Холмы Фэйри: Дэстини

Родители считали, что детей шлепают только безумные или злые люди. Роды у мамы были тяжелые, я родилась слабой, постоянно болела и плакала. Меня называли «серый задохлик», не спускали глаз, именно тогда они ушли со своих работ, чтобы обеспечить ребенку круглосуточное внимание. В тепле и заботе я выросла в здоровую спокойную девочку, не знающую криков и шлепков.

Когда мне говорят, что мои родители — не от мира сего, не умеющие жить и содержать семью, я согласна киваю. Но они же, самые искренние и честные люди, которых я знаю, и самые любящие. Наверное, где-то живут совершенно ужасные злодеи, плохие для всех. Но в основном, меня окружают хорошие люди, просто несовершенные.

Внезапное похищение и болезненные тычки стали шоком, после первых инстинктивных рывков, я задеревенела, не в силах пошевелиться от страха.

— Эти шлюхи совсем мозги растеряли, — просипел тот, кто закрывал мне рот. — Ищи их по всему городу

— Из бизнеса просто так не уходят, — пробасил второй.

Я только захлопала глазами и замычала. Меня явно перепутали, но как это возможно? Даже в одежде гадалки я мало, как мне кажется, похожа на девицу легкого поведения.

— Немедленно отпустите ее! — вдруг заорал выглянувший из волочащийся сумки попугай. — Считаю до трех и потом сожру вас на завтрак!

Мой храбрый защитник, ты ничего не сможешь сделать, эти страшные люди тебя одной ладонью прихлопнут, да и не понимают ни слова. В пролете узкого двора здоровяк, стоящий прямо передо мной, начал разматывать пук веревки, не обращая никакого внимания на крики птицы.

— Раз! — визгливо выкрикнул Кортик. — Два! И…

— Нечестно, на! — раздалось тоненький голосок, откуда-то со стороны амбала. — Ты считаешь без перерыва. А надо, на: один, один с хвостиком, один с кисточкой.

— Три! — попугай выбрался из сумки и полез наверх по ремню, цепляясь лапами и клювом.

Слабый писк, и громилы вдруг замерли. Державшие меня руки разжались.

— Слушай, да вроде это не она, а, Фрэнк? Посмотри, и мордаха другая, и пошкелетнее будет.

— Ты это, девка, беги отсюда. Ошибочка вышла, за другую приняли.

И я бы их послушала, убежала бы, сверкая пятками и голося, если бы от страха у меня просто не отнялись ноги. Голова прямо свежая такая, бодрая. Разум похитителей почти не испугался. А вот ноги, будто не мои, стоят себе и трясутся, не чувствую их.

Парочка неудавшихся похитителей, тихо разговаривая между собой и совсем не обращая на меня внимание, двинулась дальше во внутренние дворы. А я привалилась к стене, ни жива, ни мертва.

— Ага! — по-боевому настроенный Кортик поднимался по руке, портя когтями единственное платье для работы. — Вы зачем на нас напали, признавайтесь, подлые трясогузки!

— Мы не нападали, на! Мы быстро приводили девчонку! — возразил все тот же высокий визгливый голос.

— Объяснять всегда дольше, на! Она нас и не видит. Проще приказать тушкам схватить и привести куда надо.

Я моргнула. В воздухе закружилась золотистая пыль. И в искрах сверкающих точек проявились две крохотные, с указательный палец фигурки. Паренек и девушка. Оба с прозрачными быстро машущими крылышками, в еле прикрывающих тела кусочках ткани. Они злобно щерились острыми зубками и размахивали палочками, напоминающими зубочистки.

Именно эта парочка, судя по диалогу с попугаем, управляли амбалами словно гипнотизеры. Захотели — и те увидели во мне разыскиваемую шлюху, приказали другое — и бандиты сразу потеряли интерес.

— Пикси, — сказала я с невольным восхищением, — красивые какие.

— Ой, наааа, — провизжала девчушка, — она нас видит!

— Тада чо церемонии разводить, — важно сказал паренек, подбочениваясь и пытаясь выглядеть серьезно, при этом кося на меня любопытным блестящим взглядом. — Сэр Йовильрух приказал доставить тебя как можно быстрее в «Фобию», у его есть дело на тыщу денежек.

