Помоги проекту - поделись книгой:
— Мы так переживали, так переживали, — скороговоркой произнесла Агапа. — Я даже начала оду по тебе складывать. Правда, получилось только название и первая строчка. "Песнь о похищенной красавице". Начиналось так: "Стыбзили иглотыки подругу…"
— У тебя явно талант, — похвалила я.
А что? Всем приятно быть красавицей. Ну и пусть преувеличение, зато преувеличение в нужную сторону.
— Что там было? — подскочила черная, как уголек, Маньяра.
Я оглянулась на портал — вроде пока никто не показался. Тогда я дала своему воображению волю. А что? Когда все позади, можно и приврать немного.
— Ой, девчонки, попала я в такое место страшное… — само собой, тут я сделала паузу, чтобы они прочувствовали весь трагизм ситуации. — Там скелеты на каждом шагу висят, души неприкаянные ручонки призрачные тянут и стонут так жалобно, аж сердце разрывается. Кругом темно как в одном месте у… — тут мой взгляд упал на Маньяру, и я вспомнила о политкорректности, — у индейца.
— А что там было? — ахнула Агапа.
— Как что? Сразу целоваться полез, на колени встал и начал умолять о женитьбе. Мол, влюбился и жизнь готов отдать безвозвратно. А я такая холодная стояла и все мольбы отвергала…
— А он страшный?
— Конечно страшный! Зубищи в пол, ручищи в потолок, глазищи сикось-накось. Волосики жиденькие и опадают, как листья по весне. А мне и задарма не надо такого сокровища, не для того маманя ягодку растила. Вот и начал он угрожать, что запрет в самой высокой башне и приставит для охраны дракона.
— А ты?
— А я ему в глазенки плюнула, ногой по паху добавила и выругалась от души. Эх, если бы не появились преподаватели, то кранты пришли бы колдунишке, — я улыбнулась и сдула прядку со лба.
Да уж, надо было видеть ошарашенные лица моих одногруппниц — в их глазах я стала помесью былинного богатыря, черепашки-ниндзя и супергерл. Странное сочетание, но именно оно отражалось в восхищенно распахнутых глазах.
А между тем начали появляться преподаватели. Они были вспотевшими, испачканными гарью и с прожжеными проплешинами на мантиях. На щеке Симпатира появилась длинная царапина, что, впрочем, лишь украсило его.
Все как один посмотрели на нашу группу и вышли вон, оставив после себя запах горелых тряпок. Последним появился герцог. Бедный, похоже, что ему досталось больше всего, так как цветом кожи он сравнялся с Маньярой. Только белки глаз яростно сверкают.
— Девочки, ввиду непредвиденных обстоятельств, на сегодня экскурсия закончена. Внизу вы можете увидеть расписание, не забудьте номер кабинета. Обеда и ужина сегодня не будет, еда прилетит к вам в комнаты. В целях вашей безопасности, комнаты покидать не рекомендуется. Если кому нужно, то для оправления физиологических нужд мы можем принести ночные горшки.
Мои сокурсницы поморщились. Я тоже решила, что лучше прогуляться до туалета, чем терпеть в комнате горшок с фекалиями. Это только высокородные особы могли себе позволить такую фигную под кроватью, а мы пока еще только готовимся ими стать, поэтому пока сходим по скромному.
В уборную, а не так, как вы подумали… Ой, в общем, вы поняли.
— Скажите, а что там с магом? — решила я блеснуть осведомленностью. — Он остался жив после вашей атаки?
— Да, и почему-то он теперь зол именно на тебя, дитя, — вздохнул герцог. — Прежде чем сбежать, он прокричал, что вернется за тобой и тогда тебе точно не поздоровится. Бедное дитя…
Улыбки на личиках девушек будто сдуло налетевшим ветерком. А у меня шевельнулись волоски на шее — таким печальным тоном это было сказано, словно Крысиус произносил эпитафии на моих похоронах.
— И что? Вы же снова окажетесь рядом и наваляете ему по первое число? — я постаралась улыбнуться, но улыбка почему-то сползла вниз, изображая мину грустного клоуна.
Герцог вздохнул и развел руками. Почему-то этот вздох показался мне приговором. Я почувствовала, как по спине прошлась рука смерти и вздрогнула. Сзади ойкнули. Я обернулась и увидела, что это вовсе никакая не смерть, а Агапа, которой вздумалось меня утешить.
Эх, плюшки-ватрушки, от такого утешения недолго и инфаркт Миокарда заработать. Мне срочно требовалось утешение. Литр! Нет, это вовсе не вода, и не водка. Я всегда утешаюсь чаем с малиновым вареньем. Как раз его-то мне сейчас и не хватало.
