Кадуорт. Я никого не ищу. И с меня довольно. Не к чему торчать здесь. Пустая трата времени… Ну как, сэр Джордж? Отправимся?

Миссис Стриттон (умоляюще). Нет, пожалуйста, подождите, пока соберутся остальные. Гораздо безопаснее идти всем вместе.

Кадуорт. «Безопаснее»? Нам ничто не угрожает. Вернуться столь же легко, как и попасть сюда.

Сэр Джордж. Мы можем подождать еще четверть часа, не больше. (Леди Локсфилд и Кадуорту) Не хотите ли пройтись до следующей башни?

Леди Локсфилд (в нерешительности). Я бы пошла с удовольствием, но беспокоюсь за Филиппу.

Сэр Джордж. Она вас подождет. Это ей будет уроком. Пошли, Кадуорт? Надо размять ноги, а то совсем затекут.

Кадуорт. Да я уже набродился вокруг этих проклятых стен.

Все трое выходят направо.

Джо (миссис Стриттон). А вернуться будет не так легко, как попасть сюда.

Миссис Стриттон. Отчего же?

Джо. Вы этого не поймете, даже если я и скажу вам.

Миссис Стриттон. Вы пытаетесь запугать меня.

Джо. Нет. Вам-то будет достаточно легко. Но было бы куда спокойнее, если бы вы просто умерли.

Миссис Стриттон (оскорбленно). Приятные же вещи вы говорите!

Джо. Не знаю уж! А вам никогда не хотелось, миссис Стриттон, легко и спокойно умереть?

Миссис Стриттон (тихо). Да. Иногда хотелось.

Джо. Я так и знал.

Миссис Стриттон (поворачиваясь к нему). А вам?

Джо. По крайней мере, не так – не легко и не спокойно, а просто умереть. Такое было раз или два. Когда я чувствовал…

Из ворот медленно выходит миссис Бэтли. Останавливается и смотрит на них.

(Подходит к ней.) Не думал я, мамаша, что и вы захотите вернуться. Другие – это понятно. Но вы… Огорчили вы меня, мамаша… Я был о вас лучшего мнения…

Миссис Бэтли. О чем вы толкуете, а?

Джо. О вас, мамаша. Я надеялся, что уж вы-то, во всяком случае, захотите остаться там.

Миссис Бэтли (спокойно). Вы, видно, любите слушать себя самого?

Миссис Стриттон. Не обращайте на него внимания, миссис Бэтли.

Миссис Бэтли. Я и не обращаю.

Миссис Стриттон. Вам сказали, как идти обратно?

Миссис Бэтли. Нет. Я и не спрашивала.

Миссис Стриттон. Тогда вам придется идти вместе с нами.

Миссис Бэтли. Спасибо за приглашение, миссис Стриттон. Но я не думаю возвращаться. Я остаюсь здесь. Я пришла только за своей корзинкой, она мне понадобится.

Джо (cвосторгом).Молодец, мамаша!

Миссис Стриттон. Миссис Бэтли, вы меня удивляете.

Миссис Бэтли. Чем же?

Миссис Стриттон. Вы говорили, помнится, что у вас множество обязанностей – смотрите за домом, убираетесь…

Миссис Бэтли (направляясь за корзинкой). Да. Немало лет я все это делала. Иной раз думаешь, бывало: да тут и трех пар рук не хватит.

Миссис Стриттон. Не можете же вы все и всех бросить?

Миссис Бэтли. Не могу? А кто это говорит, что не могу? (Взяв корзинку, идет к воротам, но, дойдя до них, останавливается.) Всю жизнь, сколько я себя помню, мне говорили, что мне можно и чего нельзя. А за то, что я делала, я спасибо от людей не слыхала. Ну а теперь пускай они сами себя обслуживают. Им это будет полезно.

Миссис Стриттон. Не нравятся мне такие речи, миссис Бэтли.

Миссис Бэтли. Это понятно. Но человеку хочется все-таки раз в жизни высказать то, что у него на уме.

Джо. Правильно. Говори, мамаша.

Миссис Бэтли. Никто никогда в жизни не говорил со мною так, как сегодня говорили там, внизу. Они спросили, нравится ли мне жизнь в их городе. А я отвечаю: «Здесь у вас очень хорошо. Все так, как должно быть». А когда увидела ребятишек, выбежавших на улицу, и их матерей, таких веселых и привлекательных, и все такое чистое и красивое, то чуть не разрыдалась. И тут я говорю им: «У вас здесь для таких, как я, видно, мало работы, ну а если есть, то давайте сделаю». А они говорят: «Спасибо, миссис Бэтли, большое вам спасибо». Вы подумайте! Меня еще вздумали благодарить! «Не торопитесь, – говорят, – миссис Бэтли, осмотритесь, отдохните». И дали мне комнату – да посмотрели бы вы какую! И совсем отдельную! Никогда в жизни у меня не было отдельной комнаты. Когда-то, еще девочкой, я в мечтах представляла что-то похожее… А какие тут чудесные улицы… парки… Чудесные дети. Временами казалось, что я с ума сошла… и все это только сон… Но это был не сон… это была явь. (Пауза.) Ну, прощайте, миссис Стриттон. Будь здоров, сынок! (Кивает, улыбается и уходит.)

Миссис Стриттон (Джо). Вы, конечно, в восторге?

Джо. Да, я в восторге.

Миссис Стриттон (с горечью). Тогда что же вы здесь делаете? Почему не веселитесь там?

Джо. У меня на то есть причина.

Миссис Стриттон. Какая же это причина?

Джо (качает головой, с улыбкой). Вам я этого не могу сказать.

Миссис Стриттон. А есть кто-нибудь, кому вы могли бы сказать?

Джо. Есть. Если повезет. Правда, до сих пор мне не везло…

Миссис Стриттон. Не вам одному. Большинству из нас.

Джо. Но сегодня я чувствую, что мне повезет. (Пауза.) Миссис Стриттон, давайте поговорим серьезно, начистоту. Скажите мне – вы намерены и в дальнейшем дрессировать этого парня, вашего мужа?

Миссис Стриттон (холодно). Не понимаю, что вы хотите сказать.

Джо (пожимая плечами). Ладно. Вы не хотите понять меня. Не хотите понять мужа. Твердокаменный почти всегда побеждает. Но, победив, проиграет. И остается только одна твердокаменность.

Миссис Стриттон (упрямо). Ничего не понимаю. Какой-то бред.

Джо. Такие, как вы, хватают свое маленькое счастье и сворачивают ему голову, как цыпленку.

Миссис Стриттон (вскипев). Долго еще вы будете оскорблять меня?

Джо (гневно). Я пытаюсь спасти вам жизнь.

Миссис Стриттон. Ей ничто не угрожает.

Джо. Вы сами воткнули ей нож в горло.

Миссис Стриттон. Если бы и так – вам-то что за дело? Ведь вы меня не любите.

Джо. Я люблю жизнь и не могу видеть, как ее уродуют! (Глядя в проем ворот.) Вот идет ваш муж. (Уходя направо.) Надеюсь, что к тому времени, как я вернусь, вы успеете избавиться от трупа. Говорят, это самое трудное. (Уходит.)

Входит Малькольм.

Малькольм (торопливо). Дороти, где ты была?

Миссис Стриттон (сухо). Ожидала тебя здесь.

Малькольм. Как жаль, что ты не осталась там со мной. Честное слово, Дороти, у меня были такие интересные…

Миссис Стриттон (прерывая). Я хочу уйти отсюда. Я хочу домой.

Малькольм. Но я и дороги не знаю.

Миссис Стриттон. Другие знают. Мы пойдем с ними. Они скоро двинутся в путь.

Малькольм. Но зачем нам уходить? Право, если бы ты побыла там подольше и осмотрелась…

Миссис Стриттон (сердито). Я видела достаточно. И уже высказала тебе свое мнение.

Малькольм. Да, но…

Миссис Стриттон (горячо). Говорю тебе, я ненавижу здесь все, все здесь отвратительно!…

Малькольм (с огорчением). Но почему, Дороти? Почему?

Миссис Стриттон (запальчиво). Ты, наверное, оттого в таком восторге, что встретил эту девицу из бара, которая скакала там и веселилась?

Малькольм. Полно тебе, Дороти! Я на нее и внимания не обратил. Какое мне дело до нее? Неужели же тебе этот город не нравится просто потому, что кому-то другому хорошо в нем?

Миссис Стриттон. Нет, не потому. Хотя одного вида этой особы достаточно, чтобы этот город мне опротивел.

Малькольм (с робкой настойчивостью). Так что же тебе, собственно, не понравилось?

Миссис Стриттон. Ах, не будем больше спорить об этом!

Малькольм. Я не собираюсь спорить. Я только спрашиваю: что тебе не нравится?

Миссис Стриттон. А я тебе уже говорила – все. Все вульгарно и нелепо. И все ходят такие довольные собой!

Малькольм. А почему же им и не быть довольными? У них есть чему радоваться и чем гордиться. Я спросил одного…

Миссис Стриттон (перебивая). А какие манеры! Они не умеют себя вести. И каждый считает, что он – не хуже остальных.

Малькольм. Вот уж неправда, Дороти. Среди них есть великие мыслители, ученые, художники, которых они уважают, которыми восхищаются. Их окружают такой заботой, какой у нас никогда не видели великие люди. Они…

Миссис Стриттон. Ах, опять ты начинаешь меня учить… У меня глаза и уши не хуже твоих.

Малькольм. Когда ты не хочешь видеть и слышать, ты слепа и глуха.

Миссис Стриттон. Что такое?

Малькольм. Ты решила заранее – не знаю почему, – что этот город и его жители тебе не понравятся. Мне он был незнаком, так же как тебе, но я хотел увидеть то, что есть на самом деле. А ты – нет. Ты настроила себя.

Миссис Стриттон. Ну, что же ты замолчал? Говори.

Малькольм. А сейчас ты хочешь решать за меня. Хочешь внушить мне, что город мне не нравится. (Вдруг гневно.) Но тебе это не удастся, Дороти, понимаешь? Я этого не допущу. Я знаю – ты просто замкнулась в себе. Не хочешь ничего видеть, твердишь всякие глупости, которые приходят тебе на ум, вместо того чтобы сознаться, что ты не права, и открыть глаза и душу и… и быть честной.

Миссис Стриттон (в ужасе). Ты возненавидел меня, Малькольм, да?

Малькольм. Нет. Но я близок к этому. Ты и раньше вела себя так. Но теперь – это уже просто невозможно. И ты сценами и хитростями не заставишь меня отречься от моих мыслей и чувств. (Кричит.) Я полюбил этот город и этих людей! Я никогда не встречал никого лучше! Это живые люди! Они создают то, что мне всегда хотелось увидеть в мире. И я собираюсь помочь им.

Миссис Стриттон (увидев, что он идет к воротам). Малькольм! (Не пытается удержать его, садится на ближнюю ступеньку и горько плачет.)

Малькольм (медленно и нерешительно возвращается, подходит ближе, наконец садится рядом; мягко). Ну перестань, Дороти. Не плачь.

Миссис Стриттон (сквозь рыдания). Ты хотел бросить меня.

Малькольм. Ну, видишь, не бросил. Я здесь.

Миссис Стриттон (подавляя всхлипывания). Ты меня не любишь.

Малькольм. Люблю.

Миссис Стриттон. Нет, не любишь. Если бы любил, ты бы не мог и подумать о том, чтобы уйти от меня. Я бы никогда не могла тебя оставить.

Малькольм. Я тебя не оставлю.

Миссис Стриттон (вытирая глаза). Я знаю, что я глупая женщина, и иногда веду себя нелепо. Но я ничего не могу с собой поделать. Иногда я ненавижу себя и хотела бы умереть. (Шепчет) Это сказал и Джо Динмор. Откуда он узнал? Он спросил у меня: «А вам никогда не хотелось, миссис Стриттон, легко и спокойно умереть?» Не знаю, как он мог узнать это, особенно обо мне, но тем не менее узнал. Меня взволновала его догадка и еще кое-что из сказанного им. И все так странно с тех пор, как мы здесь. Ты этого не чувствовал так остро, как я. Ты разговаривал со всеми этими незнакомыми людьми. А потом… этот город. Я видела, что он отнимает тебя у меня… И это ожидание здесь… Ужас!… Ты не знаешь, что я переживала, Малькольм.