— Подождите, — наконец, успокаиваясь, и отодвигаясь от стены, сказала я хмурясь,

— а разве воздействие фэйри разрешено в Мире Людей? Это же нарушение закона.

— Уууу, на! — высказался паренек.

— Она хорошая! — заявил Кортик, добравшись до плеча и уютно там устраиваясь, подергивая хвостом. — Добрая только. И наивная.

Пикси-девчушка широко открыла рот в детском изумлении, потом резко подлетела ко мне, хлопая огромными глазами и вглядываясь.

— Э, — вдруг сообразила я, — что предлагаете в обмен на услугу? Чтобы я пошла в клуб.

— Наивная, но не дура и учится быстро, — довольно затопал какаду, — вы же ее не смогли тушкой сделать? Вот так-то. Так что вы нам предложите за услугу?

Два крошечных крылатых человечка отлетели за угол дома, чтобы обсудить ситуацию. Издалека звучало как комариный писк. Я восхищенно покачала головой.

— Пикси. Настоящие! Фэйри говорят правду, значит, им можно верить.

— Ооо, — вдруг всполошился попугай. — Вспомнил. Правду говорят только высшие. А пикси — малый народец, этим палец в рот не клади. Они с тобой считаться будут, только если ты договор с ними заключишь. Только на взаимных обязательствах держится мир в Холмах.

Я знала, что есть высшие фэйри, а есть малый народец — гоблины, лепреконы, пикси. Но не знала, что они так принципиально отличаются. Интересно, откуда Кортесу все это известно. И как фэйри относятся к людям?

— Кортик, а людей совсем не уважают?

Попугай изогнул шею, близко заглядывая мне в глаза, как маленькая пикси недавно.

— Ты серьезно? Хм. Серьезно. Да они других фэйри не уважают, куда уж людям. Дэс, ты вот что, откажись, а? Я с тобой пока останусь, помогать буду. Механизмы там под столом крутить, будто свечи сами собой двигаются. Не связывайся с Холмами, дурное это дело. Обманут тебя, горемычную. Фэйри никогда в накладе не остаются.

Я погладила его по коготку. Хороший Кортик.

— Я один раз, просто спрошу что ему нужно. Вдруг мелочь какая, а деньги сейчас очень нужны.

Попугай щелкнул клювом и начал перебирать мои волосы за ухом.

— Ой, на. Смотри, нежнюльки, ласкуньки, — заверещал вернувшийся паренек.

Девочка порхала и хихикала, держась за живот. Попугай растерянно замер, а я доброжелательно улыбнулась малышам.

— Ласковость и забота нужна каждому, это значит я Кортесу буду помогать, поддерживать и защищать его, кто бы ни противостоял нам.

— Да кому ты нужна, слабая человечка, помогать она будет, на! — вдруг зло заверещал пикси.

— Да Йовилю тому же нужна, например. У нас уже было соглашение, сейчас опять спрашивает. Значит, именно я и нужна. Или мистер Йовиль для вас не пример? — твердо сказала я.

Пикси переглянулись. Привереда в шортах так и остался чем-то недовольным, а вот девчушке я понравилась.

— Ты за денюшки зовешься? Мы тебе лепрекона сдадим, противного, на, но богатенького. Он клады прячет как белка сумасшедшая. Везде-везде. Ты в клуб сейчас с нами к Йовильруху пойдешь, а лепрекон потом тебе про клад расскажет. Хорошая сделка, на, бери, ласкуша.

В клуб мне все-равно нужно было пойти. С лепреконом я понятия не имела что делать, но Кортик молчал. Поэтому я согласно кивнула.

Мне протянули маленькую ладошку и торжественно проговорили условия. Вроде бы все правильно. О мой палец невесомо хлопнули, и его окружило золотистой пыльцой.

— Лепрекона зовут Махоуни, он живет на вокзале, под левой зеленой лестницей, на. У нас все честно, мы — деловые, — важно сообщил мне паренек. И махнул зубочисткой, отгоняя вьющуюся вокруг меня подружку. — Теперь, вперед, человечка! Нас ждут.

Я одернула платье, поправила тюрбан. Надеюсь, что выгляжу хоть чуть-чуть солидно. И зашагала за полетевшим вперед пикси. Попугай так и не слез с моего плеча, он на удивление устойчиво держался, даже перестал сильно сжимать когтями. С другой стороны неуверенно спустилась девочка-пикси, несколько минут ерзала, но молчала, а, успокоившись, что ее не гонят, осведомилась.

— А зачем, на, Йовильрух вас к себе зовет? Вы его тоже ласкаете?

Задремавший Кортик упал с плеча, еле успев зацепиться лапами за ткань. И ошарашенно кряхтя, повис на мне головой вниз, как летучая мышь.

— Соглашения между мной и другими персонами — строго конфиденциальны, — весомо сказала я, помогая птице забраться обратно.

Девочка поскребла голову двумя руками, остервенело дергая себя за волосы и выпуская целый фонтан золотых искорок.

— Ага, — сказала она, — конфиден… Чо это?

Пока попугай пытался объяснить ей суть сохранения тайны, я пыталась предположить, что именно от меня требуется фэйри. И окупит ли его предложение потерю сегодняшнего заработка. Хорошо, что клиент по записи был только один и на глубокий вечер, а то получилось бы отличное начало бизнеса — невыполнение обязательств.

Улица за улицей мы двигались на юг Барлингтона. Прохожих встречалось все больше, на домах красовались небольшие балкончики с выставленными кадками с цветами. Вокруг звучал смех и даже музыка.

Мне пришлось резко останавливаться перед входной дверью, обрамленной, несмотря на ранее утро, сверкающей подсветкой из мелких и крупных лампочек.

— Нельзя так жечь электричество, — осуждающе сказала я. — Представляю какие счета приходят, если целый день лампы горят.

— Они и ночью горят, на — заметила девочка на моем плече, — и не ты за них платишь, ласкуша.

— Нельзя осуждать правила чужого дома, — неожиданно поддержал ее попугай, — если что-то не нравится, промолчи. Иначе однажды не сносить тебе головы.

— Все зубы выбьют, на — поддакнула ему пикси и ощерила острые как иголки резцы.

— Не обязательно, на, — присоединился к разговору подлетевший паренек, — не обязательно зубы или голову, но чего-нибудь лишишься точно, и не всегда сможешь это пережить, человечка.

— Если палец, то сможет, — убежденно заявила девочка.

— А без печени — нет, на, — возразил собрат. — человеки плохо живут без печени!

Пока они спорили, пытаясь перекричать друг друга, я молча потянула за створку двери. И зашла в прохладный холл неизвестного мне клуба со странным названием «Фобия».

— Левая, на? — прогрохотало рядом. И огромная фигура, почти под потолок ростом, поднялась со стоящей у стены лавочки. Парень так оброс мышцами, что первые секунды я приняла его голову за один из бугров. На белой обтягивающей майке вилась надпись: «ХОЧУ отдыхать РАБОТУ делай сам».

— Провидица, — скромно представилась я. И сама удивилась, насколько наряд гадалки добавил мне храбрости в разговоре с людьми. Словно я играла в театре, легко и беззаботно.

— Ты меня видишь, на? — изумился молодой человек и вышел на свет.

Глава 7. Это было странное место

В доме Гебби Брук нам с Эммой иногда счастливилось смотреть по телевизору, как журналисты берут у фзйри интервью. Под вздохи и аханье подружек я с замиранием сердца любовалась чарующими лицами гостей из-за Завесы.

Они всегда были завораживающе красивы. На вид-люди, только какие-то гладкие что ли, с идеальными чертами, плавной речью, надменностью в каждом жесте. У меня сложилось ощущение, что фэйри — большие хвастуны. До недавнего времени я вообще была уверена, что они и приврать не прочь.

Ах, за Завесой у нас удивительно красивая природа. Ах, построенные магией дворцы. Ах, волшебные легендарные звери. Нет, показать не можем. Нет, туристического доступа не дадим. Нет, заявку писать бессмысленно, приглашения высылаем сами.

Иногда сиды (1) присутствовали на заседаниях правительства или позировали с корпоративными бонзами. Гебби вырезала самые удачные по крупным планам фотографии из журналов и обклеивала стены своей спальни. Ездила даже на какие-то фестивали, костюмы шила. Исхудала в выпускном классе неимоверно, до прозрачности, только, чтобы на своих кумиров изяществом быть похожей. Но по мне, худая корова все-равно не лань. Мы, люди, сбиты крепче, это природа, зачем ее насиловать.

А потом отец ее высек, страшно, до беспамятства. Его даже в полицию забрали. Толкают в машину, чтобы увезти, а он кричит: «Пусть поест хлеба! Пусть чертова девка поест хлеба!».

Потом они, вроде бы, помирились, но Габриэлла, наша Гебби, больше не делилась со мной и Эммой планами и мечтами, замкнутая стала, задумчивая. После школы она пошла учиться на социального работника, сиделку. Эмма Клаус решила стать финансистом. А я погрязла в мелких подработках.

Среди многочисленных вырезок, которые делала моя подруга, ни одна не запечатлела лицо, хоть сколько-нибудь похожее на этого парня, стоявшего передо мной. Сероватая кожа, толстые валики надбровных дуг, мясистые губы и узкие глаза, светло-серые, словно вода в озере.

— Оу, — сказала я невольно, — вам говорили, какие у вас потрясающие глаза?

— Живородящее пузо, на! — закричал паренек пикси. — Да хоть кто-нибудь слышат ложь в ее словах?

— Она правду говорит, — пискнула его подружка, поглаживая прядь моих волос, — а мне сказала, что я красивая.

— Ты чейная, на? — спросил меня серый парень. — Хочешь, я возьму тебя себе?

Какой воспитанный молодой человек. Спрашивает моего мнения, согласна ли я на «взятие». Бесподобно.

— Не стоит, — хихикнула я, — но спасибо за предложение.

— О, — сказал серый, — ты считаешь, что я оказал тебе услугу? Благодарят, если была услуга, на. Значит, ты мне должна. Скажи еще раз про мои глаза.

В этот момент мои волосы дернули с друг сторон.

— Ласкуша, на, ты совсем без страха живешь? — сердилось крошечное создание в зеленом купальнике или как еще можно назвать две махонькие тряпки, повязанные на крепеньком теле.

— Дэс, ты же умная девочка, что ты несешь, за что «спасибо»? — пыхтел попугай.

Я невольно вспомнила истории про ангела и чертенка, которые сидят на плечах и подсказывают противоположные мысли. Но мои подсказчики оказались удивительно единодушны. Волшебные создания, оказываются, «спасибо» воспринимают за признание получения чего-то ценного.

Хм. В принципе они правы. Просто мы, люди, многое делаем по доброте душевной, не требуя ничего взамен.

— У тебя потрясающие глаза. И это правда. Теперь мы в расчете, — просто сказала я. — Вот этот молодой человек с крылышками говорит, что здесь нас ждет мистер Йовиль. Если это так, не могли бы вы подсказать, как к нему пройти?

Парень кивнул на пикси.

— Они покажут.

Улыбнулся мне зубасто и как-то в мгновение опять слился со стеной. Нет, я его видела. Но нечетко, с трудом фокусируясь на огромной фигуре.

Уже шагая вниз по лестнице, я услышала тоненький писк в ухо:

— Ты понравилась Таху, а тролли под мостом редко кому симпатизируют.

Тролль под мостом. За пару дней с начала судьбоносной встречи с седовласым мистером Рокселем, так неудачно потерявшим голову в нашем салоне, я узнала о волшебном народе больше, чем за годы в семье активистов ЛПФ.

Надо побыстрее завершать дело и исчезать с горизонта фэйри. Кортик прав, не стоит рисковать, совершенно не зная правил игры. Хорошо, что «спасибо» только комплимент попросили. Надеюсь, та полезная информация, которую я расскажу родителям, хоть частично компенсирует шок, что я общалась с фэйри.