Помоги проекту - поделись книгой:
— Так точно, лер. — отозвался старый искин усталым (что для искусственного разума почти невозможно!) голосом. — Докладываю — после внедрения и распаковки сети, что заняло сорок минут по абсолютному исчислению, обнаружилась ошибка протокола. Нейросеть оказалась перемаркированной, с изменённым идентификатором. На самом деле вами была установлена сеть марки «Конструктор-8М-УМС-Э», судя по маркировке — экспериментальная модификация. Однако идентификатор был изменён, чтобы скрыть проведенную после приобретения ещё одну модификацию сети — а именно, предустановку на сеть модуля лояльности с фиксированным подчинением. После полной распаковки и подсоединения нейросети в нейроны головного мозга модуль включился в режим и должен был жёстко ориентировать вас на подчинение указанному в прошивке лицу, а также, вероятно, его наследникам или коллегам — что вступило в противоречие с заданной мне установкой на обязательное сохранение самостоятельности сознания. Поэтому я прервал выполнение разрастания нейросети и соответственно вредоносного модуля, и попытался его извлечь или ликвидировать. Модуль попробовал сигнализировать о невозможности установки, напрямую через вашу недоразвёрнутую нейросеть — однако на его сигнал не был дан ответ-команда владельца, после чего модуль перешёл на автономную попытку закрепления в вашем организме. Наличие неизвлечённого нейрокома и буфера-интегратора позволило мне обойти его программные блоки, имитировать смерть пациента, после чего удалить модуль из вашего мозга вместе с захваченными им нейроцентрами контроля и подчинения и частью синапсов, сохранив как вашу жизнь, так и индивидуальность. На данный момент, вследствие этой операции, вас невозможно контролировать как аппаратно, так и программно через устанавливаемые импланты и удалённое управление нейросетью — ваш мозг лишён центров, которые можно использовать для внешнего контроля; подключение же к установившемуся нейросимбионту «Конструктор-8М-УМС-Э»… практически нереализуемо. В то время, пока все мои ресурсы были отданы обработке поступающих данных и противодействию модулю лояльности, нейросеть, получившая в процессе установки и вростания неожиданную сложносоставную нагрузку, сбилась с настроек и провела полную распаковку, неограниченную уровнем. Прошу прощения, лер, и готов понести любое наказание.
— То есть как это — неограниченную уровнем? — переспросил Ал, пропустив мимо ушей самобичевание старого медика и начиная понемногу догадываться, что с ним получилось из-за его собственной торопливости и… да ладно, откровенной дурости!
— Все зародыши нейросетей имеют одинаковое ядро, лер. При распаковке вносятся данные, останавливающие развитие симбионта на заложенном уровне, что позволяет успешно подстроить сеть к возможностям мозга-реципиента. Даже индивидуальные нейросети — это стандартные для всех производителей зародыши сетей, только распаковываемые под постоянным прямым контролем медицинских специалистов для предельно возможной степени интеграции в мозг-реципиент до максимально допустимого уровня. В вашем случае, лер, единственным специалистом был только искин четвёртого поколения с личным идентификатором «Пъю». Сеть полностью развернулась по неизвестному стандарту, заложенному аппаратно на уровне базовых программ — возможно, разработки «древних», на основе чьих первичных зародышей и создаются современные нейросети. — Ал чуть не подавился воздухом — в изученной «медицине» таких подробностей не упоминалось, говорилось лишь об общей основе под современными разработками; похоже, старик-Пъю полон сюрпризов! — В ваш мозг была установлена превышающая возможности среднестатистического человека нейросистема, после чего уже она сама приступила к модификации биоматериала и нервной системы по вложенным изначально стандартам для высшего армейского офицера вооруженных сил — поскольку при преждевременной активации получила с нейрокома ваши индивидуальные данные, лер. Это вызвало конфликт вашего организма и устанавливаемого нейросимбионта. Я был вынужден задействовать все возможности реанимакапсулы шестого поколения, чтобы сохранить вашу жизнь и сознание. Для приведения организма в соответствие требуемым стандартам по запросам нейросети мне пришлось применить найденные вами импланты как сырьё для её перестройки, устанавливать их по несколько единиц одновременно — нейросеть ещё в процессе их распаковки самостоятельно снимала все ограничения и модифицировала импланты в соответствии со своими запросами в автономном режиме. Четырежды ваши внутренние органы прекращали свою работу и приходилось выполнять реанимационные меры, при этом следить за модификациями сети возможностей и ресурсов не хватало, лер. Шесть часов назад был последний случай отказа организма, вы отгрызли свой язык во время судорог, после чего ваш организм начал приходить в гармоничное состояние. Нейросеть полностью распакована и интегрирована в ваш мозг вместе с модулем-интегратором, нейроком теперь является отдельным модифицированным модулем связи и удаленного буфера обмена данными. Организм в целом по своему физическому состоянию на текущий момент не соответствует по своим показателям никакой из существующих или известных мне рас Содружества. Оценить физио-психическое состояние возможно только после повторного освидетельствования в реанимакапсуле, лер.
— Та-а-ак… Вот же сука Зиги! С-с-су-у-ука! Знал, гнида, когда давал своё откупное, знал, что даёт — а может, мне и готовил… Сквитаться хотел, мразь, даже с того света достать… И племянничку наследство организовать! Да-а-а, этак я Лоя Весельчака поблагодарить должен, за отправку племяша к дяде? Если б не это — могло бы у гниды и выйти, выживи этот мелкий гаденыш Роше и прими он вызов сраного модуля… — прошипел Ал, с трудом сдерживая мутно клубящееся бешенство. — Да, Пъю, а чего это ты мне «выкаешь»? Мы с тобой вроде бы давно на «ты»! — удивлённо поинтересовался у искина Ал.
— Так точно, лер. Я с семидесятипроцентной вероятностью могу подтвердить, что психически ты адекватен. Обследование можно провести в течение следующего дня, или сегодня вечером. Рекомендую сегодняшнюю ночь отдыхать в капсуле, для проведения восстановительных процедур и общего наблюдения.
— Договорились. И как сейчас ты оцениваешь мое физическое состояние? — поинтересовался Ал, отметив тактичность Пъю в тестировании адекватности владельца.
— Очень высокое, после восстановления в медицинской капсуле. Точно сказать не могу, так как моих возможностей хватало только на поддержание жизнедеятельности организма и сохранение интеллекта, но по косвенным признакам на текущий момент ты превосходишь известных мне военных модификантов: по реакции — в полтора раза, по ускорению из обычного состояния — вдвое, по физической силе — на треть, по выносливости — в полтора раза, по устойчивости к повреждениям — в два с половиной, по регенеративным способностям — вдвое, по устойчивости к неблагоприятным факторам биологического происхождения — в полтора, небиологического — в два раза. Возможности мозга пока не уточнены.
Ал откинулся на кровати и задумался. Потом открыл настроечную таблицу нейросети, прошёлся по текущим настройкам, потом по дополнительным… Н-да, сеть действительно получилась крайне нестандартная. Такое впечатление, что в его девайсе настроек раза в четыре больше, чем в самых продвинутых современных! Искатель довольно долго — голова пока что слушалась паршиво, как и прочие конечности — пытался прикинуть последствия, а потом просто открыл одну из настроечных таблиц и принялся методично выставлять усреднённые параметры по всем показателям ФПИ, создавая этакого виртуально упрощенного себя. Попутно искатель оценил само наличие таких возможностей, обычно используемых только спецслужбами и настрого запрещенных остальным гражданам… М-да, сетка у него теперь штучная, считай, сверхиндивидуальная! Но, если бы он пытался её устанавливать в обычной, лечебной, а не регенерационной, капсуле — уже сдох бы. Причём безальтернативно — необнаруженный вовремя модуль сработал бы штатно, или даже так, как сработал — итог был бы одинаков. Или кома в капсуле в ожидании команд хозяина-рабовладельца, или произошедший конфликт нейросети с организмом, но без возможности реанимации. «Создав» себя-стандартного — теперь на любые запросы сеть будет выдавать созданный образ, сохраняя тайну реальных показателей — Ал принялся изучать прочие возможности своего нового «приобретения». Сеть по-прежнему отзывалась при запросе как «Конструктор-7М-УМС», но при этом — легко меняла идентификатор на любой требуемый. Собственно, одно это стоило любых перенесенных мучений! Возможность по желанию обозначать себя как медоператора, пилота, инженера, администратора или техника — это невероятное для гражданина Содружества преимущество! Любая техника теперь будет требовать только кодировку изученных баз знаний, подтвержденных сертификатами — и послушно выполнять свои функции после их получения. Само соответствие инженерной, пилотской или медицинской сетки запрашиваемым стандартам для Ала больше не является ограничением. Можно выставить в идентификаторе что угодно, и искины и компьютеры примут без вопросов! Следующей неожиданностью оказалось то, что ни один из нескольких десятков, если верить Пъю (а поводов к недоверию не находилось), установленных на сеть имплантов — не высвечивался как дополнительно установленный модуль. Более того — если верить протоколу Пью, в Ала было встроено около трёх десятков разнообразных усилителей и модификаторов, однако ни один из них не остался самостоятельным устройством — все они были полностью интегрированы в нейросеть, и являлись теперь её частью. На самой же сети остались свободными все восемь слотов под импланты, да ещё интегратор обещал возможность установки не менее чем десятка! Сложно сказать, правда, сколько эти импланты просуществуют после установки, не постигнет ли их судьба предыдущих — но такое можно установить только опытным путем. Подобным не могли похвастать даже индивидуалки — самая совершенная из известных индивидуальных нейросетей поддерживала всего восемнадцать устройств-расширений, и ни о какой интеграции даже речи не шло…
Ал вдруг заметил, что при том, что в машине не очень жарко, градусов десять по старому-доброму Цельсию, он, находясь голышом, никакого дискомфорта не испытывает. Искатель новым взглядом окинул кабину, отмечая груду израсходованных картриджей комплекта лекарств, валяющихся у реанимакапсулы, суетящихся дроидов, затем сделал лёгкое усилие, совершенно естественное и где-то даже «инстинктивное» — и «провалился» в прямое подключение. Водоворот информации захлестнул его на мгновение — и сознание плавно и естественно разделилось на три потока, причём Ал чувствовал, что и это не предел! Один поток отслеживал окружение, напрямую присоединившись к сканеру и в разы улучшив разрешение сканирования. Второй быстро просматривал напрямую все логи мед-искина и компьютерные бронетранспортера, подключившись к их накопителям, заодно узнавая массу нового о комплектации машины и её оборудовании. Чуть приноровившись, Ал убедился, что вполне может и управлять машиной этим потоком сознания, как движением, так и ведением огня, и прочими функциями — для пробы тут же отправив на пищемат команду приготовить обед, и точно указав взятыми из памяти ощущениями вкусовые и зрительные параметры пищи…
Третий поток сознания, как оказалось, существовал с момента пробуждения, и в нём шло интенсивное обучение пользованию возможностями нейросети. В сетке развернулась изначально заложенная база знаний для освоения функциональных возможностей — только не та, что соответствовала маркировке, а базовая, «ядровая», так сказать — и именно этим, как обнаружилось, Ал занимался вот уже третий час! «Инстинктивные» навыки?! Да щас — загружаемые знания, а не «инстинкты»! Судя по оставшемуся объёму изучения, это должно было продлиться без использования разгона ещё часов десять. А значит, мозги если и улучшили свои показатели, то явно ненамного — база была не так чтобы уж очень объёмной, простая сервисная оболочка, сравнимая со слабой базой знаний второго ранга, или с очень расширенной — первого. Но зато теперь можно было изучать сразу несколько таких одновременно!
Ал ещё немного понаслаждался перспективами, а потом задумался о ближайшем будущем. В сухом остатке у него теперь есть полная, довольно дорогая модификация организма «под штурмовика», низшего по меркам Содружества (или чуть выше среднего — по местным) уровня, пара комплектов хорошего, опять же по местным меркам, личного снаряжения, вооружение на пяток человек, правда, половина мусор, так, «для ополчения»… Есть пока ненужная ему старая лечебная капсула, вторая такая же в ограбленной лаборатории, если не увели ещё… Опять же, пока бесполезный багги в боевой модификации, и прекрасный автобус для проживания. Вдобавок несколько не совсем понятных штуковин вроде старых нейросетей с модулями лояльности, нескольких диверсионных комплектов баз знаний (Ал поставил себе зарубочку в памяти — доучить имеющиеся у него базы «конструирование космических кораблей» и «офицер-тактик», а заодно и все базы из доставшихся ему военных — знания лишними не бывают), каких-то карт и прочей мелочевки, вроде шикарной и красивой стрелялки, правда не очень убойной и дальнобойной, да и с боезапасом всё грустно, но это ж мелочи… Соответственно, первоочередная задача — определиться с дальнейшими действиями. В инфосеть, что-ли, заглянуть — успокоилось уже бурление или пока булькает? Через нейросеть — милое дело, молниеносное, можно сказать, соединение, куда там нейрокому!
Ал проверил новостную ленту и присвистнул — ситуация в Коллекторе худо-бедно стабилизировалась, но город оказался здорово потрёпанным… От бывшей банды Весельчака осталось только шестеро бойцов, примкнувших к новому лидеру; ещё пятеро где-то пропали — впрочем, если в ближайшие пару-тройку суток не вынырнут в других посёлках, то понятно, где их искать… если оно кому-то надо. Двух торговцев без лишних процессуальных проволочек повесили — у них после глобального шмона, проведенного силами людей Агабара и добровольцев из среды собирателей, были найдены рабские нейросети в упаковках; обоих вздёрнули на воротах их собственных магазинов уже через минуту-две после обнаружения! Естественно, Агабар проверял далеко не всех подряд (неплохо этот момент заболтав во время прочувствованного обращения «к народу») — а только неугодных, по собственному выбору, и тех, кто имел лечебные капсулы, уже по «требованию общественности»… впрочем, наверняка предупредив «своих». Возможно, и те «найденные» сетки были подброшены — кто там разбираться будет, когда кровь кипит и моча в башку давит?! Вряд ли прожжённые торгаши не сумели бы успешно скрыть не такие уж объёмные упаковки — нашли-то всего полтора десятка сетей, на двоих… В целом торговцы, выставив собирателям угощение (в основном бухло) и немного повысив цены на принимаемый товар, отделались очень легко. Теперь, правда, собиратели ходили к торговцам по двое-трое, да и в других поселках уже знали о событиях в Коллекторе — там тоже провели быстрые проверки, и ещё трое торговцев повисли в воздухе… Обошлись, кстати, в посёлках без особой стрельбы — это в Коллекторе похоронили три десятка убитых, да и лечить пришлось полсотни человек… Но, кажется, стрельба полностью прекращаться и не собиралась — только переместившись теперь «в тень»; то и дело на улицах и в помещениях обнаруживались новые трупы самого разного статуса… и их смерти никого не волновали. Имелись новости и для искателя-Ала, лично. Обвинения де-факто были сняты — но претензии, судя по некоторым двусмысленным высказываниям под видеороликами, у части торговцев к искателю остались; причём торговцев не только из Коллектора! Люди не любят, когда кто-то приходит и нарушает их комфортное и сытое существование в устоявшейся системе отношений…
Всё случившееся сильно нервировало нескольких богатых торговцев самой неправильностью произошедшего — уважаемые люди были частью застрелены, частью повешены из-за одного «дикого искателя», по всем неофициальным законам находящегося неизмеримо ниже погибших на социальной лестнице! Это было… неправильно! Поэтому некоторые «доброжелатели» выражали неофициальное желание увидеть труп взбаламутившего Свалку новичка… довольно активно выражали, подкрепляя эти пожелания такими же неофициальными намёками на соответствующее вознаграждение. Зато среди собирателей и искателей Ал стал довольно популярен — особенно после того, как на место последнего боя бота всё же съездили любопытствующие. Нашлись разбирающиеся люди, откопали из наметенного песка труп второго Караши, оценили то, что осталось от его головы после очереди разрывных игл — после чего Ал стал считаться крайне опасным и мстительным отморозком. Почти все сошлись во мнении, что вернуться на место взрыва, наплевав на преследователей, чтобы добить выживших, может только сложившийся и опытный «специалист резьбы по горлу» — следовательно, именно таким кадром Ал и является. Некоторые осторожно задавались вопросом, откуда Ал припёрся на Свалку (при таких «талантах» мог бы найти себе местечко и поприятнее) и зачем — уж слишком неожиданно появился, слишком быстро и ярко стал известным, и слишком опасным выглядел в глазах «общества», даже для искателя-одиночки…
Самому Алу такая известность не понравилась — раздражала и где-то даже пугала. С его именем, без всякого на то его желания, теперь связывали кто необоснованные надежды, кто вполне обоснованные убытки и неприятности — и ничего приятного ему самому такая ситуация не обещала. Ал даже не был уверен, не обстреляют ли его машину при появлении около любого прибрежного посёлка сразу, как только заметят! И не факт, что у стрелков не найдётся чего-то вроде местной версии РПГ — а как броневик его машина всё же… не очень. Кустарное бронирование — оно кустарное и есть, от ручной стрелковки разве что… И то не факт — есть и крупнокалиберные игольники, и разрывные иглы для крупняка имеются… и среди обитателей Свалки наверняка найдутся, да и посолиднее стрелялок тоже хватит. Не тягаться бронегрузовичку с армейским вооружением… Тут мысли искателя от неприятных прогнозов перескочили на его передвижной дом. Если с защищённостью все было «так себе», хотя кататься на рейд-грузовике и не в пример безопаснее, чем на продуваемом песчаными ветрами багги — то вот с комфортом ситуация улучшилась в разы. Хорошая спальня, собственный медцентр с управляющим искином (надо бы поковыряться в его настройках, все же общая база медика изучена), душевая и столовая с пищематом пусть и не новейшим, но вполне приличным (от пайков уже тошнит, если честно), удобно и уютно, и всё это можно возить с собой; даже «кабинет» имеется!
Кстати, кабинет. А на кой он на этой машинке нужен вообще? Ал вдруг подумал, что про грузовик милый и добрый мальчик Роше мог ему рассказать далеко не всё! И он сейчас сидит на, возможно, бомбе с тикающим таймером, или самостоятельно может включить этот таймер, думая, что включает… кондиционер, скажем — и неожиданно взлететь на воздух! Повинуясь немедленно отданной команде, комплекс «Зоркое Ухо» распаковался и паучки-дроиды рассыпались по кабине и кузову машины, исследуя транспорт на предмет несанкционированных дополнений в виде взрывчатки и маячков. Полное обследование шустрые дроиды провели в течении полутора часов; львиную долю этого времени Ал просидел в полусотне метров, затянутый в свой комплект брони и обвешанный всяческими полезными вещами, которые успел подхватить, выскакивая из машины! Нашёлся, к счастью, только один «лишний» маячок, да и тот не то чтобы был спрятан — просто автономен от общей системы. Такие ещё называют аварийными, хотя на кой чёрт младший Лаге его присобачил — смог бы объяснить только он сам… инерция мышления — везде ставят, значит долж
Вечером, поужинав, искатель лично проверил настройки капсулы и забрался в её уже приятно пахнущее, вычищенное дроидами нутро. Когда колпак опускался, Ал вдруг испытал лёгкий приступ паники, но быстро успокоил себя тем, что самое трудное и опасное теперь позади. В этот раз он уснул так же легко, как и проснулся утром… Пью жизнерадостным голосом поприветствовал хозяина:
— Доброго утра, лер!
— Тебе того же, что можешь сказать о моём организме? — скороговоркой спросил Ал о самом на данный момент важном.
— В общем, мои выводы достаточно объективны. Все модификации привели к уже описанным мной изменениям, погрешности в пределах трёх десятых. Что-то меньше, что-то больше — я отправил список на твою сеть, лер. Полностью загружена информация по управлению нейросетью, после проверки выяснилось, что интеграция имплантов в нейросеть — в отличие от нештатной распаковки — изначально проектировалась изготовителями сети. Я имею в виду не «древних», а современные разработки, лер. Собственно, сеть и была маркирована как «Конструктор-8М-УМС-Э», буква «Э» в названии означает «экспериментальная». Целью эксперимента, насколько удалось выяснить по наблюдению за процессом развёртывания сети, являлось именно это — создание нейросети с возможностью подключения б
— Какой теперь мой уровень интеллекта? Сколько времени будет занимать под разгоном изучение баз знаний? — поинтересовался слегка успокоившийся насчёт изменений Ал.
— Измерения неточны, но в основном потоке сознания после установки нейросети КИ составляет двести шестнадцать — двести двадцать восемь единиц. Ориентировочно твоя несерийная сеть добавила от 30-ти до 60-ти пунктов к базовому интеллекту. Пройден инженерный минимум, ты входишь в тридцать процентов человечества, имеющих такой или очень близкий уровень без повышающих имплантов — как минимум формально, поскольку повышающие импланты устанавливались. Однако обнаружить их на текущий момент невозможно, они полностью интегрированы как часть нейросети… что фактически приравнивается к собственно базовому интеллекту. Следующий уровень КИ, свыше трёхсот пятидесяти, практически не встречается без имплантов на интеллект и относится к исследовательским направлениям деятельности. Такие люди традиционно имеют долгосрочные контракты с мегакорпорациями либо правительствами и занимаются исключительно научно-исследовательской деятельностью. Это около пяти процентов человечества, лер. Но мне сложно оценить преимущества параллельных потоков сознания, каждый из которых имеет достаточно высокие параметры и может заниматься самостоятельной деятельностью.
— Тогда давай прикинем, чем мне заниматься дальше. В какой срок ты оцениваешь автономность этой машины?
— По энгергообеспеченности — на двенадцать лет. По продуктовой и прочей расходной части — на полтора года. Вода — фильтров хватит на десяток лет, это без учёта возможностей осмотического сбора атмосферной влаги. По медицинским резервам — зависит от того, чем ты планируешь заниматься и как интенсивно их расходовать, если же по запасам разгона для обучения — на пять месяцев. По ремонтно-техническим возможностям — полный ЗИП на борту, дроиды позволяют вести сколь угодно сложный блочный ремонт — но точность этого параметра неудовлетворительная, я недостаточно компетентен. — на последнюю ремарку искина Ал хмыкнул — ну да, полста лет поддерживал работоспособность раздавленного в лепёшку древнего бота, а вот для грузовичка компетенции у него недостаточно, понимаешь!
— Тогда делаем следующее. Я изучаю две оставшиеся полные базы знаний в течение двух месяцев… или сколько получится — как раз уточним параметры КИ. Поиски необходимой мне, на мой взгляд, базы «пилот» оставим на будущее, управлять пока всё равно нечем…
— Конструировать также нечего, нет достаточных для изготовления изделия ресурсов; зачем изучать «конструктора»? — деловито уточнил искин. Ал пожал плечами:
— Предполагаю, после изучения данной базы мне будет проще определять, стоит ли рассчитывать на что-то полезное в горах мусора вокруг, а значит — стоит ли их ворошить. Продолжаю — высокоранговые базы изучаю первым потоком сознания. А во второй по мере изучения ты подгружаешь все доступные боевые знания из найденных нами, ну, и отслеживаешь их на закладки, разумеется… Предполагаю, как раз хватит времени на изучение всего имеющегося. Поэтому сейчас я займусь поиском более укромного места, где можно будет не переживать по поводу неожиданного нападения — а ты пока готовь капсулу и разгон.
Грузовик, хрустя колесами по песку и обломкам и всё так же волоча за собой багги несостоявшихся охотников, двинулся в сторону ближайшей горной гряды. Через две недели эту мусорную кучу обследовали две подряд компании искателей, из Коллектора и Стока, нашли немного относительно ценного барахла, но никаких следов не только грузовика искателя Ала, но и друг друга не обнаружили…
Очередные два месяца учебного ада Ал почти не запомнил — да и не старался особо. Снова жёсткий режим «обучения» (а правильнее — закачки знаний на буфер нейросети и последующего их осмысления/интеграции), на этот раз более комфортный — через сеть учить базы оказалось куда удобнее и безболезненнее, хотя и ненамного быстрее чем через нейроком, не соврал в свое время Зиги… Окончательно придя в себя к концу второго восстановительного периода и убедившись, что неизученными остались большая часть баз диверсионного комплекта и несколько специфических из разряда «штурмовые и абордажные дроиды в условиях планетарной гравитации», «атмосферное пилотирование при противодействии планетарной обороны» и ещё пары-тройки подобных, Ал, оценив самочувствие — неожиданно для самого себя решил, что с него пока довольно! Задумчиво перебирая кристаллы, искатель размышлял, стоит ли и дальше насиловать свои мозги… Ранее приобретённые «фундаментальные», так сказать, разделы искатель «поднял» полностью, до максимума. Нет, несколько баз технической направленности остались неизученными, но… Лежавшие в одном кофре с нейросетью базы относились в основном к торгово-юридическим, технических нашлось всего четыре, и две из них — «техник по ремонту реакторов космических кораблей» и «ремонт дроидов» — были только более углубленными и специализированными разделами из общей базы «техник». Да, при их изучении дроидов Ал чинил бы куда легче и быстрее — будь у него все ЗИПы и комплектные блоки. А в условиях Свалки — совершенно бесполезная информация. Ну зачем ему надо знать, что в случае поломки дроида-монтажника тип «Технарь-3-КМ» по варианту 8-ц, нужно заменить блоки ШП-3 и ШП-7? А если таких блоков нет, то сменить всю группу ШХ? Особенно если понимать, что ни ШП, ни ШХ, ни вообще какого-либо родного комплекта к этому дроиду нет и не предвидится? Ещё две технические базы были бы более полезными, но, опять же — одна называлась «точная настройка корабельного оборудования», другая «синхронизация управления огневыми системами». Последняя, если быть точным, и вовсе не столько техническая, сколько пилотская с некоторыми дополнениями для технических настроек оборудования… Все базы нетехнической направленности, доставшиеся от щедрот Зиги вдобавок к нейросети, оказались узкоспециальными, не ниже чем в третьем ранге, две вообще пятого — «юридическое сопровождение межпланетных соглашений» и «торговля с представителями иных культур» — но сейчас (а, возможно, и вообще) такие знания Алу не требовались. Найденные военно-диверсионные наборы казались куда привлекательнее — однако искатель, оценив невысокие ранги и откровенно «дешманский» комплект нейросетей и имплантов, склонялся к мысли, что реально полезного после изученных им баз «тактик» и «территориал» там найдётся не так уж и много… Ал решительно смахнул оставшиеся базы в один кофр и захлопнул крышку. Позже, возможно, к ним придётся вернуться, но не сейчас… Пора передохнуть.
Выйдя в сеть, Ал сразу заметил мигающее окошко личного сообщения. Открыв письмо, он удивился ещё больше! Толстый Агабар приглашал искателя Ала «побеседовать»! Сообщение висело уже более двух недель, и Ал задумчиво открывал и закрывал его, заодно просматривая прочие новости… В общем и целом, всё потихоньку устаканилось. Собиратели собирали и пропивали собранное, торговцы делали мелкий гешефт, шлюхи обслуживали и тех, и других… Даже кости искателю Алу перемывали уже не так активно, как раньше. Вроде бы прямой опасности не просматривалось, и Ал начал склоняться к мысли принять приглашение. В конце концов, вечно сидеть в пещере, пусть и в комфортабельном модуле — означает достаточно быстро съехать крышей. Человек — животина социальная… Выходить к людям и общаться придется рано или поздно, так почему бы и не сейчас? Да и игнорировать такого мафиозу — а глава торгашей на в таком мирке, коий из себя представляет Свалка им не быть не может по определению — чревато, зачем ссориться на пустом месте?
После технической проверки броневичка и тестирования оборудованияискатель устроился в пилотском кресле и запустил двигатели, медленно выводя машину из грота. Как только машина покинула пещеру, Ал выпустил в воздух наблюдателя-разведчика — теперь на трёхкилометровой высоте в автоматическом режиме кружила одна из «Птиц», давая обзор примерно на двадцать километров вперёд. Заодно, как только броневик оказался под открытым небом, Ал выпустил и двух «стрекоз», что позволило вести почти круговой детальный обзор на пару километров или более-менее подробный — километра на четыре. Искин пересылал картинку прямо на нейросеть искателя всякий раз, когда попадалось что-то неожиданное, также прямо с нейросети Ал управлял грузовиком, сидя в кресле пилота-водителя только потому, что ехать лёжа, не посматривая хотя-бы в триплекс, было просто скучно. Дорогу к Коллектору он выбрал заковыристую, собираясь въехать в городишко практически с побережья — осторожность никто не отменял, а оттуда «дикого» вряд ли ожидают, нечего на побережье искателям болтаться… спасибо выученным «боевым» знаниям. Кроме того, при движении Ал менял направление и скорость, заодно сканером проверяя попадающиеся в дороге остовы кораблей. Это было невероятно удобно — не вылезать под противный режущий ветер, не соваться в гиблые щели не до конца смятых корпусов, а аккуратно и медленно просвечивать обломки прямо из машины, помечая заинтересовавшие места и осматривая их узконаправленным сканером уже детально. Правда, серьёзной прибыли пока не было — не считать же хорошей находкой пару ящиков элитного для Свалки бухла, ценой в полтинник кредов бутылка. Шестьсот кредов по нынешним меркам Ала всё равно что ничего — даже тащить торговцам не стоило… хотя месяц назад даже эта мелочь заставила бы порадоваться! Бытие определяет сознание, увы…
Через четыре часа Ал остановил машину возле своей прежней «норы», той, в которой ставил себе нейросеть. Там он собирался оставить броневик и двигаться дальше на багги, почти не пострадавшем при взрыве и давно отремонтированном. Машинка вполне приличная, трёхосная рейдовой модификации — но усиленная, с лёгкой бронёй вокруг водителя и стрелка, закрытой кабиной и хоть и небольшим багажным отсеком, но вполне достаточным для всех ожидаемых приобретений Ала и для того, чтобы отвезти на продажу лечебную капсулу и кое-какие мелочи. Подумав немного, искатель прихватил элитную стрелялку как подарок Агабару, дорогой и бесполезный, какой и положено дарить людям, которые думают о себе, что они «серьёзные люди». В кабину были уложены трофейные карабины — пойдут на продажу, обычный ширпотреб — в рейдовый рюкзак Ал, повздыхав, засунул бластер (не хотелось бы применить — но мало ли), на грудь повесил офицерский игольник, как основное и явное оружие прихватил винтовку добитого Райне, могущую с некой натяжкой считаться снайперской… Собственно, и броня была тоже его, чуть менее защищённая, чем своя собственная Ала, зато абсолютно незамечаемая сканерами. Закидав кое-как в багажник всякий хлам, вроде пустых кофров, меньшего сейфа и прочей мелочи для продажи, а в кабину пяток офицерских пайков, Ал отогнал грузовик в примеченную в первый приезд дыру в броне старого рудовоза и замаскировал броневик обломками так, что ни вблизи, ни издалека даже сканером нельзя было точно прочитать, что именно представляет из себя эта куча хлама. В той же нише на ночь остался и багги, а сам Ал в последний раз перед поездкой переночевал на борту грузовика. Утром позавтракал химией из пищемата, а затем вновь облачился в трофейную сбрую, прикрыл входной люк грузовика приготовленным с вечера листом пластика и выехал к Коллектору, поддерживая периметр наблюдения дроидами уже напрямую, с нейросети — с учётом необходимости вручную контролировать машину, времени отвлекаться на окружающие «красоты» практически не оставалось. Загрузка нетронутой капсулы заняла не больше полутора часов (пришлось устраивать несколько блоков и тянуть тросом на платформу кузова), и уже после обеда, «уговорив» один из пайков, показавшийся совершенно безвкусным, Ал выехал к Коллектору.
5
Объезжал он поселок по очень широкой дуге, ожидаемо не встретив никого до момента, пока от побережья не направил машину в сторону поселения. Оттуда же он связался с Агобаром — и сразу получил подтверждение «приглашения в гости». Примерно в десятке километров от города пришлось выбираться на двадцатикилометровую дорогу, ведущую от пристани в узком заливе к собственно городку — из-за рельефа проще было кое-как выровнять проезд к заливу, чем пытаться обживаться в грудах валунов и скальных зубцов непосредственно на берегу залива. Сам же залив оказался более чем удобным — достаточно мелкий, комфортный для маленьких посудин, которые составляли львиную долю «флота» Свалки, и лишённый при этом такого недостатка, как опасный донный рельеф… Движение на дороге, несмотря на время суток, оказалось оживлённым, навстречу прошли одна за другой две грузовые машины, и один идущий к посёлку грузовик Ал обогнал. Для большого мусорника даже много… Водители встреченного транспорта с удивлением поглядывали на рейдовый багги на дороге к побережью, но заинтересовались не слишком; значит, слухи ещё не появились. Или не появятся вообще — в зависимости от того, что именно Агабару требуется от «дикого».
Перед «визитом» Ал заехал к одному из торговцев, соседу Зиги (лавка торгаша стояла закрытой — видимо, нового хозяина не нашлось пока), бывшему с застреленным жуликом «на ножах», и предложил купить всё привезенное. Торговец встретил искателя не слишком приветливо, чуть оттаяв только после того, как узнал, насколько ликвидный товар ему предлагается! Что и неудивительно — редко из пустыни привозили работоспособное, а ещё реже — полностью исправное оборудование. Тут кому угодно обрадуешься, даже неведомому кренделю с рожей горлохвата! А если имеется товар, который торгаша более чем интересует — то морщить рожу на доставщика некомильфо… Поэтому торговец Дога без лишних пререканий скинул на чип Алу две тысячи семьсот кредов за капсулу, и ещё полтысячи за всё остальное барахло. Теперь на чипе скопилось пять тысяч семьсот кредов, что по местным меркам считалось показателем обеспеченного человека! Дога, предвкушая барыш, разговорился и оказался профессионально обаятельным человеком, как и все торговцы. Последовательно предложив заезжему искателю услуги медика, ремонта и технического обслуживания багги и несколько вариантов наркоты на выбор, и получив последовательные отказы на все предложения, он вдруг заговорщицки понизил голос:
— Тебе не угодишь, искатель. Ты прямо как легендарный Ал — ни слова лишнего, ни торга! Скажи, есть что-либо, тебе необходимое? Возможно, я смогу тебе это предложить! Я достаточно известен среди торговцев Коллектора, а после… хм, известных событий — являюсь одним из трёх наиболее богатых и имеющих наиболее широкий выбор товаров. Зиги-говнюк подпортил нам репутацию, но не все такие, каким был он, поверь… Так чего тебе нужно, искатель? И, кстати, не подскажешь, где ты взял эту машину? Я не уверен, но она кажется мне знакомой, как будто я её видел раньше, совсем недавно…
— Подобрал в пустыне. — равнодушно отозвался Ал, размышляя, куда бы ещё потратить два часа времени до назначенного Агабаром срока, и выбирая между посещением пары соседних лавчонок (тут Дога не врал — выглядели те ещё более убого, чем его собственная) и обедом в одном из ближайших трактиров.
— Что ж, поздравляю — это удачная находка, дорогая. Правда, я слыхал, что друзья бывших хозяев, те, кто уцелел, мечтают поквитаться с тем, кто положил в песок самих хозяев… Если, конечно, я не ошибаюсь и это та машина. Но я могу и ошибаться!
Ал не двинулся с места, и ни жестом, ни дыханием не показал, как его «порадовала» эта новость. Спасибо сети и имплантам, слитым в одно целое с диверсионными базами знаний — но в мозгу искателя будто рванула граната, и сознание резко свалилось в боевой режим:
— А что именно… интересного у тебя есть, уважаемый Дога? Оружие, например, пара гранат мне бы не помешала, или боевой дроид. Или что-то… похожее, например — планетарный танк или боевой глайдер?
Дога обалдело посмотрел на искателя, затем задумался и ответил:
— Н-да… обычно твои собратья по ремеслу дроидов мне приносят, а чтоб их у меня покупали — это впервые. Есть у меня два дроида, хорошие, седьмого или восьмого поколения, точно не понял, но с ними имеется проблемка одна… даже две.
— И в чём проблемы? — переспросил Ал.
— Дроиды мне привез один дикий искатель, вроде тебя… без обид, уважаемый искатель — но я тебя не знаю, поэтому… — Ал равнодушно махнул рукой, показывая, что объявленный статус его устраивает. — И снял он их с военных обломков. Я его самого уже лет пять не встречал, и всё это время дроиды валяются на моем складе, никто их не берёт.
— Что, в таком плохом состоянии? — переспросил Ал. — Да и странно ты как-то торгуешься, уважаемый Дога. Обычно торговцы нахваливают свой товар, а ты чуть не в открытую мне сообщаешь, что товар неходовой и приносит тебе только головную боль?
— Знаешь, искатель, как-то не хочется обманывать человека с таким игольником на груди… Твоё снаряжение говорит за себя — оружие ты в руках держать умеешь. Сейчас почти все носят так ручные стволы, под самого Ала подделываются; но ты слишком как-то выглядишь… В общем, дроиды требуют коды доступа, причём не общеармейские, а офицерские. Ломать их программу никто не берётся, слишком мощные машины, кто знает, как отреагируют; а так от них толку никакого, две тысячи пропадают даром — я их по себестоимости готов продать. Ты случайно не умеешь взламывать военные коды?
Ал с подозрением всмотрелся в глаза торговца, но тот взгляд не отвел и предложил:
— Не хочешь взглянуть? Да, гранаты у меня есть: восемь плазменных, три электромагнитных против дроидов и семь осколочных. Что возьмёшь? Цена полста кредов каждая. Какие и сколько брать будешь?
— Все. — ответил коротко Ал, наблюдая за коротким и быстро исчезнувшим смятением на лице торговца. Получив гранаты и перечислив обратно торговцу девятьсот кредов, он небрежно переспросил:
— Так где твои дроиды? Хоть похвастайся такими современными игрушками…
Торговец обиженно глянул на искателя, но потом вспомнил про гранаты, купленную только что рабочую капсулу, и… решил не обижаться слишком явно.
— Идём. — коротко пригласил он искателя в складской зал — примерно так же расположенный, как был расположен ангар-гараж у Зиги Лаге и его покойного племяша…
Большое помещение, у Зиги использовавшееся как ремонтная зона, здесь являлось складом товара. Всё имущество содержалось в почти образцовом порядке, рассортированное по категориям и качеству. Старые разгрузки и поновее, пищевые рационы и картриджи к пищематам, разнообразное снаряжение и запчасти, отдельная стенд-клетка с оружием и боеприпасами, довольно паршивеньким оружием, если честно… Ал сам себе кивнул — торговец оценил его вооружение и чепуху предлагать не стал. Отдельно лежали и висели комплекты формы, комбинезоны, броня и различная обувь. Там же можно было видеть и всякое прочее сопутствующее барахло, от нательного белья и тапочек до зубных щёток и депиляционных кремов, Ал пометил в специально созданную сетевую напоминалку — прикупить кое-чего из мелочёвки… В дальнем от входа углу громоздились корпуса дроидов, туда торговец и вёл искателя. Оказалось, за кажущимся беспорядком скрывалась нормально оборудованная мастерская, но не по ремонту транспорта, как у покойного Роше — этот торговец по совместительству занимался сборкой и ремонтом дроидов, дронов и прочей мелочёвки. Судя по всему, ремонтом Дога подрабатывал мелким, от силы средним, перезаливкой базовых программ и сервисных оболочек с готовых «болванок» тоже не брезговал (но не написанием — проверочного стенда, обязательного для программера-прикладника, в закутке не нашлось), и даже собирал из разнотипных деталей худо-бедно рабочих дроидов. Пара таких уродцев стояли покрашенными и приготовленными к продаже возле верстака… В общем, этакий кустарь-на-все-руки! Торговец — по профессии, низкоранговый технарь — для души… Дога мельком оценил произведенное впечатление и, смахнув несколько деталей в коробку и отставив её на верстак, жестом показал Алу кофры, которые только что освободил от ненужного барахла.
— Вот. Два кофра — два дроида. Полная комплектация, все зип-ы и боеприпасы на месте. Кофры я взломал, коды подобрал… за полгода. А вот сами машинки работать не хотят ни в какую.
Ал посмотрел на кофры, потом на Дога:
— Под протокол. Если мне удастся активировать дроидов, ты мне продашь их за указанную тобой цену в две тысячи кредов. Согласен?
Дога, услышав названную цену, сначала схватился за свой разом вспотевший лоб, помолчал с минуту, катая желваки на скулах — а потом махнул рукой:
— А и пространство с ними! Ты не бедствуешь и торговаться не будешь… договорились, под протокол. Пробуй, искатель, тут кто только зубы не обломал, хе-хе!
— По рукам. Чтоб тебе не было так обидно, дай команду дроидам приготовить пяток комплектов офицерского белья, три комплекта картриджей к пищемату класса В, каждый комплект из расчёта на трёхмесячное использование, на такой же срок все необходимые — необходимые, повторю, а не все возможные — расходные для личной гигиены, два комплекта медрасходников для реанимационной капсулы и разгон, на… полгода. Вся медицина от производителей Содружества, самопал не предлагай. Сколько с меня?
Повеселевший Дога зачастил:
— Одежда триста кредов, пищевые картриджи двести за комплект, гигиенические сто шестьдесят, разгон тысяча сто и лекарства восемьсот двадцать. Итого три тысячи восемьдесят. Округлим до трёх-ста?
— Давай. Что предложишь? И про бонус не забудь.
— На двадцать кредов… есть очень хорошие средства от мелких травм и повреждений, малая полевая аптечка, гражданская. Потницы, царапины, синяки, мозоли и прочее… Стоит восемьдесят кредов, твои двадцать, остальное как бонус за крупный заказ, идёт?
— По рукам. Лови креды. — Ал перечислил деньги и полюбовался на растущую перед ним кучку полезных вещей, которые складские дроны таскали со скоростью белок. И на остаток счета в две тысячи четыреста кредов, которому предстояло ещё «похудеть», если получится так, как ожидается…
Когда всё купленное было складировано в багажник багги, а дроиды-погрузчики вернулись назад в зал, Ал шагнул к ближайшему кофру и прикоснулся к специальному датчику голой ладонью. Короткий укол в ладонь для пробы крови, одновременно на нейросеть приходит запрос кода и идентификатора. Отсылка запрашиваемого, короткое ожидание… А потом Ал, вполглаза отмечая раскрытие кофра и активацию дроида, любовался совершенно ошеломлённым и даже где-то испуганным лицом торговца! Контейнер штатно раскрылся, выпустив из своего нутра дроида размером с крупную собаку — не мастифф, конечно, но до габаритов овчарки вполне дотягивает. Из пасти «пса» торчали два жала — игольник и лазерный импульсник, на спине топорщилась плазменная скорострелка, на боках горбятся контейнеры с оперативными ракетами… наверняка имелось и скрытое вооружение, как летальное, так и нейтрализующее. В условиях стеснённого поля боя без возможности ведения огня «на подавление» любой подобный агрегат — сущий кошмар! Ал, не говоря ни слова, шагнул ко второму контейнеру и активировал близнеца первого дроида. Оба механизма одновременно шагнули вперёд, чуть припали на передние опоры — и на нейросеть пришло двойное сообщение: «Дроид-телохранитель Крог-8М-АЗМС приветствует высшего офицера, лер! Готов к выполнению задания!».
Ал молча перечислил торговцу две тысячи кредов и приказал дроидам организовать зону безопасности в пару метров вокруг себя, затем запросил через нейросеть разрешения воспользоваться дроидами-погрузчиками для транспортировки кофров с ЗИПами своих новых телохранителей в багги. Торговец заторможено кивнул, а когда Ал уже выходил из зала, все ещё стоящий у верстака и потерянно разглядывающий опустевшее место из-под кофров Дога, тихо спросил:
— Искатель, ты не очень вежлив. Как тебя зовут? Или я ошибаюсь?
Ал, замерев на секунду, ответил, оглянувшись на собеседника:
— Ты тоже не очень ласково меня встретил… впрочем, это твоё право. Не знаю, ошибаешься ты или нет, но меня зовут Ал. Ты меня знаешь, теперь уже лично. До встречи, торговец Дога.
И, выходя, услышал переданный чуткими динамиками дроидов-телохранителей шёпот: «Значит, не ошибся… Кто же он такой?! Спасибо, Великая пустота, спасибо! Спасибо, что не дала мне подохнуть из-за собственной жадности…».
Оставшееся до назначенного срока визита к Агабару время Ал потратил на обед… или уже ужин, в крохотном трактирчике. Трактирчик стоял на углу улочки торговцев и переулка (если его можно было так назвать), в котором жили «уважаемые люди». Как Ал понял, сам факт такого положения делал трактирчик «элитным», по местным меркам (да, собственно, и по любым меркам — заведения в таких местах всегда фешенебельные, с поправкой на уровень окружения). По крайней мере, у двух (из восьми) занятых столиков сидели качественно «упакованные» и хорошо вооружённые люди. Приличная броня, дорогое (но без украшательств) оружие, уверенные жесты… На вошедшего без всякой задней мысли Ала покосились, но и только. Вышибалы, кстати, на пороге не наблюдалось. Видимо, здесь не принято было напиваться или нанюхиваться до розовых слонов… Не поймут — а если такие посетители не поймут, то летальный исход более чем вероятен… Местечко оказалось даже уютным, и кормили здесь выше всяческих похвал! Вполне пристойные отбивные под острым соусом подавались с гарниром из какого-то корнеплода, по вкусу напоминающего земную варёную фасоль, только сладковатую, салат из чего-то морского тоже приятно радовал нёбо. Цены, кстати, оказались статусно «космическими», ужин с лёгким терпковатым вином обошёлся более чем в полсотни кредов, что по местным меркам было невероятной роскошью — качественные картриджи для пищемата на целых три месяца работы синтезатора обходились всего лишь вчетверо дороже единственного ужина! Ал считал, что несколько… поторопился… с выбором места для насыщения — но, подумав, решил, что от одного раза не обеднеет. К тому же, пища в трактире подавалась натуральная, хотя и не очень-то «фешенебельная», простенькие блюда — а из выученной «медицины» искатель знал, что длительное питание исключительно консервантами и субпродуктами из пищематов приводит к гарантированным заболеваниям пищеварительной системы. Тяжёлым заболеваниям, хроническим! Нет, регулярное посещение медкапсулы полностью нивелирует этот вопрос — но… если есть возможность просто не создавать себе лишнего геморроя? Решение же проблемы, несмотря на все достижения прогресса, одно — не менее чем четверть пищи, потребляемой едоком, должна быть натуральной… Как везде и всегда, в общем — богатые почему-то ещё и здоровые; а бедные — по какому-то невероятному совпадению! — заодно обычно и больные, иногда неизлечимо…
К тому моменту, когда, закончив ужин, Ал расплатился и выходил из ресторанчика, один из прячущихся неведомо как на открытой улочке дроидов выслал картинку, на которой отметил прицельными маркерами троих непонятных людей, явно ведущих слежку за машинкой искателя. Самое забавное — все трое не были одной группой; наоборот, каждый прятался ещё и от остальных двух, и как бы не старательнее, чем от самого объекта наблюдения! Отдав приказ дроиду в случае явной агрессии, направленной на охраняемого, открывать огонь без дополнительной команды, искатель спокойно уселся в кабину и тронул машину в сторону «бунгало» Агабара. «Переулок» местных шишек в длину был как бы не длиннее, чем сам поселок — богатые, как и на земле, любят демонстрировать свой статус при любом удобном случае и любым доступным способом. Даже здесь, где пустовала целая планета, они предпочитали выделять себе, любимым, личные латифундии в гектары площадью — и обязательно на виду у прочих. И это при том, что в местной почве практически ничего пока что толком расти не могло — соответственно, в гигантских земельных наделах особого смысла не имелось, и вряд ли когда появится… Хотя — в «парке» Агабара красовались и «сады камней», и разноцветные мшистые «коврики», и даже пара каких-то чахлых кустиков, уже у крыльца — всё это имело вид цыганского «дворца». Большой, дорогой, заметный — а по сути сарай сараем, и не более! «Усадьба» торгового босса огораживалась исключительно декоративным заборчиком, на въезде видимой охраны тоже не наблюдалось, хотя незаметно следующие за багги дроиды передавали места установки запеленгованных сенсоров систем защиты, натыканных довольно густо в самых неожиданных местах. Вообще весь «парк», оказывается, служил скорее предпольем системы защиты бунгало (действительно одноэтажное, или, скорее, полутораэтажное строение — но наверняка с мощным, а может, и многоуровневым подвалом), нежели какой-то декоративной версией личного поместья — искатель даже чуть застыдился своих предыдущих рассуждений. Торгаши просто так деньгами не разбрасываются — пора бы запомнить…
Ал, подъехав к ступеням, согласно докладу дроида-телохранителя, оказался не только видим всем интересующимся (в первую очередь — охране) — но и на прицеле парочки скорострелок, чего, пожалуй, стоило ожидать от местного «торгового короля». Нормальная предосторожность, с учётом окружения… Искатель остановил багги напротив входа и замер — происходящее с каждой секундой нравилось ему всё меньше. Нет, он осознавал и ризнавал, что статус Агобара по всем социальным нормам выше его собственного (смысл спорить с реальностью?), но отсутствие встречающих даже у входа — это уже неуважение, граничащее с хамством. На личную встречу, конечно, он и не рассчитывал, но не прислать даже слугу… Поэтому и сам искатель решил немного нахамить, для чего поудобнее уселся в кабине и стал ожидать. Терпения Агабара хватило на десяток минут, после чего входная дверь, больше похожая на корабельный люк в рубку не менее чем среднего крейсера, открылась, и наружу выскользнули двое охранников-модификантов. Военных модов — это было видно по их каменно-невозмутимым физиономиям, характерному мышечному каркасу на шеях (Ал, пока что, только нарабатывал похожий) и замедленно-плавным, но выверенным движениям. Ал подождал, пока встречающие спустятся на пару ступенек, после чего и сам вышел из машины и замер перед лестницей. Модам пришлось спуститься на самую нижнюю ступень, чтобы не кричать, унижая хозяина примитивностью слуг. Один из спустившихся, на вид несколько старше второго (хотя с этими медкапсулами — могло быть и строго наоборот), ровно произнес:
— Искатель Ал? — и, дождавшись подтверждающего кивка, добавил — Господин Агабар ждёт в кабинете. Следуй за мной, искатель.
Ал несколько удивился отсутствию требования сдать оружие, но быстро вспомнил, что это тоже один из местных способов выпендриться — мол, ты мне не страшен ни без оружия, ни с ним. Правда, Ал подозревал, что корни этого выпендрежа растут не в сверхсмелости «больших шишек», а в том простом факте, что оружия у каждого тут хватает, и практически никто с ним не расстается ни днём, ни ночью! И общаться друг с другом иначе, чем держа ладонь на рукояти игольника или лазерника, большинство аборигенов отказываются напрочь… С другой стороны, и идти в гости с карабином наперевес не принято, а вот охране держать те же карабины — даже положено, подчеркивая богатство и мощь владельца; но и потребовать у гостя сдать оружие — значит, сразу перевести того в разряд пленника… А если гость не согласен?! Лучше уж пусть пока так идёт — мало ли… всё равно он постоянно под прицелом нескольких огневых точек! Так что разницы особой, в принципе, нет — вооружённым идти или безоружным. При прочих равных…
Ал, погрузившись в эти рассуждения, чуть отвлёкся от внешних раздражителей, и снова пришел в себя уже тогда, когда идущий первым модификант открыл перед ним очередную дверь и повёл рукой, приглашая войти. За Алом в помещение вошёл только младший из модификантов, закрыв за собой вход и оставшись подпирать стену около него. В кабинете, размерами квадратов в двадцать пять, вместе с владельцем ожидал гостя ещё один охранник… Сам Агабар сидел напротив входа в здоровенном высокотехнологичном кресле, оборудованном разнообразнейшими приспособлениями для комфорта — массажёрами, климат-контролем, системой антигравов и прочими девайсами; за креслом, чуть скрытый его спинкой и тенью от оной, внимательно следил за вошедшими наверняка довереннейший охранник, и, скорее всего — очередной мод, вряд ли толстяк доверил бы свою тушку менее подготовленному бойцу… Похожие кресла Ал изучал в базе «техник» — там, правда, рассказывалось, как такое сооружение чинить! И само по себе это сооружение служило весьма неплохой защитой для владельца — в зависимости от модификации, конечно… вместе с двумя модами-охранниками торгаш вполне мог считать себя в безопасности. По крайней мере, против заурядного гражданского… Широкий стол отделял гостевое кресло, стоящее напротив хозяйского. Ал спокойно уселся в него и поймал взглядом глаза Агабара. Толстяк принял вызов и в свою очередь вцепился взглядом… Молчание протянулось минуты три, после чего Агабар, отведя взгляд, неприятно улыбнулся и проговорил:
— Так ты и есть — пресловутый искатель Ал? На вид опасным не кажешься… Даже странно, как это тебе удалось за такой короткий срок послужить причиной смерти изрядного количества… полезных разумных, да и самому десяток ценных людей в лучший мир спровадить… Кто ты, «дикий»? Не хочешь рассказать о себе?
— Нет. — хладнокровно ответил Ал, чуть прищурив глаза — чтобы не моргнуть, «удержать лицо».
— Даже так? Знаешь… мне обычно отказывают крайне редко. Это может быть болезненно, для невежи, хотя и не долго… или долго! — и он рассмеялся, из-за чего жирные плечи заходили ходуном. Ал смотрел на сидящего перед ним, действительно, чрезмерно толстого — но и просто крупного — мужика и просчитывал, как именно начинать бой. В том, что позвали его не договариваться, искатель практически уверился.
Агабар, оценив изменившийся взгляд Ала, заговорил вновь, доказывая, что он, может быть, подонок и мерзавец, но совершенно не глупец:
— Что, искатель — понял, что жить тебе осталось недолго? Надеешься сбежать?! Можешь и не пытаться — меня охраняют четверо военных модификантов, не прошедших в своё время демилитаризацию и сохранивших свои возможности; против них тебе не выстоять, да даже и против этих двух ты — ничто!
— Ты настолько высоко ценил Зиги? — растягивая слова, протянул Ал, при этом постоянно поддерживая связь с уже почти проникшими в здание дроидами.
— Зиги Знатока? Скорее, признавал его полезность… достаточно высокую, кстати. Ты хоть понимаешь, искатель, скольких людей ты оставил без прибыли своими действиями? Даже не тем, что ты убил Зиги — найдутся и другие, не менее умные и умелые… Но кто просил тебя выставлять всё это в общий просмотр?! Думаю, искатель, ты и сейчас ведёшь свой идиотский протокол? Ведёшь… Только он тебе не поможет — из моего кабинета в общепланетную сеть могу выйти только я, если отключу глушилку. А ты отсюда живым уже не выйдешь — и никому ничего не покажешь…
— Что, Знаток действительно работорговлей подрабатывал? — догадался о преимущественной сути претензий Ал.
— Правильно, искатель. Сложный, нервный и прибыльный, а в некоторых цивилизованных государствах, ещё и очень уважаемый бизнес. А ты в него влез и многому помешал! Мои… акционеры, скажем так — очень расстроились из-за значительных финансовых потерь, понесённых ими благодаря именно тебе. Сам понимаешь — в результате недовольства
— И как ты это обставишь, торговец? — неподдельно удивился Ал. — То, что ты меня пригласил, знают многие. И убить меня прямо у себя дома… Проблем не боишься? Не от меня — от искателей?
— Ты как в самом деле «дикий» — никто же не узнает, что тебя убили здесь! А потом твою машину найдут за городом, да и ещё живые люди Лоя похвастаются — свершившейся местью… Знаешь, мне лично ты вообще не нужен. Но ты испортил пару-тройку хороших сделок, и я просто обязан восстановить свой авторитет — а ценой, сам понимаешь, твоя голова… Ты мне вообще не интересен — значит, умрёшь быстро, если не станешь дёргаться. — и толстяк довольно откинулся на спинку кресла. Ал секунду подумал, а потом уточнил:
— А что, все торговцы поставляют рабов? Или кто-то один? И ещё — сколько вы можете отсюда отправить? Ведь людей на планете раз-два — и обчёлся, а Коллектор вовсе не самый многолюдный посёлок на Свалке?! Так какой бизнес на рабах можно делать, такими мизерными поставками?
Толстяк снова хохотнул и ответил, явно развлекаясь с жертвой, как кот с мышью:
— Людей поставляют из Стока, Хитрый Пуду, из Отстойника — Умник Доше, из Клапана — Жадина Ареш… Ну, и тут Знаток Зиги… был. Только ты не понимаешь, что поставляют они людей с неплохими мозгами, для производства биоискинов, и поставляют товар они далеко не всегда сами. Главное было — дать наводку, а дальше работа таких, как Караши Весельчак! В посёлках всё настроено под такой бизнес, у каждого «смотрящего» от собирателей в четырёх городах есть свои команды — они и ловят нужных людей. А ты думал, здесь креды делаются на мусорном хламе?! Знаток явно переоценил твои коэффициенты… Хотя мелких торгашей никто, конечно, в такое дело не пригласит, хе-хе-хе… Такая работа для солидных специалистов, которые умеют считать креды, и умеют не трястись над каждым кредом! Это Весельчак жадным был чересчур, прямо по месту решил разобраться с тобой. За что и был наказан — незачем было спешить и портить налаженное дело. Надо же — из-за двух жлобов на полтора месяца прервать поставки! — жирдяй перевёл дух и продолжил трепаться, ему явно хотелось повыделываться перед жертвой — На такие искины товар нужен штучный, его не бывает много, так что это вполне приличный источник доходов, искатель. Для искинов третьего-четвёртого рангов даже твои мозги пойдут, для второго уже нужны КИ двести и выше, первые у нас пока не попадались, это от трёхсот… Здесь, конечно, людей мало, но зато полиции и корпоратов нет совсем, да и итоги сканирования нигде не фиксируются! А каждый мозг на второй ранг стоит миллион-полтора — минимум! В год выходит человек десять-двадцать; да, немного, зато какие деньги! А ты налаженное дело разрушил — временно, конечно — и помешал нам зарабатывать. Да и замену Лою надо ещё подготовить, а то новый смотрящий мусорщиков кое-чего недопонимает пока, чистоплюй… Ты столько денег нам должен! Так что быстро давай коды к твоему оборудованию, место, где оставил машину, тогда умрёшь не больно. А о твоем мозге я позабочусь! — и он снова расхохотался. Ал кивнул, понуро пожал плечами… и бросился на пол! За дверью грохнуло, модификанты, ринувшиеся было к Алу, отвлеклись на мгновение, за которое Ал успел довернуть торчащий из кобуры ствол и выпустить веер игл по модификанту у двери! Напичканное усилителями тело бывшего военного получило в упор очередь из бронебойных и зажигательно-кумулятивных боеприпасов, напополам обоих типов, отлетело на вспучившуюся под давлением снаружи дверь, попыталось вскочить на ноги — и снова упало… Такую очередь и СБ-шные модификанты, что бы про них не говорили, не переварят без последствий… если вообще переварят! Мод был ещё жив и вполне опасен — любой мод опасен, пока не уничтожен гарантированно — но выученные знания подсказывали Алу, что у него не больше нескольких мгновений для реакции на второго модификанта, уже летящего через стол с игольником в руке! Искатель, просчитывавший предстоящий бой в течение всей болтовни с ублюдочным торгашом, оказался чуть быстрее противников — его изменённые нейросетью импланты давали немногим б
Неожиданно помог Агабар. Осознав, что что-то пошло неправильно, толстяк, недолго думая, врубил установленный в кабинете широкополосный станнер — полицейский «ошеломитель». Такие на полицейские броневики ставят, для разгона или ареста всяких маргиналов и толп гражданских… Под луч попали все присутствующие, включая самого Агабара! Толстяк, защищённый встроенными системами кресла, вжался в спинку и замер, оскалившись перекошенным ртом — ошеломитель именно так и действует, парализуя незащищённый организм комплексом звуковых, электрических и гравитационных колебаний (основной «удар» наносится по нейросети, через которую в свою очередь поражается периферийная нервная система разумного; именно поэтому очень эффективны как импланты защиты, широко применяемые армией и спецслужбами, так и кустарно изготавливаемые внешние технические и химические — проще говоря, «колёса» — нейтрализаторы, активно используемые криминалом). Ал — почувствовал значительную дезориентацию на доли секунды, как бывает, когда в полёте самолет попадает в воздушную яму — но по инерции продолжил доводку игольника и выжал спусковой крючок в момент, когда противник оказался напротив ствола (ну, и вокруг цели тоже иглами прошёлся — с запасом, чтобы мало не показалось!). Прыгнувшему моду не повезло больше всех — когда ошеломитель сработал, он как раз приземлялся на полусогнутые ноги и доворачивал свой ствол в сторону искателя. Неожиданная атака, с которой его импланты справились почти так же быстро, как и Аловы, привела к тому, что приземлился он не совсем удачно — подвернув ногу и упав в метре от всё ещё лежащего искателя, да к тому же носом вниз, прикрыв своим собственным телом вооруженную руку! Сильный толчок локтем и свободной рукой подбросили его над полом почти на метр — но игольник Ала уже резал повернутое боком тело от головы к животу, вспарывая облегчённый бронежилет, кости и мышцы! Голову строенным попаданием игл почти разорвало, оставив более-менее цельными только затылок и верхушку черепа…
Ал перевёл игольник на первого мода, обколотого аптечкой до состояния сомнамбулы (но благодаря этим уколам и вновь боеспособного), пытающегося дотянуться второй, неоторванной рукой до своего оружия, и щедро окатил и его очередью игл. Всё, и этот закончился, теперь не встанет наверняка… Второй поток сознания продолжал получать информацию от дроидов, зачистивших третий этаж бунгало и схватившихся с двумя оставшимися модификантами, поддержанными уцелевшими охранниками. Дроиды не могли в полной мере использовать ракеты, чтобы не попасть заодно и по владельцу, дверь кабинета дышала на ладан; а кое-как сдерживающие их в коридоре охранники не имели при себе тяжёлого вооружения, отбиваясь игольниками и плазменными карабинами — оружие убойное, но не слишком скорострельное, к тому же очень ограниченного радиуса действия… Ал ужом проскользнул к стене, вскочил на ноги и ещё выпрямляясь всадил пяток игл в живот Агабару — и без того успевшему получить несколько попаданий по конечностям и оттого пребывающему в отключке. Гражданский игольник защита, встроенная в кресло, выдержала бы — но усиленный офицерский иглострел в разы мощнее штатской свистелки, а армейские боеприпасы и рядом не лежали с гражданскими по убойности и пробивной силе! Три иглы сгорели в развёрнутой креслом по команде толстяка силовой защите (хорошо, что отреагировал он не сразу и успел поймать в тушку кое-что в самом начале перестрелки), одна бронебойная продырявила кишки и спинку кресла, удачно разнеся энергошину к основному реактору, вошедшая следом зажигательная пропекла в теле Агабара тоннель в пятнадцать сантиметров диаметром и прожгла дыру в сервисной системе, уничтожив разом обоих дроидов-ремонтников. Агабар, приходивший под действиями медаппаратуры в себя, вновь от боли потерял сознание, и кресло на резервном аккумуляторе приступило к оказанию медпомощи, так что сдохнуть сразу ему не грозило… хотя и пережить этот день — тоже. Ал перезарядил игольник, перебросил в левую руку, а правую завёл за спину и снял предохранитель с выпавшего в подставленную ладонь из рюкзака бластера. Отдав команду дроидам продолжать беспокоящий огонь, Ал осмотрел обоих модов, оттащил первого убитого подальше от двери, потом оценил саму дверь… Агабар всё же параноик! Эта преграда в юности тоже работала дверью в рубку или столь же ключевой пост (например — реакторный отсек) на каком-нибудь небольшом военном корабле — пусть не крейсерская наружная, но и далеко не «фанерка», с разбегу не вышибить! Толстенная и избыточно мощная — для планеты девятого класса опасности — она являлась довольно надёжной защитой от силового проникновения… если не знать одного интересного момента — любой «космический» вход имеет систему аварийной разблокировки. Проще говоря, дверь эту всегда можно вышибить из проёма вместе с рамой, подрывом заложенного при заводском изготовлении пирогелевого шнура — штатного аварийного способа вскрытия помещений спасателями или аварийщиками. Запустить реакцию — дело не самое быстрое, и в прямом столкновении с противником практически невыполнимое (хотя бы потому, что снаружи к этим закладкам не так-то просто добраться, тем более под обстрелом — хотя и изнутри, тоже не верх эргономики, аварийка всё же) — но, если враг вообще не противодействует, имеются соответствующие знания, и есть толика драгоценного времени… Ал в последний раз скорректировал данные по засевшим вдоль коридора охранникам — и активировал подрыв/сброс. С хрустом и скрежетом выдержавшая прямое попадание ракеты дверь, ярко полыхнув по периметру раскалённым металлом, рухнула в кабинет. Она ещё падала, когда Ал открыл огонь, всадив в бок поворачивающегося к неожиданной опасности (и оказавшегося без всякого прикрытия с этой позиции) модификанта бластерный заряд. Тонкая полоса огня протянулась вдоль коридора и вспорола тело человека, вывернув его почти наизнанку! Крови при таких ранениях не много, скорее дым и вонь… позже. Следующие бластерные выстрелы убили двоих охранников, не обратив внимания на их броню. Игольник в левой руке тоже сеял смерть, дроиды, получив поддержку, ринулись вперёд — но дикий вопль неожиданно прорезал шипение оружия и треск обугливающейся плоти:
— Не стреляй, офицер, хватит! Мы сдаёмся-а-а-ааа!
Ал от удивления прекратил огонь, и на пол коридора из разнообразных ниш и проёмов тут же полетели игольники и карабины… Остановив атаку дроидов, Ал с недоверием наблюдал, как из укрытий вылезают охранники, сразу становясь носом к стене и опираясь на неё ладонями. Среди них был и последний мод, тот самый, который конвоировал Ала к торговцу… Левая рука модификанта оказалась перебитой, хотя он и с одной рукой армейский мод оставался крайне опасен. Ал приказал дроидам обездвижить всех сдавшихся (узконаправленный шокер малого радиуса воздействия входит в штатное снаряжение любого дроида-телохранителя) и вернулся к толстяку. Агабар, обколотый противошоковыми и обезболивающими, полулежал в трансформировавшемся в ложемент кресле и стонал сквозь зубы. Искатель подошёл ближе, оценил ранения (раньше как-то не до того было) и поинтересовался:
— Агабар, ты понимаешь, что скоро умрёшь?
— Не имеешь права… по законам Содружества…
Ал перебил толстяка:
— Я не гражданин Содружества, да и не считаю все формальные законы идеальными. То, что я о них знаю, меня не приводит в восторг… Узаконенная работорговля, узаконенное убийство, узаконенный грабёж и насилие… Мне плевать, Агабар, что ты сам думаешь о себе. Просто теперь уже я спрашиваю — чем ты готов купить лёгкую смерть? Иначе — я буду убивать тебя долго… а ведь не собирался! Знаешь, я шёл сюда, думая, что буду разговаривать с действительно степенным и знающим себе цену торговцем, даже подарок тебе приготовил — соответствующий… со всем положенным уважением.
— Какой? — прохрипел Агабар.
— Пистолетик, генеральский… с инкрустацией камешками, и накладками из натурального дерева…
— По-почему — та-кой? — удивился торговец, даже перестав на мгновение стонать.
Поделиться книгой: