезнь-то как раз известна», — с омерзением подумал Ордынцев: «И имя ей «неудачливость». С древнейших времен люди шли за теми, кому благоволила удача. А что собой эта удача представляет, ум или умение неосознанно выбирать правильный маршрут, не важно. Главное, оно работает. Как это было у викингов, если люди посчитают, что ярла покинула удача, то на его корабль просто никто не придет».

— Ладно, вали, давай, на стену, — приказал Джун, переглянувшись с каким-то высшим. — Когда будет сигнал, бегом отправляйся с Мэй и Эиджи к донжону.

— Хай.

Возвращение прошло столь же быстро.

Вот только было оно не в пример неприятнее.

Как-то незаметно Стас стал чувствовать все те взгляды полные надежды, которые на него кидали окружающие люди. В нем они видели шанс на спасение. Кого-то, кто способен вытащить их из смертельной западни.

А на самом деле он был всего лишь одним из мажоров, которых вытащат и спасут просто за счет удачного знакомства.

Это было почти невыносимо.

Скоро геенна огненная поглотит весь окружающий мир, обрушив ад на землю и вкусив свою жуткую дань.

Услышавшие о спасении Мэй и Эиджи буквально засветились от радости. Моральная сторона вопроса их ничуть не трогала. Вероятно, Мэй считала, что, как принцесса, она достойна большего, чем сдохнуть здесь. Эиджи же было просто все равно.

Не желая видеть все эти взгляды Ордынцев подошел к краю стены и взглянул на завершение подготовки будущего штурма. Все те люди, там, внизу, даже не подозревали, что их ждет.

Непонятно откуда взялось желание крикнуть, предупредить. Не важно кого, своих или чужих, чтобы они бежали прочь и навсегда бросили идеи о войне, но даже ребенку было понятно, что это невозможно.

Станислав стоял у края катастрофы и абсолютно ничего не мог сделать.

А одной из вещей, которые в этой жизни он ненавидел, это собственное бессилие.

Зачем нужна вся эта нечеловеческая сила, если единственное, на что он способен — это убивать? Не спасать и помогать, а нести смерть и опустошение.

Ордынцев вздрогнул, когда почувствовал, когда его руки что-то коснулось. Опустив глаза, он столкнулся с понимающим взглядом Левиафан.

По их неразрывной связи Леви отлично почувствовала эмоции Станислава, поэтому попыталась хоть как-то его утешить.

Стас благодарно погладил змейку по носу, отправляя той волну нежности и решимости.

Силой воли он отбросил неприятные мысли. Как бы его не раздражала творящаяся вокруг несправедливость, но ни он ее создал.

Творившийся кошмар случился из-за самих воителей. Так пусть они пожинают то, что посеяли. Сам Стас в этой драме не более чем случайный зритель.

Ордынцев ободряюще кивнул обеспокоенно смотрящей на него Каэде. Та тоже заметила неладное с Широ. Возможно, из-за психической подоплеки ее сил.

Мари открыла было рот, чтобы что-то сказать, но не успела.

— Внимание! Лучники! — вновь привычная команда огласила окрестности, так как Хигацудо и Мизуно закончили подготовку.

Севшие и прислонившиеся к парапету стены бойцы поспешно вставали, проверяя оружие и снаряжение. Глаза воителей на мгновения становились отрешенными, когда они оценивали собственные запасы праны и высчитывали сколько техник они смогут применить до полного обнуления.

В данный момент большая часть армии врага скрывалась за первой линией стен, но это не продлилось долго.

В который раз за день воздух сотряс мерзкие сигналы о начале штурма.

И вновь, как и до этого атакующие бросились вперед, изо всех сил, спеша преодолеть открытое пространство. Они валили сквозь проломы в стене и бежали по созданным водяным ступенькам на стены, а потом вниз.

Наваленные в заполненные водой воронки фашины громко хлюпали и хрустели под десятками и сотнями ног. Если изначально на склоне между стенами росла трава, то теперь там были лишь скользкая, коричневая грязь.

Вот только в отличие от первого раза, теперь от Сумада летело куда меньше техник. Хоть за прошедшее время они и восстановили часть праны, но далеко не всю.

Стрел тоже было не так много, так как многие из асигару погибли еще в первых штурмах.

Стас сосредоточился. Он посчитал, что данный момент самый удачный для попытки отработать одну из своих экспериментальных техник.

Показанный и опробованный Стасом луч уничтожения, техника мертвителей высшего уровня, был в данной ситуации отличным решением.

Ордынцев внес бы им настоящее опустошение в ряды противника.

Вот только проблема была в том, что Стас так и не смог ничего поделать с черным цветом техники.

Если он использует ее на враге, то назад к Сумада можно будет не возвращаться. Ничего хорошего его, как пособника мертвителей, там не ждет.

Тем не менее ищущий ум Ордынцева не мог смириться с тем, что столь могущественная техника будет за пределами его боевого арсенала.

Именно поэтому он кое-что придумал. Над чем в последнее время упорно работал.

И теперь наступило время это опробовать.

Создание эфира проходило уже столь привычно, что почти не отмечалось сознанием. Куда больше усилий требовал шарик природо-эфира, но и здесь Стас уже давно приноровился.

Ордынцев поднял руки над головой и между ладонями стал формироваться вытянутый вперед овал.

На завершение техники потребовалось целых десять секунд, но в данный момент Змей мог себе позволить такие траты.

Мгновенно окинув поле боя, Стас приметил самое большое скопление Мизуно.

Сверкнув, фиолетовый шар беззвучно сорвался с рук создателя, чтобы скоростным болидом понестись вниз.

Станислав отметил увеличившуюся с прошлых испытаний скорость. Мысль придать ему именно такую форму себя оправдала.

Противник тоже не зевал. Навстречу подозрительному яйцу метнулось сразу несколько водяных техник.

Стас поднял бровь. Отличие земляных техник от водных было в более легкой возможности у воды объединяться.

Из-за этого встретившиеся в воздухе водяные хлысты и пара квадратный волн не уничтожили друг друга, а, как бы, слились, продолжив движение вперед.

Вот только концентрированный до упора эфир было не так-то просто остановить.

Словно тяжеленая гиря снаряд Стаса пробивал одну технику за другой, оставляя в них неаккуратные, рваные «раны», продолжая лететь вперед.

Однако в какой-то момент непробиваемая оболочка техники была нарушена и произошло срабатывание «гостинца».

Ордынцев с жадностью уставился вперед, затаив дыхание.

Суть новой техники строилась на том, чтобы использовать другую сторону эфира. Как известно, последний способен не только поглощать прану, но и при должной концентрации расщеплять материю.