И в доли секунды успел увидеть и оценить все качества противника — того самого, которому он врезал локтем. Взъерошенные, мокрые от пота редкие волосы, плавающий взгляд. Гадкая усмещечка — и правая рука, сжимавшая металлический брусок, уходящая в замах.

Короткий шаг назад, мгновенный разворот и молниеносный удар ногой прямо в раззявленный бесформенный рот. Захлебнувшийся вопль боли и треск сломанных зубов. Безжизненно мотнув головой, мужик широко раскинул руки, отлетел назад, врезался спиной в перегородку и сполз на пол.

Тут Майкл вспомнил про телохранителей. Вспомнил и выругался — слишком увлекся, запросто мог валяться со сломанной шеей. Что им стоит сбросить с себя стол? Его спасло то, что забыл он не только про них, но и про невольных свидетелей гнусной потасовки. Двух мужчин и немолодую даму.

Дама, не выглядевшая потрясенной, успокаивала дрожавшую Людмилу. Один из мужчин сидел на корточках возле окровавленного телохранителя. Между прочим, Майкл бил по корпусу, а лужа крови расползалась отчего-то возле шеи. Кинув быстрый взгляд в сторону второго телохранителя, убедился, что мертв и тот.

До сих пор Майклу не приходилось видеть самые настоящие, еще теплые человеческие трупы. Животных — да, на охоте. А людей не видел. Зрелище нисколько его не шокировало. Тела походили на кукол из корпорационной «оружейни».

Мимо, аккуратно перешагивая через мертвецов и стараясь не наступить в кровь, прошел бармен, запер внешние двери и опустил экран-штору. Ну правильно, еще войдет кто-нибудь непосвященный, полицию вызовет. Хотя Майкл был уверен, что уж ему-то вмешательство полиции никаких неприятностей принести не может, видеть служителей закона не хотелось. И тем более объясняться с ними.

На долю секунды он встретился взглядом со-вторым мужчиной. И остолбенел. Интересно, как он мог не обратить на него внимание сразу?! А между тем не узнать или перепутать его с кем-нибудь было нельзя. Тяжелый, недобрый взгляд светлых миндалевидных глаз, узкие губы, сложившиеся в хищную улыбочку, заметный шрам возле левой брови. Лицо, слишком часто мелькавшее в рубрике «Разыскивается…» криминальных сводок. Силверхенд, легендарный пират с запутанной биографией, абсолютно неуловимый космический бандит со своеобразным кодексом чести, — но от этого не менее жестокий. Майкл меньше всего мог рассчитывать увидеть сию знаменитость здесь, на Ста Харях.

— Филип Уорек, — кивнул пират, заметив, что Майкл уставился на него.

Представился легко, с чувством собственного достоинства — а если посудить, то разве могло быть иначе? В пиратском братстве Силверхенд занимает такое же место, как владельцы корпорации PACT — в мире закона. Так что они равные. Майкл шагнул вперед, протянув руку:

— Майкл Тейлор.

— Корпорация PACT? — усмехнулся Силверхенд. — Знаком я с вашим отцом.

— Вот как? Он мне ничего не говорил.

— О чем там говорить? — пожал плечами Силверхенд. — Так, мелочи жизни. А вы лихо деретесь. Не ожидал от богатенького сынка такой прыти.

— Вы же уверяете, что знакомы с моим отцом, — холодно отозвался Майкл.

— Это Железный Кутюрье вас так выдрессировал? Ну-ну… Сэм, что-нибудь есть? — спросил он у своего напарника, обшаривающего карманы трупов.

Тот кивнул, аккуратно положил перед Силверхендом два мощных бластера. Майкл уважительно посмотрел на оружие — один импульс из такой пушки не только убивал человека, но и сжигал тело. Его применение разрешалось в самых крайних случаях, в период боевых операций. Простой телохранитель никак не мог получить разрещение на его ношение, а без оного документа ему грозил срок до сорока лет за одну лишь попытку приобретения. А за использование, повлекшее гибель человека, — пожизненная каторга. К слову, выстрелить из такой пушки и не убить было проблематично.

— Джейк, ты не против, если я заберу это? — спросил пират у бармена, брезгливо ткнув пальцем в пистолеты.

— Можно подумать, если я скажу «нет», ты оставишь их мне, — проворчал бармен, расставляя по местам стулья и бросая обломки мебели в угол.

— Нет, конечно. На кой они тебе? Но спросить я обязан — здесь же твоя территория, правильно?

— Да забирай. Вместе с трупами, будь любезен.

— Часа через полтора приедут мои парни, наведут порядок, — пообещал Силверхенд и повернулся к Майклу: — Присаживайтесь, молодой человек. Сейчас Джейк принесет нам своего фирменного пойла, покалякаем о своем, о девичьем…

Майкл, чувствуя себя довольно глупо, сел за стол пирата. Сэм занялся осмотром еще живых пьянчуг, затеявших драку. Тот, что со сломанной рукой, потерял сознание, второй еще копошился, пуская кровавые пузыри. Майкл отвернулся: не стремился увидеть во всех подробностях, как им перережут горло. С той стороны доносились обрывки разговора, хотя применительно к данной ситуации правильней было бы назвать его допросом. Естественно, неплохо бы узнать, с какой стати молодчики учинили драку. А потом все равно убить, потому что куда их девать?

Дама с Людмилой выбрались из угла и присоединились к мужчинам. Джейк принес стаканчики с бутылью и придвинул стул для себя.

— Ну что, надо познакомиться? — бодро спросил пират, пока бармен разливал вишневое вино по стаканам. — Меня зовут Филип Уорек, — это он сообщил Людмиле, — эту даму — Сара Ноэль, она жена Сэма, — сказал он Майклу. — Сэм страшно суеверный, убежден, что жена приносит ему удачу, потому и таскает на все переговоры.

— Можно подумать, — гордо ответила дама, — что сегодня ты сам в этом не убедился.

— Согласен, — кивнул пират. — Это Майкл Тейлор. — сказал он миссис Ноэль. — Не позволите ли узнать ваше имя, мисс?

— Людмила, — и, подумав, добавила: — Людмила Эриксон.

Пират пригубил вино, задумчиво глядя на нее:

— Забавная комбинация — русское имя и шведская фамилия.

Майкл едва не подскочил на месте. Русское?! Людмила опустила глаза:

— Мои родители были помешаны на всех этих мифах, вот и назвали так… Говорят, что русское имя или какой-нибудь предмет, сделанный руками русских, может стать отличным талисманом. На антиквариат у них денег не хватало, поэтому они ограничились именем…

Она так жалко лепетала под тяжелым взглядом Силверхенда, что Майкл поспешил перевести разговор на другую тему:

— Что ж, по крайней мере сегодня эта примета сработала. Мистер Уорек, признаться, я полагал, что Силверхенд — это и есть ваша настоящая фамилия.

Вместо ответа тот стянул с правой кисти тончайшую перчатку, по цвету неотличимую от нормальной кожи. Под перчаткой скрывался блестящий протез.

— Силверхенд — прозвище, — пояснил пират без малейшего смущения. — Полученное еще в бытность мою лейтенантом армии Больших Штатов. Я командовал разведвзводом в «Белых Волках»…

Майкл уважительно покачал головой — «Белые Волки» по праву считались элитным армейским подразделением.

— …и мы влипли в небольшую переделку, — продолжал пират. — Впрочем, мы всегда в них влипаем, такова профессия. Вероятно, вы слышали о бойне в Скорпионе? Тогда погибло двенадцать наших кораблей, и никто так и не разобрался до конца, с чем мы столкнулись. Мне повезло чуть больше, чем остальным, — вместо головы оторвало руку. В госпитале выяснилось, что стальной протез не приживается, годится только особый серебряный сплав. Я бы за десять лет не заработал на эту операцию. Но я был на хорошем счету, и руку мне приделали за счет налогоплательщиков. Правильно, я же своим здоровьем ради них рисковал? Рисковал. И не жаловался. А затем, конечно, меня отправили в отставку.

В его голосе послышались слабые нотки былой обиды. Майкл с трудом припомнил: кажется, был какой-то скандал, связанный с инцидентом в Скорпионе. Точней, с его последствиями. Кого-то обвинили в нецелевом использовании бюджетных средств. Не о том ли «нецелевом» использовании и говорит пират? Тогда его разочарование понятно.

Сэм тяжело плюхнулся на стул, вытер покрытый испариной лоб.

— Что? — спросил у него Силверхенд.

— Ты не ошибся, — кивнул тот.

— Я никогда не ошибаюсь, — самодовольно откликнулся пират. — Одна ошибка стоила мне руки и армейской карьеры. За вторую придется платить яйцами или головой. И то и другое мне слишком дорого.

После этого патетического заявления возникла небольшая пауза, и Майкл воспользовался ею:

— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь произошло?

Сэм вопросительно посмотрел на пирата, дождался разрешающего жеста и охотно поведал:

— Таких парней, как телохранители этих двух придурков, называют «персональной смертью». Они умеют только убивать, их услуги стоят очень-очень дорого. Предпочитают действовать в людных местах, вместе с жертвой ликвидируют и всех случайных свидетелей — чтоб запутать полицию.

Майкл похолодел: неужели дошло до того, что к нему подсылают убийц?! Кому, интересно, он так насолил? И чем?!

— Филип не так давно отдавил любимую мозоль одному из авторитетов, — продолжал Сэм, — поэтому ждал чего-то подобного. Собственно, потому он и решил отсидеться на Ста Харях — пока комендантом таможенной службы здесь я…

Понятно, откуда в этом баре земной кофе, отметил про себя Майкл. А и верно — где еще встречаться знаменитому пирату и коменданту таможни, как не в самом дорогом баре планеты? И уж разумеется, заведение получит все мыслимые поблажки, поскольку таможенник наверняка встречается здесь не только с пиратом. Личность коменданта, самолично вскрывающего сонные артерии киллерам, конечно, наводит на определенные размышления, но Майкла мало интересовали хобби местных служак.

— …ему ничего не угрожает. Обойти меня при въезде почти невозможно. Однако и меня обманули. Эти типы прибыли под видом телохранителей двух господ, о которых мне ровным счетом ничего не было известно. Полагаю, господа тоже не подозревали, кого наняли для охраны. Ну, а дальше… Джейк — наш старинный приятель, многим известно, что Филип всегда заходит к нему, оказываясь на Ста Харях. В общем, все сложилось бы не лучшим образом, если б «хозяева» киллеров не прицепились к мисс Эриксон, — Сэм галантно поклонился Людмиле, — а у нее не оказалось столь шустрого защитника. Вы, мистер Тейлор, выиграли две секунды. А за это время Филип заподозрил в телохранителях свою «персональную смерть». И воспользовался вашим вмешательством, чтоб спасти свою шкуру — и вашу, кстати, тоже. Эти господа не оставляют свидетелей.

Выходит, убийцы явились по душу Силверхенда? Забавное стечение обстоятельств. А что потребовалось алкашам от девушки? Тоже загадка.

Майкл посмотрел на нее. Она сидела на краешке стула, тиская свой стаканчик. На глине оставались влажные пятна — у девушки вспотели руки.

— А мне хотелось бы узнать вот что, — негромко сказал Силверхенд. — Мисс, если я правильно понял, господа имели к вам какие-то претензии?

Ага. Загадка волнует не только Майкла. Людмила вздрогнула, испуганно посмотрела на пирата:

— Я… я не знаю. Никогда не видела их раньше.

— Вот как? — наигранно удивился Силверхенд. — Между прочим, с одним из этих типов я шапочно знаком. И не так давно он клялся разорвать на куски некую мисс. За то, что мисс выкрала у него карточку с координатами единственного планетоида в галактике, где добывают «третий изотоп».

Майкл поперхнулся вином. Пират улыбался:

— Да, Майкл, как Железный Кутюрье ни старался, информация о месторождении все-таки просочилась наружу. А эта мисс могла напомнить господину, лишившемуся зубов, некую девушку…

Он замолчал. Людмила успокоилась, даже смогла выдержать его взгляд:

— Еще раз повторяю, не понимаю, о чем вы говорите. С вашего разрещения, я хотела бы вернуться домой. Надеюсь, вы не страдаете неприятной привычкой ликвидировать свидетелей? — холодно поинтересовалась она.

— О нет, ну что вы, — засмеялся Силверхенд. — если б я убивал всех подряд, то кто бы потом складывал про меня легенды? Не смею вас задерживать.

— В полицию, разумеется, я ничего сообщать не стану, — сказала Людмила, поднимаясь.

— Не сомневаюсь. Вы не похожи на девушку, которой нравится общаться с копами.

Майкл решительно отодвинул стакан.

— Пожалуй, я провожу тебя, — сказал он Людмиле. — Возражения?

Девушка не спорила.

— Джейк, ты не вызовешь такси? — спросил Майкл. — А то у меня дурацкая привычка оставлять мобильник дома.

— Я заметил, — обронил Джейк. — Вызову. Выходите через заднюю дверь, я такси туда направлю.

Простившись с новыми знакомыми, Майкл покинул бар. На улице Людмила повернулась к Майклу и ахнула:

— У тебя все лицо в крови!

Майкл провел рукой по скуле. Больно и мокро. Проклятый алкаш рассадил кожу кастетом.

— Ладно, заживет… Машина, — показал он девушке на опускающийся модуль. — Есть предложения, куда отправиться? — игриво уточнил он.

— В твой гостиничный номер, — без смущения отозвалась девушка. — Тебя надо в порядок привести. А потом что-нибудь придумаем.

Майкл ничего не имел против. На «потом» у него были грандиозные планы. Набрал на терминале такси адрес отеля. Модуль взмыл над улицей, закладывая вираж над крышами домов и поворачивая нос-иглу на восток. Майкла прижало к Людмиле. Девушка старательно не замечала его близости, только по скулам полз легкий румянец. Но отодвинуться не пыталась, хотя ширина салона позволяла.

Идиллия закончилась ровно через три минуты, когда модуль аккуратно опустился на верхней парковке отеля. Майкл, хоть и вселился лишь на неделю, снимал пентхауз. Обычный номер раздражал необходимостью ходить по коридорам мимо других постояльцев. Сейчас его снобизм оказался к месту: страшно представить, сколько встреченных по пути курортников оглядывались бы с ужасом на его окровавленную физиономию!

Привычно сунув два пальца в нагрудный карман, Майкл обнаружил, что кредитка исчезла. Мысленно выругался, потом вспомнил, что сам оставил ее в баре.

Хотел расплатиться за обед, а потом началась драка, и он забыл ее забрать. Людмила успела вытащить свою карту, но Майкл возмутился — еще не хватало, чтобы девушка расплачивалась за такси. Вручную набрал сороказначный идентификационный код.

Оказавшись в апартаментах, Майкл расслабился. Здесь, на своей территории, он был полным хозяином и мог не волноваться, что из лифта выскочит «персональная смерть». Зато Людмила превратилась в ужасно суетливую и преувеличенно заботливую особу. Загнала Майкла в ванную комнату, не позволив дух перевести, почти силой содрала с него перепачканные кровью пиджак и сорочку — и отвернулась, делая вид, что настраивает температуру воды. Ушки ее стали пунцовыми. Майкл рассмеялся:

— Ты как будто никогда не видела мужчину с голым торсом!

Она промолчала. Намочила платок, жестом приказала сесть — Майкл был заметно выше нее. Он угнездился на маленьком табурете, запрокинул голову и смежил веки. Маленькие руки девушки действовали осторожно и уверенно, стирая подсохшую кровь, а Майкл таял, словно от самой нежной ласки.

— Откуда у тебя такие шрамы?

Майкл покосился на изукрашенное левое плечо.

— А, это я неудачно пришвартовался.

— Вот как?

Судя по яркому румянцу, вопросы она задавала исключительно для того, чтобы скрыть неловкость.

— На самом деле швартовкой это назвать нельзя. Яхта потеряла управление и просто шмякнулась на землю, — пояснил Майкл, стараясь говорить небрежно, будто ему каждый год приходилось по три месяца валяться в госпиталях после крушений. — Здесь, недалеко. Мне еще повезло. Будь ветер посильней, меня бы снесло в горы.

— Аптечка где? У тебя две глубокие ссадины и несколько мелких, их надо заклеить, а то шрамы останутся не только на плече, но и на лице.

— В спальне, наверное. Никогда не пользовался этим гостиничным сервисом, но что-то там обязательно найдется.

Девушка метнулась к выходу из ванной, Майкл поднялся и шагнул за ней.

— Ты куда? — напряженным тоном спросила она.

— Туда же, куда и ты. Заклеивать ссадины можно в более комфортных условиях, — пояснил он.

Конечно, аптечка находилась именно в спальне. Он устроился на краю широкой тахты, Людмила перебирала лекарства. Чтобы обработать его лицо, ей пришлось встать между расставленных колен Майкла. Он подумал: стоит ему сжать бедра, и девушка не вырвется. Мысль доставила ему определенное удовольствие. А еще больше понравилось, что и Людмила, похоже, думала об этом же. Уж больно скованными стали ее движения.

— Ты что, училась в закрытом колледже? — спросил Майкл.

Она застыла.

— С чего ты взял?

— Да так, — усмехнулся Майкл. — Просто все девчонки из закрытых женских школ ведут себя одинаково. Вы там изучаете психологию и думаете, что теория заменит вам жизнь. В обществе вы держитесь неплохо — ну, пока окружающие ведут себя в рамках этикета, который вы тоже изучаете. А наедине вы теряетесь, потому что этикет закончился, а теория, которой вас пичкали, вдруг оказывается куда бледней практики!

Она нервно улыбнулась:

— Надо же, как быстро ты меня раскусил.

Майкл самодовольно усмехнулся. Мог бы сказать, что и не таких разгрызал — попадались ему орешки потверже. Правда, этот обещал стать самым сладким. Осторожно, чтобы не спугнуть девушку резким движением, положил ладони ей на талию, притянул ближе.

— Прекрати сейчас же, — строго сказала она. — Иначе я плохо заклею ранки.