По образу и подобию

– Я не боюсь смерти и пыток! – голос Леи звенел от напряжения, в глазах светилась фанатичная уверенность в своей правоте.

– Правда? – сладко улыбнулся Палпатин, и Вейдер неуловимо напрягся. Ситх смотрел на своего учителя, не узнавая его. Император словно стряхнул с себя пелену безумия и превратился в того жестокого, изощренного интригана, гениального и искушенного, каким был годы назад. – Скажите, а об остальных вы подумали? Принцесса, уже пострадал экипаж вашей яхты. Но вы о них и не подумали… Скажите, принцесса, а как насчет других? Так я и думал. Лес рубят – щепки летят. И вы в роли дровосека. Впрочем, оставим этот пустой разговор, все, что мне нужно, я уже узнал. Лорд Вейдер, проводите принцессу на свой корабль, доставьте на Корускант. Немедленно.

Ситх кивнул, сдернул девушку с платформы и поволок к двери. Ничего не понимающая Лея брыкалась, но все было бесполезно. Палпатин неопределенно хмыкнул, после чего уставился на Таркина. Мужчина вздрогнул.

– Гранд-мофф Таркин, – глаза Императора пылали миниатюрными звездами. – Я все понимаю, но излишнее рвение вредит. И тому, кто его проявляет, и окружающим.

– Ваше Императорское величество?

– Если вы, гранд-мофф Таркин, думаете, – голос Палпатина налился яростью, – что было бы неплохо подтвердить исповедуемую вами «Доктрину Страха» разрушением планеты, к примеру, того же Альдераана, пусть он и является рассадником бунтовщиков, то я вас, гранд-мофф Таркин, разочарую. Я этого не одобрю. Вам ясно, гранд-мофф Таркин?

– Да, Ваше Императорское величество, – сдавленно просипел эриадец, сглатывая. По телу ползли ледяные щупальца, нежно обвивающие горло, надавливающие на кадык. Так, слегка. Император пошевелил пальцами, жестоко усмехнувшись, и все прекратилось.

– Скажу один раз, Уилхафф, – мягко произнес Палпатин, прикрыв тяжелые веки. – Я не для того рвал жилы, строя Империю, чтобы чье-то излишнее рвение свело мои усилия на нет.

– Да, Ваше Императорское величество, – с достоинством кивнул Таркин.

– Прекрасно. Впрочем… – Палпатин повернул голову, вчитываясь в строки отчета, доставленного секретарем, – это вас не спасет.

Костлявая ладонь сжалась в кулак, и Таркин, захрипев, схватился за горло, но было поздно. Раздался громкий хруст, тело упало на пол.

– Значит, слушаем Мотти, да, Уилхафф? Глупо. И недальновидно. Впрочем, могу вас утешить, гранд-мофф Таркин, адмирала Мотти ждет такой же бесславный конец. И этот самый конец не за горами.

* * *

Палпатин потер подбородок, размышляя о дальнейших действиях. Бейл Органа теперь у него в кулаке, так же, как и его приемная дочурка. Принцесса была именно такой, как в фильмах. Вся такая несгибаемая, волевая и недалекая. Характер тот еще, как и мозги. Однако напрягала некоторая странность. Как Палпатин ни старался, он не смог углядеть сходства с Энакином Скайуокером или Падме Амидалой.

Да, есть некоторые черты, намекающие на покойную королеву, но их явно недостаточно. Что с того, что принцесса невысокая, с пушистыми каштановыми волосами, карими глазами и светлой кожей? Не менее покойная Бреха тоже была такой же, разве что рост средний.

Ну упрямая… Так воспитатель из Бейла тот еще. Пару раз Император встречал принцессу в Сенате, и его ничего не насторожило, никаких намеков на латентную одаренность. Не было ощущения спящей Силы. А у Сидиуса насчет этого была стойкая паранойя… И Бейл никогда не проявлял беспокойства, отпуская дочь в Сенат. А ведь СИБ бдит, Инквизиторий бдит, да и сам Сидиус тоже не спал.

Так что дело очень нечисто. Однако он успел убрать тот камешек, что обрушил лавину, и теперь этот камешек летит к нему на «Опустошителе» в компании Вейдера, который цацкаться с принцесской не будет, не тот у его ученика характер.

Вспомнив о Вейдере, Палпатин нахмурился. Память сообщала, что учеником Сидиус был недоволен. И это еще очень мягко сказано. Поведя себя как истеричный юнец, Энакин Скайуокер подставился сам, подставил свою супругу и детей и самое главное – подставил самого Сидиуса. А вот этого ситх не любил. Очень не любил.

Пусть он кричал, что Вейдер переплюнет его в мощи, на самом деле Палпатин так не думал. Особенно стоя над почти трупом ученика. В тот момент он даже думал его добить, но привычка выжимать из доступных ресурсов все их возможности и даже еще немного сверху все-таки взяла верх. Пусть искалеченный, но Скайуокер был ресурсом, правда, сколько планов пришлось менять, перекраивать и отбрасывать… Это злило безмерно, и почти труп сполна прочувствовал это неудовольствие на своей обгорелой шкуре.

Было и еще отличие от канона: похороны Амидалы. Королеву похоронили беременной. Правда, был один ребенок, девочка, но отсутствие еще одного никого не насторожило. Двойня – не такое частое явление, чтобы об этом подумали.

СИБ провела самое тщательное расследование. Смерть Падме была стечением обстоятельств: отек легких от ядовитой атмосферы Мустафара, дикая жара, стресс, тяжелые роды… То, что ее недодушили. В общем, сошлось. Семья королевы бучу поднимать не стала, равно как и интересоваться, от кого ребенок. А еще была череда несчастных случаев – служанки Падме, все как одна, скончались. Панака ушел в политику, став моффом, Тайфо продолжал трудиться на посту охранника теперь уже королевы Джамиллии, потом королевы Пуджи…

Сидиус отлично помнил, каким клоповником на самом деле была мирная планета Набу, поэтому ее трясли крайне тщательно и не торопясь. Ничего не нашли. И именно это настораживало… Теперь. А тогда Сидиус просто плюнул на все и успокоился, ему и так проблем хватало. Вейдер из многообещающего ученика превратился в обузу, он не хотел жить, и Сидиусу приходилось постоянно применять шоковую терапию, чтобы добиться хоть каких-то реакций. Не всегда помогало, но почти всегда Сидиус от этих экзекуций получал удовольствие. Однако с течением времени полупрожаренные мозги Скайуокера что-то там сообразили и запомнили, ситх перестал провоцировать с каждым разом все больше приходящего в бешенство от апатии ученика Палпатина, годы шли, безумие наваливалось на Императора все сильнее…

А проблемы все накапливались и накапливались.

Единственный, кто не строил планы сместить Сидиуса с трона – Вейдер. Ученик полностью погрузился в рутину армии и флота, но бесило до невозможности не это. Ситх перестал развиваться. Если первые годы, пока его шпынял учитель, он еще хоть как-то рос в своем мастерстве, то за последние лет десять ничему новому не выучился. Именно это доводило Сидиуса до белого каления.

Сам Император, невзирая на свое безумие, продолжал учиться. Он посещал Коррибан, зарывался в библиотеки, штудировал труды Владык, тренировался с Теневой стражей… Сейчас, в девяносто с хвостиком, ситх был на пике своей формы! Даже учитывая плачевное состояние его тела…

– Что ж, Владыка Вейдер, – густой, как сироп, голос Императора наполнила странная ирония. – Посмотрим, как вы будете исполнять заветы насчет учиться… А еще скоро у вас появится конкурент. Он молод, силен и совершенно не обучен… вроде бы. И если и это не поможет… берегитесь.

Глаза ситха вспыхнули раскаленной плазмой.

Глава 2

«Тысячелетний сокол» несся сквозь пространство к своей цели – Альдераану. Старый Бен дремал в кресле, а Люк, не в силах уснуть, торчал в рубке, рассматривая приборные доски и терроризируя капитана. Он бы и второго пилота и навигатора по совместительству помучил своим любопытством, но языка вуки не знал, а служить переводчиком нагловатый и хамоватый Соло отказывался. В конце концов, устав от бесконечных вопросов пассажира, кореллианец не выдержал, сунул ему в руки десертный паек, который держал исключительно для таких вот тяжелых случаев, после чего укрылся пледом и провалился в сон, игнорируя попытки продолжить допрос.

Люк повздыхал, сгрыз сладкую зернистую плитку и, покрутившись, все-таки успокоился, затихнув в кресле. Закрыв глаза, парень полулежал, укрывшись пледом, прокручивая в голове события, случившиеся за последние пару недель. Подумать было над чем.

Сначала очередное примирение после очередного скандала. Встреча с Биггсом подействовала на Люка угнетающе. Приятель живописал реалии обучения в имперской академии, и Скайуокер не мог места себе найти от тоски. Космос манил и завлекал, заставляя мечтать о несбыточном, но дядя опять высказался против поступления в данное учреждение. Они снова погрызлись, и Люк был крайне зол и раздосадован. Сидеть на этом пыльном шарике – не для него. Он достоин большего, но что можно поделать без хорошего образования? Только податься в армию, которая дает хоть какие-то возможности для личностного роста. Это единственный шанс пробиться, а дядя только и может, что запрещать… Неожиданно в голове промелькнула тень какой-то мысли по поводу сложившейся на момент гибели Ларсов ситуации, но она словно растворилась, оставив чувство некой неправильности.

Парень поправил плед, продолжив мозговой штурм. А потом все завертелось… Покупка дроидов, это странное послание – просьба о помощи, больше похожая на требование, старик Бен, неожиданно оказавшийся боевым генералом времен Войн клонов… Гибель Ларсов. Шок. И какая-то безумная решимость бросить все и ринуться навстречу приключениям.

Вновь зашевелилось ощущение странности, но опять ушло.

А теперь они летят на Альдераан, чудом уйдя от внимания штурмовиков, Люк крутит в руках оружие, принадлежавшее его отцу, и будущее у него… Кто знает, каким оно будет? И эта принцесса… Люк засопел, угомонившись, не видя пронизывающего взгляда Бена из-под седых бровей. Мужчина смотрел на спящего парня, и думы его были тяжелыми и мрачными.

Кеноби долго что-то обдумывал, прикидывая и так и этак, пока тяжелое, но правильное решение не было принято. Джедай скосил глаза на капитана и его помощника, убедился, что они не помешают, после чего сел ровнее, сосредоточился и плавно повел рукой в направлении парня. Он делал так еще несколько раз, пока не решил, что этого достаточно, довольно кивнул и вновь погрузился в дрему. По крайней мере, на поверхностный взгляд это выглядело именно так.

Оби-Ван Кеноби, магистр Ордена джедаев, смотрел на мирно спящего парня и видел совершено другого человека. Более темные волосы, рост повыше, черты лица резче, не такие мягкие… В груди ворочалась тоска по давно ушедшим временам. По тому, чего он, скорее всего, не увидит. Печалит ли это? Да. Но он переживет. Как пережил чистку и гонения, одиночество и долгие годы выжидания. Осталось совсем немного…

Бен уже чувствовал на своем затылке ледяное дыхание вечности. Еще немного – и для него все закончится. Но это также означает, что для Люка все только начнется. А он постарается направлять юношу, показывая верную дорогу. В груди шевельнулся червячок привычного сомнения, но мужчина так же привычно от него отмахнулся. Он все делает правильно. Ситхи будут повержены, и Орден восстанет из руин. Все будет так, как когда-то увидел и распланировал гранд-магистр. Остается только подождать… И проследить, чтобы Люк Скайуокер не наделал ошибок.

* * *

Гранд-магистр Ордена джедаев, древний старик, готовящийся через десяток лет отметить тысячелетний юбилей, сидел на краю болотистой речки, наблюдая, как в зарослях мелькает плавник его будущего обеда. Маленький зеленокожий гуманоид шевельнул ушами, вздохнув, и с сомнением покосился на здоровенную рыбу, активно перебирающую длинными плавниками, чтобы успеть поселиться в глубоком и просторном омуте раньше конкурентов. Кистеперый монстр был весь облеплен тиной… Наверняка мясо имеет не самый приятный вкус и запах. Покачав головой, Йода встал и медленно направился в сторону грибной поляны. Сегодня у него в меню будет суп. Острый, ароматный грибной суп. То что надо в сырую погоду.

Дряхлый джедай неторопливо собрал с десяток похожих на шары грибов, обстоятельно подумал над специями, тщательно все нарезал и приготовил. Как следует насладившись любимым блюдом, Йода взобрался на массивную ветвь дерева, на которой так приятно дремалось… И вновь нахмурился, опираясь на клюку.

Гранд-магистр был хмур и сосредоточен, пытаясь понять, что так взбудоражило Силу некоторое время назад. Джедай недаром выбрал для проживания Дагоба, именно на этой планете ему было проще спрятать свое присутствие от других одаренных, независимо от направленности. Пещера у корней дерева, пропитанного темной энергией, отлично маскировала сияние гранд-магистра.

Конечно, Йода прекрасно знал, как можно спрятать свою Силу, что именно надо для этого делать, он запросто мог выполнить эту технику, но… Он не прятался почти десять веков и последние годы своей жизни тоже не будет этого делать.

Кроме того, был еще один нюанс… Проживание в месте, где властвовала Темная сторона Великой, помогало отслеживать Силу преданных ей одаренных. Сидя на этом болоте, Йода мог уверенно прогнозировать действия ситхов, ведь теперь они совершенно не считали нужным скрываться. Ни Сидиус… ни Вейдер. Про инквизиторов и прочее отребье и говорить было нечего.

Поэтому ощущение внезапного ослабления Тьмы стало для магистра полной неожиданностью. Йода проснулся, недоуменно уставился в потолок, решив, что ему померещилось, но уже через минуту все стало еще непонятнее. Громадный грозовой фронт, пронизанный молниями безумия, в виде которого Йода воспринимал Сидиуса, начал развеиваться.

Старый джедай напряженно отслеживал процесс, не давая себе увлечься напрасными надеждами, но Тьма теряла свою плотность, ее давление шло на убыль, гранд-магистр даже решил, что вскоре увидит и услышит некролог, так стремительно все шло, но тут беззвучно вздрогнула Сила, Тьма словно взорвалась и превратилась в монолитный массив, становящийся все плотнее с каждым мгновением.

Что бы ни произошло с Императором, старый ситх выжил и даже стал еще сильнее, хотя Йода искренне надеялся, что ему показалось.

День катился на убыль, маленький магистр вздыхал, напряженно вглядываясь в потоки нестабильного будущего. Вероятности рождались и умирали в его восприятии, Йода, прилагая недюжинные усилия, старался выбрать и укрепить наиболее подходящую для исполнения давно увиденного им варианта, в котором ситхи падут и вновь воссияет Свет.

Океан Великой Силы был неспокоен и напряжен: как раз сейчас происходил выбор. Оби-Ван, после лет ожидания, стряхнул с себя созерцание и приготовился к бою. Он сейчас рядом с тем, кто исполнит пророчество. Равновесие будет восстановлено.

Древний консул вздохнул и отправился спать. Он ждал почти двадцать лет. Подождет еще… И увидит исполнение своего видения. Это все, что он еще хотел совершить в своей долгой жизни.

* * *

Принцесса Лея Органа недовольно смотрела в стену своей новой камеры. Конечно, по факту это была каюта, и даже комфортная. Здесь были мебель и санузел, девушку хорошо кормили три раза в день, ей даже предоставили возможность воспользоваться услугами прачечной. Однако по сути это была камера, ведь за ее пределы принцесса выйти не могла, а за дверьми стоял караул, и совсем даже не почетный.

Лея вела себя образцово, не давая возможности применить к ней какие-либо меры наказания, которыми пригрозил девушке Вейдер, кроме того, ей было чем заняться. Принцесса долго анализировала разговор с Императором, вспоминала наставления отца и Мон Мотмы… Ее мучили странные предчувствия, поэтому Органа подолгу вспоминала родной Альдераан – это ее успокаивало.

«Опустошитель» несся к Корусканту, и девушка готовилась встретить предстоящие ей испытания с достоинством особы королевской крови.

* * *

Бейл Органа нервничал. Дочь не подавала о себе вестей, и это тревожило вице-короля чем дальше, тем сильнее. Мужчина поднял на уши службу безопасности, переговорил со всеми, к кому теоретически могла залететь на огонек девушка, осторожно потряс осведомителей… Но ничего не добился. «Тантив» исчез вместе с экипажем и дочерью.

Бейла мучили дурные предчувствия… Ему удалось узнать, что в том секторе как раз пролегал путь «Опустошителя» Вейдера. При одной мысли о том, что Главнокомандующий мог обратить свое внимание на хрупкую яхту и ее драгоценное содержимое, мужчине становилось дурно. Особенно если учесть, что он знал, что именно перевозила как дипломатическую почту юная принцесса.

Мотма советовала успокоиться, не поднимать напрасный шум, привлекая ненужное внимание, но Органа не мог взять себя в руки. Неизвестность убивала, при этом не было никаких намеков на то, что имперцы уничтожили или захватили Лею. Дни тянулись, рутина помогала хоть как-то забыться и отвлечься, а ночами приходили кошмары. Ему снилась мертвая Лея, равнодушно нависший над ним Вейдер, хохочущий Император, тыкающий тростью кровавые ошметки – все, что осталось от его прекрасной дочери.

Вице-король уже дошел до предела, нервный срыв был не за горами, а тут еще и старый знакомый подал весточку. Планы попали как раз к нему, так что хоть тут СИБ не сможет ничего доказать. Но судьба Леи оставалась тайной за семью печатями.

Сходящий с ума Органа, узнав, что Кеноби летит к нему, едва не сорвался, сначала решив отказать, ведь присутствие джедая – огромный риск. Но потом мелькнула мысль, что магистр со своим чутьем сможет рассеять мрак неизвестности, и мужчина скрепя сердце дал разрешение на посещение. Он готов был смириться с опасностью, но Оби-Вану придется как следует отработать его благорасположение.

Отдав указания помощникам, Бейл снова решил поинтересоваться новостями, но тут пришел вызов, сходу поломавший все планы альдераанца.

– Ваше Императорское величество, – Органа учтиво поклонился, пряча за поклоном внезапную бледность.

– Ваше высочество, – глубокий мягкий голос закутанного в свободные одежды старца пробирал до костей. – Если вы заняты…

– Что вы, Ваше Императорское величество! – поспешней, чем хотелось, произнес Бейл. – Ради удовольствия лицезреть вас я отложу все дела.

На тонких губах Императора мелькнула непонятная усмешка.

– Какое рвение… Это радует. Но я решил вас побеспокоить не для того, чтобы просто поболтать. Скажите, ваше высочество, вы в последнее время никого не теряли?

Бейл застыл, с ужасом уставившись на Палпатина. Незаметно сжав кулак, Органа выдохнул и только открыл рот, как Император дополнил:

– К примеру… дочь?

– Что с ней? – слабым голосом произнес Бейл. Император недовольно поджал губы:

– Бейл… Вы у меня на хорошем счету… Вы умны и лояльны… Но, Бейл… Скажите, вы что, свою дочь совсем не воспитывали?

Органа моргнул, пытаясь переварить слова Палпатина. Вице-король совсем перестал что-либо понимать. Он бы не удивился, получив обвинения в поддержке мятежников и бунтовщиков, но упреки в отсутствии воспитания…

– Простите, Ваше Императорское величество, – собрался Органа. – Но я не совсем…

– Ваша дочь, – скучным голосом начал Палпатин, расслабленно сидя на троне, – устроила пьяный дебош.

– Что?!

– Я понимаю: молодость, желание жить на полную катушку, невзирая на нормы поведения, принятые в приличном, – последнее Палпатин выделил голосом, с упреком взирая на обалдевшего собеседника, – обществе. Но напиваться в компании какого-то отребья, танцевать на столе под одобрительные вопли окружающих и при этом хвастать своим происхождением…

Старик покачал головой, всем своим видом олицетворяя праведное возмущение. Органа стоял, распахнув в шоке глаза, держась за сердце.

– М-да… В общем, ей повезло. Скажите спасибо господину Иссарду, благодаря которому удалось избежать шума. И… Ваше высочество?

– Да, Ваше Императорское величество? – пролепетал Бейл, не зная, что и думать.

– Ваша дочь крайне – я подчеркиваю – крайне невоспитанна. Она грубит и хамит. И списывать такое поведение на воздействие алкоголя и некоторых запрещенных веществ…

– Я прибуду немедленно!

– Очень на это надеюсь, – недовольным тоном отозвался Император. – Бейл… Только благодаря тому, что вы являетесь моим, не побоюсь этого слова, другом…

– Благодарю вас, Ваше Императорское величество! – с жаром произнес мужчина. – Я прибуду…

– Бейл, – Император слегка приподнял костлявую руку, и Органа послушно замолчал. – Я хочу, чтобы вы забрали ее поскорее. Вас уже ждет курьер. Простите старика за самоуправство, но сил моих нет терпеть это непотребство!

– Уже вылетаю! – поклонился вице-король, и связь прервалась. Мужчина выпрямился, гневно раздув ноздри.

– Хамим и грубим, Лея? Стресс снимаем!

Органа вылетел из зала и понесся к площадке, на которой его уже ждал курьер, о чем доложил напряженный секретарь, окинувший взъерошенного Бейла странным взглядом, на что последний только скрипнул зубами.

Неужели опять? Лея была той еще бунтаркой, невзирая на воспитание и заботливо прививаемые нормы поведения. Она и раньше срывалась, но до такого не доходило. Не дай боги – кто-то узнает… Конец репутации. А если дойдет до Сената… Вспотевший от ужаса Органа погрузился на борт курьерского челнока, который должен был его доставить на Корускант в течение часа.

О том, что его должен навестить очень опасный гость, вице-король так и не вспомнил.

Глава 3

– Бевел… – мягкий голос Императора пробирал до костей. – Вы ведь поистине гениальный инженер. Изобретатель. Ваш ум поразителен, ваши творения тоже поразительны.

Стоящий напротив сидящего в кресле Палпатина невысокий упитанный пожилой мужчина дышал через раз, опасаясь шевельнуться. Раз Император начал расточать комплименты – это не к добру. Изобретатель судорожно пытался вспомнить, не ляпнул ли он в запарке работы что-то неподобающее, но в голову ничего не лезло. Он работал над проектом корабля, который поразит вселенную, и ни о чем больше не мог думать.

– Поэтому… – старик выдержал многозначительную паузу, доводя изобретателя до трясучки, – позвольте вас спросить, Бевел…

– Да, Ваше Императорское величество? – пролепетал мужчина, обливаясь потом.

– Как вы могли допустить, – в мягком голосе появились металлические нотки, – чтобы в ваш проект вкралась такая вопиющая ошибка? Преподносящая уязвимое место просто на блюде?

– Ваше Императорское величество?..

– Или это была не случайная ошибка, а… – старик с нескрываемым удовольствием посмаковал слово, – преднамеренная диверсия?

Лемелиск шумно сглотнул, пуча настоящий глаз и кибернетический имплант. Сердце затрепыхалось, пот полился ручьями.

– Ваше…

– Я вижу, – оборвал тщетные вопросы изобретателя сидящий в кресле оживший кошмар, – вы до сих пор не понимаете, о чем идет речь.

Мужчина сначала закивал, потом бешено помотал головой, не в силах выдавить даже слова.

– Что ж, – скучным голосом продолжил Император, – я исправлю это досадное упущение. Боевая станция «Звезда Смерти». Реактор. Намек понимаете?