Искупление грехов

По пути в кабинет мудреца я кратко пересказал наши похождения и результаты вылазки. Соксон оценил и, узнав, что пришлось один поглотитель установить раньше времени, только крякнул от досады. Когда мы уже сидели и пили разбавленное вино из его запасов, мудрец признался:

- Меня всё, что происходит, сильно волнует. Вот возьмём, к примеру, тот поглотитель, который пришлось заменить. Почему он так быстро выдохся?

- Может быть, мастер, было слишком много мудрости вокруг?

- Тогда почему соседние не выдохлись? Вот! – Соксон заметил моё пожатие плечами. – Не знаешь… И императорская канцелярия – не знает!

- А причём тут она, мастер? – не понял я.

- При том, что планы на очистку присылают они, – ответил Соксон. - И контролируют выполнение планов обычные чиновники из императорской канцелярии. Вот если бы там все поглотители выдохлись – тогда это чрезвычайное происшествие. Прискорбное, но не поддающееся контролю.

- А если один, – догадался я, – то значит, кто-то виноват. Вы или я.

- Шрам, вот именно так! – обрадовался моей догадливости мудрец. – И объяснить, что место тут уникальное, что знакомые схемы работы тут не подходят, что странностей слишком много – невозможно. А ты ещё мне тут рассказываешь про этих изменённых людей, которые мудрость используют.

- А разве таких в истории не было раньше?

- Если и были, то до нас упоминаний не дошло, – ответил Соксон. – И меня это тревожит не на шутку. Понимаешь?

- Нет, – честно признался я.

- Почему? – удивился мудрец.

- Ну, мастер, есть же серые люди, кочевники, волосатые…

- Ты волосатого видел? – удивился мудрец. – Ты же не ходил в Дикие Земли?

- В зверинце, в Форте Ааори, – пояснил я. – Так, а почему вас местные изменённые люди волнуют?

- Как тебе объяснить так, чтобы понятно было… – Соксон покачал головой. – Так вот с тобой пообщаешься и научишься на вопросы чиновников отвечать. Но ты не думай – ты не глупый!

Мудрец зря переживал.Лишних иллюзий на свой счёт я не питал. Вроде в первый год учился быстро, на лету схватывал, и везло мне, но новое усваивалось в моей голове с каждым месяцем всё хуже и хуже. И тут уж ничего не поделаешь. Можно быстро набрать словарный запас, когда его нет, а когда уже какой-то есть, каждое новое слово запомнить – лишний труд. Я вот искренне уважал самого Соксона, который дожил до седин и не уставал учиться новому.

- Я и не думал, мастер, – успокоил я мудреца. – Мне пока и трёх лет-то нет…

- Ну да, – Соксон усмехнулся в бороду. – Как ты уже знаешь, всегда считалось, что природа таких земель, как окрестности Линга, сродни природе трещин. Ради этого мы готовы изучать такие вот ненормальные образования в надежде найти способ вылечить наш мир. Но эти образования… они всегда были… как бы сказать… неполноценными!

- Неполноценными? В смысле, не дотягивали до природы трещин, да? – переспросил я, и Соксон удовлетворённо кивнул. Может, он и в самом деле отрабатывает на мне общение с имперскими чиновниками?

- Люди, по представлению известной нам науки, всегда были существами сложной организации. Это понятно?

Я кивнул.

- И людей изменить, по представлению современной науки, было сложно. Во всяком случае, изменить так, чтобы они оставались людьми. Понимаешь?

- А изменить, превратив в неразумных тварей, можно было? – уточнил я.

- Да! Ну вот как первая форма не-живых, – пояснил Соксон. – Никакого разума! Он уже потом появляется. Раскол мира – это явление божественного порядка, ему «прощалось» изменение людей. Но земли Линга – это творение рук человеческих. И что же, получается, люди могут изменять людей?

- Значит, могут, – согласился я.

- Никогда об этом не говори, если рядом будет карающий, – наставительно произнёс Соксон. – Никогда! Спишут!

- Ну вот же изменённые люди в Линге. За что списывать-то? – удивился я.

