Евангелие от Матфея. Комментарий

и у жертвенника припомнишь,

что у брата есть на тебя обида,

24оставь свой дар у жертвенника,

сначала ступай примирись с братом

и лишь потом вернись и принеси свой дар.

25Если кто-то ведет тебя в суд как ответчика, уладь ваш спор, пока есть время, по дороге. Иначе истец приведет тебя к судье, а судья отдаст тебя тюремщику, и тебя бросят в тюрьму. 26Верно тебе говорю: оттуда не выйдешь, пока не уплатишь весь долг до последнего гроша.

22 гневается на брата – в ряде поздних рукописей: «гневается на брата без причины».

21 Исх 20.13; Исх 21.12; Лев 24.17; Втор 5.17; Мф 19.18; Мк 10.19; Лк 18.20; Рим 13.9; Иак 2.11 22 1 Ин 3.15 25-26 Мф 18.34-35; Лк 12.58-59

Этот отрывок имеет излюбленную Матфеем трехчастную структуру: ст. 21-22 – старое и новое учение; ст. 23-24 – первый пример; ст. 25-26 – второй пример.

Ст. 21 – Вы знаете – дословно: «Вы слышали». В древности люди знали Писание, как правило, на слух, потому что по субботам слышали его чтение в синагоге. Предкам вашим было сказано – субъектом предложения является Бог; о «божественном пассиве» см. коммент. на 4.12. Под предками (буквально: «древними») имеется в виду поколение Исхода, от имени которого Моисей заключил с Богом Договор на горе Синай. Запрет убийства – это шестая заповедь Декалога. Тот же, кто совершит убийство, должен предстать перед судом – это не дословная цитата, а передача мысли своими словами. Под судом здесь понимается как судебный орган, так и приговор. В большинстве случаев за убийство полагалась смертная казнь.

Ст. 22 – А Я говорю вам – эти торжественные слова лучше всего свидетельствуют о том, что Иисус учил как человек, облеченный властью, а не как учителя Закона. Иисус не противопоставляет себя Богу: во-первых, Его власть была дана Ему Отцом; во-вторых, сам выбор слов говорит о том, что прежний Договор сменяется новым, знаменующим наступление Нового Века. Здесь противопоставлено прошлое и настоящее: у горы Синай заповеди Закона были даны предкам, сейчас же Иисус обращается к Своим ученикам.

Даже тот, кто гневается на брата – Иисус не отменяет заповедь, запрещающую убийство, наоборот, Он делает ее еще более радикальной, запрещая гнев и ненависть, из которых убийство проистекает. В основе новой нравственности лежат не юридические нормы, а принцип любви. Вот почему эта новая нравственность носит бескомпромиссный характер, она основана на чистоте помыслов, что на библейском языке называется чистотой сердца (ст. 8). Иисус не был единственным, кто осуждал гнев. Вот как говорится о нем в Книге Бытия: «Проклят гнев их, что столь жесток, и их ярость, что столь свирепа!» (49.7; см. также Пс 37(36).8-9; Иов 36.13). Хотя в позднейшем иудаизме и в Кумране гнев, особенно тот, что был направлен на грешников, иногда оправдывался и назывался праведным гневом, в целом это чувство осуждалось и даже называлось мерзостью, потому что было несовместимо с мудростью (Сир 27.30). «Кроткий ответ отвращает гнев, резкое слово вызывает ярость»; «Умиротворяющая речь – древо жизни, а речь обманчивая сокрушает дух» (Притч 15.1, 4). См. также Притч 19.19; 27.4; Пс 4.4(5); Иак 1.20; Еккл 7.9.

В те времена братом обычно назывался единоплеменник, но в Евангелиях это слово употребляется в расширительном смысле, и, хотя у Матфея это обычно брат во Христе, дальше, в ст. 44 будет говориться о любви даже к врагам. Следовательно, это слово употреблено здесь в значении «всякий человек». Конечно, невозможно представить себе, что за гнев человека могут привлечь к суду и вынести ему тот же приговор, что и за убийство. Но это гиперболическое утверждение призвано заставить людей еще раз подумать о том, насколько чисто их сердце. Ведь Бог знает не только дела человека, но и самые сокровенные его помыслы (1 Цар 16.7).

Тот, кто скажет брату: «Дурак!» Гнев, как правило, внешне проявляется в том, что человек обзывает другого бранными словами. Дурак – буквально: «рака́»; это арамейское слово означает человека пустоголового и тупого, оно дается в транслитерации, хотя и несколько измененной (арам. река́). Тот, кто скажет: «Отступник!» По поводу второго слова есть споры. Большинство считает, что перед нами греческое слово «море́» (звательный падеж слова «моро́с»), имеющее то же значение, что и первое, и даже может быть, что евангелист, сохранив первое слово без перевода, затем дает нам его перевод. Другие же полагают, что «море» – это тоже еврейское слово, значащее «буйный, непокорный» (ср. Втор 21.18-21), и тогда оно скорее всего значит «отступник от веры». Но в любом случае надо помнить, что в Библии дураком называется не человек со слабыми умственными способностями, но тот, кто полагает, что может прожить без Бога (Пс 14(13).1; 53(52).1; Мк 7.22). Для восточного человека эти бранные слова звучали далеко не так невинно, как для нас, это было очень серьезное оскорбление. Ведь назвать человека каким-то словом значит дать ему имя, а имя в древности означало сущность человека. Иисус призывает учеников очень серьезно относиться к речи, следить за своим языком: «Говорю вам, за всякое праздное слово ответят люди в День Суда. Потому что словами своими будешь спасен и словами своими осужден» (12.36-37; ср. Иак 1.26; 3.2‑18; Еф 5.4; Кол 3.8).

Должен ответить за это перед судом.., должен ответить перед Советом.., должен ответить в огне геенны. Совет – это высший религиозный орган, или Синедрион, состоявший из старших священников, старейшин и учителей Закона, он обладал также судебными функциями и находился в Иерусалиме (подробнее о Совете см. коммент. на 26.59). Геенной (евр. ге-хинно́м – долина Гинном) называлась долина к югу от Иерусалима, возле Солнечных Ворот, где когда-то совершались человеческие жертвоприношения языческому богу Молоху (Иер 7.31). Отсюда ненависть к этому месту. Во времена царя Иосии (около 622 г. до н. э.) она была специально подвергнута осквернению, чтобы ее нельзя было больше использовать в качестве сакрального места, и превращена в городскую свалку, где постоянно горел огонь, сжигавший мусор. Потом, в междузаветный период, это слово стало символическим обозначением конечной гибели грешников.

При чтении этих стихов может возникнуть ощущение, что за гнев положен приговор местного суда, за слово «дурак» приговор более высокой судебной инстанции, а слово «отступник» влечет за собой Божий приговор – огонь геенны. Большинство комментаторов согласны в том, что на самом деле перед нами поэтический прием, когда благодаря применению целого ряда синонимов достигается эффект крещендо. Действительно, слова «суд», «Совет» и «геенна» предстают в данном случае синонимами, ведь убийство наказывается не только человеческим судом, но и Божьим. Так и гнев должен быть осужден как на небе, так и на земле. 

Ст. 23-24 – О том, насколько серьезно должен относиться человек к чувству гнева и вызванной им обиде, говорит первая иллюстрация. Заключенный в ней призыв парадоксален: человек, вспомнив, что его брат обижен им, должен прервать жертвоприношение Богу и вернуться в Храм, лишь примирившись с братом. Ведь в реальной жизни подобную ситуацию трудно себе вообразить. Человек не только должен умерить свой гнев, но и приложить все усилия, чтобы смягчить обиженного им человека. Он отвечает и за собственный гнев, и виноват в гневе брата, который им обижен. Может показаться, что обязанность перед другим человеком здесь ставится выше обязанности перед Богом, но на самом деле Иисус не отменяет ни богослужения, ни жертву. Он возвращает им смысл: Бог принимает лишь такую жертву, которая приносится человеком с чистым сердцем (ср. Ос 6.6; Сир 7.8-9; 34.18-19). Прощение Бога нельзя купить искупительными приношениями, оно даруется при условии искреннего раскаяния и собственного прощения (6.12, 14-15). Другими словами, любовь к Богу проявляется в том, как человек относится к другому человеку. Тема примирения занимает большое место у Матфея (6.14-15; 18.21-35).

Ст. 25-26 – И во второй иллюстрации в центре стоит тема примирения. На этот раз речь идет о должнике и кредиторе. Это уже не примирение с братьями, с единоплеменниками или с единоверцами, но примирение с тем, кто дословно назван противником, врагом, хотя здесь имеется в виду юридическая сторона, то есть обвинитель, или истец. Когда кредитор ведет неисправного должника в суд, тот должен правильно оценить свое положение и понять, какие серьезные последствия может это повлечь за собой в случае, если он не найдет способ уладить дело еще по дороге в суд. Ведь его бросят в тюрьму и заставят отдать долг до последнего гроша (в греческом тексте сохранено латинское слово «квадрант», буквально: «четвертак», представлявший собой самую мелкую монету). У нас нет сведений, что в Палестине за долги сажали в тюрьму. Из этого можно сделать вывод, что здесь мы имеем дело с сознательным гиперболическим заострением темы, хотя многие ученые полагают, что евангелист мог иметь в виду нееврейские законы. Существует также точка зрения, которая, правда, разделяется немногими, о том, что перед нами аллегория и под судьей следует понимать Бога, а под словами «по дороге» – время жизни на земле.

Хотя, казалось бы, этот пример не связан органически с предыдущим запретом гневаться и употреблять оскорбительные выражения, на самом деле здесь то же серьезное предостережение, что и раньше.

В чем же разница? В том, что Иисус на первое место ставит не заботу о личной святости и чистоте человека, но его заботу о другом человеке.

5.27-30 ОТНОШЕНИЕ К ЖЕНЩИНЕ

27Вы знаете, что было сказано: «Не нарушай супружескую верность!»

28А Я говорю вам:

даже тот, кто взглянул на женщину

с похотью,

согрешил, нарушив мысленно верность.

29Если твой правый глаз тебя вводит в грех,

вырви его и отбрось!

Для тебя будет лучше,

если часть твоего тела погибнет,

а не все твое тело бросят в геенну.

30И если правая рука твоя вводит тебя в грех,

отруби ее и отбрось!

Для тебя будет лучше,

если часть твоего тела погибнет,

а не все твое тело будет в геенне.

27 Исх 20.14; Втор 5.18; Мф 19.18; Мк 10.19; Лк 18.20; Рим 13.9; Иак 2.11 29-30 Мф 18.8-9; Мк 9.43-47

Ст. 27-28 – Начальные слова этих стихов почти полностью повторяют ст. 21. Как и в предыдущем отрывке, Иисус, запрещая вожделение, не отменяет заповеди Закона (это седьмая заповедь Декалога). Нельзя сказать, что до Иисуса люди смотрели на вожделение сквозь пальцы: в ряде мест в Библии, а также в более поздней литературе оно прямо осуждается (см., например, Иов 31.1; Сир 23.4-5). В самом Декалоге десятая заповедь, запрещая желать чужого, включает и похоть по отношению к жене брата. В Талмуде тоже сказано, что нельзя нарушать супружескую верность ни глазами, ни сердцем. И все же, хотя Иисус использует изречение мудрецов, живших до Него, в Его словах есть нечто, чего никто до Него не говорил.

Здесь сначала надо сказать несколько слов об отношении к женщине в древнем обществе. Женщина, о которой говорит здесь Иисус, как и прочие тексты Библии и раввинистической литературы, это не женщина вообще, не девушка и не собственная жена, а замужняя женщина, принадлежащая другому мужчине. Надо помнить, что Иисус не призывает к аскетизму, требовавшему или полного воздержания от сексуальных отношений, или воздержанности в браке. Как правило, именно женщина чаще всего обвинялась в супружеской измене. Мужчина же мог быть виноват в нарушении верности лишь по отношению к мужу, на жену или невесту которого он посягнул, но не был виноват перед своей женой. Он мог ходить к проституткам и опять же не был виновен в нарушении заповеди. Конечно, такое его поведение навлекало осуждение, но несравнимое с тем, когда подобный проступок совершала женщина.

В древности люди были убеждены, что сексуальное желание не подвластно разуму и его не может держать в узде даже мужчина, обладающий большей выдержкой, чем женщина. Вот почему женщину старались держать под замком, чтобы ее видело как можно меньше мужчин. Это был практически единственный способ контроля над чувственностью. Если же женщина появлялась на улице, она закрывала лицо и закутывалась в покрывало. Мудрый человек должен был разговаривать с женщинами как можно меньше, даже с собственной женой. Именно поэтому появляются советы смотреть на женщину как можно реже или не смотреть вовсе. Так мужчина заботился о собственной чистоте, а женщина рассматривалась лишь как очень опасный предмет, способный отвлечь мужчину от изучения Закона. Иисус постоянно переходил такие традиционные границы приличий: Он разговаривал с женщинами, они сопровождали Его и даже были Его ученицами. Женщина была бесправным существом, она не считалась полноценным членом религиозной общины. Благочестивый еврей, как, кстати, и многие язычники того времени, благодарили Бога за то, что не родились женщинами. Иисус встал на защиту их человеческих прав, уравняв их с мужчинами перед лицом Бога. Мужчина имеет обязанности перед женщиной и несет за нее ответственность. Когда Иисус запрещает похотливый взгляд, Он имеет в виду не только внутреннюю чистоту мужчины, но требует, чтобы он понял, что тем самым он оскорбляет женщину или провоцирует ее, пробуждая в ней ответное вожделение, оскверняющее ее. Некоторые комментаторы даже указывают на возможность другого перевода греческого подлинника: «своим взглядом он вызвал в ней ответное желание». Мысленно – дословно: «в сердце» (см. коммент. на ст. 8).

Ст. 29-30 – Вероятно, эти стихи, которые у Марка и у самого Матфея (см. гл. 18) находятся в ином контексте, могли быть произнесены Иисусом по другому поводу, но евангелист счел их наиболее подходящими для отрывка о вожделении. Известно, что в древности прелюбодеев наказывали, вырывая им глаз. Правда, нигде не указывалось, какой именно глаз должен был подвергнуться экзекуции. Когда правая рука тебя вводит в грех – вероятно, имеется в виду онанизм. Так как большинство людей являются правшами, потеря правой руки более серьезна, и именно ею следует пожертвовать (ср. Пс 137(136).5). О правом глазе говорится, вероятно, для того, чтобы достичь параллелизма с предыдущей строкой. Повеление вырвать глаз или отсечь себе руку нельзя воспринимать буквально, как и требование прервать жертвоприношение, чтобы пойти и примириться с братом. Ведь грех коренится не в отдельных органах человеческого тела, а гнездится в сердце (ср. Рим 7.17, 20). По словам Оригена, христианин отсекает страсти души, не трогая тела.

5.31-32 ОТНОШЕНИЕ К РАЗВОДУ

(Мф 19.9; Мк 10.11-12; Лк 16.18)

31Было сказано: «Тот, кто разводится с женой, обязан дать ей разводное свидетельство». 32А Я говорю вам: всякий, кто разводится с женой, если только не по причине измены, толкает жену на грех неверности, и тот, кто женится на разведенной, совершает тот же грех.

31 Втор 24.1; Мф 19.7; Мк 10.4 32 1 Кор 7.10-11

Ст. 31 – В то время существовали две наиболее авторитетные фарисейские точки зрения на причину, делавшую развод позволительным. Консервативная школа Шамма́я толковала «нечто противное» как нецеломудрие невесты или супружескую измену жены. Либеральное же направление Гиллеля понимало его очень широко: все, что может не понравиться мужу в жене, можно считать «противным», например, испорченное любимое блюдо или лицо жены, после того как муж увидит более красивую женщину. Как брак, так и развод был чисто семейным делом. Разводиться мог только мужчина, он «отпускал» жену. Развод по инициативе женщины был крайне редок, и для этого нужны были особые причины, как, например, неисполнение мужем супружеских обязанностей в течение длительного времени. Есть свидетельства, говорящие о том, что отношение к разводам постепенно становилось все более неодобрительным и количество разводов было невелико.

Закон обязывал мужчину давать жене разводное свидетельство, подтверждавшее, что она разведена, и позволявшее ей выйти второй раз замуж; там были такие слова: «Отныне ты свободна выйти замуж за другого мужчину». Но она не всегда могла это сделать, например, если была бедна и стара. Женщина оказывалась страдающей и почти бесправной стороной, хотя иногда по брачному договору она имела право получить от мужа часть имущества.

Ст. 32 – В центре внимания этого отрывка стоит проблема не самого развода, а повторного брака. Как мы видели, он считался абсолютно законным. Иисус придерживался иного мнения и видел в разводе нарушение заповеди, запрещавшей супружескую неверность. Бог создал мужчину и женщину для того, чтобы они стали одним существом, и человек, разводясь, нарушает Его волю (см. 19.3-9 и комментарий).

Практически все ученые полагают, что слова «если только не по причине измены» не принадлежат Иисусу, но добавлены Матфеем: во-первых, они отсутствуют у Марка, а во-вторых, позиция Иисуса в таком случае ничем не отличается от позиции фарисея Шаммая. Вероятно, это добавление было продиктовано изменившейся ситуацией, когда христиане столкнулись с новой проблемой: в то время как Закон Моисея под развратом понимал не только нецеломудрие, но и кровосмесительный брак, у язычников запреты на родственные браки не были столь суровыми, и теперь следовало привести брачные законы в соответствие с требованиями Священного Писания. Интересно отметить, что Павел запрещает развод даже в том случае, если один из супругов не является христианином, но желал бы сохранить брак. Если брак между христианами все же прекращается, оба супруга должны оставаться безбрачными (1 Кор 7.10-11, 12-15).

Итак, муж виновен не только в том, что нарушает волю Бога, но и в том, что он становится причиной того, что его жена и ее новый муж нарушают седьмую заповедь.

5.33-37 ОТНОШЕНИЕ К КЛЯТВАМ

33И еще вы знаете, что предкам вашим было сказано: «Не давай ложных клятв, но исполняй то, в чем поклялся перед Господом!»

34А Я говорю вам:

не клянись вовсе!

Ни небом, ведь оно престол Бога;

35ни землей, ведь на ней покоятся ноги Его;

ни Иерусалимом, ведь он город великого Царя;

36ни головой своей не клянись –

ведь не можешь ты даже волос один

сделать белым или черным.

37Пусть слово твое будет «да», если да,

и «нет», если нет.

А все, что сверх этого, – от Злодея.

33 Лев 19.12; Числ 30.3; Втор 23.21 34-35 Иак 5.12 34 Ис 66.1; Мф 23.22; Деян 7.49 35 Ис 66.1; Деян 7.49; Иак 5.12 37 Иак 5.12; 2 Кор 1.17

Ст. 33-34а – Это не точная цитата, а скорее резюме, сжатое изложение того, что говорят разные тексты Писания об этой проблеме. Клятва, с точки зрения Ветхого Завета, носит обязательный характер, потому что все клятвы даются перед лицом Бога, выступающего в роли гаранта ее истинности. Конечно, и раньше звучали призывы не злоупотреблять клятвами, например, об этом говорится в Ос 4.15 и Сир 23.8-11. Согласно Иосифу Флавию, ессеи избегали употребления клятв, по крайней мере некоторых. Дело в том, что человек приучался к мысли, что в тех случаях, когда клятва не произносилась, можно сказать неправду, пообещать что-то сделать, даже не собираясь этого исполнять. Вероятно, учителя Закона старались создать такие клятвенные формулы, нарушить которые было нельзя, но вследствие этого появлялось ощущение, что прочие формулы не имеют обязательной силы.

Иисус требует от человека абсолютной правдивости и искренности всегда, а не только после скрепления своих слов клятвой и тем самым отменяет ее – за ненадобностью. Своим повелением «не клянись вовсе!» Он запрещает не саму клятву, а ложь, неискренность, лицемерие, злоупотребление языком. И все же читателя не должен смущать тот факт, что не только в Ветхом, но и в Новом Завете иногда можно встретить клятвы в устах людей, угодных Богу (Лк 1.73; Деян 2.30; Рим 1.9; 2 Кор 1.23; Гал 1.20; Евр 6.13-20; Откр 10.6). Но и сейчас некоторые группы христиан считают клятву абсолютно запретной, а Лев Толстой увидел в словах Иисуса отмену судов, во время которых участники судебного процесса должны присягать, что будут говорить только правду.

Ст. 34б-36 – Дальше приводятся несколько примеров типичных клятв того времени, когда люди клялись небом, землей, Иерусалимом или собственной головой. Кстати, в еврейском судебнике II века клятвы небом, землей и головой не считались обязательными. Но Иисус не ставит Своей целью доказать, что они обязательны, потому что, хотя формально имя Божье здесь отсутствует, все сотворено Богом и существует лишь благодаря Ему и поэтому клятва обязательна. Вероятно, так поступили бы учителя Закона, но не Иисус.

Великим Царем часто именовали Бога (см. Пс 48.2 (47.3)), а Иерусалим назывался городом Великого Царя или Бога нашего (Пс 48.1 (47.2)). Ни головой своей не клянись – ведь не можешь ты даже волос один сделать белым или черным – вероятно, это пословичное выражение (ср. также 10.30).

Ст. 37 – Хотя в раввинистической литературе иногда дважды повторенные «да» и «нет» рассматриваются как вид клятвы, здесь смысл иной: человек всегда должен сказать просто «да», если он что-то обещает или с чем-то согласен, и «нет» в противоположном случае. Об этом свидетельствуют два текста Нового Завета, в которых отразилось влияние этих слов Иисуса (Иак 5.12; 2 Кор 1.17-18). Удвоение слов является не более чем отражением семитического употребления. «В семитских языках нет точного соответствия нашим дистрибутивным «в каждом случае», «всякий раз», поэтому, когда там хотят выразить дистрибуцию, то прибегают к повторению. Следовательно, смысл изречения таков: «Пусть ваше “да” означает всякий раз “да”, ваше “нет” – всякий раз “нет”»[27]. 

А все, что сверх этого, – от Злодея. Греческое субстантивированное прилагательное «понеро́с» означает «дурной, порочный, негодяй, злодей». Так в Новом Завете называется Сатана, причем Матфей чаще других авторов новозаветных книг использует такое прозвище (6.13; 13.19, 38). Сатана считался отцом лжи (Ин 8.44), потому что именно он обманул Адама и Еву. В греческом языке слово, употребленное здесь, может быть и в среднем роде, и в таком случае речь будет идти не о персонифицированном зле, воплощенном в Сатане, но о безличной силе. Большинство комментаторов все же предпочитает видеть здесь мужской род.

Итак, в новой семье последователей Христа, где все люди – братья, нет нужды клясться, так как новая нравственность основана на полном доверии и абсолютной искренности.

5.38-42 ОТНОШЕНИЕ К ЗЛУ

(Лк 6.29-30)

38Вы знаете, что было сказано: «Око за око и зуб за зуб».

39А Я говорю вам:

не мсти тому, кто причинил тебе зло.

Если ударят тебя по правой щеке,

подставь и левую.

40Если кто-то рубашку хочет у тебя отсудить,

пусть забирает и плащ.

41Если тебя принуждают

сопровождать кого-то версту,

пройди с ним две.

42Тому, кто просит, дай

и от того, кто хочет занять у тебя,

не отворачивайся.