Наставник

Антон пожевал губы, потом произнес — Поговорим позже, — и быстрым шагом двинулся в сторону лифтовой шахты. Вопреки ожиданиям, лифт поехал не вверх, а устремился вниз. На спуск ушло никак не меньше пятнадцати секунд, с чего Дим сделал вывод, что логово брата располагалось очень глубоко.

— Располагайся, — Антон повелительно махнул рукой, приглашая Дима. — Нас ждет долгий разговор. Испанский херес, португальский портвейн? Удивительные напитки, в них чувствуется характер Конкистадоров! — предложив, он открыл деревянный шкаф, где располагалась внушительная коллекция бутылок. — О, даже граппа из Французского Халифата есть! Будешь?

Дим отрицательно покачал головой. Сегодня он должен был быть трезвым, как никогда.

— Зря братишка. Зря! — Антон неодобрительно покачал головой и, взяв в руку круглый бокал, наполнил его из одной бутылки. Усевшись в кресло напротив Дима, он внимательно посмотрел в его глаза, а затем уже серьезно произнес: — Продолжай.

— Что продолжать? — не понял вопроса Дим.

— Где я ещё прокололся. Ты сказал, что эпизодов было несколько, — Кажется Антон до конца не верил и хотел поймать Дима на лжи. Потому как он отреагировал на свой первый прокол, создавалось впечатление, что брат очень болезненно воспринимает критику. И это немного напрягало.

Дим кивнул и собравшись с мыслями начал перечислять.

— Помнишь Рууза? Это ведь ты подослал мальчика?

— Только в последний раз, — холодно произнес Антон. Он нервно перебирал бокал, так и не притронувшись к напитку. — Как ты это понял?

— Я понял это только впоследствии, когда анализировал произошедшее. Мальчик скорее всего и сам не знал, кого ему нужно будет привести в засаду. Слишком натуральными выглядели его эмоции. И уж тем более, неестественным было твое появление и помощь.

— В старых фильмах герои всегда так поступали, — хмыкнул Антон.

— Знаешь, чем отличаются старые фильмы от реальности? Они плод человеческой фантазии! Ни один наркоман или, тем более, таксист на рабочей машине не станет ввязываться в конфликт против банды вооруженной автоматическим оружием.

— И как же нужно было поступить? Бросить друга? — кажется, слова Дима вызвали удивление брата.

— Без угрызений совести, — подтвердил Дим. — Но даже не это было главным. Ты не просто бросился мне на помощь, ты по сути в одиночку расправился с бандой вооруженных бойцов! И это была не симуляция, они воевали всерьёз!

— Тебе правда понравился этот трюк с аэрозольным баллончиком «Красной Звезды»? — Антон улыбался как ребенок, — Я его дня четыре придумывал!

— На этом ты прокололся, ни один наркоман не в силах был выдумать что-то подобное. После наркодайвинга у них вместо мозгов желе! К тому-же, ты убил людей. Ни в чем не повинных людей, — улыбка Антона тут же сменилась напряженностью, если не сказать злостью.

— Они просто бандиты! Ты думаешь, на их руках нет крови?

Антон был свято уверен в своей правоте, и неудобные вопросы ему не нравились.

— То, что они бандиты, я не сомневаюсь. Вот только, если ты их нанимал для «мокрых» дел, то кровь на твоих руках. Они всего лишь исполнители, — Дим понимал, что ходит по краю, однако не мог смолчать об этом.

За свою жизнь в третьем периметре Нового Ковчега встречал много таких, кто в течение недели управлял бандой, а в воскресенье, в числе первых, шел в храм. Причем, эти люди искренне считали, что если поставили свечку и провели полчаса перед образами, то получили индульгенцию на любые прегрешения.

— Дим, прекрати, — сейчас ему показалось, что терпение Антона подходит концу. — Ты портишь моё настроение. И к тому же, они хапнули сто кратную порцию опиатов и умерли сладкой смертью. Поверь, это лучше, чем если бы их пустили на органы. Человек умирает долго, а анестезия не всегда действует.

— Ну, обо мне ты, наверное, многое знаешь. Расскажи о себе, чем ты занимался двадцать три года, — Дим попробовал сгладить углы и перевести разговор в другое русло.

— Знаю, — жеманно кивнул Антон и наконец сделал глоток из бокала. — Но не думаю, что моя жизнь была проще твоей. Скорее даже наоборот. — и Антон начал рассказ.

Он тоже считал себя сиротой, а его мать, как написано в деле, работала в публичном доме. На этом он усмехнулся, сказав, что все это неправда. На самом же деле и Дим, и Ром, оказывается именно так его звали по документам из сиротского дома, были частью одного эксперимента.

Доминион Мираж, имевший карт-бланш на исследования, которые лежали за гранью человеческой морали, двадцать пять лет назад начал свой опыт. Оливия Дементьева — наставница Леры Ро, нынешней главы Миража, решила, что человечество в том виде, в котором оно существовало, обречено. Поэтому она запустила свой эксперимент, а именно: выбирала родителей с выдающимися способностями и скрещивала их, после чего помещала детей в детские дома и следила за их прогрессом.

Оливия Дементьева на протяжении практически всей своей жизни собирала генетический материал у выдающихся людей. Самые сильные, ловкие, умные, красивые. Мужчины и женщины, Технократы и Граждане — она уравняла касты, желая вывести совершенного человека. А в качестве испытания для таких детей была жизнь, которая начиналась в сиротском доме.

Но, спустя девять лет с момента начала эксперимента, в Мираже произошел переворот. Без крови и насилия, как это делают мужчины. Всё сделали интриги и женское коварство. Так, главой Миража стала сначала Элеонора Ро, а спустя еще четыре года ее место заняла дочь и нынешняя правительница доминиона — Лера Ро.

Неизвестно, что произошло с данными и теми, кто втайне наблюдал за подопытными детьми, но эксперимент забросили. Сколько таких было? На этот вопрос Антон не мог ответить с уверенностью, но счёт шёл на сотни. Многие потенциальные участники эксперимента уже были на примете Антона, однако, до них либо не было возможности добраться, либо он ошибался. В этот момент Дим усомнился в искренности Антона, однако не стал высказывать свои опасения. В конце концов, сейчас он находился в его власти и кто знает, что придет в его вспыльчивую голову. Дим не обманывался родством и прекрасно понимал, с кем имеет дело. Человек, который негласно подчинил себе весь Невский синдикат, не мог быть лиричным человеком.

По всему выходило, что Дим и Антон братья по отцу. От него они оба унаследовали высокий интеллект, а вот матери им подарили другие черты характера. Дим был рационалистом и любителем механики, как его пока неизвестная мать, а Ром имел другой талант — читать людей, как открытые книги. Дим несколько раз спрашивал, кем был отец, но каждый раз брат уходил от ответа, ссылаясь, что ещё не время.

У Антона и в самом деле был талант к разговору, Дим и сам не заметил, как неожиданно их разговор перетек в реальное время и положение брата. Парень был тщеславным и не скрывал этого.

Он буквально упивался, рассказывая о том, что фактически весь Невский Синдикат принадлежит ему. Вернее, город принадлежал Технократам, которые были у него в кулаке.

Парень не стал рассказывать, каким образом завладел такой властью, Дим смог убедиться, что Антон был прирожденным оратором, но жилка рациональности и анализа подметила то, что брат не хочет рассказывать ему обо всем. Дальше Антон начал рассказывать то, о чем и так знал или о чём догадывался. Все-таки, история главы корпорации-монополиста в сфере средств массовой информации была в общем доступе.

В шестнадцать лет каким-то образом Антон смог получить временную работу в «Инфо Тех». Корпорация принадлежащая Доминиону. «Инфо Тех» на деньги налогоплательщиков поддерживал работоспособность всего, что принадлежало городу и работало на электричестве. Начиная от световой иллюминации, рекламных билбордов, указателей и камер. И заканчивание поддержанием работоспособности серверов Системы.

Причем, корпорация была полностью самодостаточна и изолирована от вмешательства извне. За всем следили ИИ Системы. Но на поддержание работоспособности нужны были люди: кто-то должен был чинить боты-уборщики, вводить в строй новые сервера, писать софт, менять лампочки, и вывозить мусор. Парня, который вышел из сиротского дома, не могли взять никуда выше мусорщика.

Дальше официальная и реальная версии головокружительного роста Антона расходились. По официальной версии, молодой технократ, за шесть лет выросший от Гражданина до Технополита, упорно трудился сначала в «Инфо Тех», а затем перебрался в качестве аналитика в «Миллениум Инфо», где и совершил головокружительную карьеру.

В реальности все оказалось куда более фантастично и прозаично одновременно. Стоило парню пройти ДНК экспертизу, как его карьера пошла вверх. Сначала Антон думал, что всего добивался своим умом и везением, но вскоре появился его тайный ангел хранитель: Артем Шатунов — единоличный создатель самообучающейся программируемой машины на блоках ИИ или, как ее называют обыватели, Системы.

Артём Шатунов был донором в программе Миража и владел самой большой базой данных в Конфедерации, не прекращал усилий найти своих детей. Нашёл ли он кого-то, история умалчивает, но стоило Антону пройти ДНК-верификацию своего идентификационного номера для устройства на первую работу, как Шатунов признал его сыном.

— Значит вся эта история, написанная в твоей биографии, это просто красивый миф?

— Гражданам нужно во что-то верить, — хмыкнул Антон. — И потом, не все что там написано — ложь. В конце концов, я и в самом деле самый одаренный аналитик и психолог во всей Конфедерации! По-твоему, иначе как бы я смог за три года стать самым влиятельным человеком в Невском Синдикате?

— Что-то слабо верится, — Дим не сомневался в том, что перед ним сидит самый могущественный человек города, но нарочно показал иронию, желая сыграть на эго брата.

От слов Дима, Антон едва не прыснул содержимым бокала в негодовании.

— После всего, что ты видел, ты сомневаешься? Да я читаю тебя, как открытую книгу! Тебя и всех остальных людей.

— Докажи! Что я сейчас думаю? — парень внутренне улыбался, понимая, что добился чего хотел.

— Ты напуган и не доверяешь мне. Ты принял помощь, понимая, что без меня тебе не выкрутится. Ещё я знаю, что ты не относишься ко мне как брату. Для тебя я чужой человек, но ты все еще стараешься изображать из себя младшего брата, в надежде, что я смогу вытащить твою голову из петли. Так?

Он испытующе смотрел на Дима, видимо, боясь получить отказ. Нервы у Антона шалили, да и с головой было не все в порядке. Впрочем, это соразмерная плата, которую, в той или иной мере, отдает каждый выдающийся человек. Гениальность и безумие идут рука об руку.

— Ты прав, — Дим склонил голову. — Всё так. Но зачем я тебе? Только не рассказывай про братские узы и то, что кровь не вода. Оставь эти сантименты для Граждан.

— Я в тебе не ошибся, — осклабился Антон. — Всего за три с лишним года я завладел Невским Синдикатом и все, что мне нужно, это самая малость — вся Конфедерация!

Глава 4

— У тебя уже есть Невский Синдикат. Почему ты его не превратишь в рай? Может стоит начать с малого? — предложил Дим.

— Начать с малого? Превратить в рай? Зачем? — картинно удивился Антон. — Зачем мне делать что-то и для кого-то? Для меня никто никогда ничего не делал!

— Это порочный круг, не находишь? — Дим не согласился с ним. — Не находишь, что многие сироты достойны большего, чем прозябать в нищете? Лично я хочу основать свое поселение, возможно даже Доминион.

— Ты идеалист, братишка, — засмеялся Антон. — Зачем строить новый Доминион, когда они уже построены и населены сотнями тысяч рабов?

— Каких рабов? — не понял его Дим. — Ты хотел сказать жителей?

— Я сказал то, что хотел сказать. Ты же знаешь, кем были рабы? Им платили ровно столько, чтобы хватило на еду и содержание. Впритык. Не больше и не меньше. А Граждане разве сейчас живут иначе?

По спине Дима пробежал холодок. Нет, он никогда не сомневался, кем был самый влиятельный человек Невского Синдиката. Келерд был не лучше, если не сказать, что был его виртуальные копией. Но он, по крайней мере, заботился о благе города. На краю сознания промелькнула крамольная мысль: «Может быть стоило позволить этим двум врагам победить друг друга?». Но, сделанного не вернёшь, поэтому нужно использовать убийство Келлерда, как козырь.

— Давай оставим эту тему, — примирительно предложил Дим. — Лучше скажи, что мне делать с предстоящим судом. Я не хочу остаток своей жизни быть вне закона. — Дим в очередной раз решил надавить на эго брата. — Ты ведь можешь мне помочь?

Антон удовлетворённо осклабился и плеснул себе ещё порцию. Его лицо покраснело от выпивки, этим было нужно пользоваться.

— Ты знаешь, кто тебя хотел убить? — Дим начал издалека.

— Братишка, я уже сбился со счету. Вот только они не могут, потому что не знают, кого нужно убивать? Анонимность — это лучшая защита, — даже тут Антон не упустил возможности покрасоваться.

— Я говорю не о ком-то абстрактном. Два месяца назад Система выдала мне задание идентифицировать тебя, — сказал Дим и Антон напрягся, а через мгновение бокал в его руке лопнул от силы сжатия. Однако, он не придал этому значения, продолжая смотреть в механические глаза Дима.

— Ты передал информацию? — сквозь зубы произнес он.

— Келлерда больше нет, — произнес Дим, как будто ничего не произошло. Парень понимал, что плохой актёр и Антон его наверняка расколол. Но сейчас происходила немножко другая игра: если ты знаешь, что твой противник знает, что ты знаешь, но делает вид, что не знаешь… — Я его убил.

— Кто такой Келлерд? — Антон продолжал буравить Дима взглядом.

— Самосознание, которое появилось поверх Системы. По крайней мере, он так себя называл.

— За это определенно стоит выпить! — предложил Антон и поднялся из глубокого массажного кресла. — Есть у меня бутылочка хорошего вина…

— Обязательно выпьем, — согласился Дим. — Но после того, как ты расскажешь, что случилось с отцом. А также, объяснишь зачем тебе я. Только оставь зти красивые сказки, как ты сказал, для рабов.

Антон остановился на полушаге и замер.

— Давай начнём со второй темы, — Не оборачиваясь, произнёс он и подошел к барной стойке, перебирая бутылки.

Дим понимал, что рискует. Наверняка, у такого продуманного человека, подмявшего под себя Доминион, в баре есть бутылка со снотворным или ядом. Но и у Дима был «козырный туз» в рукаве, который ему «подарил» Шехзаде Селим.

Антон извлек бутылку, а затем открыл другую полку и начал выбирать подходящие бокалы. Дим не торопил его, и спустя минуту тот начал рассказ.

— Знаком с официальный версией смерти отца? — уточнил хозяин дома и Дим отрицательно замотал головой. — Так вот, по официальной версии, он умер вследствии отказа сердечного импланта, который был поврежден в момент одного из экспериментов.

— Это ведь глупости, — невесело хмыкнул Дим. — Человек, работающий с электричеством, прекрасно знает насколько уязвима техника.

— И тем не менее, народ проглотил эту «клюкву». И всё благодаря мне! Средства массовой информации имеют большое влияние на общество. Люди — это стадо, заставить их верить в то, что нужно тебе, несложно. Главное, знать как это делать.

— Отклонился от темы, — Дим мягко вернул его к сути разговора.

— А, так ты об этом? — ничуть не смутился Антон и с ленцой, будто бы устало произнёс: — Я его убил.

Дим замер. Он не мог поверить, что слова Антона ему не послышались. Нервный комок сковал грудь и подкатился к горлу. Стоило больших усилий вернуть самообладание. Но сейчас оно было нужно Диму как никогда.

— Причина? — сухо поинтересовался он, хотя внутри все клокотало от гнева.

— Скажем так, наши взгляды на мир в корне расходились. К тому же, мне были нужны его ресурсы. Думаю, если бы вы познакомились, вы бы сошлись характерами. Старый дурак был хоть и гением, но идеалистом. Представь себе, он хотел уравнять Касты и сделать все инфокарты бесплатными! Мол, если человек в чем то талантлив, то не нужно ограничивать его рамками. Пусть развивается во благо Конфедерации! Да он нарушил бы весь экономический строй доминионов! Он был дураком и идеалистом. Я не мог поступить иначе. — Антон развернулся, сжимая в кулаке штопор, и со сладкой елейностью в голосе произнес. — Или ты считаешь, что цель не оправдывает средства?

Диму потребовались усилия, чтобы преодолеть себя. Но он сказал то, чего от него не ожидал брат.

— Высокая цель оправдывает любые средства. Как говорили наши предки: лес рубят, щепки летят.

Антон «просмаковал» новое для себя выражение, а затем сказал:

— Звучит красиво. Что это значит? Я не совсем понимаю этимологию этих слов. Хотя, смысл мне ясен.

На самом деле, Дим полгода назад и сам не смог бы объяснить, что значит эта крылатая фраза. Но, после знакомства с Дикими, которые в большинстве своем готовили еду и обогревались дровами, он понял значение поговорки.

— Когда наши предки рубили лес на дрова для разведения огня, от него неминуемо отлетали щепки — маленькие кусочки древесины. Смысл этой фразы таков: не нужно сожалеть о малых потерях, когда впереди большая цель.

— Подумать только, раньше древесину жгли только чтобы согреться, а сейчас она стоит дороже серебра! — тут он указал на кресло, на котором сидел Дим. — Кстати, это кресло обошлось мне в пятнадцать тысяч империалов! Между прочим, это амазонская кумару! Доставлена из доминиона новых ацтеков.

— Южная Америка? — Искренне удивился Дим. Так далеко его познание в плане географии не заходили. — Мы снова отклонились от темы. — Дим поймал себя на мысли, что брат пытается увести разговор в сторону. — Зачем я тебе нужен?

— Я нашёл у тебя свой нейроинтерфейс, — Нехотя ответил Антон. — Признаюсь, сначала мне хотелось убить того, кто сорвал сделку с Халифатом пяти морей. Тогда для меня они были важными союзниками.

— С их помощью ты хотел подорвать энергетическую независимость Нового Ковчега?

— Не только. Ещё мне интересны технологии силовых щитов и оптики. Ты ведь уже встречался с дервишами? — Отрицать было бессмысленно, поэтому Дим кивнул. — Но и это еще не все. По моим прикидкам, уже этим летом турки должны были напасть на самый южный Доминион Конфедерации. Тогда я взял бы его без боя. Теперь ты понимаешь, как дорого мне обошлись твои фокусы?

— То есть, Герц работал от тебя? — уточнил Дим, переваривая полученную информацию.

— Эх, младший братик. Пора бы тебе уже понять, что ничего не происходит без моего ведома. Кстати, тот бот, которого ты встретил во время проведения Тендера…

— Управлял им ты, я уже понял, — Дим позволил себе перебить Антона.

— Надеюсь, ты оценил по достоинству технологию мимикрии силового щита? Кстати, как ты меня вычислил тогда, в первый раз?

— Когда снаряд попал в здание и не разрушил его. Я понял, что что-то не так. Тем более, на это указывало мерцание силового купола.

— То есть, если бы его не было, ты бы и не понял, что здание — это мой наблюдательный бот?

— Я никогда не встречал такие технологии, — пожал плечами Дим.

— Ну так вот. Я сначала хотел убить тебя и заполучить технологии управления ботами. Во время рендера ты проявил себя, и я подумал: «Лучше иметь такого союзника. В конце концов, инфокарта, которую ты изобрел, — это твое первое открытие, и Одному Богу известно, чего ты добьешься в будущем! Я хотел получить такого ценного специалиста в свои руки. Вместе мы, определенно, захватим не только Конфедерацию, но и весь Континент!». На этом всё? Теперь мы можем выпить? — улыбнулся он наконец, избавив бутылку от пробки.

Дим мгновение поколебался, прикидывая, есть ли в вине яд, но протянул руку с бокалом, подставляя его под горлышко. Антон разлил вино по бокалам и протянул руку, чтобы чокнуться, но Дим в последний момент убрал свою и покачал головой.

— Брат, давай поменяемся, — предложил Дим, не отводя взгляда от собеседника.

Антон осклабился в неприятной улыбке, но перечить не стал, протянув свой хрустальный бокал на высокой ножке.