Валор 6

Шанс, единственный, тот, на который я поставил жизнь. Сейчас только чистые носители Чжен-ци, без намека на Кровь и Душу, могли наблюдать за нашим поединком. И эльфы подались вперед, глядя, как я с хрустом всаживаю жало глефы в его грудь. Пластины брони легко ломались, рассыпаясь, но движение оказалось недостаточно быстрым, и, войдя в тело на несколько сантиметров, жало не достало до сердца. На чистых рефлексах Гуй Шен отпрыгнул, и в то же мгновение на меня обрушилась тьма.

Сила его Юань-ци, мастерство использования и скорость, с которой он сориентировался в произошедшем — не имели никаких границ и были несравнимы со всем, что я видел до этого. Гуй Шен был не просто мастером своего Пути, отказавшимся от остальных — он был владыкой, способным менять реальность по собственному усмотрению.

Резкое головокружение, верх и низ поменялись местами, я не чувствовал направления или оружия в руках. Я сопротивлялся изо всех сил, но даже боевая медитация оказалась не способна развеять окруживший меня сумрак. Я прыгнул, считая секунды до падения, и откатился в сторону. Я не видел и не слышал ничего вокруг, даже запахи утонули в небытии. Враг мог быть где угодно, но сдаваться мне было еще рано, ведь я прекрасно знал свое тело.

Ударить по поясу кулаком. Кровь из глиняной склянки красным пятном была мне видна даже в этой искусственной тьме, ведь она моя. Я обмакнул в нее свернутый трос, прыгнул в сторону, от возможного удара противника, и вот уже тонкая бархатная пелена застила все вокруг. Кровь повисла в воздухе, медленно оседая, и теперь я почувствую любое движение в радиусе пяти метров.

Шаг! Вижу!

Не выходя из центра кровавого облака, я ударил скопленным запасом, одним пучком игл, а затем — сразу поднял волну.

Враг быстр, его движения молниеносны, но даже он не может прыгнуть на пять метров, не поколебав воздух. Черная точка — и я подставил оружие под удар, не зная его плоскости и лишь надеясь, что направление совпадает. В руках отдалось болью, но, раскручивая оружие над головой, я уже понял — возможности для контратаки не будет.

Он уже ушел из моих сетей, но сделал одну крошечную ошибку. В порыве самоуверенности оставил меня в живых. Этот удар, эта боль вернули мне часть чувств, а возможно, это Гуй Шен, глумясь, убрал завесу только для того, чтобы я увидел, как стою на одном колене, а он, что-то хвастливо говоря толпе, указывает на меня мечом и обходит по кругу.

Нет. Нельзя. Это провокация, понятная даже ребенку. Пусть мелет что угодно. Еще один удар локтем — и кровь потоком полилась в глефу, только для того, чтобы, раскрутив ее над головой, я образовал облако. Оно проживет всего несколько минут, но у меня были еще две склянки. Пусть время дуэли не ограничено, но даже у тифлинга должна закончиться победная речь. Рано или поздно — он атакует. И толпе уже скоро должно надоесть его бахвальство и поучения.

Не смотреть на него. Это может быть лишь иллюзия, одна из тысяч. Враг может быть где угодно. И я сел в медитацию, не выпуская оружия из рук. Я и мои дайнтяни неразрывны. Моя кровь — такая же часть тела, как пальцы или кожа. И при этом она гораздо глубже, роднее и завязана на ядро Сюэ-ци. Я ощущал пространство, каждое дуновение ветерка, каждое движение, сидя в центре большой паутины, словно паук.

Вспышка. Что-то стукнулось о землю в нескольких метрах. Камень или нога? Облако еще оставалось недвижимо, и я сидел, до хруста в суставах сжимая глефу. Он придет. Через несколько минут или секунд. Придет, когда посчитает, что достаточно поглумился. Я вытолкнул его давление из своей головы, отказавшись от таких сложных процессов, как слух и нюх, и сконцентрировался на зрении. Я выгнал из себя чужеродные приказы и давление, восстанавливая врезавшееся в память утреннее состояние. Еще несколько минут — и я полностью восстановлюсь. И это произойдет раньше, чем кровь осядет.

Гуй Шен понял, что происходит, или почувствовал, но вихрь ворвался в границы очерченного круга, и, вместо того чтобы обороняться, я вновь побежал, отдавая всей крови один-единственный приказ — в центр! Мгновение, и наши орудия столкнулись в воздухе. Я не услышал звона, но почувствовал хлесткость удара. Кровавое ускорение!

Ректор не успел отпрыгнуть, и клинок глефы срезал часть пластин, рядом с прошлым ранением. Я не дал ему отступить ни на шаг. Я рвался в бой, наплевав на собственную броню и раны, раз за разом оставляя все более глубокие порезы, расчищая путь для своего жала. Удар — и меня снесло в сторону. Мощь противника нельзя недооценивать, но даже у нее есть пределы.

Взрыв! Новое облако окутало врага, он закружился, пытаясь разогнать субстанцию, но вместо этого лишь сцентрировал мой прицел в интерфейсе.

Сжать! Тысячи игл, как на теле Гуй Шена, так и вокруг него, устремились к центру, находя даже самые крохотные зазоры между пластинами брони. Сейчас.

Я бросился в атаку, угадывая взмахи врага по крови, оставшейся на его рукавах. Движения ректора были теперь уже совсем не такими ловкими — попробуй быстро двигаться, когда у тебя в сухожилиях и суставах торчат кристаллические иглы! Теперь мы сражались почти на равных. Ослепший и оглохший я против раненого, которому каждое движение дается с трудом.

Глубже! Несколько игл все еще повиновались моим приказам, и я заставил их погружаться в тело врага.

Удар меча почти застал меня врасплох: я слишком сконцентрировался на Сюэ-ци — и он срезал у меня с груди несколько пластин, почти коснувшись тела. И в то же время моей крови удалось добраться до первого важного центра — виска ректора.

Адская боль, выплескиваемая Гуй Шеном, заставила меня содрогнуться. Но она же прервала технику контроля, и на секунду я увидел, услышал и почувствовал мир таким, каков он есть. Глефа вонзилась в разбитую броню, погрузившись до середины лезвия.

Кровавое копье! Оружие содрогнулось, разом выплескивая всю оставшуюся кровь.

Гуй Шен, пронзенный длинным кристаллом, припал на одно колено, но все еще продолжал сопротивляться, вытаскивая снаряд левой рукой и защищаясь мечом в правой. Изо всех сил я ударил по оружию, выбивая его из пальцев противника, и срезал последние пластины брони у шеи, готовый в любой момент отсечь голову.

— Сдавайся. Последний шанс. — Слова вырывались из моего рта вместе со струйками крови. Я перешагнул через собственный предел и сейчас расплачивался за это. Пять, может, шесть секунд у меня есть — после небытие. Аи уже стояла в первых рядах, готовая броситься на помощь. Но противник все еще не признавал поражения, и я ударил… назад.

— Как? — Падая, захрипел настоящий Гуй Шен. Кукла-двойник растеклась черной лужей грязного песка, а мое жало торчало в животе у бывшего ректора, погруженное до половины. Сето, которым он готовился отрубить мне голову, всего пары миллиметров не доставало до моей шеи. Но поединок еще не был окончен.

Я подпрыгнул, не позволяя врагу слезть с жала, и прибил его к каменной стене, словно диковинную бабочку иголкой. Гуй Шен попробовал отпрыгнуть — но сталь надежно вошла в щели между камнями, а оружие противника было слишком коротко. Он с остервенением начал рубить древко, пытаясь выбраться, но лишь расширял собственную рану.

Не оставляя противнику шансов, я прижал второй конец глефы к земле, удерживая ногой, и разрядил арбалет, закрепленный на браслете. Три стальных двадцатисантиметровых иглы, одну за другой. Первая пробила шлем, пригвоздив его к голове, а две других пронзили руки. Из-за ранения у бывшего ректора не хватило скорости, чтобы отбить их на лету, а увернуться он не мог.

— Хватит! — закричала Кингжао. — Он уже проиграл! Хватит, Валор!

— Довольно, это уже не поединок, а убийство! — возмутился Джен Ли. — Это бесчестно!

— Где была ваша честь, когда владыка бросил вызов герою? — громко спросил я, не забыв перезарядить арбалет. — Где была ваша честь, когда он разваливал город? Где была ваша честь, когда он позволил кланам начать войну? ГДЕ?

— Тварь… — прохрипел ректор, вытягивая из себя очередной снаряд. — Я спасал этот город!

— Ты его похоронил! Заставил замереть, пока весь остальной мир менялся! И тебе очень повезет, если я смогу его вытащить из той жопы, в которую ты его засунул!

— Довольно! Совет старших семей большинством голосов постановляет, что Гуанг Валор отнял жизнь Гуй Шена в честном поединке. Как владыка — владыки, — громко произнес Гуанюй. — Теперь жизнь Шена принадлежит Валору. Так решил Совет!

Глава 13

— Сколько я спал? — спросил я у сидящей Юн, держащей мою голову на своих коленях. Совсем не мягких, а жилистых и мускулистых, как положено воину. Хотя все равно было приятно.

— Полдня, господин, — сдержанно улыбнулась невеста, и я понял, что она не слишком довольна происходящим, но попытки подняться мгновенно оказались пресечены маленькими аккуратными ладошками. — Госпожа Кингжао крайне недовольна. Она говорит, что вы оба могли умереть в схватке. Ректор чудом остался жив, как и вы. Зачем так рисковать?

— Этой схватки вообще не должно было произойти, еще с полгода — год. Но Гуй Шен, похоже, понял, что она неминуема, и решил прикончить меня раньше, чем я наберу силы.

— Зато теперь, после вашего сражения с моим отцом и главой клана Гуй, ни у кого в городе не осталось сомнений — вы заслуживаете уважения и места в Совете старших, — улыбнулась, приглаживая мои волосы, девушка, аккуратно обходя пальцами рожки. Ее собственные признаки Юань-ци были еще не столь заметны или хорошо скрывались прической. В порыве сомнений я активировал свой верхний дайнтянь, высвечивая все живое, и тут же успокоился. Окружающее — реальность, а не сложная иллюзия тифлинга.

— Слишком рано, мы еще не готовы стать существенной слой в городе. Мало войск, мало крестьян, мало… да всего. У меня даже железа на доспехи командирам нет, — я убрал настойчивые ладони Юн и сел напротив. — Нам придется заключить еще один союз. А возможно, и несколько.

— Да, я это уже поняла, — сухо кивнула девушка, не пытаясь скрыть грусть. — Хэй?

— Как один из наиболее вероятных вариантов. Но нам им нечего предложить взамен, а наши отношения с Лин — далеки от дружественных. Еще хуже ситуация обстоит с Джен и Пинг. Пожалуй, эльфы представляют для нас наибольшую угрозу. У них под контролем значительная часть продовольственного рынка, необходимого нам для выживания.

— Это верно: либо рыбаки, либо фермеры. С одними из них придется заключить союз, — нахмурилась Юн, перебирая в пальцах свой боевой веер. — Но вначале нужно решить, что ты будешь делать с Гуй Шеном. Он в коме и пока не приходит в сознание. Клан, который он попробовал создать за одну ночь — распущен или в полном унынии. Кингжао взяла на себя роль верховной жрицы и сейчас подчиняет себе всех религиозных деятелей острова. Иногда — с боем.

— Плохо. Я до последнего надеялся, что хоть этот процесс пройдет мирно. Окажем ей всяческую поддержку. Благо это входит в мои основные обязанности как главы божественной гвардии, — заметил я, меняя планы на ходу. — Что со свадьбой Кувата и Ионы? Приготовления уже начались?

— Хочешь поженить их раньше, чем нас? — удивленно подняла бровь невеста.

— Нам нужно показать, что клан готов принимать беглецов и влюбленных независимо от их происхождения, расы и социального статуса. Так мы повысим количество вступивших.

— Не думаю, что в этом есть хоть какой-то смысл, дорогой. Ты дрался на равных с генералом армии Чщаси. Убил демона, терроризировавшего пригороды, и победил в дуэли бывшего градоначальника. И все это — за три неполных дня. Люди уже начали называть тебя реинкарнацией Мудреца Трех Путей. Очередь тех, кто хочет вступить в клан Гуанг, растянулась на две ближайших улицы, и количество желающих продолжает расти.

— Хорошо. Очень хорошо. Тем более что после первых серьезных битв их не станет, — усмехнулся я, вспоминая собрание глав. — Мы не будем отсиживаться в городе, а захватим большую часть территорий за его границами. Там больше пятнадцати тысяч врагов.

— Хорошо, что у тебя есть надежный союзник в виде генерала армии Чщаси, и его организованные войска, — улыбнулась невеста, отложив оружие и взяв меня за руку. — После вчерашней демонстрации силы отец готов выделить тебе под начало тысячу воинов. Обученных, снаряженных и готовых выполнять любой приказ. Цена за такую щедрость — половина захваченных с их помощью земель. Весьма умеренная плата, учитывая, что у нас нет своей армии.

— Будет. Мы создадим ее из рекрутов, в течение нескольких недель, формируя десятки и сотни. Но вначале — придется определиться с фаворитами. Кто ожидает моего приема?

— Главы кланов Ксу, Сонг, Неко и нескольких помельче. Твои лейтенанты и старые друзья. Не знаю, куда именно отнести Джен Хироши, ведь он до последнего спускался с нами во время борьбы с Шунюаном, и все же не присоединился к клану, — заметила Юн, уже начавшая входить в роль хозяйки клана. — Он, кстати, очень недоволен и находится в крайне подавленном состоянии.

— Еще бы! Сколько мы выиграли на моей победе?

— Учитывая закладные? — Невеста развернула один из списков, лежащих у ее ног. — Несколько зданий в черте города, пять подвод с овощами, две телеги сушеной рыбы, несколько комплектов оружия. После того как прошел слух, что ты собираешься свести бой к ничьей, ставки против резко выросли и коэффициент на победу увеличился в три раза. До девяти к одному.

— Прости, что пришлось вмешать тебя в это и заложить так много, чтобы сделать ставку. Все же земля клана — все, что у нас было.

— Не беспокойся, я все понимаю, — сказала Юн, кладя свою ладошку поверх моей. — Погибни ты в той схватке, и остальное не имело бы никакого значения. Если бы не сопутствующие потери, возможно, мы выиграли бы больше. Нам на руку сыграло то, что ты просил провести дуэль за городом и настаивал, что таким образом удастся избежать повреждений. Тем более далеко не все, у кого выгорела Юань-ци, понимают, кто именно нанес удар.

— К сожалению, главы точно понимают. Ладно. Они и так ждут достаточно долго. Пойдем, встретимся с ними. Не возражаешь, если будем сидеть вместе до свадьбы? Все же пока твой клан — Фенг.

— В том, что мы поженимся, не сомневается даже последний крестьянин, — легко засмеялась девушка, но я видел, как тяжело было у нее на душе. — А среди старших семей и вовсе спорят лишь о том, кто именно будет приглашен на свадьбу и какие там будут заключены союзы.

— Ты хочешь что-то предложить. То, что тебе самой не слишком нравится, но ты считаешь это верным, — осторожно произнес я, поймав ее вздрогнувшую ладонь, и девушка, поджав губы, едва сдержала слезы. — Расскажи мне, в чем дело.

— Мы должны отложить нашу свадьбу до того момента, пока не будут заключены основные союзы, — нехотя ответила Юн, отворачиваясь и украдкой вытирая глаза. — Мне противно думать, что эта самовлюбленная дура, не раз пытавшаяся тебя убить, и вечно вьющаяся рядом Аи станут твоими супругами, но с этим можно будет разобраться позже. Однако включение в состав Гуанг боевого крыла Сонг — крайне важный шаг. А Хэй смогут уравновесить наши силы с союзом Пинг и Джен.

— Это официально? Про старую армию и эльфов? И откуда ты взяла про Сонг?

— Очевидно, что Аи так просто от тебя не откажется. Уверена — ее бабка попросит вернуть внучку в клан. Там она станет наследницей, ну и… что же до Джен Ли и Пинг Мингжу — старики спелись и хотят любыми силами сохранить то, что осталось от прошлых порядков. Это большая армия, и еще большая сила. Они смогут повлиять на мнение многих.

— И все же в Верховном Совете — они последние, кому больше сотни лет. В основном же выжившим после войн и катаклизмов главам меньше пятидесяти.

— Верно. Это уникальный случай, — легко согласилась Юн. — Такого не было уже тысячи лет, а возможно, вообще никогда. И это накладывает на нас еще большую ответственность. Ведь никто не знает, к чему приведет наше правление, да еще и без председателя. Если ты сейчас захочешь за него проголосовать, получится три голоса против четырех, хотя конкретную кандидатуру противники выставить не смогут. Максимум — три голоса против трех и один воздержавшийся.

— И все опять сводится к союзникам, — я вздохнул, переваривая услышанное. Юн — помощница, которую невозможно переоценить. Я никогда особенно не крутился в среде глав и их наследников, а весь мой опыт — боевой. Или максимально к нему приближенный. Сейчас же, наравне с военными действиями за городом, нам предстоит ковать новую аристократию, создавая уникальный для этого острова механизм — монархию. А это значит — интриги, подковерная борьба и союзы. — Пойдем. Пришло время встреч.

— Добрый день, господа и дамы, — улыбаясь, поздоровался я с сидящими за длинным столом главами кланов. Все как положено, мое место во главе, чем знатнее представитель — тем ближе. Хотя сейчас порядок, мягко скажем, не особенно соблюдается, из представителей великих Домов — только Ксу Канг, Юн и я сам. Но это временно. — Рад, что вас волнует будущее острова и вы пришли обсудить его судьбу. Надеюсь, мы сможем заключить взаимовыгодные соглашения.

— Рады видеть вас в хорошем настроении и полном здравии, — чуть поклонился Ксу Канг. На секунду мне даже показалось, что он ошибся, но следом поклонились остальные, хотя даже номинально я был не самым старшим из присутствующих — ни по рангу, ни по статусу, ни по возрасту. В любом случае присутствующие были либо равны, либо важнее меня.

— Благодарю. Рад, что и вы не пострадали во время нашей маленькой междоусобицы с господином Шеном, — ответил я, благожелательно улыбаясь и стараясь не проявлять агрессии. Из всех присутствующих я знал от силы половину, а уж в эмблемах кланов и вовсе ничего не смыслил. Придется оставить это на Юн.

— Прошу прощения, что спрашиваю напрямую, но если зашла речь о ректоре, то что вы собираетесь с ним делать? — поинтересовалась Сонг, которая, даже сидя чуть ниже, возвышалась как надо мной, так и над остальными. — Понимаю вашу неприязнь и власть над побежденным, и все же — он сделал для острова больше всех остальных. Вел академию, помогал и обучал.

— Этим он и займется, как только придет в себя. Если, конечно, сможет смириться со своим поражением. Надеюсь, наш конфликт разрешен. Точки над iрасставлены. В данный момент как наследник учения Трех Путей великого Мастера, я собираюсь возродить его школу, — проговорил я, отслеживая реакцию окружающих — в целом положительную. — Гуанг Шен, если захочет, займет место мастера и декана факультета Юань-ци. Место декана Чжен-ци я бы предложил вам, госпожа Сонг. Если у вас будет такое желание и время. Сюэ-ци пока под вопросом, хотя есть очевидная кандидатура на эту роль.

— Странно говорить о таком в подобное время раздоров, — нахмурилась орчиха, сжимая кулаки. — Однако академия и в самом деле была тем, что объединяло все семьи. И если у вас получится ее возродить — это станет крупной победой.

— Возродить — нет. Боюсь, подобное уже не выйдет. Создать новое, взяв лучшее от старого и усовершенствовав — вполне возможно. Кроме того, я собираюсь поднять на должный уровень фракцию ремесленников и сделать ее отдельным, не менее важным, чем основные три, направлением. Алхимия и кузнечное дело должны перестать играть второстепенные роли и вместо дополнительных профессий приобрести равную значимость.

— Это, безусловно, хорошо, но как? — оживился Ксу Канг. — У нас недостаточно ресурсов даже для того, чтобы просто восстановить утраченное в боях оружие. Металлов едва хватает на починку.

— Я это прекрасно осознаю. И хотя решение есть, оно неочевидно. Можете считать это глупостью или блажью, однако я уверен: при должном уровне успехов нам поможет бог.

— До недавнего времени это прозвучало бы полным бредом, — усмехнулась воительница и золотой герой Жизни. — Но мало кто будет спорить с тем, что все изменилось. Мы все его видели — и знаем, на что он способен. Хотя нужно быть благодарными, что он не вмешивается напрямую в дела острова, жрецы говорят, что лишь воля Януса удерживает нас на краю гибели.

— И это правда, — подала наконец голос неизвестная мне неко с ожерельем в виде семи голов. Представительница их правящего класса — Сциллы. Весьма миловидная кошечка, звериную натуру в которой выдавали лишь уши и хвост. — Мы сотни лет жили рядом с Хаосом, но никогда не чувствовали столь сильных воздействий. И вы все видели тварей, что лезли через порталы.

— Именно о них я сейчас говорю. Если через червоточины и прорывы могут пробиться враги, то и ресурсы можно добыть, и торговлю наладить. Вопрос сил, вложений и времени.

— Наша подруга, Имаджин, до того, как исчезнуть, рассказывала о мире, полностью состоящем из железа, — задумчиво подсказала неко. — Можем спросить ее, когда она вернется. Хотя странно, что ваши соратники, Куват и Аи, не сообщили о столь интересной находке. Ведь они уходили вместе.

— Очень интересно, спасибо. Я обязательно уточню, — я улыбнулся, делая себе заметку большими буквами: «Выяснить, что произошло за полгода моего отсутствия». — Однако для милости бога тоже придется сделать немало. Для начала — увеличить количество молящихся. Пусть это и основная обязанность жрецов, однако и мы можем существенно в этом помочь, хоть и не прямо. Обеспечим достойную жизнь — освободим время для молитвы и покажем, почему это нужно делать. Изменения уже есть, и, возможно, вы их заметили.

— Сложно не заметить, когда температура с пятидесяти градусов упала до тридцати пяти, — согласилась Сонг, ухмыляясь так, что стали видны клыки. — Учитывая, что это произошло совсем недавно, после убийства демона, думается, именно вам мы обязаны за такую щедрость? И сколько нужно принести голов, чтобы уменьшить ее еще градусов на десять?

— Все несколько сложнее, но мысль в целом верная. Последним явным направлением в новой академии станет контроль Хаоса. Или, как его называют жители подземелий — магия. Всех видов и форм, равно как и борьба с ее проявлениями, включая демонов и ёкаев. Надеюсь, в этом мне поможет клан Неко.

— Будем рады предоставить самых выдающихся из наших воспитателей, — с готовностью согласилась Сцилла. — Участие в жизни города, включение в общество — само по себе станет наградой. Однако, думаю, вы понимаете, что этим не ограничится?

— Естественно. Преподаватели будут получать жалование предметами первой необходимости, в том числе — пищей. Да и сама академия не может быть полностью благотворительной. Однако куда важнее следующий вопрос — очищение нашего острова от врагов, возврат земель и становление нового порядка. Думаю, именно он привел вас сюда, а не праздное любопытство.

Для начала хочу вас заверить, что мы и в самом деле не собираемся сидеть в крепостных стенах. В ближайшие дни, скорее, уже завтра, после полудня, я уйду из города с новобранцами и припасами, для того чтобы начать освободительную операцию. Если кто-то захочет к нам присоединиться, он получит равное по соотношению людей к моим участвующим бойцам количество отвоеванных земель.

При этом, естественно, будет учитываться полезность солдат и их ранги. Например, золотой герой получит в двенадцать раз больше, чем медный неофит. Просто потому, что последний почти не в состоянии что-либо сделать. Но если тот же неофит каким-то чудом сможет убить противника, равного герою по уровню — он получит столько же, сколько получил бы в схожей ситуации герой. Думаю, это достаточно честно.

Ремесленники, лекари и маги, не имеющие пока ранга, будут оцениваться по той пользе, что они принесли во время сражения. Сколько спасли людей, как смогли отремонтировать или из чего создать орудия. Будут и отдельные категории полезности, относящиеся к магам Природы и алхимикам-огневикам. Думаю, нет смысла объяснять, в чем их явные преимущества.

— Если вы хотите включить Неко в нашу структуру, то как собираетесь оценивать ранг? — нахмурилась Сонг, долгое время преподававшая классу гениев. — Их техники и способности совершенно не похожи на все, с чем мы сталкивались. Обычные упражнения: медитативные, силовые и тайные — для них незнакомы.

— Верно. Но у нас есть универсальный механизм — система поединков, — согласился я, сразу предлагая альтернативу. — Благодаря ей я поднялся так высоко. А учитывая все последние победы и сражения, моя сила и полезность далеко превышает те показатели, что лежат в основе используемых техник. Есть еще общие вопросы? Если нет, давайте перейдем к частным беседам. Если же вы хотите обсудить вступление в мой клан с сохранением структуры своего собственного, подумайте, зачем это нужно вам, а главное — мне. Господин Ксу Канг, прошу, пройдемте в заднюю комнату, там будет удобнее.

Глава 14

— В первую очередь хочу еще раз поздравить вас с невероятным успехом, — улыбнулся Канг. — Гуанюй и остальные главы Великих Домов признали вас владыкой.

— Вот с чем связано ваше отношение, — наконец понял я подвох. Еще бы, с легкой руки отца Юн всем объявили — нет, это не герой победил владыку, это была битва равных, а вы даже не думайте сюда соваться. Просто, но со вкусом. — От всей души благодарю.

— Мы готовы стать вашими союзниками и вернуть часть переданного на хранение порошка. Однако не в полном объеме. Так вышло, что две бочки из десяти были использованы для создания ракет и гранат. И, к сожалению, у нас нет возможности возобновить добычу — ведь пещеры находятся на территории, захваченной отступниками из Пинг.

— Прекрасно вас понимаю. Очень жаль. Но, возможно, вы сможете компенсировать мне эту утрату стальными трубками? По крайней мере, десяток штук. Я дам характеристики и чертежи того, что мне понадобится. Я не врал и не преувеличивал, когда говорил, что собираюсь сделать ремесленничество одним из основных факультетов. Это крайне важно как для меня, так и для острова в целом.

— Рад это слышать, хотя все еще не понимаю, как именно вы собираетесь этого добиться, — хмурясь, произнес молодой глава Ксу.

— Для начала — не будем изобретать что-то принципиально новое. Мне понадобятся стенные баллисты и «скорпионы». Вроде тех, что сейчас на стенах Скрытого дворца. Поставить их на телеги, впрячь мулов — и мы получим весьма сносное преимущество в дальнобойном вооружении.

— Это крайне серьезное и мощное оружие, создание даже одной баллисты займет около месяца. А снять ее с городских стен значит сильно ослабить оборону всего Скрытого дворца, — возразил Канг. — Можно подумать над сооружением «скорпиона», однако его мощь не принципиально превышает обычный рычажный арбалет.

— Сегодняшняя ситуация в корне отличается от всего, что было раньше. Демонические твари не просто находятся на территории острова — они отъедаются и растут. И если в ближайшее время не предпринять решительных шагов — баллисты нам уже не помогут. С другой стороны, я сам не смогу одновременно находиться на всех участках боев. Демоны же прекрасно усвоили — там, где баллисты, там смерть, и не станут соваться на отряды, вооруженные ими.

— Хорошо, господин Валор. Бочки будут доставлены в любое удобное для вас место. Как только пришлете чертежи трубок — мы их сделаем, а со «скорпионами» я что-нибудь придумаю, — наконец согласился Ксу Канг.

Подписав соглашение на бумаге, мы, довольные, вышли к остальным и, зачитав основные положения, пожали друг другу руки.

— Всего доброго, господин Ксу Канг. Госпожа Сонг, прошу вас.

В дверях произошла неловкая заминка. Я по привычке пропускал вперед наставницу, она же — меня, основываясь на старшинстве ранга. В конце концов привычка победила, и мы зашли в комнату почти одновременно, но, когда дверь закрылась, оба испытывали небольшую неловкость.

— Прежде чем обсуждать дела клана, я прошу отдать мою внучку в ряды Сонг, — наконец собралась с мыслями орчиха. Она никогда не отличалась дипломатичностью или политической гибкостью, и даже на посту заместителя ректора вела себя как воин-герой, прямо идущий к своей цели. Аи в этом похожа на нее как две капли воды.

— С удовольствием, госпожа. Но при одном небольшом условии — она станет вашей наследницей.

— Естественно, — тут же согласилась Сонг, но мгновенно поняла — что-то не так. — Погодите. Вы планировали это с самого начала, обсуждали с Аи?