Кругом одни невесты

– Значит, беспокоиться не о чем? – с облегчением уточнила Наталья Николаевна.

– А вот и есть! – возразила Катюня. – Марише удалось избавиться от стилиста и парикмахера.

– Надеюсь, они живы? – мрачно уточнила Алиса.

– Да чего им станется! Мариша позвонила им с телефона Инны, назвалась ее именем и дала отбой.

– Это ты ее надоумила? – прищурилась Алиса.

– Чего сразу я? – Катюня отвела глаза, выдавая себя с головой.

– Катя! – укорила мама Алисы.

– Да как-то само собой вырвалось, – принялась горячо оправдываться Катюня, теребя футболку с миньоном. – Мариша такая расстроенная была, я ее утешить хотела…

– А других слов утешения у тебя, конечно, не нашлось! – воскликнула Алиса.

Ох, зачем она вообще на помощь Катюни согласилась? Кажется, у одной Мариши столько вредительских идей не возникло, сколько ей подсказала изобретательная Катюня. Если у родственницы за месяц проживания у них и обнаружился какой-то талант, то явно не к медицине, которую она мечтала изучать, а к срыву чужих свадеб. А теперь Инна осталась без парикмахера и стилиста…

– Ты знаешь их телефоны? – спросила она у Катюни, виновато отводившей глаза.

– Откуда? – пожала плечами девушка.

Алиса схватилась за мобильный и отыскала среди контактов знакомого мастера из салона красоты.

– Лерочка, привет! Ты завтра не занята? Отлично! Моей клиентке нужна свадебная прическа. И еще свадебный макияж. Спроси там у Милены. Она свободна? Отлично! Я перезвоню и скажу адрес.

Пока она говорила, мама с Катюней, затаив дыхание, наблюдали за ней.

– Парикмахер и визажист есть! – доложила она и набрала телефон невесты. – Инна, это Алиса, свадебный фотограф. Насчет завтра – у нас все без изменений? Тогда я приеду к вам в восемь. А парикмахеру и визажисту вы давно звонили? Вы бы с ними связались – а то всякие накладки бывают. Если что – сразу звоните, у меня есть отличные мастера на примете.

Алиса закончила разговор и положила телефон на стол. Мама с Катюней выдохнули. Катюня сняла крышку с обувной коробки на столе и вынула оттуда босоножку.

– Красотища! – восторженно выпалила она, поглаживая мягчайшую кожу кремового оттенка. – Сильно этот Харитоныч в вас втрескался, теть Наташ!

– Мам, – лукаво посоветовала Алиса, – может, тебе к нему приглядеться?

– Терпеть не могу мужчин, которые считают, что все на свете могут купить! – Наталья Николаевна сердито выхватила босоножку у Катюни и сунула обратно в коробку. – Захотел – молодую, захотел…

– Старую? – подсказала Катюня.

– Я хотела сказать – меня, – сухо ответила Наталья Николаевна. – Но спасибо, что напомнила про возраст.

– Вы на себе крест не ставьте, – простодушно посоветовала Катюня. – Какие ваши годы – всего-то лет шестьдесят! А при нынешнем уровне медицины…

– Мне сорок восемь, – с задетым видом возразила мама Алисы.

– Вот я и говорю – успеете еще замуж сходить, – покивала девушка, для которой явно не было никакой разницы между двумя возрастами. – У нас в деревне вон баба Клава в восемьдесят замуж вышла! За соседа, деда Васю, свою первую любовь!

– Да ну? – заинтересовалась романтичная Алиса.

– Прикинь! С пятнадцати лет друг друга любили, жениться собирались. Потом по глупости разругались. Он назло ей с другой поцеловался. Она назло ему за другого замуж выскочила. Всю жизнь забор в забор прожили, тоскуя друг о друге… – Катюня подперла щеку рукой, выдерживая свою фирменную театральную паузу.

– А потом что? – мама Алисы тоже была заинтригована рассказом.

– У баб Клавы муж помер, сердечный приступ. «Скорая» не успела, аж из райцентра ехала, а в деревне-то у нас докторов нет, – вздохнула Катюня. – Я поэтому и хочу на врача выучиться, чтобы хорошие люди раньше срока не умирали. Дед Кузя добрый был, молоком парным меня всегда угощал, сахарными петушками… А как помер, так баб Клава корову продала – не смогла одна за ней ухаживать.

Мысль Катюни окончательно сбилась, и Алиса напомнила:

– Ты нам про свадьбу начала рассказывать.

– Вот я и говорю, – встрепенулась Катюня. – Сначала у баб Клавы муж помер, потом у деда Васи – жена. Так они еще год траур носили, пока забор между их хатами не обвалился. Тут уж – знак судьбы! – она воздела палец и снова замолчала.

– И?! – нетерпеливым хором воскликнули мама с Алисой.

– Расписались! – торжественно закончила Катюня. – Вся деревня на их свадьбе гуляла. Тогда-то я своего Мишку с моей подружкой Манькой на сеновале и застукала… – закручинилась она.

– Не переживай, Катя, – утешила мама Алисы. – Настоящая любовь у тебя впереди!

– И то верно, – заулыбалась Катюня. – Я еще за москвича замуж выйду и в деревню на лимузине прикачу – пусть Манька сдохнет от зависти!

– Замуж надо выходить по любви, – заметила Алиса, – а не чтобы подружке досадить.

– То-то я смотрю, ты в свои тридцать не замужем! – безжалостно напомнила Катюня.

– В двадцать пять! – поправила Алиса.

– Вот-вот, скоро тридцать!

Их спор прервал звонок мобильного Алисы.

– Это Инна! – она ответила на вызов. – Да, Инна… Вы только успокойтесь! Запишите телефон Леры, она фея свадебных причесок. А ее подруга Милена – гений макияжа. Главное – не нервничайте и хорошо выспитесь. Все будет хорошо!

Решив проблему с невестой, Алиса перевела дух и заметила, что мама стоит перед ней в босоножках.

– Тебе очень идет, – похвалила Алиса. – И как раз по размеру!

Мама смутилась и скинула босоножки.

– Все равно я их носить не буду! – упрямо сказала она. – И при первой возможности верну.

– Видишь, ты уже мечтаешь о встрече с ним, – протянула Алиса, за что сразу получила: мама бросила в нее босоножку, Алиса поймала на лету.

– Осторожней! Мне еще завтра свадьбу снимать!

– Прости, – смутилась мама, убирая вторую босоножку в коробку. – Как-то сама собой вырвалась…

– Этот Харитоныч явно будит в тебе сильные чувства, – заметила Алиса, но осеклась под строгим взглядом таких же, как у нее, голубых глаз. – Ладно-ладно, шучу! Просто знай, если что – я только за.

Алиса не покривила душой. Мама посвятила ее воспитанию всю молодость. Отца Алиса никогда не видела. И только когда ей исполнилось шестнадцать, мама наконец призналась, что родила ее после курортного романа в Крыму. Алиса сама догадалась, что ее отец оказался женатиком, а мама была слишком гордой, чтобы сообщить ему о рождении дочери. А может, просто не знала его адреса… Алиса так и не решилась расспросить – видела, как нелегко маме далось это признание.

Сейчас она крепко обняла маму – как в тот вечер признаний. На кухне они остались вдвоем – Катюня убежала заряжать телефон в комнату.

– Ты чего, Алис? – смутилась мама.

– Просто знай, что я тебя очень люблю! И хочу, чтобы ты была счастлива.

– Я счастлива, потому что у меня есть ты.

– Но, возможно, ты могла бы стать еще счастливей?

Обе, не сговариваясь, посмотрели на коробку с босоножками на столе и подумали о Харитоныче.

Алиса вспомнила, как при первой встрече в парке он показался ей неприятным типом – дельцом, ради забавы и собственных амбиций купившим молодую невесту. Но сейчас, когда мужчина проявлял явный интерес к ее маме, она изменила свое мнение. Похоже, что Харитоныч осознал свою ошибку с Кристиной. Так почему бы не дать ему шанс?

– Глупости это, – пробормотала мама Алисы, но уже не сердито, а немножко растерянно. Как будто сама еще не понимала, что делать со свалившимся ей на голову ухажером.

Она взяла коробку со стола и быстро вышла с кухни.

Алиса взглянула на часы – надо зарядить фотоаппараты и подготовить все для завтрашней свадьбы.

Глава 7

На следующее утро, в восемь ноль-ноль, Алиса уже подошла к квартире Инны. Сегодня, помимо работы фотографа, ей предстояло еще защитить невесту от вредной младшей сестрички. Алиса помнила, как зло смотрела на сестру и ее жениха Мариша, стоя у окна ресторана. Девушка способна на любую подлость, чтобы разрушить свадьбу. Алисе надо быть начеку и сделать все возможное, чтобы Инна ни о чем не догадалась. Пусть день свадьбы запомнится невесте счастливым и безоблачным.

Дверь оказалась приоткрыта, и она тихонько постучала.

Никто не ответил, тогда Алиса толкнула дверь:

– Ау! Здесь живет невеста?

Темный коридор был пуст, из глубины квартиры доносились взволнованные голоса.

Алиса наклонилась, чтобы расшнуровать кеды. И только она разулась и выпрямилась, как из комнаты крадучись вышла Мариша – в коротком приталенном коктейльном платье с пышной юбочкой и с белыми туфлями в руках. Алису она не заметила, замешкавшись и глядя в другую сторону. А из комнаты донесся встревоженный возглас Инны:

– Где мои туфли?!

Мариша заметалась, собираясь спрятать туфли. Но тут Алиса выступила из тени и громко окликнула ее:

– Здравствуй, Мариша!

Девушка так и подпрыгнула от неожиданности, выронив туфли. А Алиса быстро подобрала их и вошла в комнату к невесте.

Инна, в прямом белом свадебном платье с ниспадающей многослойной юбкой из шифона, стояла к Алисе спиной у зеркала, а ее мама зашнуровывала на ней корсет.

– Инна, какое красивое платье! – искренне восхитилась Алиса.

Изысканная модель мягко обрисовывала хрупкий стан невесты, отчего Инна казалась воздушной и невесомой. Поистине свадебные платья обладают особой магией – и любую девушку превращают в сказочную красавицу. А может, это магия любви, которая в этот день буквально витает в воздухе?

– Последний штрих! – Алиса наклонилась и поставила к ногам невесты туфли.

– Мои туфли! – просияла Инна, оборачиваясь к ней.

Теперь Алисе стало видно и кружевной лиф с V-образным вырезом, по плечам которого расходились тончайшие аппликации, похожие на цветочные веточки.

Стилист и парикмахер уже поработали с невестой. Русые волосы были уложены мягкими волнами, словно их растрепал ветерок. Выразительный, но легкий макияж подчеркнул молодость невесты и ее необычный разрез глаз. Алисе нравилась работа Леры и Милены – они не увлекались косметикой и укладочными средствами и умели создать романтичные и женственные образы.

– Алиса, вы прямо добрая фея! – Инна обула туфли. – А то я сегодня постоянно все теряю.

Алиса украдкой взглянула на Маришу, проскользнувшую обратно в комнату. Девушка ответила ей разгневанным взглядом. Только сейчас, при дневном свете, Алиса разглядела, что короткое, до колен, платье Мариши – тоже белое, как у невесты. Еще одна маленькая диверсия против сестры, как будто Мариша соперничала с ней за внимание и хотела подчеркнуть, что она уже не маленькая. Мариша еще и ярко подвела глаза и казалась старше на пару лет.

– Я в восторге от прически и макияжа, – прощебетала Инна. Она в отличие от сестры выглядела даже моложе своих двадцати трех. – Они даже лучше, чем пробные укладка и мейк, которые я делала у своих мастеров. Милена и Лера – настоящие волшебницы!

– Я рада, что вы довольны, – улыбнулась Алиса, доставая из рюкзака фотоаппарат.

Может, и к лучшему, что Мариша отменила запись у других мастеров.

– Никак не могу справиться со шнуровкой! – чуть не плача, пожаловалась мама Инны.

– Давайте я помогу, – Алиса отложила фотоаппарат.

За время работы свадебным фотографом она освоила эту науку хитросплетения в совершенстве.

– Как у вас ловко получается! – с облегчением выдохнула мама Инны, наблюдая за Алисой. Она уже тоже была причесана, накрашена и одета. Длинное платье пудрового оттенка подчеркивало ее стройную фигуру, наверняка требовавшую от хозяйки больших усилий, и красиво оттеняло платиновое каре.

Закончив, Алиса отступила и взяла фотоаппарат. Теперь пора заняться основной работой, ради которой она здесь.

– Давайте сделаю пару кадров.

Она сфотографировала невесту с мамой, совсем упустив из виду младшую сестричку. А Мариша зря времени не теряла – за спиной Алисы достала из шкафчика черный лак для ногтей и отвинтила крышечку.

– А теперь давайте все вместе! – Алиса обернулась к Марише и сразу же среагировала на черный пузырек в руках. Закрыв Инну спиной, она попыталась выхватить пузырек, но Мариша быстро спрятала его в кулаке. – А ну отдай, – еле слышно, чтобы не услышала Инна, шикнула Алиса. – Ну!

Мариша неохотно разжала пальцы. Алиса украдкой сунула лак на подоконник – за горшок с фиалками, встала между подоконником и вредной девчонкой и потянула всех троих подальше от окна.

– Тут свет очень яркий. Давайте семейное фото в центре комнаты сделаем.

Инна, счастливая и красивая, как невеста, которая выходит замуж за любимого и ждет не дождется свадьбы, тепло обняла маму и сестру. Алиса вскинула фотоаппарат, отметив, что у всех троих одинаковый разрез глаз.

Инна с мамой улыбнулись в камеру, а Мариша скорчила кислую мину, как будто ее сейчас стошнит.

– А что это у нас сестра невесты грустит? – Алиса подмигнула девушке.

Та оскалила зубы в фальшивой улыбке. Алиса сделала кадр. Пусть хоть так! Она была убеждена, что девушка скоро пожалеет о том, как вела себя в день свадьбы. А снимки останутся на всю жизнь. Так пусть хотя бы на фото она улыбается как подросток, который не любит фотографироваться, а не как злодейка, задумавшая расстроить свадьбу.

С улицы просигналили, и Инна, путаясь в шифоновой юбке, бросилась к окну.

– Дима приехал! – просияла она. – Как я выгляжу?