Вороны революции

Так, что к Багире, Графит так и не смог попасть, ни вечером, ни ночью, ни утром, ни даже в обед, - когда он спал , как убитый. К ней, он пришел только, через сутки, но как и обещал - вечером. 

Девушка, не спала, когда он деликатно постучав, вошел к ней в комнату. На него в упор уставился взгляд темно-карих глаз, явно , чем-то раздраженных.

- Ты обещал, зайти вчера вечером, а не сегодня вечером. Олег, опешил, - вроде ещё даже не целовались и не обнимались, а уже пошли претензии. 

Но, только усмехнувшись, он сказал: - Багира, я вчера не смог зайти. Поздно вернулся, - гнали колонну техники с центральной базы красно-черных, приехали уже в ночь. - Извини.

Внимательно выслушав его, Багира оживилась и с непосредственностью молодой девушки, стала терзать его вопросами, - довольно кстати глупыми. 

 - А как? А что? А зачем? А ты что сделал? А как он падал? И, что, никого в живых не осталось? Волей, неволей, Олегу пришлось отвечать на все ее вопросы, пока устал не только он , но и она.

Ласково положив ей на голову руку, он провел ею, по ее волосам, растрепав и так ее растрепанные волосы, но ее красивые глаза, внезапно наполнились влагой.

Поняв, что она расстроилась и может сейчас зарыдать, стесняясь его, Олег встал и стал прощаться. Он почти уже вышел, когда Багира остановила его.

- У меня через два дня будет перевязка и мне помыться надо - поможешь?

Ответ да, у Олега, буквально застрял в горле. Заметив его реакцию, Багира удовлетворенно кивнула и улыбаясь каким-то своим мыслям, отпустила его.

Глава 2 Производство разногласий.

Олег лежал на жестком топчане, у себя в комнате и размышлял. Только сегодня его выловил Счетовод и потащил к радиоприемнику, который уже целую неделю, вещал осчастливленным гражданам о пришествии Великих спасителей из-за океана.

 В голове бродили неприятные ассоциации с аборигенами Северной Америки, от которых остались жалкие остатки, некогда огромных племен, и те жили только в резервациях и никакие права человека им не помогли.

 Даже к неграм относились лучше! Ну а, что ждало граждан Оранжевой республики, после оказания такой помощи, - даже не хотелось и представлять. 

Тем не менее, в свете последних событий, нужно было принимать какие-то меры. А тут ещё, его к себе вызывал Герцен – на разборки, причем, события могли принять не самый лучший оборот. 

От взятия в заложники, до принудительного подчинения или даже расстрела, чтобы не вводил смуту.  Все это, Олег прекрасно понимал и поэтому не собирался никуда ехать, а наоборот пригласил Герцена приехать сюда, но тот пока отказался.

О том, что база красно-черных разгромлена, уже знал весь город, но кто это сделал, пока толком не знали. Не знал этого и Герцен, но уже воспользовался информацией и совершил туда рейд, да и не только он, а все кто имел оружие и был числом больше пяти.

И опять появились трупы, которые Олег при вывозе имущества с базы, все собрал и по-человечески захоронил в братской могиле на территории завода, точнее кремировал – воспользовавшись остатками напалма.

Были по слухам потери и у Герцена и у реваншистов, которые толком не зализав раны, позарились на чужое, но к их разочарованию, на бывшей базе «добробатовцев», практически ничего не осталось, ничего, сколько-нибудь ценного.

Поэтому реваншисты были следующие на очереди - на уничтожение. Два вывезенных сейфа, Олег вместе со Счетоводом и Набатом  уже распотрошил. Бухало, стоял на охране, как наиболее болтливый, но в то же время преданный, и теперь Набат подсчитывал деньги и стоимость драгоценностей.

Ему, Олег доверял, - не было в том ни корысти, ни алчности, зато было понимание как деньги преобразовать в бронепоезд, на его бывшем родном предприятии.

Счетовод, тем временем занимался бумагами, пытаясь выудить из них, что-нибудь полезное. В общем, каждый занимался делом. Людей по-прежнему было мало, нот с каждым днем, к нему прибивалось, все больше анархистов из уничтоженных отрядов, сочувствующих и просто перебежчиков.

Попадались, даже бывшие военные, из разных госструктур республики. На все нужно было время, да и мобилизация стала приносить свои плоды, высвобождая действительно ценных бойцов, для проведения боевых операций.

Но, думал Олег даже не об этом, думал он, как им сражаться с американцами, когда те к ним полезут. Одного бронепоезда не хватит, танков нет, артиллерии тоже. Местность степная, судя по-карте области, слабо пересеченная.

Из этого следовал вывод, что нужна мобильность, как у Махно, но у того были кони и гениальная придумка про тачанки с пулеметом. МТ-ЛБ на это дело не годились, БМП тоже – скорость низкая, топлива много жрут, склонны к ремонту, гусеницу сделать, это не колесо поменять.

Нужны машины, но не БТРы естественно. - Джипы…нет – большие неповоротливые, - пикапы, - как в Сирии, хорошо, но не то.

 Во-первых, их здесь мало, во-вторых, ехать по степи, это не по пустыне – разница есть и существенная, да и цель слишком крупная, нужно, что-нибудь поменьше.

А потом, в голове внезапно возник образ багги. Точно! Багги или квадроцикл. Быстрый, легкий, с возможностью установки турели с пулеметом, на два, максимум три человека и главное, чтоб был высокоскоростной и с легким управлением.

Вот и будет у нас аналог тачанки Махно, он тут же придумал и название новых малых мобильных подразделений – багги-стая. Может и странное, но зато правдивое.

Обрисовав себе концепцию защиты, он лег спать, а с утра, приступил к ее реализации, собрав расширенное совещание и обрисовав задачи. 

 В итоге, Набат, убыл решать вопрос с руководством завода, по созданию бронепоезда.

А, Счетовод, отправился решать вопросы, с отцами города – с теми, кто еще был живой, и предъявлять свои права на прилегающий район Сарькова, к поселку Фруктовому.

Еще через неделю, когда благодаря найденным деньгам партийной кассы добробатовцев, они приступили к созданию бронепоезда и партии пробных багги. К нему, не выдержав, заявился Герцен.

Он прибыл на двух броневиках, и  в сопровождении 50 человек охраны. Графит, узнал о его прибытии еще загодя, предупрежденный своими людьми и встретил его на своей базе «черных ворон» - как он теперь ее все время называл.

Заехав во двор, БТРы развернулись, и из них высыпала охрана, чтобы молча уставиться, на выведенных, на прямую наводку, пятерку БМПэх.

- Здравствуйте, здравствуйте, строя из себя радушного хозяина, - сказал Олег, выходя навстречу Герцену в полном боевом и защитном облачении.

- И я, рад тебя видеть Графит, - не остался в долгу, скептически хмыкнувший Герцен, задумчиво оглядывая его фигуру.

- А ты, заматерел, можно сказать вырос. – Не знаю, я со стороны себя не вижу. Каким был, таким и остался.

- Я, вижу, ты расширяешься. – Да. И Олег, подойдя вплотную к Герцену, подал ему руку, которую после небольшой паузы, все-таки тот пожал.

- Давай, все обсудим у меня, раз ты приехал. – Хорошо. И Герцен зашагал вслед за Олегом, в его кабинет на элеваторе.

Зайдя к нему в кабинет, Герцен, отбросив деланные приличия, сразу стал кричать на него, но стараясь не употреблять мата.

- Ты, что творишь, Олег. Ты разрушаешь наши ряды! Мы, сейчас, как никогда должны быть вместе, а ты предаешь нашу партию, наше движение, нашу республику!

-Стоп, стоп, стоп! Это, каким же образом, я кого-то предаю. Тем, что уничтожил в одиночку, центральную базу красно-черных, или тем, что спас нашу базу, здесь в поселке Фруктовом от полного уничтожения.

- Или тем, что собираю людей, с целью уничтожить до конца, как красно-черных, так и реваншистов, и дать отпор иноземным захватчикам, которые вовсю трубят через радио и телевидение, о том какие они добрые и пушистые, при этом, не сколько не скрываясь - раздают наши земли, нашим же врагам.

- А всех граждан Оранжевой республики воспринимают, как аборигенов и папуасов, с соответствующими выводами. Неееет… товарищ Герцен, это вы не правы, не правы.

К чести Герцена, он не стал захлебываться словами как Удав, или хвататься за оружие, он просто сел на стул и устало наклонил голову. 

- Я понял тебя. Что ты хочешь?

- Анархисты исчерпали себя, нужно переформатировать организацию и сменить цвета. Мы, должны дать людям идею, дать надежду и спасти страну, без этого мы все равно погибнем. 

- Нам надо объединить ресурсы и я, согласен, отвечать за боевое крыло нашей организации, если ты будешь ее гражданской администрацией. Вместе у нас есть шанс победить, или хотя бы попытаться объединиться с другими, кто нам сможет помочь.

- Нет! – Подумай, Герцен!  - Я, сказал НЕТ!

- Хорошо, тогда наши пути расходятся. Я, объявлю, что желающие могут уйти к тебе, на центральную базу и не буду препятствовать никому, - но дам только грузовик, если их будет много и легковушку, если их будет мало.

Герцен, нехотя кивнул головой и вышел от него, - чуть позже, затарахтели оба мотора броневиков и выпустив клубы дыма, они стартовали к себе домой, оставив после себя неприятную горечь, отработанных газов и чувств.

Объявляй общий сбор, Бухало, - сказал Олег выйдя из кабинета и увидев его, околачивавшегося в коридоре. - Сей момент, и Бухало убежал.

Через два часа, возле полуразрушенного штаба, Олег говорил о принятом им решении, о разрыве отношений с Герценым и вообще с анархизмом.

 На обдумывание дал время до утра. И заодно, подумать тем, кто останется, как назвать их новую организацию. После чего выставил удвоенные патрули и приказал слить топливо с бронетехники и снять боекомплект.

Время до утра тянулось временно, Графит не стал ложиться спать,  а сидел на кровати, в полной экипировки, готовый выскочить в любой момент, на подавление или преследование, но ночь прошла спокойно.

С утра, прибывшие к нему для доклада командиры, доложили, что ночь прошла бурно, но без неприятных последствий. Было немало недовольных, но, подумав, они почти все согласились, что Графит никогда никого не бросал, а Герцен неизвестно, что за фрукт, да и организации действительно уже хана, и нужно, что-то новое и с другими целями.

В общем, ушло действительно несколько человек и не факт, что они ушли к Герцену, а не куда-нибудь ещё. На второй вопрос, - о переименовании, пока никто ничего сказать не мог, поэтому его пока отложили.

Хотя , Олег все-таки предложил свое название: - «СПЧС»  , Справедливость-Порядок-Честь-Свобода и цвет красно-оранжевый, -  к сожалению без красного никуда, все-таки цвет крови, а ее пролилось уже не мало. Но решение пока принято не было.

Убедившись, что люди остались с ним, а с анархистами им больше не по-пути, Олег решил форсировать события и приказал готовиться к решающему сражению, но не стал пояснять к какому.

Весь день прошел в приготовлениях, но к вечеру все приготовления были завершены. Был разработан детальный план сражения, с указанием ориентиров и плана захватываемой базы, а также оставлен внушительный отряд для обороны самого Фруктового, на случай внезапного нападения.

Ранним утром, все назначенные Графитом силы выдвинулись, для проведения операции в сторону базы реваншистов. Впереди шли БМП-1, шустро работая двигателем и звонко перебирая гусеницами, за ними пара грузовиков и последними пара "мотолыг".

Почти весь отряд разместился на броне, зорко оглядываясь по сторонам. Олег решил, сильно не мудрить и особо не скрываться, а нанес лобовой удар, в направлении главного входа.

Справедливо посчитав, что там бой был одним из самых тяжелых и все мало-мальские огневые точки были разрушены, а новые создать, они ещё не успели.

Так и получилось, выйдя на дистанцию прямого выстрела БМПэхи стали тупо расстреливать, ограждение и прилегающую к нему территорию базы, а минометы, закидывали мины в центр.

После 10 минутной артподготовки, 5 БМП и один МТЛБ двинулись на штурм поддерживаемые пехотой, с редкими вкраплениями бойцов с ранцевыми огнеметами.

Оставшаяся бронетехника, поддержала их навесным огнём. Реваншисты, откровенно не ожидали, такой подачи, да и вообще были не готовы к такому развитию событий.

Бросившись сначала к огневым точкам и попытавшись отбить нападение, они были уничтожены, ещё артподготовкой, оставшиеся - добиты пошедшими на штурм.

Дальше, было уже избиение. Откатившись, реваншисты подтянули все силы и попытались контратаковать, но были уничтожены огнём бронетехники.

Убедившись, что открытое сопротивление невозможно, они забились по-щелям и забаррикадировались в зданиях. Но здесь, пришел на помощь его величество - напалм, которому им противопоставить было нечего.

Дикие крики и яростная пальба впополам с мольбой, не принесли реваншистам успеха, сейчас война шла на уничтожение и Олегу, ничего не оставалось - как сжечь заразу, словно чуму, пока она не перекинулась дальше.

Пленных, ещё перед началом сражения, он приказал не брать, боясь раз пожалев, ошибиться в человеке, а потом жестоко раскаяться, поэтому тех, кто имел желание сдаться в плен, он приказал давать возможность сбежать, но при этом, чтобы они были сильно напуганы.

Ну, а тех, кто слишком хорошо сражался, и мог нанести им большие потери, они старались уничтожить издали или также давали возможность уйти.

Через 1,5 часа - база была захвачена. И бойцы приступили к зачистке. В обед, они уже шли обратно колонной, загрузившись под завязку захваченными боеприпасами, имуществом и продовольствием, да тащили на жесткой сцепке, три неисправных БТРа. До базы они добрались благополучно, вместе со своими трофеями.

Уже находясь во Фруктовом, Олег снарядил ещё одну команду и придав ей бронетехнику для охраны, отправил в повторный рейс, чтобы забрать, оставшееся. Команда, также сумела проделать весь путь без потерь, разогнав попутно мародёров и пристрелив парочку не вовремя вернувшихся реваншистов.

В течении последующих нескольких дней, весь отряд занимался разбором трофеев и укреплением базы. Олег гонял всех, включая и себя, время жалеть себя и других ещё не пришло.

Они были ещё очень малочисленны и слабо организованы. Поэтому на всех дорогах ведущих во Фруктовый были созданы блокпосты, незаметные огневые точки и даже дзоты из подручных материалов, а также завод стал выдавать по-немногу заказанные  багги.

Из которых Олег создал подвижные патрули, которые носились со страшным рёвом по округе, - узнав об этом, к нему со всего города стали стекаться и подростки, которые хотели только одного.

Быть взрослыми, быть нужными, быть сильными, и чтобы о них заботились, и им не надо было думать, что есть и где спать, все же остальные проблемы их не волновали.

Отряд подвижных патрулей, Олег поручил возглавить Бу́хало, - предварительно основательно прочистив ему мозги и наложив огромную ответственность за воспитание подрастающего поколения.

Среди подростков была немалая часть и девчонок, в том числе и из спасенного интерната, многие были сиротами или сбежали от безысходности, -иих, Олег поручил Набату - у которого погибла дочь.

Всех подростков учили обращаться с оружием и оказывать первую медицинскую помощь, ну и в поощрение учили ездить на багги, даже девчонок. Водителями обещали оставить, только тех, кто учился их же и ремонтировать, невзирая на гендерный признак.

Основной упор Олег сделал, на способности людей, а не на их происхождение или близость к руководству, реализовав давно известныйлозунг - "Каждому по-способностям, каждому по-труду". Иначе вся идея, рухнула бы на корню.

И люди стали стекаться к нему - уходя, даже от Герцена. Время работало на него, а людям нужна была сильная власть и защита. Некоторые узнавали об нём, вообще чуть ли не от врагов.

Очень много информации об положении в городе и области приносили подростки, которые казались знали даже, сколько в городе осталось кошек и крыс: - они были идеальными разведчиками, а уж если ещё и с оружием... 

Через неделю, он уже смог основательно укрепить весь посёлок, а на заводе и в железнодорожном депо приступили к созданию бронепоезда, во всех окрестных сёлах были оборудованы базы и связаны патрулями, которые охраняли поля с созревающим урожаем, та как уже было начало июля.

Реваншисты и красно-чёрные были уничтожены, за исключением, мелких отрядов, которые занялись грабежами и с которыми ещё предстояло разобраться. Реальной военной силой, оставался Герцен с остатком людей и полк полковника Рокота, который пока никуда не вмешивался и находился на бывшей главной базе желто-синих.

Время пока работало на Графита и он старался выжить из каждого дня по-максимуму, готовясь к неизбежной схватке за власть, как с отцами города, так и с Герценом и военными.

Но, главная беда - американцы была ещё впереди и так просто её было не решить. Надо было объединятся, но Герцен, сначала отказался, а потом прислал делегацию с другими условиями, но зная историю своего государства не понаслышке, Олег не рискнул с ним связываться, - боясь проиграть  в борьбе с опытным интриганом.

Графит, рискнул всё поставить на свою собственную карту, - но, не будучи ни джокером, и даже ни королем, теперь срочно штамповал новую колоду козырей, стараясь не упустить ничего важного.

Оставалось, ещё много срочных дел, которые нужно было решить в срочном порядке, а именно: - переговорить с Рокотом и администрацией города и решить с новым названием его организации.

Глава 3 Возрождение.

Олег, стоял возле огромной карты республики, наклеенной у него прям на стене и внимательно изучал её. Вся карта была разрисована карандашами, обозначающим расклад враждебных сил и оккупированных районов республики, со множеством пометок, которые Олег нанёс сам, пользуясь полученной информацией из различных источников. Вообще, весь его кабинет был обклеен картами, на одной, как уже говорилось - висела карта республики, на другой стене - карта области, а на третьей - карта города.

 В этом царстве географа, Олег чувствовал себя, как рыба в воде. Ещё с детства, он любил рассматривать карты, фотографии незнакомых стран и играть в "войнушку", - с обязательным написанием приказов и закладкой их в неумело склеенные детской рукой пакеты, и с важностью пряча их потом в письменный стол.

 От судьбы - не уйдешь, и сейчас, он сосредоточившись думал, какой предпринять следующий шаг, когда дверь в его кабинет, правда больше похожий на каморку "папы Карла" - без стука залетел Бу́хало и бешено вращая глазами промычал:

- Там это... судорожно сглотнул и продолжил: - Багира сюда идёт! - И, что? - не сразу понял Олег.

- Она злая... понимаешь? Ты же к ней неделю не заходил! - Так у неё же постельный режим, ей нельзя! А я занят был, ты же видел... Бухало.

- Да ничего я не видел, тикать надо, пока она не прибила тебя за свою обиду.

 И тут, до Олега дошло, что Багира намекала ему, чтобы он помог ей помыться, со всеми вытекающими из этой интимной процедуры последствиями, а он всё забыл, закрутившись в проблемах.

- Ё моё, Олег, аж внутри, весь похолодел от огорчения, - вот же блин, и шанс упустил и действительно не помог, и забыл, и даже не пришёл извиниться, кругом неправ и что теперь делать?