Джонс бросил на него испытующий взгляд.

– Возможно, загвоздка не в самих вопросах, а в том, кто их задает.

– В каком смысле…?

Мужчина встал и отвернулся.

– Я не знаю. – Он сунул руку в карман белого халата и загадочно улыбнулся. – Мы обязаны фиксировать все ваши ответы и отдавать копии Масгроуву. По вечерам мы всегда зубоскалим о том, что он делает с этими копиями.

– Масгроув? – переспросил Уэнтик с неподдельным интересом. – Где он?

– Думаю, в одной из камер.

– Думаете?

– Я давно не видел его. Думаю, он еще здесь. Мы больше не передаем ему наши записи.

Джонс ушел, оставив Уэнтика со своей планшеткой. Тот снова взглянул на записи, но их смысл оставался для него загадкой. Наконец он бросил планшетку на землю и стал смотреть на людей Эстаурда.

Джонс присоединился к их группе и многие поглядывали на него так, будто он был второй по значимости персоной в том, что вот-вот должно произойти.

Эстаурд сидел один за столом посередине луга.

Уэнтик терпеливо сидел под деревом, надеясь стать свидетелем дальнейших событий. Солнце уже жарко палило, горизонт подрагивал дымкой испарений, на юго-востоке небо было серым от туч.

Никто не двигался, хотя время от времени он видел мелькавшую в окнах тюрьмы фигуру. Стояла полная тишина, которую всего один раз нарушил шум реактивного самолета, прочертившего небо на большой высоте и скорости.

Внезапно Уэнтик вскочил на ноги и что было сил помчался через луг к тюрьме. Кто-то прошел мимо окна возле легкой деревянной двери.

Он рывком распахнул дверь и обнаружил удивленного охранника, который медленно шел по коридору. Уэнтик набросился на него сзади и обхватил рукой за горло. Охранник поднял руки, пытаясь обороняться, но хватка была надежной.

Он заставил мужчину приникнуть к полу.

Убедившись, что тот не сможет удрать, Уэнтик немного ослабил давление на горло, чтобы дать ему возможность говорить.

– Ваше имя? – сказал он мужчине в ухо.

– Адамс, сэр. Не давите мое горло. Я задыхаюсь.

– Ладно. Но мне нужна информация. Где мы, черт побери?

– Мы в районе Планальто.

– Что вы имеете в виду? Поточнее. – Он снова усилил давление.

Мужчина попытался вырваться, затем сказал:

– Мы в Бразилии. Мне было приказано прибыть сюда. Не делайте мне больно! Эстаурд…

Уэнтик сдавил горло еще сильнее и мужчина замолк. Он повис на его руках, открыв рот и судорожно глотая воздух. Воспользовавшись тем, что мужчина больше не сопротивлялся, Уэнтик затащил его в ближайшую камеру и положил на койку.

– Теперь расскажите мне все, не спеша.

Охранник отдышался и начал говорить. Он всего лишь обыкновенный солдат. У него были кое-какие проблемы в Западной Германии в связи с дракой из-за женщины и его отправили в особое подразделение на Филиппины. Затем он узнал, что летит в Рио-де-Жанейро с Эстаурдом, потом попал, наконец, в эту тюрьму. Насколько ему известно, это своего рода наказание. Но никто ничего ему не говорил. Здесь он просто выполняет все, что ему прикажут. Это не…

Уэнтик оставил его и пошел на луг. Солнце было уже в зените и слепило глаза. Он остановился в дверях и оглядел покрытый травой прямоугольник.

Он думал о Масгроуве, сидевшем где-то в тюремной камере. И об Эстаурде, помешавшемся на допросах. И о других людях: охранниках и тех, что одеты в белые халаты. Дело выглядело так, что все они подчиняются какому-то распорядку, столь же бессмысленному, что и выпавшее на долю Уэнтика.

Когда из тюрьмы невозможно убежать, кто в ней заключенные?

Он направился к столу.

* * *

Эстаурд по-прежнему сидел на своем стуле. Он поднял взгляд на приближавшегося Уэнтика.

– Садитесь, доктор Уэнтик, – сказал он.

Уэнтик не подчинился и стал обходить стол. Рука в его центре впустую тыкала пальцем в сторону незанятого стула. Бросив взгляд на деревья, он заметил, что люди насторожились, словно его действия снова стали главным объектом их интереса.

Внезапно он схватил стол и повернул его так, чтобы рука указывала на Эстаурда.

– Зачем вы здесь, Эстаурд? Говорите!

Прыгнув на свой стул, он угрожающе замахнулся кулаком. Рука в центре стола напрягла указующий на Эстаурда перст.

Тот откинулся на спинку стула и вместе с ним покатился по траве. Он попытался увернуться, но Уэнтик снова повернул стол так, чтобы рука указывала на Эстаурда. Она начала делать выпады.

Эстаурд закричал:

– Не направляйте ее на меня!

Он пополз в сторону группы своих людей. Уэнтик оставил стол и побежал за ним. Поймав Эстаурда, он силком поставил его на ноги.

– Зачем вы меня допрашиваете? – спросил он требовательным тоном.

Эстаурд тупо уставился на него.

– Чтобы узнать правду! Но теперь допросы окончены.

Он вырвался и побежал. Прорвавшись сквозь кучку своих людей, он бросился в долину. Не замедляя бега, он домчался до лачуги и скрылся в ней.

Мужчина по фамилии Джонс подошел к Уэнтику и сказал:

– Вы должны были поступить так значительно раньше.

Он снова направился к столу и поставил его правильно. Рука в его центре продолжала делать слепые выпады.

– Эстаурд слишком полагался на это устройство. – Он пробежал пальцами по кромке стола, задержал их в каком-то месте и рука расслабилась. – Он чувствовал себя хозяином положения, когда управлял ею. На деле он и был им. Возможно на вас оно не сработало, как предполагалось, но на него это явно подействовало. Он жестоко клянет вас за то, что здесь происходит, и пока верил, что вас можно подавить психически, не прекращал попыток.

– Однако он клянет меня за то, чего я не понимаю сам.

– Он сказал нам, что вы доставили нас сюда.

– Нет. За все несет ответственность только он.

Джонс стал расстегивать пуговицы своего белого халата.

– Что-то подобное говорил и Масгроув. О вашем исследовании на антарктической станции. В том же роде, что и Эстаурд.

– О моей работе? – недоверчиво переспросил Уэнтик.

– Я ничего о ней не знаю. – Он пошел прочь по направлению к лачуге, снимая на ходу белую одежду, и подхватил карабин из сложенной на краю луга кучи оружия. Уэнтик последовал за ним и увидел, что под белым халатом Джонса была форма охранника. Другие люди тоже шагали по жнивью, сняв белую одежду.

Он подошел к куче брошенных халатов и поднял один.

– Могу я взять его? – крикнул он.

Ответа не последовало, поэтому он накинул халат на плечи и сунул руки в рукава. Отыскав брошенную планшетку, он решил прихватить и ее. Бумага в ней была неисписанной.

Не менее часа Уэнтик сидел в тени дерева, наблюдая за безмолвным фасадом тюрьмы.

От этого занятия его отвлекли восторженный крик людей вокруг лачуги и беспорядочная пальба холостыми патронами в воздух. Время от времени доносился вопль, голос кричавшего мужчины немного приглушали стены лачуги.

Много позднее, изнывая от неистового жара медлительного послеполуденного солнца, Уэнтик нашел под деревом карабин и подсумок с холостыми патронами. Прихватив и то, и другое, он направился через долину к собравшимся возле лачуги.

Глава седьмая

Когда Уэнтик проснулся на следующее утро, он сразу же понял, что разбудил его какой-то механический рев высокого тона, который сперва усилился, затем стал монотонным. Он выбрался из постели, натянул брюки и вышел в коридор.

Здесь звучание сигнала было значительно более громким.

Он выглянул в одно из окон, щурясь от света раннего утра. Небо было покрыто тонким слоем облачности и хотя он не увидел солнце, сомнения в том, что оно взошло, не было.

Вертолет окружала пелена дыма. Уэнтику удалось разглядеть человеческую фигуру в его кабине. Он пошел по коридорам к главной лестнице и спустился вниз. Не задерживаясь, он вошел в кухню и приготовил себе поесть. За это время он никого не встретил. Он умылся холодной водой и вытер лицо и руки белым халатом, которым овладел накануне. Затем надел халат на себя и отправился исследовать источник шума.

Он поднялся на первый этаж и пошел по центральному проходу к двери, которая вела в тоннель, проходивший от главных ворот тюрьмы до крохотного прогулочного плаца в ее центре.

Стало тихо. Уэнтик оглядел громадные ворота. Они были заперты деревянными закладными брусьями. Он снял оба бруса, опустил их на землю, толчком распахнул тяжелые ворота и вышел наружу.

Вертолет был метрах в пятидесяти, он стоял носом к воротам. Красный крест на белом фоне резко контрастировал с цветовым однообразием его окружения. Возле машины стоял мужчина, его голова была внутри большого бортового смотрового люка в передней части фюзеляжа.

Это был Масгроув.

– Привет, Масгроув! – крикнул Уэнтик.

Мужчина вынырнул из люка и удивленно посмотрел на него. Затем отступил немного назад, захлопнул крышку люка и полез внутрь вертолета. Он исчез на некоторое время из вида, потом появился внутри прозрачного фонаря кабины. Тяжело рухнув в одно из кресел, Масгроув поднял руку и потянул какой-то рычаг. Сразу же снова возник механический вой и лишенный пропульсивных механизмов вал под фюзеляжем машины стал бешено вращаться. Пришел в движение и хвостовой винт-стабилизатор. Шум нарастал, из расположенных под брюхом вертолета труб застрекотали дымные выхлопы.

Уэнтик подошел к вертолету, забрался в него через входной люк и вошел в кабину.

– Какого черта вы здесь делаете? – закричал он на Масгроува.

Тот бросил на него безумный взгляд и еще крепче вцепился в рычаг стартера. Завывание мотора продолжалось.

– Идите прочь! – рявкнул он в ответ. – Я собираюсь взлететь!

– Без лопастей это вам не удастся, – крикнул Уэнтик. – Бога ради, отпустите этот рычаг.

Грохот в кабине был оглушительным.

Уэнтик имел кое-какое представление об этом типе вертолета. Во время прохождения индустриальной практики несколько лет назад он был прикомандирован к одной британской компании, которая занималась сборкой этих машин по лицензии. Тогда его познакомили с системой управления такой или подобной машиной, во всяком случае то, с чем он познакомился тогда, было, вероятно, небольшим шагом вперед по сравнению с этим вертолетом. Рычаг, в который вцепился Масгроув, был приводом поршневого стартера; даже если бы с машины не были сняты несущие винты, взлететь таким образом она не могла. Силовой привод обеспечивался турбокомпрессорным двигателем, главный компрессор которого находился внутри корпуса машины.

Он схватил Масгроува за руку и попытался оторвать ее от рычага. Тот отчаянно не желал отпускать рычаг, пока Уэнтик не вонзил в его бицепс ногти. Масгроув разжал ладонь и вой двигателя стартера стал стихать.

Он вскочил на ноги и вцепился в горло Уэнтика. Его ярость была дикой, но он оступился и угодил ногами в открытую дверцу шкафчика для вспомогательного снаряжения. Отпустив горло Уэнтика, он стал валиться в грузопассажирский отсек машины. Уэнтик нырнул туда следом за ним и подтолкнул его к люку. Масгроув выпал сквозь него и тяжело грохнулся на жнивье, едва не ударившись головой о колесо.

Вспомогательный двигатель заглох и наступила тишина.

Уэнтик присел возле кромки люка и поглядел вниз. Что-то в кровожадности и нерациональности Масгроува его нервировало. Тот лежал на стерне, но Уэнтик не мог видеть его лицо. Однако дыхание было нормальным, мышцы расслаблены.

Масгроув повернулся и поглядел снизу вверх на Уэнтика.

– Я снова удивил вас, не так ли?

Уэнтик внимательно вглядывался в его лицо.

– Думаю, вы больны, Масгроув.

– Не исключено. Но это не моя вина, верно?

Он поднялся на ноги, отряхнулся точно так же, как в прошлый раз возле мельницы, и пошел прочь по направлению к тюрьме. Затем внезапно припустился бегом и исчез за темными деревянными воротами.

Уэнтик снова забрался в пилотское кресло и положил руки на главные рычаги управления. Хотя у него и была лицензия пилота-любителя, позволявшая ему несколько лет развлекаться полетами на легком самолете, ни один из органов управления этой машиной не был ему достаточно хорошо знаком. Сколько времени потребовалось бы, пожелай он научиться летать на этой машине? Может быть кто-то из здешних людей способен ее пилотировать.

Он вспомнил, что такого типа вертолет использовался для транспортировки персонала или в качестве воздушной скорой помощи. Он обладает хорошей скоростью и маневренностью, хотя радиус его действия невелик. У машины достаточно большой потолок полета, однако Уэнтик слышал, что на высоте трех тысяч шестисот метров он становится плохо управляемым.

Он взглянул на датчики и заметил, что баки полны. Масгроув вероятно хорошо знал, как заправить машину топливом, хотя его попытка взлететь без несущих винтов была совершенно необъяснима.

Методом проб и ошибок Уэнтик обнаружил ключ зажигания и перевел его в положение «выключено». Аккумуляторам вспомогательного двигателя разряжаться незачем; ими без того достаточно злоупотребили, а Уэнтик задумал сбежать на этой машине из тюрьмы как можно скорее.

Он захлопнул люк и вернулся в здание.