Мальчик, который летал с драконами

Осмотревшись, я понял, что пришло время вступить в игру Капитану Мозгу. Вот мой шанс показать всем, на что я способен.

– Думай, Капитан Мозг, думай, – подбадривал я самого себя, легонько стуча по голове кулаком. – Если бы я только мог вызвать грозу, – пробормотал я, – это бы нам помогло…

Ливень потушил бы огонь, смыл неразорвавшиеся экскременты и отправил бы всех по домам. Но как мне вызвать бурю? Я в лучшем случае мог использовать несколько водных пистолетов и садовый шланг.

Пока я пытался придумать какой-то план, Блик выбрался из моего кармана и взлетел в воздух. Я смотрел, как он поднимается все выше и выше. Его искорки мерцали в ясном черном небе, подобно новым звездам. Я не знал, что задумал дракончик, но если кто-то и мог мне помочь, то это был Блик.

На секунду показалось, что он исчез. Я не сводил глаз с неба, вспоминая ночь в саду дедушки, когда Блик увел суперогромного дракона прочь. Тогда он здорово помог нам, и сейчас мне хотелось верить, что он сделает это снова.

Я поднял руки и прокричал ему вслед:

– Давай, Блик! Давай! Ты можешь!

Луну закрыло облако, и все погрузилось во мглу. Я всматривался в темноту и слышал, как друзья носятся за своими драконами, то и дело врезаясь в разные предметы и друг друга.

Вдруг, откуда ни возьмись, налетел ветер. Луна вышла из-за облаков, небо стало жутковатого цвета, словно кто-то вылил апельсиновый сок на горизонт. Горизонт заволокли тяжелые тучи. Они быстро поплыли вперед и уже через несколько минут нависли над нашей улицей. А потом пошел дождь. Сначала это был просто мелкий дождик, но потом полило как из ведра. Я уставился на небо. Разве я только что не думал о грозе? Боже, неужели у меня и вправду была настоящая сила разума? Это невероятно!

А потом я заметил возвращающегося Блика. Он светился и быстро менял цвет. Приблизившись, дракончик закружил над улицей, пролетел по узкой спирали и наконец просто закружился на месте, все быстрее и быстрее. И с каждым кругом дождь шел все сильнее, а ветер дул все свирепее. Мы наблюдали за его полетом, и казалось, будто смотрели на маленькое торнадо.

А потом рядом со мной ударила молния, и я наконец понял: силы моего разума были совершенно ни при чем. Это был Блик. Маленький дракон никогда не изменял себе и теперь использовал свои силы на полную катушку, совсем как дедушка советовал поступать мне.

Озарение засияло в моей голове, подобно Полярной звезде.

Я стоял в самом сердце бури и, не отрываясь, смотрел на Блика, моего дракончика, способного порождать настоящую стихию.

⁂

Позже, промокнув до нитки, я сидел рядом с Девочкой-сосулькой, Мистером Телекинезом и Человеком-огнем и никак не мог перестать улыбаться. Гроза улеглась, наши драконы успокоились. И теперь, свернувшись у нас на плечах, мирно спали.

– Знаешь что, Томас, кажется, у Блика все-таки есть суперспособности. Мы просто их не замечали раньше, – сказал Тед.

– Знаю, – ответил Кай. – То есть, оглядываясь назад, понимаю, что они были всегда. Вспомните ту ночь со Злобом и горящей капустой. Тогда тоже совершенно неожиданно пошел дождь. И то же самое произошло на ферме Колдвеллов, когда загорелся сарай. Мы решили, что нам просто повезло.

Кай был прав, не в первый раз Блик чувствовал, что он нам нужен, и приходил на выручку.

– Знаешь, мне кажется, после того что вы с Бликом сделали сегодня ночью, тебе нужно выбрать новое имя, – встрял Тед. – Если принять во внимание твои идеи и его эффектный полет над нашей улицей… как насчет Капитана Мозгового Штурма? – Кай широко улыбнулся и хлопнул меня по спине. – Нет того, с чем бы ты не справился. Нужны лишь капелька веры, куча воображения и сила способного управлять бурей дракона. Да, Томас?

Я улыбнулся еще шире. Я был не против зваться Капитаном Мозговым Штурмом.

10

Брови против дракона

0:1

За прошедшие несколько месяцев я понял, что содержать дракона намного сложнее, чем присматривать за нашим котом Томтомом или маленькой семьей червей из набора «Выращивайте собственных червяков», который мне подарили на прошлый день рождения. Не думайте, что раз у вас есть несколько черепах или морская свинка, то вы знаете, как ухаживать за домашними животными. Потому что на самом деле вы этого не знаете. Ну, во всяком случае в полной мере. Конечно, Томтом и черви не могут летать или греть ваши руки своим дыханием, поэтому Блик точно стоит всех потраченных на него усилий.

Но после Хеллоуина мы были по-настоящему заняты. Я не мог не заметить, что все казались по-настоящему измотанными.

Кстати, рукав Теда сгорел после очередной отрыжки Лучика. Хорошо, что в тот момент на нем не было джемпера.

Но только когда Кэт и Кай зашли, пошатываясь, в мою комнату некоторое время спустя, я понял, насколько все действительно было плохо.

Мы с Тедом подкидывали в воздух изюм, пытаясь выяснить, кто из драконов поймает больше ягод. Пока что Блик побеждал со счетом сорок восемь против двух. Хотя, возможно, это было как-то связано с тем, что Лучика больше интересовал старый черствый попкорн под моей кроватью.

Первым делом я заметил удивленное выражение лица Кая. Мне понадобилось мгновение, чтобы понять, почему друг так выглядит.

– Мм… Кай, а где твои брови? – удивленно спросил я.

Друг нахмурился. Вернее, попытался это сделать, комично заведя глаза вначале кверху, а потом посмотрев вниз, но выражение его лица не изменилось ни на йоту.

– Это все Плут, – вздохнул он наконец.

– Нам нужна одна из твоих шерстяных шапок, Томас, – заявила Кэт. – А то мама заметит. То есть мне казалось, что нарисованные мной брови прокатят, но теперь я понимаю, что это вряд ли.

– Ага, если бы я хотел такие большие брови, я бы прилепил гусеницу на лицо, – проворчал Кай.

Пока я искал подходящую шапку, все плюхнулись на мою кровать. Тед, обожавший всевозможные удивительные факты, принялся рассказывать, что самые длинные брови в мире превышают девятнадцать сантиметров.

– Почти такой же длины, как эта штука, – сказал Тед, подвигав меховым пеналом по лбу Кая.

Я передал Каю шапку и заметил, что Кэт внимательно наблюдает за Льдинкой и Плутом. Оба дракона были заняты огненно-ледяной дуэлью, а значит, существовала опасность, что из-за них сгорит половина вещей в моей спальне.

Блик слетел вниз и уселся на кровати рядом с Кэт. Его чешуя замерцала знакомым красным цветом, когда он поскреб одеяло когтями и свернулся клубочком. Дракончик дохнул дымом на пальцы Кэт. Она слегка улыбнулась и взглянула на меня. Я улыбнулся в ответ, но улыбка быстро сползла с моего лица, когда она заговорила.

– Думаю, твой дедушка прав, – тихо произнесла подруга.

Я посмотрел на нее. Она что, и правда так думает?

– Мне кажется, пришло время отпустить драконов.

М-да…

Я во все глаза уставился на подругу. Я ждал, когда Тед и Кай вмешаются и начнут протестовать, как и тогда, когда я рассказал им об уговоре с дедушкой. Но в этот раз никто из них и слова не произнес.

– Подожди-ка минутку, – проговорил наконец я. – Несколько дней назад вы злились на меня за то, что я только упомянул о разговоре с дедушкой.

– Знаю, – вздохнула Кэт. – Но во время Хеллоуина все пошло шиворот-навыворот. Они и правда становятся…

– Неуправляемыми, – решительно закончил за нее Кай.

Кэт кивнула.

– Дело в том, Томас, что как бы мы того ни хотели, кажется, мы не сможем дальше заботиться о них, – с грустью заметила она. – Мама и папа чуть не узнали о Льдинке и Плуте.

– Тебе-то легче, твой Блик все еще маленький, – влез Кай.

– И никто его постоянно не подначивает, – добавила Кэт.

– Раньше Плут изо всех сил старался прятаться от людей, но теперь, похоже, совершенно перестает их бояться. Конечно, это круто, но он забывает об осторожности и перестает маскироваться. Недавно папа спустился к завтраку и увидел, как он пожирает тост на его тарелке. Плут исчез в мгновение ока, а мама, конечно, не поверила папе, но на следующий день она нашла отпечатки когтей на куске масла. С тех пор родители ведут себя странно. Мама, похоже, решила, что дело все-таки в крысах, и собирается вызвать специалистов из санитарной службы.

– Только представь, что будет, если они повсюду раскидают яд? – в ужасе выдохнула Кэт.

– Так, может, драконам лучше остаться со мной и Тедом, пока все не уляжется? – с надеждой предложил я и повернулся к другу, надеясь на его поддержку.

Он заерзал на месте и нервно провел языком по губам. Он всегда так делал, когда собирался сказать что-то неприятное.

– Вообще-то Лучик в последнее время доставлял много хлопот, – выдал наконец Тэд. – Я не хотел ничего говорить, потому что думал, будто у вас всех все хорошо. Но помнишь, ты сказал нам, как поступать с их какашками? Типа, быстро спускать в унитаз, чтобы они не высохли и не взорвались. Ну, так вот, Санни слишком часто какает. И, наверное, от этого произошел засор. Все туалеты в доме перестали спускать воду. Сначала мама попробовала разобраться с проблемой с помощью вантуза. Но она не справилась, и пришлось вызывать сантехника. И они нашли эту… эту… в общем, какашкиберг.

– Что такое какашкиберг? – спросила Кэт, скривившись от отвращения.

– Ну, знаете, типа айсберг из какашек, – засмущался Тед. – Все это время мы думали, что смывали экскременты, но в действительности они собираются в трубах.

– Хочешь сказать, прямо сейчас под нашими ногами находится огромная куча драконьих какашек? – в ужасе спросила Кэт.

– Не просто огромная, а гигантская, – кивнул Тед. – Я бы даже сказал гигантски-огромная! И с каждым разом она становится все больше и больше.

Мы все уставились на пол.

Я представил, как пол взрывается и на всю деревню обрушивается дождь из драконьего помета, по своей силе сопоставимый с извержением вулкана. Это не хорошо. Совсем не хорошо.

Кэт тяжело вздохнула, и Льдинка спустилась к ней. Подруга посмотрела в глаза своего дракончика. Льдинка покачала головой и слабо выдохнула. Челку Кэт тут же покрыл изящный морозный узор, и ее волосы засияли. С грустным видом Кэт коснулась головы.

– Что, если, начав ухаживать за драконами, мы таким образом помешали им улететь туда, куда им было нужно? – тихо спросила она.

Мы взглянули друг на друга, а потом на драконов. Мне показалось, что Кэт думала об этом задолго до сегодняшнего дня. Может, она права? Помешали ли мы своим драконам добраться до дома, оставив их здесь?

– Ведь мы даже не знаем, куда улетают драконы, – продолжала настаивать на своем Кэт. – Так что мы не может просто взять и отвезти их домой. И… – она сделала паузу и ее голос опустился до шепота, – даже если и сможем, не может ли получиться так, что мы им уже страшно навредили? Знаете, так же, как тогда, когда люди с добрыми намерениями ухаживают за детенышами диких животных, а потом их сородичи отказываются их принимать?

Она смотрела на меня в поисках поддержки, но я не мог ее предоставить. Я начинал понимать, что мы очень многого не знаем о драконах. И с чего мы вообще решили, что сможем правильно за ними ухаживать?

Я думал, что все знаю о Блике. Но я даже понятия не имел о том, что он умеет контролировать погоду. Возможно, Кэт была права, возможно, пришло время отпустить драконов.

Я взглянул на Блика, свернувшегося теперь клубочком у меня на коленях. Его чешуя отливала бирюзой, а от маленького тела исходило приятное тепло.

Как же я смогу проститься с ним?

11

Если бы только драконы умели говорить

Одно я понимал точно: мне нужно узнать о драконах побольше. Мне необходимо быть уверенным на сто процентов, что с ними не случится ничего дурного.

– Иногда мне правда хочется, чтобы драконы умели говорить, – прошептал я Блику, пока мы лежали, свернувшись клубочками, на кровати.

Он посмотрел на меня своими очаровательными мерцающими глазками и издал низкий звук, отдавшийся дрожью в моей груди.

⁂

Той ночью мне приснился невероятно правдоподобный, яркий сон. Он снился мне уже несколько раз – и каждый раз нравился все меньше и меньше. Видение это отличалось самым неприятным образом от моих обычных снов о вулканах и ледниках. В нем я летел над лесом, среди деревьев виднелись какие-то здания. Я отчего-то был уверен, что пролетаю над секретным, спрятанным от людей городом. Внезапно я осознавал, что меня окружают драконы, которые летят рядом. Вместе мы пикировали вниз, и наше пламя опаляло землю.

Я уже собирался пронестись над головами каких-то людей – очевидно, семьи, – в ужасе глядящих на нас и в отчаянии воздевавших к небу руки… как проснулся.

Я лежал на кровати, обливаясь холодным потом, а мое сердце громыхало в груди. Каждый раз, когда мне снился этот сон, я не мог не думать о жителях города, гадая, не уничтожили ли их драконы.

Но сегодня ночью в моей голове засела другая мысль. Передо мной предстал образ реки, пробегающей по лесу. Внезапно я понял, что уже видел ее однажды. Эта река была обозначена на найденной мной карте.

Я включил лампу и взглянул на Блика, мерцающего яркими оттенками красного. Не в первый раз он показывал мне сны. Возможно, он пытался снова что-то сказать? Но что?

⁂

Я спрыгнул с кровати и полез вниз, чтобы вытащить карту. Кстати, если вы не следили за нашей историей, то, поверьте, вам стоит полюбопытствовать, иначе вы будете знать о драконах еще меньше, чем мы.

Карту я нашел совершенно случайно. Она выпала из энциклопедии «Мир растений», принадлежавшей Элви Йонсдоттир, старой женщине, которая жила в этом доме еще до бабушки и дедушки.

Элви оставила после себя много вещей, большая часть которых грудой была свалена в сарае дедушки. Я уже нашел коробки с сувенирами, которые она привезла из своих странствий по всему миру. В одной из них я и обнаружил банку с пеплом и инструкции касательно того, как следует удобрять драконье дерево.

Тогда-то я понял, что старая Элви в свое время присматривала за драконьем деревом так же, как мы сейчас. Вот только я не знал, видела ли она драконов. Я всегда надеялся, что благодаря вещам и записям Элви я смогу узнать тайну происхождения драконьего дерева. Но хотя заключенная в контуры драконьих крыльев карта была невероятно красивой, никакой полезной информацией она не обладала.

Хотя, возможно, я что-то пропустил.

Я поднес ее ближе к лицу и снова внимательно изучил.

Провел пальцем по извилистой линии реки, бегущей через тропический лес, всякий раз останавливаясь на маленьких полянках, прячущихся среди деревьев. Никаких признаков города. Я перевернул карту. Ничего. Кроме едва заметных отметок, которые, скорее всего, были просто пятнами.

Карта явно была очень старой и то, что она дошла до меня практически в неизменном виде, иначе, как чудом, и назвать было нельзя.

Блик слетел вниз и теперь переминался с ноги на ногу, тыкаясь носом в карту. Он словно бы видел то, чего я не мог.

Потом внезапно дракончик чихнул. Я успел убрать карту за мгновение до того, как по этому самому месту пронеслась струйка пламени.

Я моргнул и покачал головой. На секунду мне показалось, будто я что-то увидел. Там, на карте.

– Эй, Блик, сделай так еще раз, – прошептал я.

По его телу пробежала мерцающая волна. Он расправил крылья и опять выдохнул слабо мерцающее пламя. Я положил карту перед дракончиком и уже ясно увидел его – город из моих снов!

Такое чувство бывает, когда ты просыпаешься в кромешной темноте, а потом, включив свет, наконец понимаешь, где ты. Я ясно увидел дома, памятники, огромную площадь. Их контуры переливались таинственным светом, проступая сквозь очертания деревьев. Блик дохнул еще раз, и я увидел слова, крошечными вихрями закружившиеся по краям карты. Я прищурился, пытаясь понять, что там написано.

– La Ciudad Oculta de los Dragones.

Безнадежно. Этого языка я не знал. Я стал изучать карту дальше, но одно слово постоянно возвращалось ко мне – слово, которое я все-таки узнал…