Джамби, духи леса

Малик принялся вытаскивать веревку, пока Буки смотрел в колодец, надеясь разглядеть ее конец.

Буки натянул резинку рогатки, готовый встретить любого, кто мог бы выскочить наружу, но не замечал маленькое паукообразное, которое карабкалось по веревке наружу. Вскоре появилось еще одно, и еще. Буки отпрыгнул назад.

– Скорпионы! – закричал он.

Малик бросил веревку и подбежал к брату. Один из скорпионов повис на растрепанной рубашке Буки. Малик схватил камешек и выстрелил в насекомое. Но только задел его, и разозленный скорпион занес ядовитое жало над рукой Буки. Малик схватил еще один камешек и выстрелил как раз в тот момент, когда хвост начал опускаться вниз. Скорпиона отшвырнуло вместе с камнем в ближайшие кусты.

– Ты спас меня, маленький братишка, – сказал Буки, задыхаясь от облегчения.

Малик просто заправил волосы за уши и ответил долгим вздохом.

Девочки пытались справиться со смехом, выползая из травы. Коринн подошла к мальчишкам. На полпути она поймала скорпиона, обездвижив его, чтобы он не смог воспользоваться жалом.

– Я решила подарить вам новых друзей для игр, – сказала она.

Буки резко развернулся к ней. Его лицо покраснело от гнева.

– Они могли убить меня!

– Только не этот малыш, – ответила Коринн. – Хотя было бы очень больно. – Она усмехнулась. – Разве не вы заманили меня в лес? Вот там какое-нибудь животное могло меня убить.

– Там нет никого, кто мог бы убить тебя. Разве что поцарапать. В любом случае ты не обязана была идти, – сказал Буки. – Никто тебя не заставлял.

– Ты знал, что я обязательно пойду. А тебя никто не заставлял возвращаться к колодцу и мучить лягушку.

– Ты знала, что мы придем, – сказал Буки.

– Значит, мы квиты. – Коринн швырнула скорпиона прочь.

Буки кивнул. Он плюнул в ладонь и протянул ее Коринн. Она на мгновение заколебалась, но сделала то же самое, и они пожали друг другу руки. Потом Буки заметил маленькую девочку.

– А это кто?

– Дру, – представила подругу Коринн.

– А вы – воры с рынка, – сказала Дру.

– Что? Воры?! Ты видела, чтобы мы когда-либо воровали? – вызывающе спросил Буки.

Малик топнул ногой в знак согласия.

Неожиданно Дру растеряла всю уверенность. И снова затеребила кончик своей косы.

– Я видела, как вы брали еду на базаре, – тихо сказала она. – И одежду.

Буки разгладил рубашку на груди.

– Да ну? А почему мы никогда тебя не видели?

– Она хитрее, чем кажется, – ответила Коринн. – И обычно она со своей матерью.

Малик задрал подол рубашки брата и притворился, что прячется за ним. Лицо Буки осветилось пониманием.

– А, эта! – улыбаясь, сказал он. – Ты и спишь тоже вместе с мамой?

– У меня кошмары! И сейчас я ведь не с ней, – сказала Дру.

– И она помогла мне со скорпионами, – добавила Коринн.

Дру смело выпятила подбородок.

– Точно. Помогла.

– Значит, ты променяла юбку матери на штанину этой девчонки? – Буки нахмурился и окинул взглядом базарный костюм Коринн. – Кстати, что это на тебе надето?

– А как это тебя касается? – выпалила Коринн в ответ. – И что насчет него? – Она мотнула головой в сторону младшего мальчика. – Он вообще разговаривает?

– Конечно, разговаривает. Дурацкий вопрос.

– Ну, – сказала Дру, – ты злишься потому, что тебя только что обвели вокруг пальца, или потому, что у тебя нет родных?

Буки щелкнул языком.

– Ты имеешь в виду маму с папой? Зачем нам родные?

– Во-первых, чтобы кто-то прилично вас одел, – ответила Дру, бросив взгляд на их изодранные рубашки и брюки.

– Твоя подружка в стариковских обносках выглядит не лучше, – парировал Буки, указывая на Коринн. – И нам прекрасно хватает того, что у нас есть.

– Будь у вас мама, она бы ни за что не выпустила вас из дома в таком виде, – сказала Дру.

– Мы сами о себе заботимся, – сказал Буки.

– У меня тоже нет мамы, – сказала Коринн и слегка придвинулась к мальчишкам. – Где вы живете?

Буки показал на гряду глинистых холмов в отдалении.

– В основном там, а вообще везде, где найдем подходящее место.

Малик прищурился, видя написанный на лице Дру шок.

– Мой брат думает, что ты нас оскорбляешь, – сказал Буки Дру. – Кроме того, не всем нужен дом. Лучше спать под звездами. Ночной воздух полезный. Делает тебя сильным.

Как по команде Малик напряг мышцы.

– А что вы делаете, когда идет дождь? – спросила Коринн.

Буки пожал плечами.

– Тогда мы моемся.

– Что ж, готовьтесь к долгому душу, – посоветовала девочка, глядя на набегающие грозовые тучи. – Сейчас начнется ливень.

– Лучше мы пойдем домой, – сказала Дру. Она уже держала свободный конец сари над головой, хотя пока не упало ни капли.

– Мы знаем отличное место, в котором можно переждать шторм, правда, братишка? – сказал Буки. – Готов поспорить, оно намного лучше любого вашего дома.

– Тогда покажите, – сказала Коринн.

– Если я не вернусь к ужину… – начала Дру.

– Малышке пора пить молочко, а? – поддразнил Буки.

– Я не малышка! – крикнула Дру.

– Тогда перестань тыкать нам в лицо своими роскошными ужинами и пойдем, – сказал Буки и направился в сторону холмов.

Дру бросила взгляд на дорогу, ведущую к ее деревне, затем на троицу детей. Она колебалась.

– Ты не обязана идти, если не хочешь, – тихо сказала Коринн.

– Нет, я пойду с тобой, – сказала девочка. И все же ей потребовалась пара секунд, чтобы сдвинуться с места.

Братья повели Коринн и Дру по отходящей от дороги тропинке, о которой, похоже, знали только они. Пройдя за базаром, они срéзали путь через дворы маленькой деревушки, стреляя в кур и уток из рогаток и подныривая под мокрое после стирки белье, которое становилось только мокрее из-за начавшегося дождя. Миновав деревню, они вошли в лес. Деревья здесь росли не так густо, как в старом махагоновом лесу в центре острова, знакомом Коринн. Между стволами было больше места, света и воздуха. Как только дождь полил в полную силу, братья остановились под старым деревом с такими толстыми ветками и листвой, что капли не могли пробиться сквозь его крону. Четверка уселась, прислонившись спинами к стволу, пока вода пропитывала всё вокруг.

– Вам нравится жить одним? – спросила Коринн у мальчишек.

Малик крепко сцепил два пальца.

– Мы не одни, – добавил Буки. – Мы вместе. – Он тоже сцепил пальцы. – Прямо как ты и твой отец. Ты чувствуешь, что вы одни?

– Жить с отцом – все-таки не то же самое, что с братом, – сказала Коринн.

– Он не просто брат. Он мой брат. И этого достаточно, – сказал Буки.

– У меня шестеро старших братьев и сестер, – сказала Дру. – И папа с мамой.

Коринн представила дом со столькими людьми внутри.

– Должно быть здорово, – сказала она.

Буки отрицательно покачал головой:

– Слишком много.

– Готова поспорить, что в такой семье никогда не бывает одиноко, – сказала Коринн.

– А еще никогда не бывает тихо, – со смехом сказала Дру.

Стук дождевых капель замедлился и наконец совсем смолк. Буки встал.

– Думаю, я должен показать вам самое тихое место на острове. Идеально, когда хочется спрятаться от всех.

Он посмотрел на Малика, и брат ответил ему таким же взглядом.

– Оно далеко? – спросила Дру.

– Идите за мной, – сказал Буки. Когда Дрю снова засомневалась, он добавил:

– Не волнуйся, ты и оглянуться не успеешь, как вернешься к мамочке.

Они шли за Буки, пока не услышали тихий плеск воды, нарастающий с каждым их шагом. В просвете между деревьями девочки увидели реку, которая извилистой тропой прорезала весь остров. У небольшого притока они жадно напились воды, не обращая внимания на головастиков и маленьких ящериц, снующих между их пальцев. Мальчишки достали рогатки и сбили несколько ярко-красных помераков. Они ели сладкие фрукты, гуськом пробираясь вдоль рукава, отходящего от большой реки. Место там было достаточно глубокое и узкое, чтобы можно было переплыть с берега на берег, но все же достаточно широкое – чтобы делать этого не хотелось. Кроме мягкого шелеста листвы и журчания воды по камням, вокруг не осталось никаких звуков. Дети остановились и замерли, упиваясь тишиной. Солнечный свет, пробившийся сквозь листву, засверкал на поверхности зеленой реки. Световая рябь задрожала на гладких камнях. Воздух становился липким: солнце начало вытягивать из острова влагу, и вдруг река стала настоящим оазисом, перед которым никто не смог устоять.

Коринн прыгнула в воду последней. Но прежде она почувствовала, как кожу на затылке начало покалывать. Прямо как накануне в махагоновом лесу. Вздрогнув, она обернулась. Позади никого не было. Девочка решила, что они одни.

И ошиблась.

9. Наблюдение

Когда дети показались у нее на пути, джамби спряталась в кустах. Она наблюдала за каждым из них, но в особенности – за ребенком своей сестры.

– Кто последний, тот кишки ящерицы! – сказал мальчик повыше.

Самый маленький мальчик зажал нос и показал на свои ноги. Остальные завизжали: «Нет, вонючие пятки!» – и бросились к реке. Но раньше всех в реку с камня прыгнул маленький тихий мальчик. Дочь ее сестры несколько мгновений колебалась, прежде чем присоединиться к остальным, и джамби смотрела, как они дразнят ее за это.

Джамби слушала их смех и то, как плещется вода, соприкасаясь с их кожей. Она видела, как они ныряли, а затем выныривали и жадно хватали ртами воздух, если задерживались под водой слишком долго. Она понимала, чем люди так очаровали ее сестру: коричневой кожей, темными глазами и даже неуклюжими движениями.

Маленькая девочка и ее отец были куда грациознее большинства других. Джамби уже нашла их дом и наблюдала за ними утром. Мужчина особенно красиво двигался в воде. Его мускулы перекатывались под вычерненной солнцем кожей так же плавно, как набегающие на берег волны. Он определенно был интересным. Она постарается понаблюдать за мужчиной и ребенком вблизи, чтобы понять, как им удалось увести ее сестру от своего народа. Она хотела выяснить это, прежде чем решить, что с ними делать.

Дети, плещущиеся в воде, напомнили ей о людях, пришедших на остров много лет назад на больших деревянных островах, которые они звали кораблями. Над кораблями реяла светлая ткань, которая вздымалась к небу, как плотные облака. И двигались они удивительно. Она вспомнила, как выплыла поприветствовать мореходов и как ахнула от ужаса, когда поняла: для того чтобы создать свои корабли, они срубили деревья. Мореходы напали на нее, стоило ей взобраться на борт. Она сражалась с ними, утягивая на глубину, и они глотали воду, и все меньше пузырьков воздуха вырывалось из их ртов, пока они не обмякали, как водоросли.

«Дети такие же, как те люди, – подумала она. – Может, даже более хрупкие».

Джамби пригнулась еще ниже. Из травы выскочила маленькая красная ящерица. Джамби поймала ее пальцами и сунула в рот. Пока она наблюдала за детьми, мимо бегали и другие ящерицы. Она хватала их, одну за другой и ела, напитываясь их энергией. Вскоре она набрала достаточно сил, чтобы изменить свое тело. Кожа потемнела и стала мшисто-зеленого цвета древесных стволов вокруг. Если не считать зеленой ткани, обернутой вокруг ее туловища, джамби почти сливалась с окружающим ее миром. Была прозрачной. Она позволила ткани соскользнуть на землю и спрятала ее под камнем. Подползла к берегу реки. Ее кожа менялась в зависимости от того, куда она ступала: грязь, камень, дерево, трава. Словно волна, она плавно и неукротимо приближалась к своей цели. Она села на камне у глинистого берега, невидимая для детей. Она легко могла бы следить за ними вблизи. И вдруг на противоположном берегу она увидела ведьму. Бесшумно, как легкое дыхание, джамби соскользнула в воду и нырнула на глубину, проплыла под играющими детьми и встала на дно реки прямо под их брыкающимися ногами.

Джамби планировала нападение. Кого стоит забрать первым? Ноги детей болтались над ее головой. Она решила расправиться с самым большим. Мальчишкой. Оттолкнувшись от дна, она поплыла вверх. Пальцы потянулись к его пяткам.

10. В реке

– Вы чувствуете? – спросил Буки и оглянулся на пенистую рябь, вдруг возникшую у его локтя. – Я что-то почувствовал.

– Собственная тень тянет тебя за ногу? – со смехом спросила Коринн.

– Смотри, у меня пальцы сморщились, – сказала Дру.

– Если остаешься в воде надолго, все тело таким становится, – сказала Коринн. – Будешь похожа на белую ведьму.

– Никто ничего не чувствует? – снова спросил Буки.