Помоги проекту - поделись книгой:
Но когда-то ведь и нужно начинать выходить из своего кокона? Не могу же я всю жизнь оставаться… девственницей. Быть может этот американец Митчелл для меня лучший вариант, чтобы… лишиться девственности. Не думаю, что какой-то парень для серьезных отношений поймет мою невинность. В Америке это скорее порок, чем добродетель. Сразу подумает, что у меня не все дома, раз ношусь с ней как помешанная. Вон в голливудских фильмах о студентах девчонки всегда стараются быстрее сбагрить девственность. Не просто ведь так об этом снимают кино. Правда, скорее всего…
– Нет, мне не страшно, – ответила через пару секунд после его вопроса, хотя обдумать успела много.
– Уверена? – достав зубочистку, на которой было наколото две оливки, поднес к моим губам и провел по ним словно помадой.
Я же не дышала, смотрела на него во все глаза, боясь и желая того, что будет дальше…
Набравшись храбрости, приоткрыла рот и откусила первую оливку, провокационно глядя в его очаровательные серые глаза. Расширенные зрачки манили, гипнотизировали и смотрели с каким-то трепетом…
Облизнув губы, вцепилась зубами во вторую оливку, наблюдая его вожделенный взгляд. Подумать только… Что творю! Не успела познакомиться, а уже пытаюсь соблазнить. Стараясь разжевать осторожно оливки, чтобы не сильно причмокивать, посмотрела на его губы. Такие почему-то желанные и волнующие. А парень сразу улыбнулся, обнажив идеально ровные белые зубы.
– Мартини выпьешь? – пальцем коснулся ножки бокала и подвинул его ближе к моему рту.
– Да, – произнесла и еще отхлебнула, выпив полностью.
– Хочешь еще? – облизнул он губы.
– Хочу! – гордо выдала.
Но больше двух бокалов пить не стоит. А то мало ли что… Может и ударить в голову так, что забуду, как меня зовут и что я здесь делаю. А что, собственно, я делаю здесь?
Пришла в квартиру малознакомого безумного красивого мужчины, который сразу же стал меня напаивать, даже не угостив ужином. У него одна цель. Прямая и всем понятная. Только чего жду я от столь фривольного знакомства? Романтики? Чувств? Или банального секса, вкус которого пора бы уже узнать.
Митчелл налил в бокал еще мартини и вновь передал его мне в руки, выжидающе посмотрев. Он явно хотел меня напоить. Явно желал этого. Хуже всего даже не это, а то, что я совсем не сопротивлялась, а сама этого хотела…
Глава 4. Утро после…
Не знаю, что на меня нашло. Вся скромность как будто улетучилась. Странная по виду кушетка скорее напоминала перевернутый на бок знак доллара. Усевшись на нее, смотрела на красавчика, пожирая его глазами. Поставив стакан со своим виски, Митчелл вдруг подошел и потянулся ко мне, страстно и очень нежно зажимая в сладких объятиях.
Проваливаясь в томную прелюдию, задыхалась от восторга. Его трепетные поцелуи, которыми он неистово покрывал лицо и шею, вызывали неведомые ранее чувства. От прилива гормонов потеряла счет времени и мечтала, чтобы сладостным момент никогда не кончался. Но с каждым его более смелым движением, я вздрагивала от переполнявших меня эмоций.
Сначала Митчелл опустился к груди, смакуя каждую, поочередно лаская их языком и втягивая уже с большим рвением сосок. Я растягивалась как струна, боясь показаться слишком развратной или наоборот зажатой. Он сковал меня своими феромонами настолько, что я поняла, быть его для меня высшее счастье.
Что это? Наваждение? Или банальная половая химия… Я не знала, да и знать не желала. Главное то, что он аккуратно задрал подол моего сарафана, попутно стягивая с себя джинсы. Зашелестев упаковкой презервативов, надел резиновое изделие на свой фаллос. Я же не отводила глаз от этого впечатляющего зрелища.
– Я девственница, – шепнула ему на ушко, когда он растянув меня на кушетке, склонился сверху.
– Что? – как будто его окатили ледяной водой. – Ты девственница? Я правильно понял? – посмотрел расширенными от удивления глазами.
– Да, – захлопала ресницами.
– Оу…
– Ничего, ничего. Продолжай.
Митчелл посмотрел на меня с прищуром, а потом схватил на руки и понес в спальню.
– Для первого раза не та обстановка…
Уложив на кровать, стал целовать, слегка покусывая то губы, то мочки ушей, перескакивая на них поочередно. Поцелуи и ласки настолько завлекли меня, что я совсем ни о чем не могла думать. Хотелось продолжения… Любопытство распирало от непонимания того, что же будет дальше. Внизу живота пекло, чесалось, а ураган бабочек готов был сорвать дамбу.
– Ну же, – вдруг сама не заметила, как это произнесла. – Сделай. Сделай это, – выдохнула ему в рот, когда он снова остановился на моих губах.
– О, нет. Сегодня мы немного поиграем и на этом все. Для такого события нужна более подходящая обстановка.
«Измывался» он надо мной еще долго. А на простыне, по-моему, от моих страстных соков образовалась огромная лужа. Если сначала низ живота приятно пек, то теперь возникло дикое желание захватить его своими бедрами и погрузить то орудие, которым он меня так профессионально дразнит, туда, где ему самое место… Как вдруг этот проказник совсем решил меня свести с ума.
– Спокойной ночи, красавица, – неожиданно остановился и лег на спину.
Не зная, как выказать своего возмущения, лежала, чувствуя пульсацию там, где он только что меня касался. Как будто получив удар кувалдой по голове, старалась прийти в чувства. Это… это что-то! Что-то невероятное!
– Это было круто! – Митчелл приподнялся с кровати и окинул меня похотливым взглядом.
Лежа пот атласной простыней, наивно рассчитывала, что сейчас будет продолжение. Поспали несколько часов… Можно и продолжить. Ведь так?.. Тем более с тех пор, как он так резко прекратил сладкие муки, ураган внутри только усилился. Я готова была его съесть с потрохами.
– Мне нужно на работу. Я вызвал тебе такси. Оставь телефон, позвоню тебе на досуге, – потянулся вплотную и чмокнул в губы.
Продиктовав номер, растерянно схватила свой сарафан и, отвернувшись, стала одеваться. Сначала надела лифчик. Митчелл подошел со спины и обхватил руками, скользнул по животу, опускаясь все ниже… в трусики.
– Ладно, потом. Мне действительно нужно ехать, – выдохнул в волосы, согревая своим теплым дыханием кожу.
Надев сарафан, взглянула на Митчелла, который уже с кем-то говорил по телефону.
– Идем на кухню, быстро кофейку выпьешь, – бросил мне и пошел.
Идя следом за ним, грустила. Это была потрясающая ночь… Во всех смыслах. Даже не учитывая того факта, что дальше прелюдии дело не зашло. Но разве так уныло заканчивают первое свидание? Разве он сам не может меня отвезти домой?
Хотя тот факт, что повезет не он, даже радовал. Ни к чему ему видеть ту халупу, в которой живу я. Он получит культурный шок от вида этих трущоб.
На кухне уже витал аромат кофе, как будто Митчелл уже дал задание своей кофеварке сварить нам две чашки восхитительного напитка. Сам он пил американо… Какой изумительный каламбур. Американец пьет американо. Мне же приготовил капучино или латте. Никогда не могла их различать. И то, и то сладенький молочный кофе. Все как я люблю. Для него, наверное, тоже очень предсказуем мой выбор, который я даже не озвучила ему. Все девочки любят сладенький молочный кофе. Только самые твердые пьют американо. Ну а эспрессо, должно быть, под силу только бодибилдершам.
Допив напиток и съев бутерброд, который он сделал наспех из тоста и сыра, смотрела на него в ожидании. Чего ожидала, не знаю. Может признаний в любви или чего-то еще. Для меня интим с мужчиной дело новое. Я вообще не знаю, что после него ждать.
Наверное, по правилам хорошего тона он должен был меня отвести домой. Но сейчас утро, вполне вероятно, что ему действительно нужно на работу. Поэтому вызванное такси для него выход. Хорошо хоть дал мне вчера деньги без сдачи за покупку в магазине. Хотя может заплатил аванс… за определенные услуги.
Гнусные мысли стали посещать мою нездоровую после бурной ночи голову.
– Ладно, давай. Мне пора одевать и ехать в офис. Сможешь сама спуститься? Машина уже прибыла.
Схватив за руку, повел к двери. На тумбе в прихожей лежал его бумажник. Взяв его, Митчелл достал из него три сотни баксов.
– На такси.
– Это слишком много, – выдохнула. – Такси стоит дешевле, – не узнала свой голос.
– Купи себе чупа-чупс, – поцеловал в губы, положив в руки деньги.
В ушах стоял звон. Это нормально? Или нет? Как это выглядит со стороны? Так принято в Штатах? А в России это нормально? Три сотни баксов за такси, которое до моего дома обойдется не более чем в полсотни.
Вчера «заработала» на нем около 200. Сегодня 300… За несколько часов общения этот мажорчик дал мне половину тысячи баксов! Очень провокационно…
Но не успела я толком поразмыслить, как этот наглец аккуратно выставил меня за дверь, оставив в гордом одиночестве на огромной «лестничной клетке». Выдохнув, подошла к лифту и нажала кнопку. На душе скребли кошки. Некрасиво как-то… После того, как мы предавались любви этой ночью, такое прощание словно пощечина. Звонкая, хлесткая и охлаждающая…
Взглянув на часы, порадовались лишь тому, что могу поехать домой, выспаться, а потом, как и ранее планировала, пойду гулять, разевая рот на красоты Нью-Йорка. Посмотреть ведь на самом деле есть на что. Я ведь не просто инженер по профессии. Я инженер-строитель. Для меня архитектура это как для некоторых шопинг.
Такси ждало у входа. Усевшись, не в силах была совладать с чувствами. Боже! Какой же он охерительный! Кажется, я влюбилась. Да что там влюбилась. По-моему, у меня полностью сорвало от него крышу. Руки тряслись, а озноб и любовная лихорадка совсем заволокли все пространство в голове.
Водитель привез меня к дому через сорок минут. Протянув его сто долларов, удивилась, что он не назвал цену поездку.
– А уже заплачено. Хорошего дня! – улыбнулся мне мужчина.
Выйдя из машины, чувствовала еще большую растерянность. Парень просто заплатил мне за секс, изображая, что это будет за такси… Как-то это непривычно. Не так меня воспитывали…
Поднимаясь по лестнице, почувствовала вибрацию телефона. На секунду обрадовалась, подумав, что звонит Митчелл, но настроение сразу упало – это была моя начальница.
Не зная брать ли трубку, все же подняла ее.
– Алло.
– Здравствуй, Жанна. Тут пришла молодая девушка. Говорит, ты вчера ей сдачи не додала в 200 сотни долларов.
– Как? – опешила.
– Можешь сейчас приехать?
– Ну у меня же выходной.
– Тут дело касается денег. Если ты действительно не отдала сдачи, это может характеризоваться, как преступление. Приезжай скорее…
Глава 5. Скандал
– Хорошо, скоро буду, – ответила испуганно.
Ни разу мне не звонили с работы. А уж тем более касательно невыданной сдачи! Единственный, кому я не отдала положенные деньги, это Митчелл.
Сказав водителю адрес, попросила его поехать ко мне на работу.
– Придётся доплатить, – ответил с акцентом.
– Конечно, разумеется, – произнесла.
Через 10 минут я уже была у магазина. Очень страшно, работа для меня крайне важна. Благодаря ей я получила рабочую визу, если меня уволят, тогда и виза закончится. Пока бежала к магазину, в голове пыталась припомнить вчерашний день и ту женщину, а точнее молодую девушку, которой могла не дать сдачи.
Мыслей никаких не было, каждый раз получая деньги, очень внимательно считаю сколько нужно давать сдачи. Чтобы не отдать 200 долларов?! Для меня это вообще нонсенс. Одно дело несколько центов, совсем другое – такая внушительная сумма.
В любом случае на каждой кассе есть видеокамеры. Когда возникают конфликтные ситуации, всегда можно доказать свою невиновность. Только сейчас я стала понимать необходимость этой камеры, что снимала все мои действия всё время, пока я была у кассы.
Заскочив в магазин, сразу же пошла в служебное помещение, но увидела свою начальницу, которая разговаривала с молодой очень привлекательной девушкой в хлебном отделе. Ухоженная, в дорогой брендовой одежде, кажется, она сошла со страниц глянцевых журналов. Подойдя к ним, поздоровалась.
– О, Жанна, а вот и она, – сказала моя начальница этой девушке.
Та же посмотрела на меня так, словно увидела перед собой грязного таракана.
– Ты помнишь, эта девушка приходила в магазин вчера вечером?
– Нет, не помню. Кажется, я первый раз её вижу.
– Вы что хотите сказать, что я лгу?
– Я не знаю, меня спросили, я ответила. Вчера я вас точно не видела. У вас очень яркая внешность. Если бы я вас вчера видела, я бы запомнила, – ответила ей.
– Уму непостижимо! Девушка не отдала мне 200 долларов сдачи, а теперь говорит, что меня не помнит! Кошмар! Что за отношение у вас к безопасности? Ваши сотрудники занимаются воровством, а вы всё им спускаете? – писклявым голосом говорила моей начальнице.
– Мы ничего не спускаем! У нас есть камера слежения, которая фиксирует действия кассира за все время работы. Пройдемте в пункт охраны, вы скажите точное время, когда вы совершили покупку. А ребята нам включат запись вчерашнего вечера и мы убедимся правда это или вы что-то перепутали.
– Вы мне не верите? Мне! Гражданке этой страны, которая платит налоги? Вы верите ей? Она же эмигрантка! Приехала в Штаты, чтобы воровать! Потому что на другое она не способна! – смотрела на меня с такой ненавистью, будто я же действительно что-то у неё украла.
– Пожалуйста, попрошу вас без оскорблений. Жанна совершенно не заслужила такой грубости, – моя начальница вступилась за меня, а мне захотелось плакать. – Пройдёмте в кабинет охраны, – добавила она равнодушным тоном.
Втроём мы отправились к небольшой комнатушке, где сидел охранник, что бдительным взором смотрел на монитор. Сердце клокотало в груди, обида заволокла настолько, что я сама себе удивлялась, как мне все еще удается сдержать слёзы.
Поделиться книгой: