Цена притворства

По расписанию полонез сменялся вальсом. Когда Национальный филармонический оркестр России заиграл «Метель» Свиридова, Аскольд целомудренно приобнял меня за талию и закружил по историческому паркету. Перед глазами мелькали размытые образы праздничной толпы и блики света, отбрасываемые огромными хрустальными люстрами Колонного зала.

Было в этом какое-то таинство - скользить по паркету в бальном платье, как какая-нибудь дворянская дочка в былые века. Отдаваясь звукам музыки, полностью довериться партнёру и позволяя себя вести. Зная при этом, что стоит мне оступиться, мужская сильная рука поддержит. Я даже забыла на время, кто я, и тем более, кто мой партнёр.

Пальцы Аскольда прикасались к моей оголенной коже на спине, едва уловимо поглаживая между лопаток. По коже бежали мурашки, соски затвердели, а в животе образовалось непонятное томление. Это от живой классической музыки, конечно, не от Аскольда же!

Но музыка смолкла, а вместе с ней испарилось без следа и всё таинство. Я подняла взгляд на Бестужева.

Он почему-то внимательно смотрел мне в глаза, как будто впервые увидел, и не было между нами ни ссор, ни его скабрезных высказываний, ни попытки изнасилования. Мне даже показалось, как будто он и сам только что пережил то же самое, что и я. Музыка сменилась аплодисментами зрителей, и в следующий момент Бестужев «очнулся» и отстранился, прерывая зрительный контакт и даже слегка отталкивая. Оставшись стоять на паркете, я пыталась справиться с участившимся дыханием и  непонятными, доселе мне неизвестными ощущениями. И что это было сейчас?

После паузы дебютантки танцевали ещё один вальс, на этот раз Шостаковича. Этот танец не входил в обязательную программу вечера, и Аскольд больше не делал попыток меня пригласить. Я же, понятное дело, тоже не рвалась на паркет. А в перерыве ко мне подошла Немцова.

- Послушай, Ася, сейчас начнётся интеллектуальный конкурс. Не переживай, эти вопросы направлены не на знания, хотя, уверена, с этим у тебя всё в порядке. Нужно просто уметь держаться на публике, понимаешь? Оцениваются ясность изложения мысли, грамотность речи и общее впечатление. И умоляю, избегай дипломатических скандалов, ладно?

- Вы так переживаете по моему поводу, как будто считаете слабым звеном.

- Наоборот, ты самое сильное здесь звено, уж поверь мне. И если бы я могла сделать ставку, я бы поставила на тебя, девочка.

- Вы ведь опять что-то задумали, правда?

Немцова не успела ничего ответить, так как на паркет, держа в руке микрофон, вышел ведущий конкурса и по совместительству промоутер мероприятия Николай Буриян.

- Итак, давайте объявим интеллектуальный конкурс и узнаем, кто из девушек не только прекрасная, но ещё и премудрая, - прогремел в зале его голос, - я приглашаю на паркет наших очаровательных дебютанток.

- Не беспокойтесь обо мне, госпожа Немцова, - бросила я ей напоследок, прежде чем вместе с остальными одиннадцатью дебютантками выйти вперёд, – возможно, я здесь не самая умная, но уж точно не глупее остальных.

Играть в чужие игры я не собиралась. Как никогда раньше, для меня было жизненно необходимо оставаться собой, не стараться казаться лучше и не меняться под воздействием обстоятельств. Ведь естественность и искренность – это единственное, что у меня ещё оставалось и, потеряв себя, я потеряю всё.

Как я и предполагала, это был не конкурс, а позор.

Если первая девушка ещё кое-как выплыла на природном обаянии и свела вопрос ведущего к шутке, то Алиска, которая шла второй, провалилась с оглушительным треском. 

Сперва ведущий процитировал высказывание Ив Сен Лорана о моде, которая приходит и уходит, и стиле, который должен быть неизменен. Далее он задал Алиске вопрос: какие человеческие качества должны, по её мнению, оставаться неизменными?

- Я считаю, что человеческие качества должны быть неизменными… такие, как любовь, – заявила она.

Фееричный бред! С учётом того, что любовь - это не качество, а чувство.

- Прежде всего, надо любить и быть любимыми. Это поможет нам для…, - Алиска запнулась, а мне отчаянно захотелось, как в школьные времена, подбросить ей шпаргалку. - Для созерцания мира и всего… самого наилучшего.

Занавес. Аплодисменты.

Следующей на очереди была Наира Корнаул, дочь девелопера и владельца международной сети отелей, которая недалеко ушла от Алиски.

Когда ведущий спросил её, история какого человека или известной личности её вдохновляет, Корнаул ответила, что её вдохновляет не человек, а женщины, которые добились успеха в жизни.

Прелестно! Выходит женщины и не люди вовсе.

Нужно отдать должное ведущему, он тянул её как мог:

- То есть конкретных фамилий вы называть не хотите, чтобы никого не обидеть?

Наира задумалась, после чего выдала, что из известных личностей больше всех ей нравится Рома Зверь.

По шеренге девочек прокатился смешок, а я еле удержалась, чтобы не закатить глаза. Рома Зверь мне тоже нравится, но на личность для подражания обычно выбирают родителей, на худой конец какого-нибудь исторического деятеля, но никак не поп-идола. Ко всему прочему, Рома не женщина.

По мере того, как девушки менялись у микрофона,  я становилась всё более пунцовой. Ну, почему так получается? Говорят они, а стыдно мне. Некоторые дебютантки разбрасывались заученными фразами, которые хоть и звучали хорошо, но были абсолютно не по теме вопроса.

- А вы бы могли пойти по головам, чтобы достичь своей цели? – спросил ведущий у Каролины Разумовской

- Чтобы достичь своей цели, нужно учитывать свои возможности и, конечно же, благодаря поддержке своих близких и родных, верить, что всё обязательно получится.

- Но в трудных ситуациях вы будете бороться? Или красиво отойдёте в сторону?

Ну, надо же! Ведущий даже подсказал ей варианты ответа.

- Я считаю, что нужно всегда оставаться самой собой, - упрямо твердила Каролина.

С последним я была солидарна, но всё же вопрос заключался не в этом.

Следующей держать ответ была вызвана наследница скандинавских авиалиний Альбина Челоянц. К слову, Альбина широко известна своей злопамятностью и крутым нравом. Длинное платье, которое Немцова назвала «шторой из богатого дома», на мой взгляд, наоборот придало ей недостающей женственности.

- Альбина, мы все знаем, что алмаз превращается в бриллиант благодаря кропотливой работе ювелира. А какие знания лично вы хотели бы приобрести, что бы засиять для окружающих новыми гранями?

- Спасибо большое за вопрос, - начала Альбина, - я считаю, что не стоит чего-то хотеть, нужно брать и делать. Человек должен быть добрым – это самое главное, я считаю.

О, да. Доброта – это прямо твоя стихия, - не удержалась я от смешка. Между тем, Челоянц продолжала:

  - И поэтому я взяла шефство над домом престарелых. В моём подчинении сто двадцать бабушек и дедушек. Кроме того, человек должен быть умным. Я закончила авиационно-технический университет с красным дипломом…

- Потрясающе, - перебил её ведущий, - но какие знания вы всё-таки хотели бы ещё приобрести?

- Нууу… нет предела совершенству, - уклончиво ответила эта добрая самаритянка, которая не так давно избила стилиста за какую-то незначительную ошибку. -  Самая лучшая инвестиция - это в себя, - закончила Альбина.

И эта фраза была самой правдивой из всего ею сказанного.

Как я и ожидала, не обошлось на конкурсе и без скандала.

 Всем известная Лиана Савакян, дочь бизнесмена Гургена Савакяна, в начале  вечера прогуливалась по залу в чёрном платье от Юдашкина с открытым дерзким лифом и пышной газовой юбкой в силе glam rock, но для конкурса Савакян зачем-то переоделась в облегающее бежевое платье «Armani Vintage».

- Что для вас идеальная карьера? – спросил её ведущий.

На мой взгляд, это был самый лёгкий вопрос вечера, но Лиана почему-то повела себя странно. Оглядываясь назад, будто ища поддержки, она сперва переминалась с ноги на ногу, потом и вовсе впала в ступор.

- Раньше я хотела стать моделью, - наконец, выдавила из себя Савакян, - Вот. Но сейчас я с этим завязала и поступила на высшее образование. Я хочу связать свою жизнь с чём-то таким… ну, чтобы что-нибудь открыть… какой-то салон.

Если в начале её речи кое-где раздавались смешки, то теперь весь зал уже смеялся в голос. И тут Савакян сорвалась:

- Что у вас за тупые вопросы? Мой папа договорился, чтобы мне задали другой вопрос! Я вас всех засужу!

Бедняжка уже чуть не плакала. Как по мановению волшебной палочки рядом с ней очутилась Немцова и под всеобщее веселье увела её прочь.

Дальше всё происходило примерно в таком же ключе пока, наконец, десять уже высказавшихся дебютанток не покинули место действия и не остались только я и Лопырёва.

- Итак, у нас осталось всего две прекрасные девушки, - подвёл итог промоутер. Давайте же их обоих пригласим к микрофону!

Под зрительские аплодисменты мы с Маринкой неспешно подошли к конферансье.

- Ася, - повернулся он ко мне, - я слышал, завтра у вас знаменательный день, вы выходите замуж, это правда?

- Да, это так, - ответила я.

- Что ж, мы все вас поздравляем! И ваш избранник никто иной, как сводный брат нашей второй прелестной дебютантки, Марины Лопырёвой. По этой причине вы пришли в одинаковых нарядах?

Прежде чем я успела что-либо ответить, Маринка сцапала микрофон из рук Николая Бурияна.

- Добрый вечер зал, добрый вечер уважаемые гости. Нет, для нас обоих это стало приятным сюрпризом, - соврала и даже не покраснела Лопырёва, - и по примеру прекрасной Джины Лобриджиды и не менее прекрасной Элизабет Тейлор, которые встретились на одном светском мероприятии в одинаковых нарядах, мы с Асей решили сделать вид, что так и было задумано.

- Вы большие молодцы! – забрав назад свой микрофон, прокомментировал её слова ведущий. – Но всё-таки, девушки, неужели для вас совсем не важно быть уникальной и выделяться среди остальных?

Я опять не успела перехватить этот чёртов микрофон. Маринкина цепкая ручка с перламутровыми коготками вырвала его прямо перед моим носом.

- Как и для любой девочки, для меня, конечно же, важно чувствовать себя особенной. Но намного важнее в любой ситуации оставаться самой собой, - ответила Лопырёва.

- То есть отчаянно выделиться не хотите?

- Нет, ни в коем случае.

- Вы тоже так считаете, Ася?

Ну, что мне оставалось ответить, если эта мымра полностью озвучила мои мысли? Но всё же хоть какой-то ответ от меня, так или иначе, ожидался, и я решительно взяла микрофон из рук ведущего.

- Знаете, Николай, - я повернулась к публике, к которой до этого стояла боком, - я считаю, что незабвенная Элизабет Тейлор, так же, как и Джина Лобриджида и наша прекрасная Марина Лопырёва немного лукавили, убеждая нас в том, что если нельзя изменить ситуацию, можно всего лишь изменить отношение к ней.

Оглядев зал, я наткнулась на напряжённый взгляд Аскольда. Рядом с ним Маринкина мать держала под руку Эдуарда Бестужева. В отличие от своего сына и супруги, мой будущий свёкор, казалось, забавлялся происходящим.

- На самом деле, всё намного проще, - продолжила я свою мысль, - есть вещи, которые от нас не зависят, и единственное, что нам остаётся, это сделать вид, что относимся к ним снисходительно. Мы же не можем указывать погоде, когда идти дождю. Мы просто берём с собой зонт. Хоть это совсем не значит, что с зонтом мы чувствуем себя особенными.

- Весьма дерзкий ответ, - прокомментировал мои слова ведущий.

- Зато честный, - парировала я.

Ещё бы! Ладно ещё, мужчины. Но неужели хоть кто-то из присутствующих в зале дам поверил в Маринкины бредни насчёт приятного сюрприза в виде одинаковых платьев? Смешно! Интересно, кроме меня, осмелился бы кто-нибудь ещё заявить об этом прямо?

«Немцова бы осмелилась» – ответил уже знакомый внутренний голос.

Я перевела взгляд на улыбающуюся мне Руслану, и тут же вспомнились её слова: «ты очень напоминаешь мне меня саму в твоём возрасте»

Не правда! Я не интриганка! Я просто не люблю, когда врут!

- Ну, хорошо, девушки, хватит о нарядах, - ворвался в мои размышления голос ведущего. - Давайте поговорим о политике.

Маринка напряглась, а я, вспоминая наставления Немцовой, злорадно приготовилась к мести за нанесённые Маринкой увечья.

 - Как вы считаете, стоит ли женщинам заниматься политикой или это совсем не женское дело? Ася? – Буриян поднёс к моему лицу микрофон, который на этот раз Маринка что-то не спешила отнимать.

- Николай, мне кажется, было бы нечестным забирать этот вопрос у Марины, которая как раз изучает международные отношения, - с улыбкой произнесла я.

Повернувшись к Маринке, я вернула ей её ехидную улыбочку.

- Я считаю, что человек должен заниматься той деятельностью, которая приносит ему максимум позитива, - уклончиво произнесла Лопырёва.

И я её прекрасно понимала. Существуют два абсолютных бонтонных табу: темы политики и религии. Разглагольствовать во всеуслышание на одну из них, особенно если при этом ещё и выразить собственное мнение, это светское самоубийство. Ни по одной из этих тем не существует единого правильного мнения и, выразив своё, мы автоматически настраиваем против себя тех, кто придерживается другого.

Маринка передала микрофон мне, показывая, что этот вопрос для неё закрыт.

- А я всегда считала, что занятие политикой, прежде всего, должно приносить позитив гражданам нашей страны, - произнесла я с улыбкой, вызвав в зале всеобщий смех.

Лопырёва покраснела и наградила меня убийственным взглядом.

Ведущий же, пряча улыбку, задал последний вопрос, который адресовался мне:

- Ася, что бы вы выбрали: быть красивой или быть интеллектуалкой?

Ну, нет, я так не играю! Стало даже обидно. Поинтереснее вопросов у них там нет что ли?

- Каждая умная женщина знает, как сделать себя привлекательной. Для меня эти понятия тождественны, - ответила не задумываясь.