— Я не могу всегда находиться рядом, но… — с этими словами герцог полез в карман обгорелой мантии, — но я могу дать тебе вот это.
Он протянул мне небольшой кругляшок на веревочке. Обычный кругляшок, не больше пяти рублей. Даже без рисунка, гладкий и… и чуть теплый, будто его только что сняли с осенней батареи центрального отопления.
— Как только почувствуешь, что он становится ледяным — тут же бери его в руки и думай обо мне. Медальон будет предупреждать об опасности, — сказал герцог.
— А почему он теплый? Что у него внутри? Уголек? — постаралась улыбнуться я.
Ну надо же было как-нибудь разрядить обстановку.
— Нет, там нос любопытной Варвары, — с серьезным видом ответил герцог. — Она тоже хотела заглянуть — что внутри.
— Ой, да ладно, — отмахнулась я, но желание проверить как-то отпало.
— Идите по комнатам, девочки, — тяжело вздохнул герцог. — Я тут пока кабинет приведу в порядок.
Мы потихоньку вышли и потянулись к комнатам. На душе было неспокойно и… как- то мерзко. От этого мага, что ли?
Стоило только двери за нами закрыться, как с другой стороны послышался звук падения, будто уронили свернутый в трубу персидский ковер. Я попробовала дернуться, но дверь была крепко заперта, когда же прислонила ухо к деревянной поверхности, то услышала сдержанный стон.
15
Я сидела возле окна и смотрела на солнечную улицу. Какая же там ляпота — люди гуляют и радуются теплым денькам, собаки машут хвостами и радостно поднимают лапы возле деревьев, голуби радостно оставляют пожелания денег на шляпках и плечах. А мне приходилось сидеть на экзамене и изредка подглядывать в телефон.
Я пошла на заочное экономическое отделение не просто так — мне нужно было отвлечься от мыслей о разводе. И я углубилась в учебу с головой. Вот только на экзамен по бухучету я взяла с собой телефон, чтобы уж наверняка можно было получить хорошую оценку.
Списала хорошо, незаметно и быстро. Вот только спрятать телефон было некуда — я надела легкую юбку и полупрозрачную блузку. Пришлось его спрятать в бюстгальтер. Как умная девочка Маша я выключила телефон, сняла его с вибрации. В общем, обезопасила себя целиком и полностью.
Единственное, что я забыла — выключить вспышку. Когда я перевела взгляд с улицы на преподавателя, то оказалось, что уже несколько минут подмигиваю ему правой грудью. В его очках отражались редкие вспышки. И почему-то преподаватель напоминал мне мага Похотуна. Он скривился, открыл мою зачетку и…
— Подъем, первокурсницы! — донеслось из соседней комнаты.
Я открыла глаза и улыбнулась. Это всего лишь сон, всего лишь дурной сон.
Хотя, может, я и хотела бы вернуться обратно. Вернуться туда, где все понятно, где платочками машут лишь на полустанке, и редко когда можно увидеть настоящего иглотыка. Мой папа, царствие ему Небесное, иногда видел их, и даже гонял, особенно когда на заводе происходила получка, и он забегал с коллегами в рюмочную «Второе дыхание».
А с другой стороны — тут скучать не приходится. Вечером мы подружились с девчонками еще больше. Джулия к нам больше не вернулась и ее заменила Маньяра. Оказалось, что ее похитили с выступления Энрико Иглесиаса, когда она в перерыве вышла в туалет. До сих пор не могла простить похитителям пропуска заявленных хитов.
Мы еще немножко поболтали, пока к нам не прилетел обед на блестящих подносах. Очень удобно — подносы прилетели, встали на столик, а после того, как мы поели — подносы умчались прочь. Вот это сервис, мне даже захотелось оставить чаевые, вот только официантов нигде не было видно.
Когда мы выходили в коридор, то видели наших преподавателей, которые ходили вдоль стен, помахивали платками и бормотали под нос заклинания. Я ничего не разобрала, но, судя по серьезному выражению лица Симпатира, дело приняло серьезный оборот. Я даже загордилась от осознания того факта, что причастна к этой суете.
Фрейлина Арифметина шепнула нам по секрету, что до этого дня магу всегда удавалось украсть первокурсницу, а вот со мной у него вышла загвоздка — он не успел закрыть магический портал и остальные преподаватели нашли его замок. Похотун страшно рассвирепел, когда добыча ускользнула из его рук. Преподаватели тогда еле справились с его гневом, но маг в ярости вытурил их из своего замка и закрыл ведущие к нему порталы.
— Ты крутая девчонка, Марина, — сказала тогда Маньяра, но почему-то от этой похвалы не захотелось загордиться и расправить плечи.
Я знала, что за зверь — обиженный мужчина. А уж если мужчина всегда привык получать то, что хочет, он просто сходит с ума, желая получить недоступное. Но это было вчера, а сегодня утро началось с выкриков из соседней комнаты. Студентки прогоняли громкоголосое привидение прочь, а он продолжал настаивать на всеобщем подъеме.
— Девчонки, сегодня новый день! — воскликнула я и поспешила к зеркалу, чтобы успеть навести красоту. — Вставайте и пойдем учиться охмурять королей.
— Эх, а мне приснилось, что я на свидании с Энрико, — потянулась на кровати Маньяра. — И только я потянулась поцеловать его, как он разорался, что пора подниматься. Вредный Энрико… то есть вредный Борзян — такой сон обломал.
Я улыбнулась в ответ. Агапа принялась расчесываться и продолжала это делать вплоть до стука в дверь.
— Девушки, напоминаю, что через час у вас занятия у маркизи Ежины. Завтракайте и выдвигайтесь, — раздался голос Глазуна. — Кто останется в комнате, должен иметь на это объективную причину.
Объективных причин для прогуливания у нас не нашлось, поэтому, после легкого завтрака, мы вышли в коридор. Джулия со своими новыми соседками оказалась в пяти комнатах от нас. Она поприветствовала меня похвальбой маникюра на среднем пальце. Я же показала, какой длины рыбу однажды поймала на пруду, то есть согнула руку в локте и ладонью левой похлопала по тому месту, где у мужчин должен быть бицепс.
Глазун только покачал головой, глядя на наши действия, и что-то записал в небольшую книжечку, которую потом спрятал в карман. Эх, сколько же неприятностей доставила нам эта книжица, но, не буду забегать вперед.
Дружной стайкой веселых помпонов мы покинули крыло общежития и покатились в сторону аудиторий. Деревья все также приплясывали на местах, а портреты следили за нами и делали вид, что просто висят и никого трогать не собираются.
Когда же мы вошли в кабинет по шитью, то я невольно поежилась — так и почудилось, что сейчас из шкафа вылетят маленькие создания и снова утащат меня в грязный замок. А там…
Брр! Нет, надо думать о хорошем! Надо настраивать себя на позитив!
Вот только не получилось настроиться — в настройки влезла Джулия.
— Надеюсь, сегодня никакую корову не будут похищать? — громко спросила она.
Две здоровенные девушки по бокам Джулии захихикали. Обе блондинки и обе похожи на варваров в мантиях. Судя по внешнему виду, их своровали из Скандинавии, и они были сестрами-близнецами. Маньяра от их хихиканья съежилась и постаралась сделаться меньше. Мда, троица собралась как на подбор
— одна задира и две огроменные подхихикивалки.
— Иглотыки сообщили, что они увидели козу с тощим выменем и разочаровались в этом бренном мире. От разочарования мальки собрались покончить жизнь самоубийством, но я уговорила их заколоть предмет страданий. Перефразируя одного известного человека: «Нет козы — нет проблемы!» — под общий хохот закончила я.
— Да уж, если бы они увидели, что коза гуляет в компании слонов, то даже твои уговоры не помогли бы, — поддержала Агапа.
Надо было видеть, как личико Джулии налилось краской, и она собралась выдать еще что-то ядовитое. Ее словесному поносу помешало появление маркизы Ежины.
Женщина возникла за преподавательским столом из воздуха и тактично откашлялась. Все девушки повернулись к ней.
— Доброе утро, студенточки, — проговорила маркиза и широким жестом обвела столы со стоящими на них швейными машинками. — Прошу вас занимать места, и мы начнем урок. Если хотите еще поговорить, то советую сделать это за дверью или в кабинете ректора. Вам выбирать.
Я показала, что застегнула рот на невидимую молнию, и уселась за столом с древней машинкой. Агапа и Маньяра сели за соседние парты.
16
— Кто скажет, чем мы сейчас будем заниматься? — маркиза Ежина обвела взглядом нашу группу.
Джулия тут же подняла руку. Я не могла ей уступить и тоже подняла, хотя в голове не было ни одной мало-мальской фантазии касательно занятия.
— Говори, дитя! — кивнула Ежина Джулии.
— Мы будем учиться шитью и домашним заклинаниям! — отчеканила вскочившая Джулия.
— Есть, сэр. Да, сэр, — прошептала я едва слышно, но девчонкам хватило, чтобы услышать.
Агапа с Маньярой не смогли удержаться от смеха. Маньяра зря пыталась скрыть смешок — он вырвался через нос и получился такой звук, как будто рядом высморкался слон. Соседка покраснела. Я поняла это потому, что темно- коричневая кожа приобрела цвет передержанного в огне кирпича.
Джулия метнула в меня тяжелый взгляд. Ни капли не сомневаюсь, что будь у американки под рукой двухпудовая гиря, то она бы метнула эту махину вслед за взглядом. И я вряд ли бы увернулась…
— Дитя, ты права лишь отчасти, — не обращая на нас внимания, произнесла маркиза Ежина. — Самое первое, чем мы займемся, будет изготовлением собственного платка. Вы видели, что это не просто платок, а сильнейшая вещь с помощью которой творится магия.
— Так точно, мэм! — отчеканила Джулия, которая так и не опустилась на место. — Именно это я и хотела сказать!
— Ты молодец, мы все тобой гордимся, — хихикнула я. — Вот прямо сейчас сидим и гордимся твоим умением вовремя подлизывать…
— Студентка! — не дала мне высказаться маркиза. — Как твое имя? Ты мне кого-то очень сильно напоминаешь…
Я с неохотой поднялась. Вот такие вопросы ни к чему хорошему не приводят. А ведь я хотела лишь подковырнуть Джулию и ее рвение вылезти из кожи вон.
— Марина Голубева. Я же представлялась на праздничном завтраке. Да-да, как раз за полчаса до того, как меня сперли, — пробурчала я.
Надо было видеть лицо Джулии — она прямо-таки лучилась от радости, что меня сейчас будут распекать. Если сунуть ей в рот два провода, то от заряда счастья можно было бы обогреваться круглый год.
У, вредина блондинистая!
— Я сначала не поверила своим ушам, когда ты назвала свое имя вчера, но теперь вижу… — маркиза почесала нос и глубоко вздохнула.
Пауза затянулась и у меня тоже засвербело в носу. Что же она видит? Я тактично откашлялась.
— Простите, а что вы увидели?
Маркиза еще раз вздохнула, словно набиралась храбрости для последующих слов. Остальные девушки притихли, в кабинете воцарилась полнейшая тишина, как в Государственной Думе, когда предложили отдать голоса за урезание зарплаты депутатам.
Маркиза смотрела на меня застывшим взглядом, она еще и замогильности добавила в голос:
— Ты та, которую мы все так долго ждали… Ты избранная!
У меня даже мурашки табуном проскакали по спине. Я избранная? Я Нео из "Матрицы"? Буду фигачить плохих агентов и носить облегающие латексные штанишки? Круто. К молодости еще и избранность отхватить…
Я подмигнула Джулии. Ее нижняя челюсть упала под швейную машинку и в ближайшие год-полтора не собиралась вылезать обратно. Да уж, большего ущемления для ее величия и придумать нельзя.
Увы, моя радость длилась ровно до момента, пока маркиза снова не открыла рот.
— Ты избрана верховными силами для великой миссии… — маркиза снова сделала паузу, взвинтив интригу на недосягаемые высоты. — Только ты сможешь пойти и качественно намочить тряпку, чтобы я могла стереть с доски.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом моя гордость под грохот женского смеха скатилась в бездну унижения. Я слабо улыбалась в ответ — еще бы, если не улыбаться на подколки, то потом заклюют. Я улыбалась, но в уме завязывала узелок на память — не доверять никому из преподавателей.
Пока я шла к возвышению и потом с тряпкой в руках обратно, на ум пришли слова герцога:
"Да, это невыносимо скучно — каждый год натаскивать студенток на одно и тоже. Поэтому мы и развлекаемся как можем, увы, вам это все только предстоит узнать. Но вам нужно уяснить первую истину — все, что вас не убивает, делает вас сильнее".
Эх, чувствую, что предстоит мне веселая жизнь в этой академии…
Чувство усугубилось еще больше, когда в туалете я встретила студентку второго курса. Она сидела на подоконнике и смотрела на небо. По ее бледно-розовым щекам стекал небольшой ручеек из слез.
Я редко когда прохожу мимо чужого горя. Мне обязательно надо остановиться, посмотреть и посочувствовать. Вот и сейчас я намочила тряпку, и, вместо того, чтобы отправиться восвояси, подошла к девушке.
Миловидная шатенка посмотрела на меня покрасневшими глазами, хлюпнула носом и отвернулась. Вот если бы она не хлюпнула, то я пожала бы плечами и ушла, но этот жалкий звук… словно скрип ножа по стеклу…
Поделиться книгой: