В объятьях Змея или счастье - просто быть рядом... [СИ]

Анжелика — Анна де Король

В ОБЪЯТЬЯХ ЗМЕЯ ИЛИ СЧАСТЬЕ — ПРОСТО БЫТЬ РЯДОМ…

Книга первая

ПОСЛАННИК НОЧИ

Горе тебе, странник, если ты не тот, за кого она тебя принимает. И горе ей, если она не смогла распознать в толпе людей того — кого искала всё это время.

Невольно приходит на ум народная мудрость: любовь зла… И ещё одна: на каждую шею найдётся свой хомут. На самом деле, под этими простыми словами скрыт глубочайший смысл. Мудрые предки пытались предупредить нас, что если нам кажется, что любимый — лучшее, что только может быть на свете, это вовсе не означает, что так и есть на самом деле: любовь слепа — и мы многого не замечаем. Или не хотим замечать…

Но это вовсе не значит, что любовь может быть унизительна, и что твой избранник — худшее, что могло случиться с тобой. Наоборот: у каждого из нас есть своё предназначение, свой путь, который мы должны пройти до конца, и предки просто пытались предупредить нас, что в жизни иногда могут происходить события настолько удивительные и невероятные, что разум откажется принимать действительность.

Нравится нам это или нет, но если мы категорически убеждены в том, что что-то ни в коем случае не может произойти только потому, что «так не бывает!», «этого не может быть!» — это вовсе не означает, что это не произойдёт в будущем… или не происходит сейчас… или уже не произошло…

ПРЕДЫСТОРИЯ

— Посмотри на эту женщину: что скажешь о ней?

— Причудливый узор ауры… Молода, умна, элегантна и ведёт себя с достоинством… Есть, конечно, небольшие недостатки, как и у всех людей, но верит — и очень сильно. И ещё: в её сердце много печали.

— Да, она грустит: её чрево неплодно — она не может иметь детей. Это её очень сильно огорчает. Она даже хотела взять дитя из детского дома, но передумала.

— Почему? Испугалась трудностей?

— Нет, она обрела надежду. Я послал ей сон: если она придёт в храм и даст обет никогда не делать аборт, сколько бы детей Я ей не послал, то станет матерью. Я дам ей детей — и не одного.

— Ты мудр, Создатель. И что же, она дала обет?

— А ты посмотри внимательнее.

— Она носит дитя!

— Да, у неё будет ребёнок, но она об этом ещё не знает. К тому же, это будет необычное дитя.

— Особый ребёнок? Исключительный?

— Не он — а ОНА. Это будет девочка.

— Девочка? Ты послал ей девочку?!

— А что тебя так удивляет?

— Женщины смущаются легче, чем мужчины.

— И мужчину легко сбить с пути истинного, предложив ему деньги и власть. У каждого свои слабости.

— Ты, как всегда, абсолютно прав, Создатель. Когда младенец получит метку?

— Незадолго до рождения. Незачем Князю знать о ребёнке заранее — узнает, когда родится. Кстати, как он?

— Всё так же: гуляет с Магистром по мирам… Эта парочка вовсю развлекается, но уже не так рьяно, как раньше. Вынужден признать, Князь немного изменился: стал более спокойным, уравновешенным. Мне кажется, ему скучно.

— Ничего, скоро развеселится — его ждёт сюрприз!

— Девочка! Вот Князь удивится!

— Для него это будет не единственная неожиданность и далеко не самая удивительная: эта малышка преподнесёт ОЧЕНЬ много сюрпризов и заставит всех изрядно понервничать, прежде чем осознает и примет свою судьбу. Она принесёт немало хлопот и нам, и ему, но это не важно: мы увидим, что есть явления, которые нельзя ни предугадать — ни изменить. И если однажды мы сделали выбор — это совсем не значит, что нам не придётся делать его снова и снова…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ОХ, УЖ ЭТА ДЕТКА…

Иногда, Великий Парадокс, так ловко манипулирует вещами и понятиями, (подменяя сущности явлений), что приходиться выполнять совершенно не свойственные тебе функции. И уже трудно разобраться, где Свет, а где Тьма.

Лишь Высшая Сила, незримо, (с любопытством), наблюдает: к чему это приведёт…?

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Стоял ясный майский день. На улице было довольно жарко, и люди, соскучившиеся по солнечному теплу, радостно гуляли по улицам города.

Молодая женщина медленно шла по тротуару и улыбалась сама себе. Прохожие провожали её понимающим взглядом: просторное платье топорщилось от большого живота, и было понятно, что скоро у неё будет ребёнок.

Женщина была счастлива. Она носила внутри самую большую драгоценность — дитя. Как долго она ждала этого, как долго она молила Бога о чуде, и вот — сбылось! Ещё пара месяцев — и она станет матерью.

Резкий звук, похожий на громкий выстрел, вывел женщину из задумчивости — она вздрогнула и обхватила себя руками за плечи. Прохожие с осуждением посмотрели на группу подростков, которые, развлекаясь, взрывали мини-петарды.

Потревоженный ребёнок беспокойно заворочался: рука младенца «горела огнём» — на левом предплечье, чуть повыше локтя, расползался знак. Ребёнок, как мог, давал знать матери, что ему плохо. Он искал спасения от внезапной боли и ворочался, брыкался, всё сильнее и сильнее…

Руки женщины поползли к животу. Она охнула и начала медленно оседать на землю. Кто-то подхватил её на руки и вызвал скорую…

Женщина рожала молча. Роды были сложные, ребёнок появился на свет раньше времени, да к тому же лежал неправильно, но она стойко терпела и ни разу не вскрикнула.

— А вот и мы! — радостно сообщила акушерка, поднося поближе маленькое сморщенное тельце ребёнка.

Повернув голову, женщина посмотрела на младенца: кожа синюшного цвета, гематома на голове, кривая шейка, да большое родимое пятно на руке чуть повыше локтя…

— Что ж ты задом-то родилась? — прошептала женщина, глядя на новорожденную. — Теперь и вся жизнь пойдёт наперекосяк — не как у других людей.

— Что вы такое говорите! — ахнула акушерка. — Разве вы не знаете, что первые слова матери нарекают ребёнку судьбу? Скорее скажите что-нибудь хорошее!

— Благослови тебя Господь, девочка моя: спаси и сохрани! Что бы ни случилось… — улыбнулась женщина и протянула к ребёнку руки. — Дайте её мне.

— Нет. — Доктор взял у акушерки ребёнка и передал медсестре. — Извините, но я должен сказать Вам правду: она очень слаба, у неё несколько родовых травм и, если честно, вряд ли выживет. Я говорю вам это сейчас, чтобы вы не питали иллюзий и напрасных надежд — у этого ребёнка очень мало шансов! Простите.

Доктор вышел. Женщина в отчаянии закрыла лицо рукой. По её щекам покатились слёзы.

— А вот это нам совсем ни к чему… — пожилая акушерка успокаивающе взяла молодую мать за руку. — Нельзя отчаиваться раньше времени — надо верить! Господь позволил этой малышке появиться на свет, так разве Он даст ей уйти, не совершив добрых и полезных дел? Мы положим её в инкубатор — и она быстро пойдёт на поправку. А доктора не слушайте, мало ли что он говорит.

— Инкубатор… Какое ужасное слово!

— Ничуть. Это специальная система жизнеобеспечения для младенцев. Она поддерживает нужный ребёночку микроклимат, чтобы он восстанавливался и рос почти как в чреве матери. Они в нём так быстро растут — как цыплята у несушки! Вот мы его так и прозвали. Недоношенные дети растут быстрее обычных, вот увидите. Кстати, какое имя Вы выбрали для своей малышки?

— Анна… — улыбнулась женщина счастливой улыбкой матери. — Это имя означает Божия Благодать — ведь это Он послал мне ребёнка…

— Вот это правильно! — одобрила акушерка.

Закончив все необходимые для новорожденного младенца процедуры, (измерение роста, веса и так далее), медсестра понесла малышку в бокс для новорожденных с интенсивной терапией.

— Господи, помоги ей! — прошептала женщина, призывая на помощь Небеса…

Огромный просторный зал, предназначенный для шумных застолий, ярко освещали горящие факелы, висевшие на стенах. В центре зала, прямо посередине, стоял длинный-предлинный стол, чуть-чуть не доходящий до дверей. На столе стояли самые разнообразные блюда и закуски, да большие бутыли с вином.

За столом сидели крепкие рослые мужики, одетые в одинаковые чёрные рубашки. Прислуги не было, и мужчины сами брали со стола всё, что хотелось. Вино лилось рекой, наполняя до краёв вместительные кубки, и повсюду были слышны громкие разговоры, да зычный хохот, прерывавший застольную беседу.

Во главе стола, на хозяйском месте, сидел высокий черноволосый и очень красивый мужчина лет двадцати восьми. Гордый прямой профиль, живой проницательный взгляд, который выдавал острый ум, и плотно сжатые тонкие губы — всё в его облике выдавало благородное происхождение. Широкие мускулистые плечи говорили о необычайной силе хозяина застолья.

Так же, как и все присутствующие, мужчина был одет в чёрную рубашку, слегка расстёгнутую на груди, но в отличие от других, она была из более дорогой шёлковой ткани. Поверх рубашки красовалась массивная тяжёлая серебряная цепь, с крупной подвеской в виде изогнутого змея. Широко открытая пасть, из которой виднелся раздвоенный язык, и горящие глаза змея, сделанные из сверкающих рубинов кровавого цвета, придавали кулону зловещий вид.

Задумчивым взглядом, мужчина равнодушно смотрел на буйное веселье, творившееся за столом, не принимая в нём никакого участия. Он ни с кем не разговаривал и практически ничего не ел, а только медленно пил вино, изредка поднося к губам золотой кубок, украшенный драгоценными камнями.

Входные двери резко распахнулись, и в зал вошёл молодой мужчина лет двадцати пяти. Он тоже был в чёрной одежде, и так же как у хозяина пира, на нём была серебряная цепь, только подвеска была другая: усыпанный чёрными алмазами змей укусил себя за хвост, замыкая своё тело в кольцо. В центре кольца была большая латинская буква «M», украшенная такими же драгоценными камнями, как и змей.

Как только мужчина вошёл в зал, все разговоры за столом резко прекратились — и наступила мёртвая тишина. Рослые мужики молча вставали со своих мест и выходили из зала, оставив недопитое вино: никто не желал помешать своему Повелителю и тем самым навлечь на себя его гнев.

Хозяин застолья резко встал на ноги, нетерпеливо подаваясь вперёд и опираясь руками о стол. Не сводя с лица прибывшего цепкого пристального взгляда, он молча ждал, когда тот подойдёт ближе. Спокойным уверенным шагом, вновь вошедший мужчина подошёл к концу стола и склонился в лёгком небрежном поклоне.

— Приветствую, тебя, Князь! — начал он, но хозяин резко оборвал его на полуслове.

— Оставь! — властно приказал Князь. — Сейчас не до церемоний! Ну? Говори Магистр, не тяни!

— Ребёнок родился, — сообщил Магистр, глядя на Князя очень серьёзным взглядом. — Но… есть некоторые сомнения… возможно, это не он.

Услышав новость, глаза Князя вспыхнули зловещим возбуждённым огнём, не сулящим ничего хорошего новорожденному младенцу.

— Где? — коротко спросил он, пропуская мимо ушей слова о возможной ошибке.

— Россия… — презрительно фыркнул Магистр. — Всё как всегда: бедная бездетная супружеская пара, страстно мечтающая о ребёнке, и готовая на все, лишь бы Господь послал им наследника! Мать принесла в храме клятву Неубийства, и — о «чудо»! — голос Магистра был полон язвительной иронии. — Маленький пухлый младенец на руках счастливых родителей!

— Святая Русь… — задумчиво сказал Князь, присаживаясь обратно на стул, и усмехнулся. — Надо было полагать, что они не оставят ребёнка без защиты. Церковь знает?

— Они не в курсе! — мотнул головой Магистр, отрывая здоровенный кусок запечённого свиного окорока, лежавшего на блюде с краю стола. — Думаю, ребёнок вообще не пройдёт обряд Крещения: родители исповедуют разную веру, и если немного постараться — они никогда не придут к согласию в этом вопросе. — Он плеснул в кубок вина и собрался хорошенько перекусить.

— А вот это уже хорошая новость! — довольно улыбаясь, похвалил Магистра Князь. — Говоришь, есть некоторые сомнения…? Что ж, пойдём, посмотрим!

Князь решительно встал из-за стола и направился к Магистру. Тот скорчил недовольную мину, и с силой зашвырнул окорок обратно в тарелку.

— Веди! — коротко приказал Князь, положив руку на плечо своего Первого Советника, и в ту же секунду фигуры мужчин исчезли, растворившись в воздухе…

В палате для новорожденных младенцев, нуждавшихся в интенсивной терапии, было тихо: маленькие пациенты больницы крепко спали в прозрачных боксах под неусыпным взором пожилой медсестры. К младенцам была подключена различная аппаратура, поддерживающая в их крохотных тельцах жизнь.

Медсестра в очередной раз обошла спящих детей, проверяя всё ли в порядке, и не надо ли позвать доктора. Убедившись, что аппаратура работает нормально, она устало опустилась на стул и зевнула. Женщина дежурила уже вторые сутки, и очень хотела спать.

И медсестры и врачи получали низкую заработную плату, поэтому персонала в больнице катастрофически не хватало: на всё родильное отделение было всего три медсестры и одна санитарка, в чьи обязанности входило следить за чистотой и порядком. Женщины крутились, как могли, изо всех сил помогая врачам ухаживать за роженицами и их новорожденными детьми. Они без устали работали дни напролёт, зачастую забывая о собственном сне и отдыхе.

Часы показывали всего два часа ночи, и до конца дежурства было ещё далеко. Медсестра решила ненадолго отлучиться из палаты, чтобы сделать себе крепкий кофе. Как только за ней закрылась дверь, в палате появился лёгкий дымок, из которого вышли двое мужчин.

— Который из них? — нетерпеливо спросил Князь, глядя на спящих младенцев.

— Вот этот, — показал Магистр на маленькое сморщенное создание.

— И что тебя смущает? — поинтересовался Князь, подходя ближе к ребёнку.

— Посмотри на бирку! — заметил ему Магистр. — Это девочка. Особые всегда были мужского пола, (во всяком случае, до сих пор). И вдруг — девочка!

— Что ж, давай проверим! — хищно улыбнулся Князь и положил руку на прозрачную крышку бокса.

Ребёнок мгновенно проснулся. Он захныкал и заворочался, будто пытался отклониться и уйти в сторону от чего-то очень неприятного и болезненного. Тонкие распашонки, надетые на маленькое тельце, быстро поблекли, и вскоре стали совсем прозрачными, открывая взору кожу синюшного цвета. На левой руке, чуть повыше локтя, было большое родимое пятно в форме галочки или латинской буквы «V», словно кто-то пометил ребёнка, выделяя его из среды остальных людей.

— Назови мне хоть одного обычного смертного, у которого был бы точно такой же знак?! — насмешливо потребовал Князь, поворачиваясь к Магистру лицом.

Это был веский аргумент, и Магистр не нашёл, что ему возразить.

— То-то же! — усмехнулся Князь и перевёл взгляд обратно на ребёнка. — А то, что она оказалась девочкой, даже неплохо: на женщин легче влиять, чем на мужчин.

— Хм, на особых нельзя повлиять! — возразил ему Магистр. — Они не подчиняются никому и делают только то, что сами считают нужным. Их легче уничтожить!

— А кто говорит о принуждении? — Князь был невозмутим. — Она сама всё сделает — без насилия и давления. Она сделает то, что захочет, а мы лишь покажем ей преимущества нужного НАМ решения — вот и всё.

— Если до этого дойдёт! — хмыкнул Магистр, который был настроен весьма скептически. — Она очень слабенькая — может и до утра не дотянуть!

— Ты прав: подстраховаться не помешает. Приставь к ней Стражников! — приказал Князь, задумчиво проводя рукой по стеклу. — Пусть всё время приглядывают за ней и докладывают о каждом вдохе и выдохе: Древнейшую НЕ ПОДПУСКАТЬ! Я не хочу, чтобы малышка покинула этот мир — эта девочка нужна мне ЖИВОЙ. Сначала она должна сделать то, что мне нужно, а потом…

Он не договорил, но Магистр и так прекрасно понял, что будет с этой девочкой после того, как она сделает то, что хочет Князь.

— Думаешь, её могут забрать раньше?

— Не знаю… — покачал головой Князь и неожиданно рассмеялся. — А что, Магистр, у малышки довольно строптивый характер: она появилась на свет намного раньше, чем должна была. По-моему, у кого-то будет ОЧЕНЬ много хлопот! Как думаешь: твои ребята справятся?

— Князь… — обиженно протянул Магистр. — Ты же знаешь моих ребят.

— Да знаю я, знаю… — успокоил его Князь и снова прикоснулся к стеклу. — Как долго я ждал этого дня! — вздохнул он, глядя на ребёнка пристальным взглядом. — Она выживет. Обязательно выживет! — прошептал он, словно пытался убедить в этом не только Магистра, но и самого себя.

Склонив голову в сторону, Магистр долго разглядывал младенца, и вдруг выругался: — Тьфу! Страшненькая-то какая…

— Дочери Венеры никогда не бывают безобразны! — усмехнулся Князь. — К тому же она родилась в год Кота: он всегда наделяет женщин кошачьей грацией и каким-то особым очарованием. Она будет красавицей!

— Дочь Венеры, Селены и Солнца… — пробормотал Магистр и покачал головой. — Надо же, родиться под таким сочетанием планет: Любовь, Тьма и Свет… Кстати, есть ещё кое-что… — вспомнил он. — В её теле течёт кровь двух древнейших родов: с обеих сторон были чародеи, ведуны и знахари. Как на свет мог появиться особый ребёнок, в чьих жилах течёт кровь Древней Магии?

— Возможно, её появление каким-то образом должно искупить грехи рода, накопившиеся за всё время его существования… — задумчиво ответил Князь. — Посмотрим, что из неё выйдет.

— Пророки и Маги сошлись вместе, породив на свет эту малышку — ангел и демон в одном лице… — задумчиво хмыкнул Магистр и встряхнул головой. — Странная смесь!

В коридоре послышались приближающиеся шаги. Медсестра возвращалась на свой пост, неся в руках горячую чашку крепкого кофе.