- Шрам, а ведь ты прав! – Соксон неожиданно засмеялся. – Над тобой ведь не довлеет весь груз научных знаний. Твой взгляд не тонет под спудом поколений мудрецов, описывающих общую картину. Твой ум не тяготит давление общественных сдержек.

- Мастер? – мне показалось на секундочку, что Соксон заговорил на другом языке.

- А? Ну да, – мудрец вздохнул и задумался перед тем, как продолжить. – По расколу написаны тысячи трактатов, Шрам. Авторы многих из них до сих пор живы и счастливо занимают высокие посты в Совете Мудрецов и высокое положение в обществе. Они богаты, влиятельны, и всё это они заслужили своими трактатами и знаниями. А тут основополагающее утверждение всех трудов на эту тему – пошатнулось! Понимаешь?

- Так нужно лишить их всех этих денег и положения, – предложил я. – И отправить сюда. Пусть новую теорию пишут.

- Легче тебя и меня убить! – сердито оборвал мои предложения Соксон. После нескольких секунд размышлений я понял, что да – и легче, и дешевле.

- Получается… Проще мудрецам отвернуться и ничего не увидеть, чем пытаться всё переделать? Так, что ли?

- Так да не так! – ответил Соксон. – Со временем всё изменится. Конечно, мы, мудрецы, живём долго, но вы, ааори, если овладеваете мудростью, чувствуете себя и мир вокруг – живёте и дольше. Сменятся поколения – изменятся взгляды… Тут беда в том, что если сейчас настоящее идёт вразрез с трактатами – то это проблемы настоящего… Вызовут меня в Империю, и что я им рассказывать должен?

- Так назовите изменённых людей предателями какими-нибудь. Не говорите, что они изменённые, мастер, – предложил я и осёкся, встретив в ответ внимательный взгляд Соксона. – Что не так?

- Ты предлагаешь мне, – осторожно начал мудрец, – сообщить людям, что среди них есть предатели, продавшиеся изменённым, и подкрепить всё это доказательствами?

- Э…

- Чтобы каждый из них стал присматриваться к соседу, а не является ли предателем этот самый сосед?

- Нет, но…

- Потому что сосед обязательно станет предателем. Просто потому, Шрам, что брошь у него более блестящая, и жена – более красивая…

- Ну почему сразу жена-то более красивая?

-Так чужая жена всегда краше собственной, – ответил Соксон. – Скотина жирнее, мебель и одежда дороже, и даже трава и та – зеленее, чем у тебя… Тут я им и причину подкину – предатель он просто рода человеческого.

- Нет, – я передёрнул плечами. – С такой позиции я этот вопрос не обдумывал.

- Само собой, – мудрец засмеялся. – Взаимоотношения между людьми для вас, ааори, тема неподъёмная в первые годы жизни. Тут вкладывай знания или не вкладывай – только опыт поможет.

- Что же делать? – спросил я.

- Ну что делать?.. Выкручиваться, юлить, брать на себя, – мудрец отмахнулся. – Придумаю что-нибудь. Когда у тебя амулеты и образцы забрать?

- Да в любое время, мастер. Присылайте повозку – всё сдадим, – ответил я. – Хотел спросить… Не планируется ли в ближайшее время выходов?

- Конечно, а что такое? – не понял мудрец.

- Да тут дело такое… У меня пол-отряда на лечении, – признался я. – С кем идти?

- Вот незадача… И долго лечиться будут? – может, мы, ааори, ничего не понимаем в отношениях между аори, но в отношении своего отряда я точно понимаю больше, чем Соксон.

- Неделя. Может быть, две, – ответил я. – Я сам на ноги встану дней через пять только. Пока что еле хожу.

Соксон поднялся и подошёл к столу, перебирая свитки.

- Нет, Шрам, – сказал он наконец. – Нет у вас двух недель. Прости. Нас сроки поджимают и новый наместник. Положим, перенесу я на пару недель установку новых накопителей, но проверку старых – никак. Да ты и сам видел…

- А егеря не справятся? – спросил я кисло, догадываясь, каким будет ответ.

- Справятся, конечно… Но потом новых выписывать придётся, – ответил мудрец. – И я тебе скажу, с каждым разом это будет делать всё сложнее. Знаешь, что я думаю… Надо тебе взять десяток егерей и десяток нори – на обучение.

Я поморщился, представляя, как это будет «весело».

- Не кривись, Шрам! – Соксон вернулся на место. – Всё равно придётся, и ты это понимаешь. Наместник хочет, чтобы у вас была замена, и он добьётся своего. Вот увидишь – сам тебя вызовет и заставит.

- Да уж, мастер, умеете вы порадовать, – пробормотал я. – Сколько у нас времени?

- Пять дней я тебе выбью, – ответил Соксон. – На большее не рассчитывай. Пять дней! И это потому что тебе самому надо на ноги встать.

Соксон не подвёл – выбил пять дней, как и обещал. Впрочем, мудрец оказался прав и в других своих предположениях. Посланник от графа нашёл меня у торговца, с которым мы как раз яростно торговались по поводу нового снаряжения для бойцов. То есть я просто пытался, а Пятнашка – торговалась от души. Пришлось оставить всё на девушку и плестись в администрацию, где мне вручили приказ начать обучение егерей, нори и даже пехотинцев вылазкам в земли Линга. И если за прошедший день я ещё как-то смирился с егерями и нори из Форта, то пехотинцы стали для меня большим сюрпризом. Пришлось даже просить чиновника, вручившего мне приказ, проверить – верно ли всё написано.

Вопрос с гарнизоном я решил отложить и отправился сначала к Ниаму, а потом к Бексу, с каждым из которых у меня состоялся весьма неприятный разговор. Да что и говорить: ни один, ни другой не радовались тому, что придётся своих людей вручать под моё начало. Поэтому в первые минуты пришлось выслушивать много интересного про себя и наместника, кивая и пропуская мимо ушей слова «недоросль», «сосунок, «мелкий» и т.п. Много новых слов узнал, которые можно бурчать себе под нос в особо неприятные моменты жизни.

А уже когда спадал накал страстей, удавалось обсудить, кого мне дадут на обучение, как это будет проходить, и кто и за что будет отвечать. Бекса я попросил назначить пару десятков ветеранов, которых мне будет очень сложно обучать – зато потом они сами вобьют все знания в тех, кто помоложе. У Ниама я, наоборот, просил самых неопытных, потому что на их примере можно будет заработать хоть немного уважения у нори-ветеранов. Нет, они, конечно, про меня знали – все, в конце концов, ходили освобождать Мобан, но одно дело слышать, а совсем другое – подчиняться.

Особенно все мои метания «нравились» Пятнашке, которая требовала от меня лежать и лечиться. А уж когда она узнала, что я собрался идти к Ворготу в лагерь строителей, то встала намертво и отказалась меня отпускать. Приказать она мне не могла, зато угрожать – сколько душе угодно. Одна только мысль, что она выполнит своё обещание и не станет со мной разговаривать ещё месяц – чего стоила. Пришлось объяснять, что иду я не только пить и расслабляться, но и по делу – тот сам просил. И в результате пришлось брать её с собой «для пригляда».

Воргот приходу Пятнашки если и удивился, то виду не подал – и радушно пригласил обоих к себе в дом. Лагерь строителей был организован примерно так же, как наши казармы. Для Воргота и его семьи был построен большой дом, который был в то же время и штабом для совещаний. Отдельно был построен небольшой госпиталь, два склада с припасами первой необходимости и три длинных барака, где жили не только сами рабочие, но и родственники, приехавшие с ними. Детей в такие поездки с собой никто не брал, но жёны нередко отправлялись вместе с мужьями. Тот же Воргот приехал с женой и старшим сыном, оставив малышню на бабушек и дедушек, которых у него с учётом многочисленной родни было немало.

Воргот усадил нас в штабе, жену попросил подать на стол, а сам откупорил бутылку с какой-то ягодной настойкой, которую строители очень любили. Напиток был с кислинкой, но мягче вина и значительно крепче. Пока обменивались новостями, пока выпили по первой и второй – жена Воргота Дагса накрыла на стол и сама села рядом. Готовила Дагса изумительно. Я теперь понимал, почему её муж даже при своей работе отрастил себе немаленькое пузо. Пока ели, дел мы не касались, но я видел, что строитель уже весь извёлся. Стоило отодвинуть тарелки, как он быстро разлил «ещё по чуть-чуть», выпил и тяжело вздохнул.

- Ну наконец-то. Да, мастер? – я улыбнулся, пытаясь немного помочь.

- Да всё никак, – развёл тот руками. – Шрам, можно при…

Воргот кинул взгляд на Пятнашку, а я ответил молчаливым кивком.

- Так вы успели уже с этим наместником поболтать?

- Успели, мастер. Было дело, – признался я.

- Ну и как? – спросил тот.

- Странный вопрос… – признался я, подбирая слова.

- Шрам, вот только честно! – сказал строитель, заметив мои размышления.

- Ну честно – так честно, – согласился я. – В восторг я от общения не пришел, но бывало в моей недолгой жизни и хуже. Хотя всё может быть впереди.

Воргот переглянулся с Дагсой и признался:

- Мы решили уходить через месяц.

- Как через месяц? – ахнула Пятнашка. – А стены?

- Да стены-то мы достроим, девонька, – ответил Воргот. – И всё, что надо, достроим. Сутками работать будем.

- Уж лучше сутками работать, чем с этим графом дело иметь, – сварливо добавила Дагса. – Пришёл сюда и давай мужа ломать – ты такой-сякой…

- Ну ладно-ладно, милая, – Воргот успокаивающе взял жену за руку. – Да, тут у нас с ним совсем как-то не сложилось… И не понравилось мне, что у этого наместника на уме…

- Мастер, ты давай по порядку, – предложил я. – Нам-то тут до весны сидеть. Надо понимать, с чем столкнёмся.

- До весны? Вы же собирались уезжать! – удивился Воргот. – Мы-то думали с вами податься в этот ваш форт, чтобы перезимовать.

- Ну так и подайтесь, – со вздохом ответил я. – Просто без нас. Мы бы вам всё равно особо помочь не смогли. Ты же понимаешь…

- Да, понимаю. Но как-то…

- Тебе сказали подаваться, так и подавайся, – буркнула жена. – И нечего стесняться. Что там за городок-то? Строители нужны?

- Я, конечно, всех тонкостей не знаю, – задумалась Пятнашка. – Но мне кажется, вы там работу себе найдёте, особенно с камнем. Там всегда есть что подновить и залатать. У вас же много каменотёсов было – вот они точно без работы не останутся.

Воргот недоверчиво глянул сначала на девушку, потом на меня, и я поспешил подтвердить:

- Там город на скалах, мастер. Прямо в устье реки. Сам подумай, там войско ааори постоянно размещается – тысяч двадцать человек. Сколько нужно людей, чтобы всё это войско только обслуживать?

- Двадцать! - недоверчиво покачала головой Дагса. – Откуда же столько?

Воргот не удивился. Видимо, знал.

- Ну так-то какие-нибудь заработки найдём, – вздохнул он.

- Вы своё решение об уходе уже озвучили? – спросил я.

- Озвучим на днях. Вот, хотел у тебя спросить ещё… узнать, что ты сам о наместнике думаешь. И там уже примем окончательное решение.

- Так что у вас там с графом случилось, мастер? – повторил я свой вопрос.

- Да мы вроде с ним сначала хорошо пообщались, – ответил Воргот. – Показался понимающим человеком… А давеча пришёл прямо сюда к нам и давай вопросы странные задавать… Что строили, как строили, как быстро умеем. А умеем ли в опасных местах возводить? Я ему говорю: мы не военные инженеры, переправы не строим, стены под огнём не поднимаем. А он мне: а если надо? Ну слово за слово… Сам понимаешь.

- Да ты даже торговаться пытался! – возмутилась Дагса. – Ты же согласился, муж! Только цену задрал.

- Так и задрал! – огрызнулся на жену Воргот. – Всё равно просил меньше, чем военные инженеры. Вполовину. А он и монетку лишнюю платить отказался. Мол, мы должны, и всё тут.

- А мы ведь не должны, – развела руками Дагса. – Ни бесплатно, ни за деньги – не должны.