Экскурсия на другую планету

Она единственная осталась сидеть за пианино и, разумеется, не поверила ни единому нашему слову. Учительница нас отругала и заставила сесть на места.

Пришлось петь песню про улыбки, только вот «ха-ха-ха!» никто не выкрикивал. Всем было ужасно интересно, что написано на тех листочках!

Похищение морской свинки

Уж можете мне поверить, это был самый длинный урок музыки в моей жизни! Как же я завидовала Мари с Адрианой, которые сидели у самого окна.

Мари и Адриана – почти что самые лучшие мои подружки. Правда, потом они рассказали, что сидеть у окна было ничуть не лучше: они видели школьный двор, усыпанный листовками, но не могли прочесть, что там написано. А больше ничего не происходило.

Я сильно-сильно сжимала колени, словно жутко хочется в туалет, чтобы совладать с напряжением. Когда прозвенел звонок, я сорвалась с места с такой скоростью, будто наконец освободилась заветная кабинка. И всё равно Тимо прибежал во двор быстрее меня. Однако я оказалась проворнее – первой ухватила листок и прочла:

Вход свободный!

В день открытия – бесплатный трансфер туда и обратно!

Даже не знаю, что я первым делом почувствовала, о чём подумала. Слишком много всего и сразу. «Космический зоопарк? Это ещё что такое?» – думала я и в то же время чувствовала, как сопят Юлиус, Мари и Адриана, которые разглядывали листовку у меня из-за плеча. Я думала: «Планета Буммердинг! Никогда о такой не слышала!» При этом сердце стучало очень громко, потому что я разволновалась и вдобавок понятия не имела, можно ли верить тому, что написано в листовке.

Я поначалу не обратила внимания на странную дату. У меня перехватило дух от счастья при виде фразы «перед вами предстанут звери со всех уголков Солнечной системы». Просто обалдеть! Да ещё и бесплатный вход! И я совершенно точно решила, что надо делать.

Я бросила рюкзак во дворе и помчалась обратно в школу с листовкой в руке. Прямиком в учительскую. Вообще-то ученикам полагалось дожидаться у двери, но мне срочно надо было поговорить с фрау Румянсен. Она сидела за столом, облокотившись на какие-то папки.

– Смотрите! – крикнула я. – Давайте поедем сюда! Это бесплатно!

Фрау Румянсен хотела было возмутиться, но я сунула листовку ей под нос. Она прочла, что там написано, и со вздохом отвела мою руку.

– Нелли, что за ерунда! Наверное, кто-то пошутил.

– А как же космический корабль? Вы разве не видели? – не оставляла попыток я.

– Это никакой не корабль! – воскликнула учительница.

– Но…

Фрау Румянсен нахмурилась.

– А что же тогда? – спросила я.

– Откуда я знаю! Какой-нибудь замаскированный вертолёт с дистанционным управлением! Рекламщики чего только не придумают! Может, мебельный магазин рекламируют или что-то в этом духе. А теперь, Нелли, выйди из учительской, пока я всерьёз не рассердилась! – возмутилась фрау Румянсен.

Я развернулась подобру-поздорову и убежала во двор.

Юлиус меня ждал. Другие дети тоже прочли, что написано на листовках, однако большинство из них предлагали те же объяснения, что и фрау Румянсен. Не про мебельный магазин, а про рекламу и замаскированный вертолёт. Лиана Блестяшка (на самом деле её зовут Лиана Майер), которая вечно строила из себя самую взрослую, сказала, что рекламируют, скорее всего, новое кино («сериальчик», так она выразилась), и лично она смотреть его не станет, потому что он слишком детский. А Тимо сказал, что с удовольствием посмотрел бы, потому что космический корабль у них вышел классный!

В итоге всё обсуждение свелось к тому, стоит смотреть сериал или нет. Никто больше не верил в то, что к нам на школьный двор залетел космический корабль и космонавт разбросал приглашения на открытие космического зоопарка!

Честно говоря, я тоже. Во всяком случае, я была из тех, кому хотелось посмотреть сериал. Адриана пообещала, что можно будет посмотреть у неё дома, потому что мои родители редко разрешают мне смотреть телевизор. Поэтому мы с Юлиусом в хорошем настроении отправились по домам. Только ещё немножко постояли на углу и поболтали о сериале.

То есть болтала в основном я, а Юлиус несколько раз сказал «угу», один раз «отлично» и один раз «я тоже».

Тут я поняла, что машины господина Фриттера по-прежнему нет. А вообще она должна бы уже стоять на обычном месте, если он сегодня работал в первую смену.

– Ага, – Юлиус улыбнулся во весь рот. – Значит, в отпуске!

– Ладно, – кивнула я без улыбки, потому что идея о спасателях зверей нравилась мне гораздо больше, к тому же…

БУМ-ПАДАБАДЫЩ-КАДОН!

Раздался такой же звук, что и утром во время урока!

Мы увидели космический корабль. На этот раз нам удалось рассмотреть его гораздо лучше, чем утром из окна. Корабль пронёсся прямо над нашими головами! Теперь я поверила: он настоящий! Мы чувствовали жар от пламени, которое вырывалось из задней части космического корабля, нас чуть не сдуло мощным потоком воздуха! Мы с Юлиусом вцепились друг в друга, уж слишком жутко гудел и грохотал космический корабль, к тому же он был совсем рядом!

Дальше стало ещё страшнее. Он развернулся прямо над домом, в котором жил Юлиус!

Дверца космического корабля снова отъехала в сторону, и наружу показался космонавт. На этот раз он не разбрасывал листовки. В его руке был сачок! Корабль кружил над садом, где резвилась морская свинка Юлиуса по имени Помпон. Космонавт несколько раз забросил сачок, пока не накрыл им Помпона. Тогда космонавт затянул сачок на борт. Дверца захлопнулась, и космический корабль улетел.

Правда, именно так всё и было!

Мы с Юлиусом сначала ничего не сообразили.

Постепенно до меня дошло, почему у Юлиуса задрожал подбородок. Полуулыбка впервые исчезла с его лица. Конечно, мой друг, как и я, обожал зверей. По-моему, он тоже не прочь был бы стать полицейским, который наказывает людей за жестокое обращение с животными. Только Юлиус никогда об этом не говорил. Может, не хотел, чтобы я считала, будто он за мной повторяет. Однажды я заметила у него на письменном столе нарисованный полицейский значок, точнее, звезду, как у шерифа. На ней было написано «защитник животных».

В общем, неважно. Главное, что я знала – Юлиус любил Помпона так же, как я любила Кусаку. Ему сейчас было так же плохо и тревожно, как и мне сегодня утром.

Именно поэтому вместо того, чтобы удивляться тому, что пришельцы и космические корабли, оказывается, существуют, и гадать, куда полетела ракета, я закричала:

– Надо спасать Помпона!

Несмотря на грохот и шипение космического корабля, Юлиус меня услышал и закивал. Тут я сообразила – странно, что шум от летающего чудовища до сих пор не стих. Надо же, просто невероятно! Я обернулась и обнаружила, что космический корабль застрял между лесенками на игровой площадке с батутом, которая стояла в саду у Лаутербахов!

– Бежим! – Я потянула Юлиуса за собой. Мы перелезли через изгородь в сад к Лаутербахам. Космический корабль завис между кольцами и трапецией. Верёвки качелей крепко обмотались вокруг корпуса.

БУМ-ПАДАБАДЫЩ-КАДОН!

Пока космический корабль гремел и скрежетал, я сообразила – вот он, наш шанс!

– Давай! – крикнула я и схватила Юлиуса за руку. Мы запрыгнули на качели. Едва мы это сделали, корабль освободился из западни и полетел прочь. Верёвки качелей всё так же надёжно обвивали корпус. Мы с Юлиусом полетели за космическим кораблём!

Нет, вы представляете? В голове не укладывается, правда? Мы уносились вверх на качелях на бешеной скорости. Дом Лаутербахов становился всё меньше и меньше. Нам видна была вся улица – дом Юлиуса, дом господина Фриттера, наш дом и даже школа. Все они стремительно исчезали из виду.

Мы крепко держались за верёвки, не в силах вымолвить ни слова. Вскоре вся наша планета осталась позади, превратилась в небольшой шарик. Тогда Юлиус заговорил.

– Ничего себе! – выпалил он.

– Ничего себе! – повторила я.

Космические драконы

Вообще мы с Юлиусом по любому поводу повторяли: «Ничего себе!» Так часто, что я мало задумывалась о смысле каждого нашего «ничего себе».

Бывает, что знакомые слова вдруг прозвучат до ужаса странно. Вот и теперь я заново осознала их смысл. Так говорят, когда только и успевают удивляться.

Согласитесь, когда мчишься на качелях через космос, остаётся мало времени на то, чтобы удивляться всем невероятностям вокруг!

Например, кометам. Едва мы в первый раз выдохнули: «Ничего себе!» – рядом засвистели кометы. Они с шипением проносились слева и справа, словно кто-то играл ими в теннис. Я крутила головой, наблюдая за исчезающими вдали огненными хвостами.

Теперь-то я знаю, что, отправляясь на Буммердинг, обязательно попадёшь под метеоритный дождь. Частицы метеоритного потока называются Персеидами, летом их даже видно с Земли. Люди тогда говорят, что начался звездопад.

Только за Персеидами скрывается ещё кое-что, чего с Земли не увидеть. О них никому не известно, и, может быть, вы поэтому не поверите, но это правда, – за Персеидами скрываются драконы. Вот именно! В космосе водятся драконы.

Они просто супер! Честное слово! Когда я их увидела, сразу поняла, что космические драконы – мои любимые животные. Возможно, где-то глубоко внутри я всегда об этом знала, но снаружи не переставала удивляться. У первого космического дракона, которого я увидела, была красноватая кожа с редкими щетинками, огромные крылья и умные круглые глаза, совсем как у Кусаки.

Позже я узнала, что у всех космических драконов очень красивые глаза, но в тот момент я подумала, что никогда не встречала животного с такими восхитительными глазами (поправка: кроме Кусаки). Дракон смотрел прямо на нас! Он моргнул и повёл ушами, словно не понимал, откуда мы взялись. Наверное, он и правда удивился. С точки зрения обитателей космоса, мы наверняка были зрелищем куда более поразительным, чем драконы.

– Какой милый! – крикнула я Юлиусу. Друг молча кивнул. Его лицо, которое обычно излучало добродушие и говорило «всё будет хорошо», теперь просто сияло! Моя тревога сразу куда-то испарилась. Теперь мне хотелось одного: погладить дракона! Я протянула к нему руку, отпустив цепь, за которую держалась.

Я не подумала.

Я даже не заметила.

В смысле, я нарочно вытянула руку, однако о том, что при этом отпускаю качели, как-то не сообразила. Я наклонилась к дракону, который по-прежнему не сводил с меня глаз. Он ни капельки не стеснялся. Дракон повёл ноздрями, словно хотел меня обнюхать, и у него в носу задрожали волоски. Я почти дотронулась до него и даже успела поразмыслить, колются щетинки или нет, как позади раздался крик.

– Осторожно! – кричал Юлиус.

Я испуганно осмотрелась, но не заметила ничего опасного.

– Держись! – продолжал кричать друг.

«В смысле, держись?» – подумала я.

– Нелли!

Я знала, что Юлиус кричит только в исключительных случаях, поэтому отдёрнула руку и хотела ухватиться за поручень, только вот никакого поручня не нащупала! Я больше не сидела на качелях, а парила в космосе в невесомости!

Ой-ой-ой! Словами не передать, каково мне пришлось! Скажу только, что никогда в жизни так не дрожала – руками, животом, шеей и даже мочками ушей! Я тряслась, потому что осознавала, – если меня не спасти, дрейфовать мне в открытом космосе веки вечные, словно заблудившейся звезде. От ужаса я не могла ни кричать, ни думать, ни чувствовать, а только трястись всем телом.

По-прежнему дрожа, я обернулась. Космический корабль стремительно удалялся. Юлиус, не глядя на меня, ёрзал на качелях.

Я повернула голову к дракону и заглянула в прекрасные глаза космического зверя – моей единственной надежды! Может, он подтолкнёт меня обратно к качелям? Я хотела попросить его обычным человеческим языком, но вдруг дракон отвернулся и улетел.

– На помощь! – закричала я.

И тут меня ухватили за ногу.

Я обернулась. Меня держала рука Юлиуса. А его рука крепилась, разумеется, к его плечу, а плечо – к телу. Позади него чудесным образом парила подушка с садовых качелей, словно ковёр-самолёт! Тогда я сообразила, что Юлиус цепочкой связал подушки, лежавшие на сиденье (поправка: не все, а только три), один конец привязал к качелям, а второй – к своей ноге. Какая отличная идея! Он нырнул за мной в открытый космос и спас от верной гибели!

Точнее, пока ещё не спас, потому что нам предстояло вернуться на качели. Занятие довольно утомительное, ведь в открытом космосе не за что зацепиться и не от чего оттолкнуться. Остаётся только загребать руками и потихоньку продвигаться вперёд, но для этого нужна целая вечность.

Единственной подмогой была подушка, за которую мы цеплялись, но всё равно на то, чтобы снова усесться на качели, а потом затянуть обратно подушки, ушли все наши силы. Юлиус был весь красный, как помидор. Я, наверное, тоже, но себя-то я не видела.

– Уф, – выдохнула я. На большее не хватило дыхания.