Пробудившая пламя

Я тогда тех слов не поняла. Но мать своего добилась, узнала. В результате отец ушел от нас, хотя квартира была его родителей. Больше я его не видела. Только созванивались. Пока я не перестала ему звонить. Мать и вовсе вышла второй раз замуж и уехала на другой конец страны. Словно вычеркнув меня из своей жизни.

И у меня в голове засела мысль, что всё рухнуло из-за того, что мать узнала то, что знать и не надо было вовсе. Поэтому думала, что даже если мне есть что узнавать, но Руслан сам не говорит, то это не серьёзно и не важно. Мне нужно просто потерпеть и "не узнавать"! Услышав от меня такое, Алина засунула в рот сразу две дольки персика, чтобы рот был занят, видимо, и она не могла мне ничего сказать. Но пальцем у виска она очень красноречиво покрутила.

У неё то с мужем ни паролей на телефонах, вечно открытые страницы в соцсетях. Даже вот такие раз в пятилетку вылазки не вместе, всего лишь отдых "чтобы соскучится". И Алина конечно при любой непонятной ситуации не будет ждать. Она сразу и в лоб у своего мужа спросит про любую непонятку. Она в упор не хотела понимать, что это за зверь такой "моя женщина". И с какой такой радости я вообще согласилась на такое положение и терпела. Но надо отдать ей должное, она ни разу не позволила себе читать мне нотации и учить меня жизни.

Вот и сейчас она слушала, позволяла выговориться, выплеснуть эмоции, даже самые глупые и мерзкие.

– И что думаешь делать теперь? – спросила Алина, когда я выдохлась.

– А что мне остаётся, Алин. – Невесело усмехнулась, делая большой глоток. – Нужно где-то пристраиваться. Но я совершенно не понимаю как и с чего начать. В моём возрасте многие уже начинают ожидать внуков. А я должна начинать с нуля и неизвестно где. И кому я теперь нужна?

– Пойдём спать, а? Завтра мы с тобой поедем во дворец турецких султанов. На целый день. Погуляем по гарему, я тебе покажу комнату для исполнения наказаний при гареме. Фалака называется. – Похлопала она меня по руке. – И не смей говорить, что ты никому не нужна. Оглянись вокруг! Всегда есть те, кому важен каждый твой шаг. В любом случае, у тебя есть я, а я девка компанейская, враз толпой родни обеспечу. Главное, что ты жива, а жизнь всегда даст шанс всё исправить.

– Спасибо, Алин. – Накрыла её ладонь своей. – Ты иди. Я ещё немного посижу, и пойду в номер. Думаю, завтра ты мне устроишь целое приключение вместо простой поездки.

Алинка рассмеялась и оставила меня любоваться быстро темнеющим небом. Море приобрело особый цвет. Почему-то верилось, что вот именно сейчас вода обладает особой силой, способной смыть и унести с собой все мои ошибки. Может, выпитые коктейли, может взбудораженные воспоминанием эмоции, сейчас правили в моей голове, но я была уверена, что если и есть шанс переломить свою жизнь, то именно здесь и сейчас.

Я вошла в воду и легко оттолкнулась от дна. Я ныряла и заплывала всё дальше. Вода смывала текущие слёзы и маскировала их собой. Попробуй в море разберись, где морская вода, а где солёные слёзы. Разум пытался достучаться с криком, что неплохо бы было вернуться, но меня вдруг с головой накрыла волна, заливаясь в нос и рот и не давая дышать.

Я попыталась вынырнуть, но силы словно разом оставили меня, и я видела только гаснущий из-за всё увеличивающейся над головой толщи воды.

– Что там? – неожиданно раздался голос рядом, заставивший меня аж перевернуться.

Рядом со мной была полноватая блондинка, с просто огромными глазами настолько красивого цвета, что я даже забыла о своем ужасном положении. Но по лицу ещё совсем молоденькой девушки было хорошо заметно, что она очень много плакала и совсем недавно. Вокруг её тела вились сотни пузырьков. Она даже сама иногда протягивала руки к переливающимся искоркам. Я почему-то обратила внимание на очень тонкие длинные пальчики с острыми розово-перламутровыми ноготками и изящные запястья. Но никакой угрозы я не почувствовала. Да и ожидать чего-то плохого от этого просто всего светящегося существа, было бы глупо.

– А ты... Кто? – спросила у девушки.

– Я Ира. Лари Ираидала. – Ответила новая знакомая.

– И я Ира. Ирина Владимировна. – Удивилась я такому совпадению. – Ты понимаешь, что происходит?

– Конечно. А ты разве нет? – удивилась она, но тут же улыбнулась и начала мне объяснять. – Мы с тобой ушли. Умерли. И пока не догорят последние искры пламени нашей жизни, мы можем попрощаться с миром.

Девушка приложила руку к солнечному сплетению, где под кожей словно сиял небольшой кабошон. Я опустила взгляд вниз и увидела такое же свечение у себя, только яркое, словно там была целая электрическая лампочка.

– Как жаль, что тут совсем никого, кто мог бы тебе помочь. Твоя жизнь такая яркая, у тебя ещё так много сил... – глаза Ираидалы наполнились слезами. – А мне может и хотят помочь, но моих сил не хватило даже на то, чтобы потребовать наказания для убийцы, а значит, это сойдёт им с рук.

– То есть как? – возмутилась я. – Это где у нас такие порядки, что для того, чтобы наказать за преступление, жертва ещё сама и попросить об этом должна? Если я всё равно умерла, то возьми сама этот свет и пожелай, что там нужно!

– Глупенькая, если душа уже покинула тело, она уже не сможет вернуться обратно. Но... Ты сможешь занять мое место. – Она смотрела на меня так, словно я собираюсь совершить невозможное. – Ты, правда, готова потратить своё время на меня?

– Объясняй, что нужно делать? – решила я, видимо так и не осознав, что меня больше нет.

Глава 3.

Ираидала сразу начала плакать, чем напугала меня окончательно. Что я такого сделала, что она слёзы льёт?

– Прости, просто я всегда одна. В гарем попала совсем девочкой. Я же кроме Берса и не видела никого, мечтала о нём с первого дня, как увидела... А он... – Она вдруг с какой-то злостью вытерла слёзы. – Всю свою жизнь, пусть и такую недолгую, я всё ждала, когда он, наконец, оценит! Поймёт! А у него поток наложниц в спальне. Одаривает каждую девку, что с ним ночь провела. Словно специально у меня на глазах. И попробуй что-нибудь скажи, сразу в бешенство приходит. Орёт, что видеть меня не хочет, что слёзы мои ему поперёк горла. Лари! Насмешка одна! Не удивлюсь, если не просто так меня отравили. И его вполне устроит, если моему убийце всё сойдёт с рук! Ну, уж нет! С детства прожила как рабыня, хоть умру свободной. Без мыслей о нём.

– Как оказывается всё у всех похоже. – Вздохнула я, понимая её без долгих рассказов.

– Я толкну тебя в своё тело. На чудо я не надеюсь, у тебя хватит сил на несколько минут. Я прошу тебя только озвучить мою волю. Фарлаку для виновных в моей смерти, и право крови для Барлика и Малис. – Она с неожиданной силой сжала мои ладони. – Запомнила? Сможешь повторить?

– Фарлаку для виновных в твоей смерти и право крови для Барлика и Малис. – Послушно повторила за ней.

– Надо сказать в "моей". Моей смерти, чтобы не получилось, что ты просишь наказание для убийц поручителя последней воли. – Поправила она меня.

Я ещё несколько раз повторила фразу, чтобы всё было правильно. Ираидала резко и видимо со всей силой рванула меня на себя и, развернувшись, оттолкнула. У меня было такое ощущение, что я словно упала спиной в воду. Не понимая, что происходит, я задержала дыхание и рванула к поверхности, не жалея сил.

Свет высоко над головой становился ярче. Я без конца повторяла про себя ту фразу, что я должна была сказать. Фарлака. Знакомое какое-то название. Вспомнилась Алинка и её обещание о завтрашней экскурсии. Вот оно, это же вроде старое наказание, когда бьют по пяткам. Значит, девочка из местных. Странно-то как, я же ведь её отлично понимала. Или для душ не имеет смысла национальность?

Наружи я оказалась так стремительно, что осознала себя вцепившейся в какого-то мужика, у которого поверх рубашки был одет плотный расшитый вдоль ворота халат.

– Фарлаку для виновных в моей смерти! И право крови для Барлика и Малис. Слышишь? – тряхнула я мужчину для надёжности.

– Лари, отпустите, прошу. Я всё слышал и записал. Всё услышал. – Отчего-то затрясся мужчина.

Рядом раздался всхлип.

– Госпожа, может ещё рано? Может, справитесь? Даст пламя...– совсем слились слова с рыданиями.

Фарли, зазвучало в моей голове имя незнакомой девушки голосом Ираидалы.

– Не тратьте силы, лари. Потерпите, прошу вас. Матушка Вали уже должна вот-вот прибыть. – Кто-то прикоснулся к руке.

Гульниза, тут же всплыла очередная подсказка. Силы вроде ещё были. Темнота только-только начинала подкрадываться, затемняя странную картину, которую я видела перед собой. Но пока я в состоянии, надо сотворить добра побольше напоследок. Ощущение одобрения пришло видимо от самой Ираидалы.

– Гульниза и Фарли должны получить приданное из моего содержания. Украшения, как подарок на будущие свадьбы, пусть выберут сами из моих шкатулок. Что захотят! – сама удивилась той дичи, что несла. Какое ещё приданное в наше время? Хотя, если у них тут наказания времён средневековья в ходу, то чему я удивляюсь. – Но я бы была рада, если вы заберёте подарки омана на искандал.

– Лари, вы потеряли рассудок? Отдать дары на рождение наследников? Это так унизить омана! – взвился мужик в халате.

– Я сказала! Плевать я хотела, кто там унизится. – Слова стали даваться всё тяжелее.

Я снова начала падать, но почувствовала подхватившие меня руки, что бережно опускали на что-то мягкое. Я ожидала, что как только договорю, то сразу увижу Ираидалу. Но оказалась одна в кромешной темноте. Пыталась позвать, или хотя бы выйти из этой тьмы. Но создавалось ощущение, что я топчусь на месте.

Я села, обхватив колени и начала просто ждать. Голос я сорвала, пока кричала и звала подругу по несчастью. Как там она говорила? Пока не догорит свет... Сколько ему ещё "догорать"? Внимательно посмотрела на свою грудь. Кажется, эта светящаяся лампочка под кожей даже и не собирается тускнеть или гаснуть. И сколько я так буду сидеть в тишине и одиночестве?

– Еле дотянулась! – увидев Ираидалу, я вскочила на ноги и схватила её за руку.

Я боялась опять остаться одна. Пока рядом была эта девочка, я не думала, что где-то там, я погибла, и меня нет. А Ираидала, хоть и была явно сильно младше меня, вела себя не в пример спокойнее. И чего уж там, достойнее.

– Больше вообще от меня не отходи! Я чуть с ума не сошла от страха и тяжёлых мыслей в ожидании, пока этот твой свет догорит. – Ткнула рукой себе в солнечное сплетение. – А он не гаснет и не гаснет. И кругом только темнота!

– Не свет, а пламя. – Улыбнулась мне девушка. – А не гаснет, потому что тебя поймали, когда ты была в моём теле и держат. Я же говорила тебе, что у тебя так много сил и жизни, что нужно только, чтобы тебе кто-то помог! Правда, помогают тебе не с той стороны.

– Что ты хочешь сказать? – удивилась я.

– Ты можешь жить, понимаешь? Оказывается, мы с тобой из разных миров. Совсем разных. И их так много! – рассмеялась она. – И ты можешь возродиться, только в моём теле! Твоих сил хватит для этого. Нужно только оборвать нити, что тянут тебя в тот мир, где ты умерла. Там ты не сможешь быть живой.

– Но тогда я займу твоё место?– засомневалась я.

– Я в том мире тоже умерла, а свою силу жизни растратила впустую. Так что это всего лишь шанс. А если ты вдруг решишь, что этот шанс тебя к чему-то обязывает, то пригляди за Барликом и Малис. – попросила она.

– Ага. А ещё за мужем, который таскается по наложницам. – Проворчала я, уже почти определившись.

– Знаешь, как-то все равно на него и его безразличие стало. – Печально улыбнулась девушка. – Кажется, моя любовь осталась там, а душа здесь. Он красивый мужчина, сильный. Дети от него красивые получатся. Так что захочешь, пользуйся. А нет, не думаю, что он настаивать будет. Он давно проходил мимо меня, как мимо пустого места. Если бы не ночь, положенная лари, он бы с удовольствием со мной не встречался. Ну что? Примешь этот шанс от меня?

– Я... Я бы приняла, но я совсем не знаю, как оборвать нити из моего мира. Я вообще ничего обо всём этом не знаю. – Развела руками в стороны, давая ей понять, что не знаю именно вот этого, того что души уходят не сразу, что есть какое-то пламя и другие миры...

– Я помогу. Это я могу. Пойдём? – она протянула мне руку, а я сцепила с ней свою ладонь. – Смотри. Узнаёшь, кто это?

– Ещё бы... – прошипела я, рассматривая Руслана, сидевшего в своём кабинете в офисе, в том настроении, когда его все, включая меня и Дамира, его брата, обходили стороной.

И кажется... Да нет, не кажется! Он же пьян. Впрочем, и бутылка стояла на столе, так что долго думать, чем он так догнался не пришлось.

– И с каких таких пор ты начал напиваться? Насколько я помню, ты как вроде спиртное не употреблял. – Спрашивала, я больше, чтобы заполнить тишину, на ответ вовсе не рассчитывала. Но Руслан резко вскинул голову и уставился прямо на меня.

– Ира... Ирка, дрянь! Ты что натворила, дура! – пара секунд понадобилась Руслану, чтобы вскочить и оказаться рядом со мной.

Он протянул руки, попытался схватить меня за плечи, чтобы хорошенько так тряхнуть. Испытывала пару раз на себе, не самое приятное ощущение. Но его пальцы прошли сквозь моё тело, захватывая только воздух. Вся злость Юсупова куда-то исчезла. Он только смотрел на меня больным взглядом.

– Почему, Ирин? Зачем так? – говорит устало, как будто пару дней уже не спал.

– Ну, извини. Ты же сам сказал, что я ничего не делала и зарплату зря получала. Вот я всё то, что я, по твоим словам, не делала, и удалила. – Объяснила свою детскую выходку. – Но твои же айтишники гарантировали, что чтобы не случилось, они всё наладят. Вот пусть и возвращают твою бухгалтерию.

– Причём тут бухгалтерия? – удивился и растерялся Юсупов. – Ты какого хрена...

Не найдя нужных слов, или просто не желая их произносить, он вернулся к столу и толкнул в мою сторону бумаги, что лежали на нём веером. Медицинское освидетельствование, заключение, визы консульства... Понятно.

– Оно того стоило? Вот так? – спросил он.

– Так ты сам мне сутки дал, чтобы убраться! Если не успею, угрожал принять неприятные решения. В этом самом кабинете. Забыл? – странно, у меня в отличие от Ираидалы обида не прошла.

– И ты, поэтому промолчала, да? Отомстить решила, чтоб всю жизнь себя грыз? И уж ты-то должна была знать, что мои слова были просто угрозой. Выпроводил бы из города и всё! – я не понимала, о чём он говорит, пока не увидела последний пункт освидетельствования. Может ли мёртвым быть больно? Может. Когда болит душа. Я утонула не одна. – Тебя должен был забрать и увезти Дамир. Он сам просил. Думал, что с ним ты сможешь забыть о том, что мы были вместе. У него была готова и квартира, и новая работа... Я не знаю, как бы я решал бы этот вопрос, но не оставил бы. Помогал... Если бы конечно, ты не решила бы, что это проблема и мой ребёнок тебе ни к чему, как в прошлые разы.

– Что? Ты что, хочешь ещё меня и обвинить? Напомнить, кто оплачивал больницу?– взбесилась я, но силы быстро меня оставили, как и злость. – Я не знала. Правда. Тебе бы, скорее всего, ничего не сказала. У тебя своя жизнь. И помощи Дамира я бы тоже не приняла. Я не переходящее знамя! А почему эти документы пришли тебе?

– Потому что твоя подруга обвинила в произошедшем меня. И о том, почему ты сорвалась в поездку, о чём был ваш последний разговор, во время которого ты рассказала о наших отношениях и моих угрозах. И как ты захотела побыть одна. И как она забеспокоилась, когда пару часов спустя ты не вернулась в номер. – Бутылка со стола полетела в стену. – Ты же умная и красивая баба! Погляди по сторонам, с десяток мужиков увидишь, что по первому щелчку пальцев прибегут! Работу себе найти для тебя тоже не проблема. И не надо мне тут рассказывать, я знаю, что тебя за эти годы не раз пытались сманить. Ну, не сложилось у нас. Но... Ир!

– Да случайно это вышло, слышишь! Пореветь в море решила, чтоб не видно было! И не выплыла! Обидно, мерзко! Я действительно не знала, что делать и с чего мне начинать, но это тоже не выход! И я никогда бы не пошла на такое!– выпалила я на эмоциях.

Руслан смотрел на меня и молчал. И вот лучше бы он орал, чем так смотреть. И вдруг, также молча, он встал на колени. Юсупов? Наверное, действительно очень много выпил.

– Прости...– одно слово, а у меня горло сжало, мешая дышать.

– Чего уж теперь... Всё равно ничего не изменить. Глупость и случайность. А результат вот. – Руслан никогда не просил прощения, даже если был виноват. Просто подходил и молча обнимал, утыкаясь головой в плечо. Что делать сейчас и в такой ситуации, я даже не представляла, поэтому предпочла перевести тему. – Ты почему здесь? У тебя вроде невеста беременна.

– Нет у меня больше невесты. Когда принесли эти документы, она была здесь. Я ещё дурак порадовался, что успел с тобой распрощаться. Дамир тут рычал, потому что тебя потеряли почти сразу, как ты приехала в квартиру. – Юсупов заглянул в стакан и допил остатки одним глотком. – Настя про тебя не знала. А тут... Ей всё равно, были мы официально женаты или нет. Она теперь считает, что влезла в семью, забеременев от несвободного мужика. А для неё это табу. Как оказалось. Я думал, что проблемы будут из-за того, что ты решишь злость сорвать. А оказалось совсем не так. Она смотрит на меня, как на чудовище. Считает, что я повёлся на молодую любовницу и угрозами выгнал беременную женщину, чуть ли не босую на мороз. Ведь даже свои вещи ты не забрала. В том, что случилось, Настя почему-то считает виноватым не меня, а саму себя. В общем, в больнице она. На сохранении.

– Юсупов, ты совсем болван? Ты что, не мог сказать, что я истеричка, дура, дрянь и вообще лягушка? Кто тот разговор между нами слышал? Мог же сказать, что знать ничего не знаешь, что сказал, что расходимся, денег дал, а всё остальное я сама придумала! – ну, вот в самом-то деле!

– Я никогда о тебе этого не скажу. И ты это знаешь. – Ответил мне на это Руслан и вдруг расхохотался. – Знаешь, мужики обычно жалуются, что кругом расчётливые стервы, готовые ради своего удобства утопить всех вокруг. Но на самом деле настоящие проблемы от хороших девочек.

– Ну, давай, пофилософствуем тут с тобой! Не скажет он, благородный ты, как про тебя теперь правильно? Наш? Меня всё равно уже нет, протрезвеешь и не вспомнишь. А тебе есть чего терять! – представила себя на минутку на месте этой незнакомой мне Насти, и так жалко её стало, что вот от души врезала бы этому идиоту, ни ко времени благородному. – Надо было сначала одни отношения закончить, потом другие затевать. А то обеим жизнь попортил, а теперь сидит и напивается! Проблемы у него, видишь ли! Запоминай адрес. Там филиал иностранного банка. У меня там арендована ячейка с доступом по коду. Хранилище семнадцать дробь би. Ячейка триста тринадцатая. Введёшь код и заберёшь документы. Там не всё, но большая часть основного из того, что я так удачно удалила. Покажешь Насте и скажешь, что я отдала. Мол, зла не держу, проклятий не посылаю. Больше даже и не знаю, чем тебе помочь.

Его ответа я не услышала, вокруг меня раздался такой звон, словно я с дур ума залезла на колокольню в благовест без наушников.

– Одна ниточка лопнула. – Обняла меня Ираидала. – Ну, ты даёшь! Ещё и помогать ему вздумала.

– Ты знала? – спросила у неё.

– Узнала после твоего ухода в моё тело. – Не стала обманывать меня она. – Я не знала, что с этим делать и забрала искорку, что осталась в твоём теле, после того, как ты оказалась в моём мире. Едва успела засветиться и уже гаснет. Но вдруг рядом с другим огнём, этой искорке не страшно?

– Спасибо. Может и правда, не страшно. Откуда здесь такой ветер? – удивилась ощущению, ведь уже начала свыкаться с мыслью, что я сейчас что-то вроде кентервильского приведения.

– Я не понимаю. Я же не всё знаю. Так, читала от скуки труды наших учёных. Думала сказки найти. А это не тот же самый господин, с которым ты была связана? – показала она рукой в ту сторону, куда дул сильный ветер.

Видимо ещё толком не протрезвев, Юсупов сделал то, что я ему говорила. И сейчас пересказывал беременной девочке разговор то ли с призраком, то ли со своей пьяной галлюцинацией, тряся перед лицом ничего не понимающей девушки кипой бумаг. Мне снова захотелось дать ему подзатыльник.

Вот он хоть понимает, как всё это выглядит со стороны? Да и просто являться в больницу, в кабинет УЗИ, где будущая мать его ребенка уже лежит на кушетке в ожидании обследования, пьяным и с разборками просто верх идиотизма. Я бы на месте этой Насти, точно не поверила бы.

Но надо видеть какими глазами она смотрит на Юсупова, чтобы понять, почему он так в неё вцепился. Она же просто взгляда оторвать не может, словно старается каждую черту навсегда впитать и запомнить. Но принципы, будь они не ладны. Видимо, она действительно очень хороший человечек, раз не может принять окончания моей истории с Русланом.

Наконец, это представление в театре абсурда прервала своим появлением врач. Она что-то говорила, даже показывала замершему, словно боявшемуся дышать Юсупову. Срок почти два месяца. Я прикинула... Я никогда не следила за этими днями, всякие календарики и прочее считала ненужной ерундой. Но если вспомнить, у меня срок мог быть чуть больше.

– Ираидала, подскажи, а мы ведь можем, эту мелкую лампочку подсадить вот этой девочке? Там всё равно братик или сестрёнка? Ведь по факту, своего то тела у этой искорки не было. Или я бред несу? – уточнила я у той, что знала явно больше меня.

– Я не знаю. Но попробовать то можно. Тут хуже по любому не станет. – Ираидала подошла к лежащей Насте и положила засветившиеся ладони ей на солнечное сплетение.

– Так, что-то я не пойму... Подождите. – Вдруг начала врач, а Ираидала со счастливой улыбкой показывала мне на две маленькие искорки.

И одна из них, из совсем тусклой, становилась всё ярче.

– Ира, получилось! Смотри! – какая же она ещё молоденькая и открытая для радости и счастья, совсем ребёнок же!

А я смотрела. И слушала, как врач объясняла, что видимо на ранних сроках сердце не прослушивалось, и ещё множество причин. Врач вышла, оставив будущих папу с мамой переваривать новость о двойном пополнении.

– Руслан, это ведь не просто так, да? – тихо спросила Настя.

Как же ей хотелось верить, что она сможет остаться с этим мужчиной. Она, наверное, сможет стать хорошей женой и замечательной мамой. Не удержавшись, потрепала её по волосам, выглядело это как, если бы ветер взъерошил ей длинные волосы. Но вместо того, чтобы испугаться ветра в закрытом помещении, она улыбнулась, кивнула каким-то своим мыслям и накрыла рукой ещё совсем незаметный животик. Честно говоря, я вообще бы не сказала по ней, что она в положении. А мне по ушам ударил знакомый звон.

– Вторая нить? – уточнила на всякий случай.

– Ага. Последнюю осталось найти. – Кивнула мне Ираидала.

– А можно и не искать. Я знаю и так. Алина. – Я даже не удивилась, увидев зареванную подругу сидящей на полу и рассматривающую наши детские фотографии.

Рядом с ней был и Толик, её муж. Конечно он не оставит жену одну в таком состоянии.