Шутка с питоном

В одной из книг он прочитал, что большеглазые полозы, за которыми ему как раз поручили ухаживать, — самые большие змеи в нашей стране. Их размеры иногда достигают почти трёх метров в длину. Эти змеи есть во многих зоопарках, они хорошо переносят неволю, но никогда не дорастают до своих максимальных размеров.

И мальчик решил раздобыть молодого полоза, вырастить его до трёхметровой длины, а заодно и приручить.

Каждый день перед сном он рисовал в своём воображении картины, одну увлекательнее другой. То он шёл по улице, обвитый тяжёлыми кольцами гигантского полоза, то демонстрировал его специалистам-герпетологам. Он даже мысленно писал книгу, как вырастил такого красавца-змея, и долго ломал себе голову над её названием.

Как-то заведующий отделом пригласил мальчика к себе домой, показал фотографии и рисунки. Они разговорились, и Володя рассказал ему о своей заветной мечте.

А через год, вернувшись из Туркмении, старый змеелов протянул Володе мешочек и сказал просто:

— Это тебе. — Мальчик быстро развязал мешок, ловко вытряхнул содержимое в террариум и увидел двух молодых большеглазых полозов.

— Хочешь — забирай домой, а нет — пусть живут здесь, — добавил заведующий.

Он ведь не знал, что домой Володя не мог принести змею. Его увлечение змеями не только не радовало родителей, но вызывало их решительный протест. А дедушка с бабушкой были просто в ужасе. Каждый день они отчитывали папу с мамой за что, что они позволяют ребёнку заниматься этими мерзкими тварями. И приводили в пример соседей, которые учили своего сына музыке, и даже дворника, не жалевшего времени и водившего своего внука четыре раза в неделю на фигурное катание и на английский. И так далее и тому подобное.

Даже сосед по лестничной площадке, которому, видно, родители жаловались, встречая мальчика, насмешливо спрашивал:

— Ну, как там твои гадюки? Не съели ещё тебя?

Поэтому, выслушав старого змеелова, Володя только грустно вздохнул и сказал:

— Если можно, я возьму их в школу…

Змей торжественно устроили в просторном, прекрасно оборудованном школьном террариуме.

Полозы быстро освоились и начали привыкать к новому месту. Теперь Володя реже бывал в зоопарке: ему и в школе хватало работы.

Прошла осень, зима, миновала весна, прошумели экзамены. Летом школу закрывали на ремонт. Живой уголок опустел. Птиц, ящериц, ужей, тритонов и ежа выпустили; кроликов, морских свинок, хомяков, ручного зайца и белку ребята разобрали по домам на время каникул. А своих заметно подросших полозов Володя решил пристроить до осени в зоопарке. Но, как назло, уехал на несколько дней заведующий отделом, а без него Володя не решался оставить своих любимцев.

Со дня на день он ожидал возвращения своего покровителя, как вдруг однажды под вечер позвонил завхоз школы и сказал, чтобы он немедленно забирал «своих гадюк» и освободил живой уголок: завтра утром в нём начнутся ремонтные работы.

Было уже совсем поздно, когда Володя, держа в руках мешочек с полозами, устало опустился на скамейку в сквере. Зоопарк был уже закрыт, никого из сотрудников отдела пресмыкающихся Володя не застал, а сторож слышать ничего не хотел о его бездомных полозах. Все Володины попытки устроить змей на ночлег к знакомым юннатам тоже кончились неудачей: кто уже успел уехать в пионерские лагеря, а кто просто боялся родителей. Володя просидел в парке до самой темноты и наконец всё-таки решил пойти домой и попытаться уговорить родителей.

Прежде всего нужно было поговорить с отцом, как мужчина с мужчиной. Отец, внимательно выслушав сына, сказал, что в принципе он не против того, чтобы приютить на одну ночь безобидных змей, но что скажут дедушка с бабушкой?!

Бабушка, услышав о змеях, только заохала, схватилась за сердце, но дед решительно заявил, что немедленно выбросит гадюк в мусоропровод, и даже попытался завладеть мешочком.

Володя представил своих большеглазых красавцев, которые будут ползать среди отбросов и битого стекла, задыхаться в поисках выхода, и, хлопнув дверью, кубарем скатился по лестнице.

В парке было холодно и неуютно. Как назло, начал накрапывать дождь, а тени от деревьев то превращались в бандитов, то змеями расползались по земле. Володя съёжился на краешке скамейки, уткнув лицо в жёсткий воротник куртки, и застыл. «Переночую как-нибудь, — думал он, — а утром отвезу их в зоопарк. Может, и заведующий завтра вернётся. И почему люди так не любят змей? Ведь они же никого не трогают. Вон в Южной Америке даже детей нянчат. В Западной Украине ужам молочко наливают. В комнатах живут — мышей ловят лучше кошек».

Ему привиделся город с зелёными улицами, по которым важно расхаживали страусы, ползали змеи. Полосатые тигры обнюхивали мусорные баки, а из фонтанов насмешливо улыбались крокодилы. И люди их нисколько не боялись. Володя засыпал. Засыпал, прижимая к груди холодный мешочек.

Он уже начал посапывать носом, когда чья-то добрая рука встряхнула его за плечо.

— Проснись, змеелов! Бабка с мамашей валерьянку пьют. Папаша в милицию побежал. А он, понимаешь, спит.

Это был сосед по лестничной площадке. Такой знакомый и незнакомый сейчас в темноте. Володе он показался и работником милиции, и шпионом одновременно. Но этот шпион, добродушно откашливаясь, сел рядом с мальчиком на мокрую скамейку и достал сигарету.

— Ну, что делать будем? — спросил он ворчливо, — Может, отвезём твоих гадюк за город и выпустим?

— Они погибнут в наших условиях, — сразу же пришёл в себя Володя, — Они же здесь не живут!..

— Ну ладно, — махнул рукой сосед. — Бери своё сокровище и пошли ко мне. Были у меня хомяки, были кошки, собаки были. Даже рыбки. А вот змей никогда у меня не было. Кто его знает, может, они лучше канареек?

— А аквариум у вас сохранился? — перебил его Володя.

— Где-то в кладовой. А тебе-то зачем?

— Из него же можно сделать террариум! Засыпать песочком, подвесить лампочку…

— Чудеса! — хмыкнул сосед. — Полный зоопарк!

— Да нет! Мне ненадолго. Я их потом в зоопарк отвезу. Как только заведующий вернётся.

— А по мне — оставляй хоть насовсем! — махнул рукою сосед. — Даже интересно. Только кормить сам будешь: тут, брат, я пас. А там — может, они мне тоже понравятся? Только родителей пугать не надо: поднимайся, пошли.

Они шагали по аллеям пустынного ночного парка, и Володе казалось, что холодный мешочек у него за пазухой чуточку потеплел…

Шутка с питоном

Проиллюстрировать любимую книгу — мечта каждого книжного художника. Но не всегда это удаётся. Мне же повезло.

Нужно было сделать иллюстрации к любимой книге моего детства — замечательной сказке Редьярда Киплинга «Маугли».

Для этого понадобилось нарисовать с натуры некоторых животных, в том числе и питона.

Я зашёл в зоопарк и объяснил своему старому приятелю, работающему в отделе пресмыкающихся, в чём дело.

К моему удивлению, он сразу же проводил меня к павильону змей и, открыв дверцу прямо к питону, предложил войти. Я подумал, что он шутит, и в нерешительности остановился. Но он рассмеялся и вошёл первый.

Пятиметровый тигровый питон лежал в дальнем углу и грелся на солнышке.

Впервые я оказался лицом к лицу с гигантом змеиного племени.

Вид груды поблёскивающих колец змеи вызвал у меня лёгкий озноб. Но видя, что наше вторжение питон воспринял совершенно равнодушно, я взял себя в руки.

Проволочной сеткой мы отгородили угол, в котором я и устроился рисовать.

Всё шло хорошо. И через несколько дней я работал уже без сетки.

Питон мало двигался и не обращал на меня внимания. Его равнодушие немного задевало моё самолюбие. Поэтому я иногда бросал в него мелкие камешки и тыкал прутиком, но это не меняло его отношения к моей персоне, он лишь туже сворачивался, подбирая кольца своего грузного тела.

Посетители, видевшие меня рядом с питоном, реагировали по-разному. Одни утверждали, что питон дохлый или больной, и бросали в мой адрес колкие замечания. Другие просили растормошить его. А одна маленькая девочка, указывая розовым пальчиком, спросила: «А змею дядями кормят?»

А уж для фотолюбителей я был прямо находкой. То и дело они барабанили по стеклу и просили меня принять ту или иную позу.

Так мы с питоном и жили до осени. А когда похолодало, змей стали переносить в зимние помещения.

Моего натурщика доверили мне.

Я набросил ему на голову мешок, чтобы он не вздумал кусаться (ведь у питона масса острых зубов), и смело схватил его рукой за шею у самой головы. Другой рукой я крепко зажал хвост, чтоб не дать ему обвиться вокруг меня, и быстро затолкал беднягу в мешок.

Всё было просто.

Зимнее помещение, куда мы принесли питона, обогревалось несколькими рефлекторами, и температура здесь была не меньше тридцати градусов тепла.

О том, как ведут себя змеи при такой температуре, я узнал несколько позже. А тогда к спокойной гигантской змее я по привычке относился с некоторым пренебрежением. И мне захотелось подшутить над моим приятелем, попечителем змей.

Я знал, что питона недавно купили где-то за границей и дорого за него заплатили.

В общем, это было животное редкое и ценное.

Вот я и решил спрятать питона и инсценировать его исчезновение. И снова полез к нему за решётку с мешком под мышкой.

В первую же секунду он атаковал меня, ударив головой по ногам. Пришлось защищаться от его бросков подобно тореадору, с помощью мешка. Наконец питон впился в мешок, и мне удалось схватить его за шею. Не успел я разобраться, где хвост змеи, как почувствовал на свободной руке тяжесть плотного кольца. Попытался столкнуть его, но не тут-то было! Кольцо неумолимо сжималось…

Отогревшаяся змея была полна решимости наказать меня.

Моё положение было довольно смешным. С одной стороны, я нуждался в помощи, с другой — не мог звать на помощь, так как боялся своим легкомысленным поступком подвести товарища, который доверил мне ценную змею.

До сих пор не понимаю, почему никто не пришёл на шум и грохот, который производили мы, барахтаясь в тесной клетке и переворачивая всё, что там было.

В конце концов мне как-то удалось сбросить петлю, зажав хвост ногами и сильно сдавив питону шею.

Я отбросил разъярённую змею и поспешно ретировался. А питон ещё долго шипел и бросался в мою сторону.

Растирая отёкшую руку, я оценил не только силу питона, но и своё легкомыслие.

Медянка

До утреннего сеанса кино оставалось ещё полчаса.

Я сидел в садике и читал газету. Там писали, что весенний паводок принёс много змей с верховьев Днепра, и просили жителей быть осторожными.

С недоумением я перечитал заметку ещё раз…

Вдруг на зеленеющем газоне что-то зашевелилось, я невольно оглянулся… и увидел змею. Она медленно сползла на асфальтовую дорожку и устремилась к проезжей части улицы.

Народа в этот час было на улицах совсем мало, и я оказался единственным, кто увидел живое подтверждение только что прочитанной статьи.

В изящной стройной змее легко было узнать безобидную медянку. Позабыв о кино, я не без труда поймал быструю змею и отнёс её в зоопарк.

Через два дня она исчезла из террариума, и вскоре о ней забыли.

Как-то один из служителей зоопарка с довольным видом рассказал мне, что в дупле старого каштана он замуровал змею.

Оказалось, что ему посетители сообщили о ядовитой гадине, которая скрылась в дупле. Он взял палку и поспешил к указанному дереву.

Когда в дупло сунули палку, оттуда раздалось шипение, показалась голова змеи и быстро опять скрылась. Больше она не появлялась. Тогда люди заложили дупло камнями и послали за цементом. Вскоре отверстие было тщательно заделано, а человечество «спасено» от «опасной» змеи, которая, по описаниям, была той самой сбежавшей медянкой.

Не говоря ни слова, я взял лом и отправился к заживо погребённой пленнице.

С трудом я выбил цемент. Бедная змея даже не пыталась бежать. Я взял её и, сопровождаемый зеваками, отнёс в павильон к змеям.

Через несколько дней беглянка совсем поправилась. Её красивое коричневатое тело вновь отливало металлическим блеском, движения стали ловкими и быстрыми. Рядом с ней ужи и гадюки казались неповоротливыми лентяями. Ведь по своей красоте и изяществу медянка — принцесса змеиного царства наших лесов.

А эта была особенно хороша!

Стремительная и находчивая, она не переставала доставлять нам хлопоты своими побегами. То заберётся в чей-то сапог, то в ящик с инструментами, то окажется в аквариуме с тритонами… А однажды её обнаружили в террариуме с гадюками. Она, очевидно, поняла, что попала в неподходящую компанию, и притаилась в углу, сжавшись в маленький комочек.

Для неё не существовало ни закрытых помещений, ни густых сеток, ни тщательно подогнанных стёкол. Всегда она находила лазейку или сама прокладывала себе путь на волю.

Наконец нам надоело возиться с неугомонной змеёй, я отвёз её подальше в лес и выпустил.

Так она завоевала себе свободу неудержимым желанием освободиться.

Индийские гостьи