Искатель, 2018 №11

— Ты надоедаешь мне и становишься противен, — произнесла она грозно. И тут же истерично рассмеялась. Было видно, что у нее нарушена психика.

Фархад оказался в унизительном положении и хорошо это понимал. Он ошалело попятился к двери и растерянно заморгал. Он никак не ожидал от нее таких слов.

— Ты меня убиваешь! — схватившись за голову, воскликнул мужчина и опустился на колени.

Плечи его подрагивали. Фархад был опытным покорителем женских сердец и за свою жизнь многих обманул. Со Светланой он вел свою игру. Конечно, он испытывал глубокие чувства к этой девушке. Но истинной целью была женитьба на ней, чтобы объединить капиталы с ее отцом, крупным дельцом с полумиллиардным состоянием.

Девушка тяжело вздохнула, встала с кресла, приблизилась к стоявшему перед ней на коленях Фархаду и, обхватив его голову, прижала к горячему животу.

— Если я королева, то ты, как подданный, дай клятву в верности. Поклянись исполнять все мои приказы…

— Издеваешься надо мной?

— Нисколечко.

— Ладно. Клянусь…

Фархад взял ее на руки и отнес на кровать. Постель была мягкая и прохладная. Он аккуратно опустил ее на зеленое бархатное покрывало, длинные пряди ее волос разлетелись огненно-рыжим веером. Мужчина лег рядом, поцеловал и прижал к себе. Его запах, тело и объятия возбуждали ее…

Ранним утром, когда мужчина собрался уходить, Светлана сказала:

— Особняк оформишь на мое имя.

— Это будет в том случае, если ты станешь моей женой, — заявил он.

Девушка ухмыльнулась.

— Я подумаю, — вымолвила она, понимая, что, если хочет добиться своей цели, должна флиртовать с ним, позволять любить себя, обещать выйти за него замуж. Но в то же время периодически показывать свой взбалмошный характер, в отношениях с ним создавать атмосферу непредсказуемости, в общем, делать все, чтобы держать азиата в подвешенном состоянии и на привязи, чтобы можно было манипулировать им в своих интересах. Но зачем она это делала? Связавшись с Фархадом, она запуталась в жизненных обстоятельствах и в их отношениях. Ведь она его не любила. Он соблазнил ее, когда она была под воздействием легкого наркотика. И тогда наделала много разных глупостей, о которых теперь сожалела. Светлана боялась даже себе в этом признаться. Она желала погибели родному человеку. Эта мысль засела в ее голове, не давала покоя и пугала тем, что вообще пришла ей в голову.

Фархад молча вышел из номера. Прежнее волнение исчезло, и он почувствовал спокойствие и легкость во всем теле. Молодая женщина, которую он так долго добивался, подарила ему радость. Отношения с ней вновь наладились. Дело осталось лишь за малым — оформить их взаимоотношения во дворце бракосочетания.

Двигаясь по коридору, он подумал о Жанне Муромцевой, но она надоела ему, как и множество других красивых женщин, которых он использовал в своих меркантильных интересах. Все они были ему безразличны. Теперь он принадлежал Светлане. Именно она затронула те чувства его сложной, богатой противоречиями натуры, которые не удавалось всколыхнуть ни одной женщине.

* * *

Частный сыщик Кирюхин, засунув руки в карманы брюк, не спеша двигался по пешеходной дорожке. После дневной суеты на работе он решил немного проветриться. Прохожих было мало, по дороге то и дело шныряли автомобили. Он свернул на тихую улочку, ведущую в спальный район. Кое-где в окнах частных домов уже загорелся свет. Кирюхин приблизился к глухому металлическому забору и открыл калитку. Неожиданно за соседним углом в переулке послышалась ругань. Не удержавшись от любопытства, он заглянул туда и увидел, что трое парней бьют мужчину, который с трудом отбивается.

Кирюхин подступил ближе.

— Ребята, это нечестно, когда трое на одного.

Один из троих, плотный крепыш с бычьей шеей и шрамом на левой щеке, грозно заорал:

— Заткнись! А то и тебя сейчас зашибу!

— А ты попробуй, — отреагировал сыщик.

Озлобленный, крепыш двинулся на него и с ходу попытался заехать в лицо, но Кирюхин ловко отклонил голову и кулак просвистел мимо. В ответ сыщик профессионально врезал ему в челюсть. Крепыш потерял равновесие и завалился на бок, потом, опираясь обеими рукам и о землю, злобно, будто собака, зарычал. Кирюхин опешил и отступил на шаг. Крепыш начал подниматься, в его руке блеснуло лезвие выкидного ножа. Сыщик дарил ногой по запястью, и нож отлетел в сторону. Крепыш выругался и, разъяренный, вновь набросился. Но Кирюхин уклонился от мощного свинга и в ответ нанес сокрушительный удар в солнечное сплетение. Крепыш захрипел, согнулся и упал возле соседнего забора.

В этот момент сыщик увидел, что на него налетает волосатый верзила. Он попытался увернуться от надвигающегося кулака, но не успел и почувствовал мощный, словно кувалдой, удар в плечо. Поморщившись от боли и уйдя от повторного удара, Кирюхин вовремя сообразил нырнуть под его правую руку. Кулак верзилы просвистел рядом с ухом, а сыщик врезал ему по печени. Парень взвыл и рухнул как подрубленный.

А в этот момент третий, худощавый белобрысый парень, мгновенно оценив обстановку, вынужден был трусливо бежать восвояси.

Кирюхин подошел к нетвердо стоящему на ногах мужчине и внимательнее пригляделся к нему: его лицо было разбито, местами сочилась кровь, один глаз заплыл.

— Как себя чувствуешь? — спросил он.

— Более-менее. Только голова немного болит и лицо саднит, — ответил мужчина.

Кирюхин покачал головой.

— Как тебя зовут?

— Федор.

— Меня Николай Николаевич. Вижу, сильно досталось. Предлагаю пойти ко мне. Я тут рядом живу. Дома есть аптечка, приведешь себя в порядок.

— Не возражаю, — произнес Лукашин.

Они вошли в дом. Кирюхин достал необходимые медикаменты. Гость скрылся в ванной комнате, а спустя несколько минут вошел в кухню, где на столе стояли две чашки с горячим кофе.

— Присаживайся и выпей, будет легче, — предложил хозяин дома.

Лукашин опустился на стул и отпил из чашки.

— Спасибо за помощь, — поблагодарил он и, вынув из кармана разбитый смартфон, попытался позвонить, но аппарат не функционировал.

Кирюхин с сочувствием посмотрел на гостя.

— Жаль, конечно, но не смертельно, купишь новый. Можешь воспользоваться моим, — предложил он.

— Ладно, пока обойдусь.

— Объясни, что им от тебя нужно было? — спросил хозяин дома.

— Понимаете, я репортер и владелец независимой газеты «Простор», — начал объяснять Лукашин. — Собираю материал о коррупции в органах власти. Провожу независимое расследование. Репортажи печатаю в газете, и один из них я недавно опубликовал. Если не ошибаюсь, сегодняшний инцидент — реакция на эту публикацию.

— Ах, вот оно что! — усмехнулся Кирюхин. — Конечно, сейчас об этом модно писать. Коррупция — излюбленная тема журналистов. Повсюду говорят и пишут о ней, а воз и ныне там. Коррупцию победить невозможно. Тебя, Федор, сотрут в порошок.

— Пока Бог миловал, — сказал Лукашин. — А кстати, кем вы работаете?

— Я подполковник полиции в отставке.

— Что-то раньше я не видел вас в городе.

— Сюда я приехал чуть более года назад. Купил дом, теперь делаю ремонт, обживаюсь.

— А где же семья?

— Пока в Екатеринбурге — по прежнему месту моей службы, но скоро супруга с дочерью и сыном должны приехать.

— Похоже, вы человек, вызывающий доверие, и я могу кое-что рассказать.

— Почему ты так считаешь?

— Вы помогли в трудную минуту и открыто пригласили в свой дом. Уважаю таких людей.

Кирюхин ухмыльнулся.

— Благодарю. Уверяю тебя, я не идеальный, но верить мне можно. Расскажи, какие материалы о коррупции у тебя есть? Я попробую помочь советом.

— Сейчас у меня есть компромат на Аристарха Истомина. Если этому материалу дать ход, то для него все может плохо закончиться.

— Это ты о депутате и кандидате в губернаторы.

— Да, именно о нем. Но он еще и владелец ресторана и ночного клуба «Emerald».

— Неужели? — протянул Кирюхин. — Время меняет людей. А ведь раньше я с ним общался. В молодости он был гораздо проще. Похоже, теперь Аристарх изменился в худшую сторону. Я видел его как-то на улице, но он сделал вид, что меня не заметил, и я понял, что он взлетел так высоко, что ему стали присуши гордыня и надменность. Впредь будь осторожней. Сегодня я случайно оказался рядом и помог тебе выпутаться из сложной ситуации. Ты отделался разбитым лицом и синяками. А ведь могло быть гораздо хуже.

Лукашин нахмурился.

— Вот и мне кажется, что инцидент с этими парнями не простая случайность. Я считаю, что это были люди Истомина. Конечно, если бы не вы, мне пришлось бы еще долго возиться с ними.

Кирюхин улыбнулся.

— Вряд ли. Троих бы ты не одолел.

Лукашин покачал головой, внимательно наблюдая за собеседником.

— Как знать, как знать…

— Думаю, они это дело так не оставят, — заметил хозяин дома. — Уж поверь моему опыту.

— Ну и что мне теперь делать? — поинтересовался гость. — Начатое журналистское расследование я бросать не собираюсь.

— А бросать его и не нужно, — сказал Кирюхин. — Надо, пойти в полицию и написать заявление о том, что на тебя напали трое парней. Думаю, полиция во всем разберется.

На этот раз Лукашин рассмеялся.

— У Истомина там есть, свои люди. Это дело замнут, а я останусь в дураках. Кроме того, в своих статьях я критикую полицию, поэтому они относятся ко мне весьма предвзято. Так и ждут, что я допущу какое-то правонарушение и они привлекут меня к ответственности.

— Тебе нанесли телесные повреждения. И эти парни должны понести наказание.

— Понятно, — произнес гость.

— Если не секрет, какой компрометирующий материал у тебя есть на Истомина? — спросил Кирюхин.

— Материал о рейдерском захвате ресторана и ночного клуба «Emerald». Как выдумаете, это веское основание, чтобы привлечь Истомина к уголовной ответственности?

— Весьма. Но нужны серьезные доказательства, — проговорил Кирюхин. — А их у тебя, как мне кажется, нет. Голословное утверждение ничего не даст.

— Откуда вы знаете, что у меня есть, а чего нет?

— Догадываюсь.

— Доказательств у меня действительно мало. Прежний владелец погиб в ДТП. Его жена рассказала мне, что у него было рентабельное предприятие. Ему поступило предложение продать его за четверть цены, но он отказался, потом были угрозы, а затем муж попал в аварию. После этого появились какие-то документы, из которых следовало, что он накануне смерти продал предприятие Истомину. Но этого не могло быть, утверждает она, муж всегда советовался с ней. Денег от продажи она так и не увидела.

— Советую обратиться в управление уголовного розыска, там изучат материалы и, если будет состав преступления, возбудят уголовное дело.

— Увы. Она уже туда обращалась и получила от них копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия состава преступления.

— Вообще-то мне трудно объективно судить о материалах дела, ведь я не знаю всех обстоятельств, а только с твоих слов, — проговорил Кирюхин. — Пусть она обратится в прокуратуру или в следственный комитет.

— Хорошо. Я ей так и передам, — сказал Лукашин. — А в свою очередь я намерен опубликовать по этому факту статью в газете, где собираюсь обвинить во всем Истомина.

— Пока этого делать не нужно, — сказал Кирюхин. — Тебя могут привлечь за клевету.

Лукашин погрустнел.

— Я хочу опубликовать статью об этом факте. Не буду никого конкретно обвинять, но изложу все обстоятельства этого дела. Может быть, у кого-то из правоохранителей проснется совесть.

— Тогда знай, что после этого на твоем горизонте снова замаячат молодчики с криминальным уклоном, — предупредил Кирюхин. — Но меня уже рядом не будет.

— Постараюсь обходить темные переулки, — угрюмо проговорил Лукашин и встал из-за стола. — Уже поздно, мне пора идти.

— Если возникнут проблемы, обращайся в мое агентство «Пинкертон». Но прежде не забудь сходить в травмпункт. Пусть врачи задокументируют телесные повреждения, а затем с актом медицинского заключения нужно обратиться в полицию и там написать заявление…

— Постараюсь не забыть, — буркнул Федор и покинул дом.

Глава 4

По совету Муромцева Кирюхин посетил Исмаила Бернштейна, владельца элитного ресторана «Миллениум». Это был невысокий плотный мужчина лет сорока, с черными как деготь волосами и мохнатыми бровями, с красным мясистым лицом, перебитым носом и хитроватыми глазами.

Кирюхин вошел в служебное помещение ресторана и увидел Бернштейна, который был без пиджака. Толстая золотая цепочка служила как бы застежкой на жилете, а галстук висел на животе под расстегнутым воротником светлой рубашки. На толстых пальцах каждой руки бизнесмена мерцали массивные золотые перстни с алмазными и изумрудными камнями. Он обожал красивые изделия из золота и драгоценных камней. Бернштейн давал своим сотрудникам ценные указания.

Кирюхин знал Бернштейна около года и за этот период выполнил несколько мелких заказов хозяина ресторана, связанных с проверкой его сотрудников. Бернштейн хорошо платил своим подчиненным, поэтому не терпел воровства на своем предприятии.

Увидев сыщика, Бернштейн велел подчиненным покинуть помещение и приветливо махнул рукой.

Кирюхин отошел в сторону, пропуская персонал, и обратил внимание на администраторшу, блондинку лет тридцати, с голубыми глазами и прекрасными шелковистыми волосами, спадающими на плечи. Он уже видел ее в обществе Жанны на фотографии, которую передал Муромцев.

Заметив взгляд сыщика, девушка игриво улыбнулась и выразительно повела бровью. Кирюхин смотрел на нее с непроницаемым лицом. Она прошла мимо, не сводя с него глаз. Он раньше встречал ее здесь, но не придавал этому значения.

Прежде чем Кирюхин успел сообразить, что к чему, Исмаил хлопнул его по плечу и воскликнул:

— Проходи, дружище! Рад тебя видеть! Надеюсь, у тебя все хорошо?

— Да, все в порядке, Исмаил, — ответил сыщик. — У меня к тебе серьезное дело.