Помоги проекту - поделись книгой:
Но и он всегда это говорит.
– Будь осторожна, Падме, и возвращайся невредимой.
– Ты тоже, Энакин. – Она погладила его по щеке. – Не забывай, тебе предстоит идти в бой. А я просто повидаюсь со старой подругой.
– Да, – пробормотал он. – Верно.
Бой мало отличался от всех прошлых: достигли успехов в одних аспектах, понесли потери в других, и все это – и успехи, и потери – потонуло в неизбежном водовороте смертей и разрушений.
Когда усталые бойцы вернулись на Корусант, Падме до сих пор не объявилась. Более того, от нее не было ни весточки. Энакин проверил службу связи, которой она собиралась воспользоваться, а затем обратился и в остальные, работавшие в той части Внешнего кольца. Никаких новостей. Тогда он просмотрел множество отчетов, обычно поступавших на Корусант для рассмотрения и последующего хранения, задавая поиск по ее имени, по типу ее корабля, по ее внешнему виду, даже по описанию украшений, которые она обычно носила. Тоже ничего. Он обратился к Совету джедаев с прошением разрешить ему лично отправиться на поиски Падме, но граф Дуку снова атаковал, и его просьбу отклонили. Еще один бой, на этот раз короткий, и он снова вернулся на Корусант.
Сообщений по-прежнему не поступило. Но на сей раз заданный им поиск по документам выдал одно совпадение. Корабль Падме или другой, но такого же класса и типа был обнаружен на Батуу. Нашедшие его местные охотники сообщили, что он показался им брошенным.
Падме Амидала, сенатор и бывшая королева Набу, бесследно исчезла.
Глава 1
«Есть пассажиры, – размышляла коммодор Кэрин Фейро, стоя на мостике „Химеры“, – а есть ПАССАЖИРЫ».
Определенно, Дарт Вейдер относился к последним.
Фейро нахмурилась, глядя на звездный пейзаж. По ее мнению, любым пассажирам не место на имперском линейном корабле. Если Вейдеру нужно летать по всей Империи, пусть заводит себе собственный.
А может, именно это сейчас и происходит с «Химерой»? Ведь Вейдер, не теряя времени, обустроился здесь и теперь подстраивал все под себя.
Сквозь приглушенный шум разговоров Фейро услышала, как открылись кормовые двери. Обернувшись, она увидела, как на мостик входит облаченный в белую броню штурмовик. Он, не спеша, огляделся, затем направился к коммодору.
Она нахмурилась сильнее. К слову, о нежелательных изменениях в распорядке жизни «Химеры»…
Она осмотрительно убрала с лица хмурое выражение, когда новоприбывший вытянулся перед ней по стойке «смирно».
– Коммодор Фейро, – обратился он к ней четко по уставу, как и подобает офицеру штурмовиков. – Я – комманд…
– Коммандер Кимменд, слушаю вас, – прервала она с точно таким же формализмом.
Он не дрогнул, хотя, конечно же, любую тень удивления надежно скрыла бы лицевая панель его шлема. Но Фейро не сомневалась, что он немного опешил. Наименование его части и звание – белоснежные надписи на белом – было трудно различить без оптических приборов, которые имелись в шлемах у штурмовиков, однако Фейро уже давно научилась их распознавать.
– Вам требуется мое содействие? – продолжила она.
– Мне необходим ваш приказ о приоритетном размещении нашего транспорта на выбранных нами местах, – ответил Кимменд. Удивление в его голосе также отсутствовало. Быстро справился. – У вашей начальницы ангара возникли трудности с выполнением своих должностных обязанностей.
Мысленно Фейро покачала головой. Да, это похоже на старшего лейтенанта Зокстин. У этой женщины был особенный стиль работы, и чтобы заставить ее свернуть с привычного курса, требовался, образно говоря, мощный тягач.
К сожалению, ее семья принадлежала к корусантской элите и была дружна с главным советником Императора по делам Среднего кольца. Так что Зокстин все сходило с рук, и лишь у немногих флотских офицеров хватало смелости давить на нее.
К счастью для Кимменда, одной из этих немногих являлась Кэрин Фейро.
– Я решу эту проблему, – пообещала коммодор. – Где именно вы планируете разместить транспорт?
– «Лямбда» повелителя Вейдера должна быть на причале номер один, – пояснил Кимменд. – «Темный ястреб» – на причале номер два.
Таким образом, личной «Лямбде» адмирала Трауна остаются причалы с третьего и далее. Явное нарушение флотского уклада, и Кимменд, конечно же, это знает.
Однако Траун поручил своим офицерам сотрудничать с гостями, как он выразился, как можно теснее. Корабль, стоявший на причале номер три, мог стартовать в космос так же оперативно, как и с номера первого. Этот причал просто находился дальше от раздевалки, следовательно, до него было несколько дольше идти. Вероятно, Трауну это никак не помешает.
Как ни странно, «Темный ястреб» хорошо сочетался с другим не поддающимся классификации грузовиком, стоявшим на причале номер четыре. Это гражданское судно Траун отбил у пиратов пару лет назад и пользовался им всякий раз, когда нуждался в анонимности. Транспорт Первого легиона выглядел так же непритязательно: старый сепаратистский грузовоз эпохи Войн клонов, ветхий на вид, однако оборудованный самыми современными системами вооружения, противоорудийной и противорадарной защиты, какие только могли обеспечить имперские инженеры. Вейдер обладал внушительной и грозной внешностью, к тому же хорошо узнаваемой повсюду, но хорошо понимал, что и определенная степень скрытности может оказаться полезной.
Возможно, он также хотел иметь под рукой захваченный корабль сепаратистов как напоминание о том, кто все-таки их победил.
– Хорошо, – пообещала она Кимменду. – Вам предоставят эти причалы.
– Благодарю вас, коммодор, – козырнул Кимменд и зашагал по центральному проходу мостика в обратном направлении.
Фейро провожала его взглядом, лихорадочно обдумывая свои перспективы. Подобные удручающие раздумья были для имперских офицеров не в новинку. У Зокстин могущественная семья, но Кимменд – командир Первого легиона, особого подразделения, которое повелитель Вейдер выделил из еще более прославленного Пятьсот первого легиона в качестве своего личного штурмового отряда. Влияние Вейдера, правой руки Императора, превосходило влияние всех остальных важных персон, вместе взятых.
Однако Вейдер соизволит вмешаться в судьбу Фейро лишь в случае полной катастрофы. Увы, он был известен тем, что держался в стороне от политических дрязг, и нет никакой гарантии, что он хотя бы вспомнит о той незначительной помощи, которую коммодор собиралась оказать ему в этом вопросе. Зокстин, с другой стороны, почти наверняка затаит обиду.
Удачного момента, позволяющего учесть интересы всех сторон, Фейро не дождется. Но именно сейчас момент особенно неподходящий. Она получила звание коммодора всего лишь полтора месяца назад, а вместе с ним получила уверения, что возглавит двести тридцать первую оперативную группу, как только ее нынешний командир пойдет на повышение в один из более крупных флотов.
Но пока что все это только обещания. Необъяснимое исчезновение коммандера Илая Вэнто вызвало волну слухов, и Фейро не понимала, что будет дальше с ее карьерой. В такой ситуации злить Зокстин и ее родственников может оказаться фатальной ошибкой.
Но она дала обещание Кимменду. И, что еще важнее, нельзя допускать, чтобы подчиненный игнорировал приказы и ему это сходило с рук, даже когда речь идет о подчиненном с большими связями, как у Зокстин. Это могло подорвать авторитет командира.
Она вглядывалась в обзорный экран, мысленно перебирая варианты, как вдруг пестрое небо гиперпространства растянулось в звездные линии, а те сжались и превратились в звезды.
«Химера» завершила гиперпрыжок.
Только не в пункте назначения. Вместо этого они оказались где-то в космической глуши.
Расположение сиявших за обзорным экраном звезд соответствовало изображению на навигационном экране и подтверждало расчеты коммодора Фейро.
«Повелитель Вейдер замер вне поля зрения, и лишь шум его затрудненного дыхания позволяет понять, в какой точке он стоит. Судя по темпу вдохов-выдохов, он колеблется. Его осанка также содержит некоторые слабые оттенки мыслей и эмоций. Но там почти нечего читать. Почти нечего понимать. Почти нечего предугадывать».
В поле зрения появилась Фейро.
– Гиперпривод проверили дважды, адмирал, – доложила она. «Мускулы на ее лице напряжены. В голосе больше тревоги, чем обычно». – Техники полагают, что причиной могут оказаться аллювиальные гасители, но их недавно регулировали. Я распорядилась сделать еще одну проверку, но пока никаких неисправностей не обнаружено.
«Во время доклада она не сводит глаз с адмирала, но напряжение мышц указывает на то, что она борется с побуждением обратиться к повелителю Вейдеру. Ей не нравится, что он присутствует на мостике, но она вынуждена смириться, что это решать не ей».
– Тогда ошибка связана с экипажем «Химеры», – заявил Вейдер.
«Делает шаг вперед. Возможно, в голосе сквозит раздражение».
– При всем уважении, повелитель, я в это не верю, – ответила Фейро. «Ее взгляд обращен к Вейдеру. Напряжение в осанке возрастает. В голосе звучат осторожность и толика страха, но также и решимость». – По этой гипертрассе летают мало, ее параметры и границы плохо известны. Более вероятно, что мы столкнулись с гравитационной тенью какого-то ранее неизвестного объекта.
– Неужели? – съязвил темный повелитель. «Голос звучит ниже обычного. Он кладет руки на талию, закладывая большие пальцы за пояс». – И где же этот таинственный объект?
«Мускулы на горле Фейро на миг сжимаются».
– Мы пока не обнаружили его, владыка Вейдер, – ответила она. «Взгляд возвращается к адмиралу». – Над этим бьются наши лучшие операторы.
– Возможно, ваши лучшие не дотягивают до стандартов Имперской службы, – заметил Вейдер.
– Офицеры и экипаж «Химеры» более чем достойны своих постов, повелитель, – возразил Траун. – Коммодор, если этот объект, так неожиданно повлиявший на нас, действительно существует, возможно, нам стоит продвинуться вперед. Мы выйдем из его тени, и этот эффект пропадет.
– Да, сэр, – согласилась Фейро. «Напряжение на лице и в голосе заметно спадает». – Рулевой, вперед на двух третях мощности. Операторы, продолжать поиск объекта.
– И других кораблей, – добавил Траун.
«На лице Фейро написано недоумение».
– Других кораблей, сэр?
– Вы считаете, что на нас нападут? – пожелал знать Вейдер.
– Возможно, хотя маловероятно, – ответил гранд- адмирал. – Но если что-то вырвало нас из гиперпространства, точно так же это что-то могло вырвать и другие корабли. Нам следует опасаться столкновений или встреч иного рода.
– Коммодор Фейро только что жаловалась, что эта гипертрасса почти не посещается, – заметил Вейдер. «Его тон немного колкий». – Если здесь пролетает не больше двух кораблей в неделю, вы в самом деле полагаете, что это может представлять для нас опасность?
– Так указано в навигационных картах, – отметил Траун. – Но интенсивность движения могла измениться с тех пор, как их составили. Разумеется, когда я был здесь в последний раз, кораблей здесь летало еще меньше.
– Вы бывали здесь раньше, сэр? – уточнила Фейро. «Голос и лицо выражают удивление». – Я этого не знала.
– А разве вы должны были об этом знать, коммодор? – осведомился Вейдер.
– Приношу свои извинения, адмирал, – сказала Фейро. «Отвечает торопливо. В голосе снова читается тревога».
– Не нужно извиняться, коммодор, – дал понять Траун. – Это было много лет назад, во время Войн клонов.
– Понятно, – ответила Фейро. «Тревога исчезает, лицо и голос теперь выражают заинтересованность». – Я не знала, что в то время вы были в Республике.
– Прошлое оставим в прошлом, – прервал ее Вейдер. – Настоящее и будущее – вот все, что имеет значение. «Длинный плащ взвивается, когда он поворачивается спиной; на поясе в лучах корабельных ламп озаряется вспышкой рукоять светового меча. Секунду он еще держит руки на талии, затем опускает их по швам. Пальцы слегка сжимаются». – Я буду в своей каюте. Сообщите мне, когда мы вновь ляжем на курс.
– Конечно, повелитель Вейдер, – пообещал Траун.
– И передайте своему ногри, что на «Темный ястреб», принадлежащий моему легиону, вход ему воспрещен, – добавил ситх. – Коммандер Кимменд уже дважды ловил его внутри. Следующий раз будет последним.
– Ясно, повелитель Вейдер, – сказал Траун. – Иногда Рух чересчур усердствует, пытаясь выяснить все, что происходит на борту «Химеры». Я сообщу ему.
– Ему вообще нет необходимости находиться на борту, – заметил Вейдер. «Голос звучит глубже». – Если его навыки бойца и следопыта так хороши, как вы утверждаете, ему следовало остаться, чтобы помогать Волдару и Таркину охотиться за Джаррусом и мятежниками. – «Склоняет голову». – Или после столкновения на Атоллоне вы опасаетесь за свою личную безопасность?
«У Фейро напрягается лицо. Ее тело снова деревенеет».
– Напротив, повелитель Вейдер, – ответил Траун. – Учитывая, что на «Химере» гостите вы и Первый легион, о безопасности можно не беспокоиться. Но в ходе нашей экспедиции могут возникнуть задачи, которые потребуют усилий от всех, включая Руха.
– Наша экспедиция завершится раньше, чем вы думаете, – заявил Вейдер. – Мы найдем возмущение в Силе, я разберусь с ним, и мы вернемся на Корусант.
– Понятно, – кивнул гранд-адмирал.
– Хорошо. – «Вейдер поворачивается на несколько градусов, чтобы бросить взгляд в обзорный экран». – Самый полный вперед, адмирал. Я хочу выяснить, что именно привлекло внимание Императора.
– Конечно, повелитель Вейдер, – согласился Траун. – Как и я.
Впервые вышвырнув Руха с «Темного ястреба», Кимменд приказал рядовому Сампе установить датчики на все люки. Один из них успешно сработал, когда Рух второй раз проник на борт, что позволило штурмовикам схватить и выдворить его намного быстрее.
Кимменд как раз наблюдал за продвижением «Химеры» – а точнее, его отсутствием, – когда индикатор в дежурном помещении Первого легиона показал, что датчик сработал еще раз.
Спустя две минуты коммандер уже был в ангаре, облаченный в полную броню и с бластерным карабином наперевес, прикидывая, какую часть тела нарушителя поразить первым выстрелом. Приблизившись к «Темному ястребу», он принялся обходить его со стороны носа.
И наткнулся на коротышку-ногри, спокойно стоящего на палубе в пяти метрах от корабля под охраной сержанта Древа и рядовой Морртик. Кимменд заметил, что Морртик держит под мышкой еще один шлем штурмовика.
– Где вы его нашли? – спросил Кимменд.
– Прямо здесь, сэр, – мрачно ответил Древ. – Стоял рядом с люком.
Низкорослый гуманоид с серой кожей и небольшим гребнем на голове, в свою очередь, таращился на командира штурмовиков, привычно хмурясь. Руки он как бы невзначай держал опущенными, но Кимменду приходилось видеть, как он тренируется с боевым посохом, который сейчас висел у него за спиной. Командир штурмовиков знал, что ногри может выхватить его в мгновение ока.
Трое солдат обступили задержанного, и Кимменд почти надеялся, что тот попытается полезть в драку. Во взгляде хмурого существа он почти отчетливо различал самодовольство.
– Итак, – начал он.
– Итак? – переспросил Рух скрежещущим голосом.
– Что ты здесь делаешь?
– Это корабль моего господина. Я могу ходить всюду, где захочу.
– Корабль гранд-адмирала Трауна – это «Химера», – едко поправил его Кимменд. – А «Лямбда» повелителя Вейдера и «Темный ястреб» – нет. Тебя предупреждали, чтобы держался подальше.
– Ваши солдаты подтвердят, что я не поднимался на борт, – заявил Рух. – Спросите их.
Кимменд обратился к Древу:
– Ну?
– Мы были здесь через десять секунд после того, как сработала сигнализация, – признался сержант. – Если он и был внутри, то сразу же выбежал.
– Та-ак, – прорычал Кимменд, снова переводя взгляд на Руха. – Значит, мы опустились до мелких детских шалостей?
– Мы опустились до разговоров, – ответил Рух. – И мое слово таково. Моя задача – безопасность господина. Я не позволю неизвестным угрожать ей.
Поделиться книгой: