Помоги проекту - поделись книгой:
– Неизвестный? – подскочил солдат. – Я же чувствовал, что здесь что-то не так!
– И это ещё не всё.
– Что значит, не всё?
– То, чем покрыт рюкзак – оно живое…
Прежде чем солдат понял, что происходит, верхняя часть тела Талиана отделилась от рюкзака Эко, голова и ноги – от рюкзаков Тарралеи и Штонга. На полу они соединились, превратившись в целое тело, а в следующую секунду Талиан уже бежал прочь, прыгая по столам.
– Ловите его! – завопил солдат.
Но юный камел был гораздо проворнее своих преследователей, его не могли поймать. Когда им казалось, что они схватили его, он превращался в вазу, стул, растение, даже в лестницу. Солдаты уже не понимали, за что хвататься, и носились по залу как сумасшедшие.
– Нужно признать, – огорчился один из стражей, – что он от нас убежал…
Солдат вышел из себя:
– К счастью, у нас остались его сообщники! Вызывайте спецохрану Сириуса…
– Погодите! – воскликнула Тарралея. – У нас пропуск от короля Океаноса!
Она указала на своё ожерелье, но солдат недовольно отмахнулся.
– Убери свои побрякушки, не то заставлю их проглотить! Пошли!
Глава 11
На этот раз Эко, Тарралею и Штонга повели в тёмную галерею, к подземному озеру.
– Как ты думаешь, что с нами сделают? – прошептал Эко Тарралее. – Нас в королевский дворец ведут?
– Это-то меня и беспокоит, – отвечала рыжая красотка. – Зачем вести нас таким путём, чтобы никто не видел… И посмотри, кто пришёл за нами…
На берегу стояли несколько растительных существ хлорофиллидов*. На корабле, прежде чем они прилунились, Талиан рассказал про них: они были созданы в лаборатории, чтобы служить Сириусу, правителю с железной рукой. Пользуясь доверием короля, он вёл себя как диктатор и подкупал солдат Фенгари одного за другим. Его все боялись, но никто не решался рассказать о нём королю…
Один из хлорофиллидов достал длинный изумрудный кристалл, направил острым концом на воду, и из него выстрелил луч света. Тотчас к берегу, где стояли Эко и его друзья, окружённые солдатами, протянулся хрустальный мост метровой ширины. Хлорофиллиды двинулись к ним, и по мере приближения стали видны их мощные мышцы. Как и у фитосов, у них было по две руки и по две ноги, но они были гораздо выше и сильнее.
Троицу передали хлорофиллидам, и все двинулись по прозрачному мосту.
– Холодно, – заметил Штонг, вздрогнув.
– Они заморозили поверхность, чтобы можно было пройти, – объяснил Эко. – Такое могут делать только хлорофиллиды.
Прямо у них под ногами, под слоем льда кружили акулы со страшными челюстями. Акулы врезались в мост снизу. Бам! Бам! Бам!
– Они голодные, – заметил хлорофиллид. – Держитесь ближе к середине моста.
– А это нормально… что поверхность становится мягкой? – забеспокоился Штонг; его ноги увязали, будто он шагал по желе.
– Мост начинает таять, – рявкнул хлорофиллид. – Живее!
– А почему вы его ещё раз не заморозите? – спросила Тарралея.
– Потому что мы находимся на нём, дурочка! Ты первой заледенеешь. Ха-ха!
Юная авантюристка сжала кулаки.
Эко взял её за руку.
– Они ждут только повода, чтобы сбросить нас в воду, – прошептал он. – Держи себя в руках.
– Подождут, – пробормотала рыжая красотка, скрипя зубами.
Они продолжали идти, а мост становился всё более рыхлым.
– Поторопитесь! – воскликнул другой хлорофиллид, ускорив шаг.
Да. Надо было спешить! Когда путешественники подходили к берегу, то уже шлёпали по щиколотку в воде. Ступив на твёрдую землю, они оглянулись: мост почти ушёл под воду, а вокруг метались голодные акулы.
Возмущённую Тарралею и всех остальных бросили в пыльную, тёмную камеру.
Штонг всё пытался превратиться в великана, но безуспешно.
– Очень надеюсь, нас не продержат здесь долго, – пробормотал Эко. – Уже двенадцать часов прошло, как мы ушли от Океаноса и…
– Пока нас найдут, мы тут сгнить успеем, – горевал Штонг. – А Талиан бросил нас, словно скорлупки миндальные…
– Не говори так! – возмутилась Тарралея. – У него не было выбора. Я уверена, что он ждёт подходящего момента, чтобы выручить нас.
– Ну-ну…
– Не стоит унывать, – продолжала Тарралея. – Я бывала в положениях и похуже. Воспользуемся моментом и отдохнём! Неизвестно, что нас ожидает. Может быть, нам понадобятся все наши силы…
– Фу, – фыркнул Штонг. – Это для слабаков! Спите, если хотите! А я буду караулить у входа. Уложу первого, кто сунется!
– Штонг, Штонг? Штонг! – Тарралея трясла своего друга, уснувшего на пороге. – Вставай!
– Погасите свет! – закричал Штонг, когда яркий луч ударил ему в лицо.
Это стражник открыл деревянную ставню на единственном в камере окошке. К несчастью, оно было забрано решёткой.
– Просыпайся! – настаивала Тарралея.
– Я не сплю! Я думаю…
– Надо же… – усмехнулся Эко. – А храпишь при этом здорово!
– Это я глубоко задумался.
При свете Эко заметил на лице Тарралеи подсохшую царапину.
– Я в порядке, – заверила она. – Упала, когда вырывалась. Ничего страшного.
Юная воительница подняла лицо к зарешеченному окну.
– Слышите этот шум толпы? Что же там происходит? Эко, помоги мне подняться!
Забравшись на плечи друга, Тарралея попыталась дотянуться до окна.
– Штонг, – прошептала она, обращаясь к другу, всё ещё сидевшему у двери. – Иди сюда! Мне не хватает роста. Надо, чтобы ты тоже залез.
Штонг, поддерживаемый Тарралеей, ухватился за раму. Подтянувшись, он смог разглядеть, что происходит снаружи.
– Обалдеть! – воскликнул он. – Там огромная арена, и народу полно. А на арене сражаются!
– Арена… – протянула Тарралея и услышала, как к их камере кто-то приближается. – Быстрее!
Они снова уселись на пол как ни в чём не бывало. Кроме Штонга, который висел на окне.
Дверь открылась. Появился хлорофиллид.
Зелёная молния блеснула в его глазах. Ох, только не это! Он был одержим некрофиллидом! Он указал на юную воительницу и посторонился, чтобы дать войти другим солдатам.
– Она! – рявкнул он.
И трое хлорофиллидов, также одержимые шпионами Арроста, утащили девочку, несмотря на протесты Эко, которого удерживали два других стража.
Некрофиллиды упорно преследовали юных героев в надежде, что они найдут Смарагд*, зелёный алмаз, обладающий огромной силой. Они рассчитывали с его помощью захватить мир и разработали план. Некрофиллиды решили заколдовать Тарралею, которую считали самой сильной из путников, чтобы она как можно быстрее привела их к цели. Они уже не раз пытались проникнуть в её разум, но рыжая красотка была так сильна, что у них ничего не вышло!
Теперь, заставив её биться с ужасными гладиаторами, они надеялись, что она ослабнет настолько, что они смогут подчинить её своей воле.
Разъяренный Штонг наконец превратился в великана и бросился на врагов, уводивших Тарралею.
Но прежде, чем он успел что-то сделать, в него попала кристальная стрела. И великан окаменел.
Глава 12
Яркий свет ослепил Тарралею. Остолбенев, она смотрела на толпу, шумящую на трибунах.
Но инстинкт воительницы быстро привёл её в чувство: внимание, опасность! Накачанный противник бросился на неё.
Тарралея сразу заметила стеллаж с разнообразным оружием. Она перекатилась по земле, чтобы избежать удара тяжёлого топора, и схватила трезубец.
Публика восхищённо завопила. Наконец-то начнётся битва!
Противником девочки-фитоса был настоящий гигант с могучей мускулатурой и зелёной кожей. Он был одет в кожаный коричневый комбинезон, на его запястья были надеты браслеты, утыканные шипами, а на поясе висели черепа, оставшиеся, видимо, от его предыдущих соперников…
– Я тебя в лепёшку расплющу! – пригрозил он и дико расхохотался.
Тарралея покрепче ухватила рукоятку трезубца. Она медленно обходила противника.
Монстр прямо-таки трясся от радости. Он был убеждён, что прикончит эту девчонку на раз-два. А как иначе-то? У бедняжки нет против него ни единого шанса. А пока гладиатор красовался перед разбушевавшейся публикой. Он был небольшого ума, но прекрасно знал, чего ждут от него болельщики.
Он испускал грозный рык, а зрители вторили ему с трибун. Он демонстрировал свои громадные бицепсы, посылал воздушные поцелуи. Он даже удосужился отвесить почтительный поклон правителю Сириусу, сидевшему на трибуне для почётных гостей.
И тут он почувствовал боль, словно электрический разряд пронзил его левую икру, а потом правую пятку.
Тарралея, нанёсшая ему два удара, быстро отбежала подальше.
Гладиатор потрогал раненую ногу, посмотрел на окровавленные пальцы и, криво усмехнувшись, слизал с них зелёную кровь.
– Поглядим, способна ли ты на что-нибудь кроме этих комариных укусов, – добавил он. – Ух ты, комарик! Ну иди, иди сюда!
– Болтаешь много, – бросила Тарралея. – Лучше побереги дыхание. А не то…
– А не то что?
Юная воительница бросилась вперёд и проскользнула между ногами противника.
Прежде чем он опомнился, она дважды нанесла ему удар в ахиллово сухожилие.
В этот раз рана была более серьёзной. Крупные зеленоватые капли крови брызнули во все стороны. Толпа охнула от изумления. На трибунах воцарилось ледяное молчание.
Что происходит?! Их любимчик был в довольно печальном состоянии…
Разъярённый монстр заорал и резко развернулся.
Его тяжёлый топор вонзился в землю совсем рядом с Тарралеей. Гладиатор поднял его и снова размахнулся. Он пошатывался на раненых ногах, снова и снова бил туда, где должна была находиться девочка. Топор свистел, рассекая воздух. Но Тарралея легко уклонялась от ударов.
Вне себя от ярости, гладиатор топнул со всей силой, как слон, старающийся раздавить муху. И тут же замер, совершенно обессиленный.
Трибуны снова завопили. Только крики поддержки, прежде адресовавшиеся гладиатору, теперь обратились к юной воительнице. Она была тореадором перед быком, обречённым с самого начала.
Запыхавшийся гигант понял, что битва проиграна. Он словно окаменел. Какой момент!
Тарралея бросилась на него и, оттолкнувшись от его ноги, постаралась добраться как можно выше.
Она вцепилась в комбинезон гиганта и полезла вверх. Тот пытался прихлопнуть её ладонью, но безуспешно. Так она забралась ему на макушку… Разъярённый монстр не придумал ничего лучше, как стукнуть себя обухом по голове! По всей арене разнёсся звук глухого удара оружия о череп.
Гигант рухнул на колени, а потом растянулся во весь рост в пыли арены.
На трибунах воцарилась тишина.
И в следующую секунду раздались крики приветствия маленькой воительнице, ставшей героиней арены. Только правитель Сириус был в ярости из-за поражения своего ставленника.
Стиснув зубы, он вскочил со своего кресла.
– Тихо! – заорал он. – Тихо!
Поделиться книгой: