Помоги проекту - поделись книгой:
Добродушный американец думал, что предусмотрел всё, но он ошибался… О Литвинове знали два злобных существа, которые пребывали в сомнении, не желая навредить своему другу. (Борьба между Светом и тьмой идёт в душе у каждого из нас и временами доходит до крайнего напряжения!). Эти двое колебались, но вскоре они сделают свой выбор…
Глава четвёртая. Центр
1988 год. США. Нью-Йорк.
Литвинов вышел из такси напротив высотки на окраине города. Дверь на фотоэлементах распахнулась, – он вошёл в здание и тотчас увидел господина из берлинской гостиницы, который приветствовал его по-английски:
– Мистер Литвинов, добро пожаловать в Америку! Как добрались?
– Спасибо, хорошо. Позвольте спросить, сколько языков вы знаете?
– Знание языков – великое благо, мистер Литвинов! Можно в любой стране мира чувствовать себя словно дома. Меня зовут Майкл. Я провожу вас к шефу…
Они поднимались на лифте.
– Я мог обратиться в Комитет, – заметил Литвинов. – Вы не думали об этом?
Майкл усмехнулся:
– Мы просчитываем все варианты. Но вы человек не глупый и понимаете, что для вас лучше всего. В КГБ вам не помогут!
Лифт остановился на пятом этаже.
– Третий кабинет направо, – сказал Майкл и скрылся из виду.
Первое, что увидел Литвинов за дверью, была ЭВМ, похожая на большую развёрнутую книгу. Мужчина, сидящий за столом, оторвал глаза от компьютера и поглядел на посетителя. Редкие морщинки на моложавом лице выдавали зрелые лета этого человека…
– Мистер Литвинов, – улыбнулся шеф, – я знал, что вы сделаете правильный выбор! Присаживайтесь. Вы проделали долгий путь!
Литвинов сел в удобное кожаное кресло и спросил:
– Вы следили за мной?
– Ну что вы? Мы не связаны с правительством США и методы ЦРУ не исповедуем! Я не хочу, чтобы между нами были недопонимания с самого начала. Наше сотрудничество будет строиться на взаимовыгодной основе. Мы помогаем вам разобраться в себе, научиться управлять энергией вашего разума, а вы работаете на нас…
– Что я должен буду делать? – спросил Литвинов.
– Вы учёный в области кибернетики, недооценённой в соц. лагере. У вас нет будущего в Советском Союзе, как нет будущего и у вашей страны. Работая на нас, перед вами откроются новые перспективы, о которых вы и не мечтали! Впрочем, всему своё время, мистер Литвинов…
Он нажал на кнопку, и вскоре появилась белокурая девица в короткой юбке.
– Хелен, – сказал шеф, – проводи мистера Литвинова в его апартаменты.
– Что это значит? – возмутился Литвинов. – Я должен буду жить в этом здании?
– А что вам не нравится? Ваша проблема с жильём решена. И заметьте – мы с вас не возьмём ни цента за проживание! Все наши сотрудники живут и работают в этом здании. Это очень удобно! Поверьте, комфорт мы вам обеспечим… В конечном счёте, вы всегда сможете покинуть это место!
Литвинов нехотя отправился вслед за красивыми ножками секретарши Хелен. На лифте они спустились на второй подземный этаж, прошли по безлюдному коридору и очутились возле двери с номером одиннадцать. Хелен протянула ключ и сказала:
– В комнате есть всё необходимое. Столовая – этажом ниже. На стене вы увидите кнопку вызова. Если что-то понадобится, достаточно нажать её, приду я или Бетти…
Хелен исчезла. Литвинов оглядел комнату и заметил красную кнопку над столом:
– Нажать или подождать? – он засмеялся. (Литвинов и не подозревал, что за ним наблюдало всевидящее око микроскопической камеры, встроенной в стену). Устав с дороги, он принял душ и лёг спать.
На другой день рано поутру зазвонил телефон. Литвинов спросонья поднял трубку и услышал:
– Мистер Литвинов, ваш рабочий день начался, вам пять минут на сборы, я вас жду в коридоре.
– Кто вы? – хотел спросить Литвинов, но в трубке уже раздались гудки.
Он наспех оделся, вышел из комнаты и тотчас увидел молодого человека в очках.
– Мистер Литвинов, меня зовут Джек, на первых порах я буду вашим куратором. Пойдёмте, я покажу вам ваше рабочее место…
Вскоре они оказались в просторном кабинете с богатой мебелью и компьютером на столе.
– На таких машинах создавали спецэффекты для трилогии «Звёздные войны»! – не без гордости промолвил Джек.
– Звёздные войны? – удивился Литвинов.
Джек усмехнулся:
– Я совсем забыл, что вы из Союза прибыли! Пока осваивайте новое оборудование. Нашу лабораторию я вам покажу во второй половине дня. Да, и сегодня к вам придёт человек из особого отдела…
– Особый отдел… Что это? – спросил Литвинов.
– Не волнуйтесь. Эти люди творят чудеса! Они помогут вам…
Под конец рабочего дня в кабинет вошёл невысокий коренастый мужчина:
– Мистер Литвинов, я из особого отдела… Прошу следовать за мной.
Он привёл Литвинова в лабораторию, где стояло множество столов с приборами. Их встречал маленький господин, как две капли воды похожий на первого. «У меня в глазах двоится?» – с улыбкой на губах подумал Литвинов.
– У нас для вас радостная новость, – сообщил тот. – Аномалия вашего мозга поддаётся лечению с помощью лазерной терапии. Боли вы не почувствуете. И у нас есть всё необходимое для операции. Требуется только ваше согласие…
– Я ничего не слышал о лазерной терапии мозга, – засомневался Литвинов.
– Доверьтесь нам, во всём мире только мы можем помочь вам… Доверьтесь нам! – этот голос звучал сладостно и убаюкивал. Веки тяжелели, глаза закрывались… Ослабевшее тело Литвинова подхватили под руки близнецы и положили на кушетку… Потом к голове его подкатили какую-то тележку. Зажужжала машинка для стрижки волос. Посыпались пряди клочьями на пол. Остриженную голову вмиг усеяли провода. Однако за мгновение до подачи тока Литвинов открыл глаза…
– Всё будет хорошо, – звенел голос в его сознании. – Вы на солнечном пляже, плещется море у ног…
Литвинов слышал крики чаек в вышине и шум морского прибоя. Но всё исчезло, едва только пошёл электрический ток, а его тело забилось в жутких конвульсиях. Он издал отчаянный крик и рванулся, что есть силы, но ремни на руках и ногах помешали ему освободиться…
Чудовищная боль внезапно отпустила его; он потерял чувствительность и забылся спасительным сном…
Литвинов очнулся. Маленький господин широко улыбался:
– Поздравляем, мистер Литвинов. Операция прошла успешно! Теперь вам надо отдохнуть. Ступайте в свою комнату.
Литвинов нетвёрдо встал на ноги:
– Что произошло? У меня голова идет кругом!
– Это скоро пройдёт. И всё будет хорошо, – успокаивал звенящий голос.
– Мне было больно. Что вы со мной делали и… почему связали меня? – вспылил Литвинов, но вдруг встретил проницательный взгляд маленького господина.
– Ступайте в свою комнату!
Литвинов послушался, а наутро не помнил о событиях минувшего дня…
В Центре время летит незаметно. Звонит будильник. Новое утро. Приступаешь к работе… Не успеешь оглянуться, и день уже клонится к вечеру. Так, и проходит жизнь в бетонном подземелье, где не чувствуется дыхание времени года, куда не проникают лучи солнечного света, – посреди бездушных машин и приборов…
Вместе с Литвиновым работали учёные со всего мира, но больше всего было выходцев из Советского Союза. Три раза в день всё общество Центра собиралось в столовой, где продолжались начатые в кабинетах разговоры.
– Нас не выпускают из здания, – заметил как-то Литвинов. – Лифт закрыт, а лестницы наверх нет. Вам не кажется это странным?
– У меня есть всё, – возражал его оппонент, – крыша над головой, трёхразовое питание, а самое главное – интересная работа… Что ещё надо?
– А как насчёт свободы и запаха природы? – спрашивал Литвинов, и на этом разговор заканчивался; его собеседник пересаживался на другое место. Литвинов недоумевал: «Что-то тут не так!».
Но вскоре с ним приключилось несчастье: приступы безумно-сильной головной боли одолели его. А препараты, которые давал медик, не помогали. Литвинов лежал на кровати, колотил по красной кнопке, жалобно звал на помощь, но никто не появлялся. Ему казалось, что вот-вот смерть придёт за ним…
Между тем, шеф наблюдал за страданиями Литвинова, глядя в монитор компьютера, и насмешливая улыбка скользила по лицу его…
Боли прекратились внезапно. Литвинов проснулся поутру, чувствуя себя здоровым и полным сил. Медик разрешил ему выйти на работу. «Всё закончилось», – думал, радуясь, Литвинов, но он ошибался – всё только начиналось…
Единственным человеком, с которым подружился Литвинов в центре, был Миша Розенберг: еврей, в конце 70-х годов он эмигрировал на свою историческую родину в Израиль, а оттуда перебрался на постоянное место жительства в США.
О женщинах Миша говорил со страстью, охотно вспоминая о своих похождениях. В тот день зашёл спор о том, кто лучше: москвички или сибирячки? Каждый тянул одеяло в свою сторону…
– В Новосибирске женщины, может, одеваются похуже столичных модниц, но им никогда не откажешь в скромности и простоте характера в отличие от гордых и самовлюблённых москвичек! – говорил Литвинов.
– Москвы не знаешь ты. Нет лучше города на свете! – парировал Розенберг.
– Может, пора вернуться в Союз, Миша? – как бы невзначай спросил тогда Литвинов.
Розенберг тотчас же изменился в лице и тихо прошептал:
– Ничего не изменить…
– Ты чего-то боишься? – осведомился Литвинов.
– Да иди ты! – вспылил Розенберг и поднялся из-за стола. Тогда Литвинов удержал его за руку и потребовал:
– Нет, ты скажи.
Розенберг злобно взглянул на него, и Литвинов услышал: «Мы под колпаком… Они придут за нами, где бы мы ни были!».
– За нами следят? Что это значит? – нахмурился Литвинов.
– Отпусти мою руку, – прошипел Розенберг.
«Не слова, а мысли его услышал я, – не сразу понял Литвинов. – Но нет. Этого просто не может быть! Мне почудилось, не иначе…»
Поначалу голова гудела от потока чужих мыслей, но вскоре Литвинов свыкся со своей новой способностью и даже научился получать от неё удовольствие…
Прошло три года… Однажды в его кабинет вошёл полиглот Майкл:
– Приветствую, мистер Литвинов, шеф вызывает вас к себе…
Литвинов с трудом узнал заметно помолодевшего шефа.
– Садитесь, мистер Литвинов. Рад вас видеть! Мне говорили о ваших проектах… Впечатляет! Вы неплохо потрудились, и теперь у меня для вас две новости: одна хорошая, другая плохая. С какой начать?
– Давайте, хорошую новость оставим напоследок…
Шеф сразу помрачнел:
– Вы, может, не помните, но вам делали операцию в особом отделе. Вынужден вас огорчить: она не принесла ожидаемого результата… Мы не боги! А о человеческом мозге, по большому счёту, известно лишь то, что это весьма сложная и неизученная субстанция…
– И что же теперь? – нахмурился Литвинов, почувствовав себя обманутым.
– Но выход мы нашли, – улыбнулся шеф. – Отныне вы более не опасны для окружающих…
– Что вы хотите этим сказать?
Поделиться книгой: