Однако спекуляция и махинации в снабженческих органах "общественных организаций", за счет которых были созданы огромные состояния дельцов, близких к Земгору, ВПК, Городским управам и т.п., а также резко возросшее финансовое могущество еврейского капитала привели к продовольственному и сырьевому кризису в главных городах России.

Продовольственное дело, по закону 17 августа 1915 года, было передано в ведение Особого совещания под председательством министра земледелия. Был осуществлен ряд мероприятий для стабилизации продовольственного положения, и в частности запрещен вывоз яиц из России, разрешен беспошлинный привоз сахара из-за границы, ужесточены уголовные меры за спекуляцию продовольствием, установлен надзор Министерства финансов за деятельностью банков, согласовывалась деятельность железнодорожных служб и расширялись водные перевозки продовольствия. Отменен запрет на ввоз молочных продуктов из Финляндии.*2

Позднее для борьбы с дороговизной принимается ряд дополнительных мер. Правительство устанавливает предельные цены, образует за

*1 Наумов А.Н. (министр земледелия). Из уцелевших воспоминаний, 1868-1917. НьюЙорк, 1955.Т.2. С.564. *2 ГАРФ, ф. 1467, д. 541, л. 51.

пасы, производит кредитование местных общественных учреждений (которые нередко используются им для махинаций). Губернские и местные власти вводят запреты на вывоз из губерний, фиксируют предельные цены на предметы первой необходимости, издают обязательные постановления для регулирования торговли.

Большое беспокойство вызывают финансовые спекуляции банков, приобретшие угрожающий характер. Чтобы пресечь их, министру финансов представляют право ревизии и контроля за деятельностью всех, даже частных, банков.*1

Но административные меры по борьбе с дороговизной не помогали, так как причина ее лежала гораздо глубже. Лавочники всякими способами обходили ограничения, припрятывали товары или разносили их по домам по повышенным ценам. Фиксированные цены (таксы), установленные администрацией, привели к тому, что нечего было и думать купить по таксе колбасу, ветчину, мясо, рыбу, а если и можно, то всякую заваль, товар, опасный для здоровья, например чайную колбасу, приготовленную из разных субпродуктов. Петербургское копченое сало ("бочек") после введения на него таксы в 60 копеек из продажи пропало, но стало продаваться открыто в два раза дороже под видом "малороссийского сала".

Для того чтобы противостоять администрации, торговцы объединяются в так называемые биржи, по сути дела, в преступные сообщества торговцев для ограбления простого народа. Укрывая товары, повышая самовольно цены, диктуя свою волю мелким торговцам, биржи совместно с банками, которыми чаще всего владел еврейский капитал, стали управлять петроградским рынком по своему произволу. Биржи диктовали свою волю и провинции, опутав ее сетью денежной зависимости.

В провинции было много продовольствия, однако оно намеренно там задерживалось и подвозилось в большие города в ограниченном количестве. Таким образом, поддерживались установленные биржами мародерские цены. Биржи парализовали попытки городского самоуправления открыть собственную доставку продовольствия, а также срывали подвоз запасов рыбы, овощей, дров. О существовании бирж как преступных сообществ торговцев петербургские власти хорошо знали, но ничего серьезного не предпринимали. В секретном отчете полиции, направленном дворцовому коменданту, прямо говорилось, что "положение петроградского рынка, самого важного в России, зависит от кучки мародеров".*2

*1 Там же, д. 546, л. 37. *2 Там же, ф. 97, д. 27, л. 187-188.

449

Созданию преступных бирж Петроград обязан не только алчности торговцев, но и целенаправленной работе немецких шпионов. Немцы вкладывали большие деньги в дезорганизацию продовольственного снабжения. Городской продовольственный комитет, в котором заправляли кадеты, открыто, не без злорадства заявлял, что Петрогаду угрожает голод, ибо подвозимые товары скорее поглощаются, чем их успевают подвозить. И это при том, что в провинции продовольствия было в изобилии, но на каких-то этапах подвоз его перекрывался.

Дороговизна на продовольственные товары росла. Летом 1916 года по сравнению с довоенным периодом цены на продовольствие в больших городах выросли в два раза, а в Петрограде еще выше (см. таблицу)

Рост дороговизны на предметы первой необходимости во время

войны в Петрограде*1 +-----------------+-------------------+-----------------+----------------+ |Товар | Цена перед | Цена в декабре | Цена в августе | | | войной 1915 года | 1916 года | 1916 года | +-----------------+-------------------+-----------------+----------------+ |Мясо (1 фунт) | 23-25 копеек | 45-50 копеек | 80-90 копеек | |Хлеб (1 фунт) | 2,5 копейки | 4 копейки | 6 копеек | |Рыба (1 фунт) | 30 копеек | 50-70 копеек | 1 рубль 20 коп.| |Крупа (1 фунт) | 6 копеек | 9 копеек | 15 копеек | |Брюки | 6-15 рублей | 15-25 рублей | 30-100 рублей | |Сапоги | 6-10 рублей | 15-25 рублей | 25-40 рублей | |Фуражка | 1 руб. 50 коп. | 3 рубля | 8 рублей | |Трехкомнатная | 45 рублей | 65 рублей | 100 рублей | |квартира (наем) | | | | |Дрова | 8-9 рублей | 12-13 рублей | 25-26 рублей | |Спички (коробка) | 1 копейка | 3 копейки | 7 копеек | +-----------------+-------------------+-----------------+----------------+

*1 ГАРФ, ф. 97, д. 27, л. 186.

450

Несмотря на принятые меры, ухудшение продовольственного положение произошло очень быстро, еще весной 1916 года снабжение было нормальное, а к осени наступили резкие перебои, сменившиеся острой нехваткой продуктов зимой. Дороговизна и отсутствие продуктов захватили врасплох все слои петроградского населения, заставили значительную часть его урезать свой бюджет, ухудшить питание, а то и просто влачить полуголодное существование.

Особенно сильно от дороговизны и нехватки продуктов пострадала самая значительная и влиятельная часть петроградского общества чиновничество. Большинство чиновников были людьми семейными. До войны они получали от 50 до 150 рублей жалованья; к 1916 году это жалованье вместе с прибавками военного времени возросло до 60-250 рублей. По оценкам городского попечительства о бедных, семья из четырех человек не может нормально существовать на такие средства.*1 К 1916 году большая часть чиновничества если и не голодала, то по крайней мере хронически не доедала. Типичная картина того времени плохое питание, задолженность, частые болезни как результат неудовлетворительных условий жизни. При первой возможности чиновники уходили с государственной службы на заводы, в банкирские конторы, в контролеры кинематографов, занимались торговлей.

Еще в более худшем положении оказались лица интеллигентных и свободных профессий: артисты, музыканты, писатели, репортеры. Сводки полиции отмечают сильное повышение преступности именно среди интеллигенции: сплошь да рядом попадались они на кражах, подлогах, вымогательствах; в театрах среди наемных клакеров (лиц, устраивающих овации за деньги), в кофейнях среди темных личностей, на бегах среди "подсказчиков" и в других сферах криминальной среды довольно часто встречались люди с высшим образованием, до войны имевшие хороший по тому времени заработок.*2 Массы женщин-интеллигенток предлагают свой труд в конторы, магазины, мастерские, но многие из них так и не находят заработка.

Ухудшение материального положения резко затронуло и дворянство, которое стекалось в Петроград со всей России, чтобы выхлопотать здесь какую-то помощь для себя.

Почти две трети дворянских земель не могли быть обработаны изза дороговизны или отсутствия рабочих рук. Эти земли дворяне сдавали в аренду крестьянам, которые во многих местах почти ничего не платили за нее. На дворянских съездах много говорится о разорении

*1 Там же, л. 190. *2 Там же, л. 191.

451 дворянских имений, отмечается, что только в Петрограде проживает несколько тысяч дворян, не имеющих ни средств к существованию, ни подходящих занятий. Эти дворяне переполняли собой приемные министерств, засыпали канцелярии и банки просьбами о помощи и жили нередко даже хуже чиновничества.

Секретная агентура полиции сообщает об оппозиционных настроениях среди дворян. Понеся большие жертвы вследствие войны (на поле брани легли десятки тысяч лучших представителей дворянских родов), потеряв свое состояние из-за дороговизны жизни, дворянство резко выражает свое недовольство политикой правительства, а в частности, и длительностью войны. Среди дворянства все чаще раздаются голоса против внутренней и внешней политики России: во внутренней политике дворянство недовольно тем, что правительство, как считали дворяне, принимает мало мер против обеднения дворянства; во внешней - недовольно усилением сближения с Англией и Францией. По данным полицейской сводки за сентябрь 1916 года, дворянская оппозиция растет с каждым днем, охватывая собой все большие слои дворян. Дворянство на вечерах открыто декламирует стихи Плетнева против сближения с Францией и Англией, зачитывается памфлетами против англичан.*1

Если и дворянство стало оппозиционным, то что говорить об учащейся молодежи, среди большей части которой еще с конца XIX века сложился стереотип отрицательного отношения к правительству. Студенты и курсистки тоже оказались в тяжелом материальном положении: большинству из них приходилось думать не об учении, а о заработке, который могли получить далеко не все. Полицейские сводки сообщают, что на студенческих вечеринках только и слышны рассказы об ужасах войны: рассказывается о непригодности высшего командования, про притеснения солдат, про голод среди беженцев, про страдания голодного населения. Молодежь, сопоставляя эти рассказы с тяжестью своего материального положения, жадно прислушивалась к критике правительства и отрицательным суждениям о войне.

Идея скорейшего окончания войны, заключение сепаратного мира чуть ли не любой ценой зрела не у Царя, а среди масс недовольных своим положением и разжигаемых враждебной пропагандой чиновников, дворян, учащейся молодежи, лишенных национального сознания и менее всего думающих о судьбе Родины. В это время социал-демократы и другие революционные партии, финансируемые в значительной части за счет денег немецкой военной

*1 ГАРФ, ф. 97, д. 27, л. 190.

452

разведки, наводняют Петроград и другие большие города листовками и брошюрами, в которых призывают использовать тяжелое военное положение для сведения счетов с царским правительством.

Причем пропаганда ведется не в лоб, а подспудно. Агитаторы понимают что их прямые политические выпады будут приняты большинством Русского народа как измена. Поэтому агитация ведется на экономической базе, упирая на то, что "бездарное" царское правительство желает уморить голодом трудящихся. В этом духе пишутся многочисленные марксистские брошюрки, читаются рефераты в кооперативах, во всех них основным мотивом звучит одно: "Конец войне - конец дороговизны и голода".

На немецкие деньги в обществе пропагандируются идеи пацифизма.

Главным вдохновителем этого движения в воюющей России становится М. Горький, выпускающий на немецкие деньги журнал.

Идеи пацифизма захватывают значительную часть русской интеллигенции и учащейся молодежи. Открыто говорится, что "война истомила народ", что "в Германии до голода еще год, а у нас голод уже наступил". Распространяется масса анекдотов, рисующих в черном цвете русское правительство, авторами многих из которых были германские спецслужбы.*1

По-видимому, сами же немецкие агенты через своих пособников, прежде всего из числа большевиков и эсеров, распространяют панические слухи о грядущей революции, о необходимости свергнуть "внутреннее немецкое засилье", о "всеобщем желании окончить поскорее войну".

Среди рабочих материальное положение было лучше. Во время войны их заработки значительно поднялись, достигнув 6-12 рублей в день. Многие рабочие были освобождены от воинской повинности. Большую роль в оздоровлении рабочей среды сыграло запрещение продавать водку.

Однако к осени 1916 года ухудшение условий сильно затронуло и их, цены стали расти быстрее их высоких заработков. Освобождение от воинской службы начало связываться частью рабочих с "закрепощением на заводах" (на время войны рабочим, освобожденным от воинской повинности, было запрещено переходить на другие предприятия). Призывы новых ратников осенью показали, что рабочие не скрывают своего недовольства. Простые люди с возмущением говорят о бесстыдной спекуляции, которая "неукоснительно и планомерно проводится организованным еврейством, как вспомогательная для Германии война".*2

*1 Там же, л. 192. *2 Там же, ф. 1467, д. 777, л. 16.

453

Даже среди торговцев было не все однозначно. От тяжелого продовольственного положения выигрывали крупное купечество и оптовики, тогда как мелкое купечество разорялось. Многие торговцы бросают свои лавки и поступают на фабрики и заводы. Мясные лавки, лишенные права торговли 4 дня в неделю, почти все закрылись, из-за отсутствия муки прекратили свою деятельность две трети булочных, ежедневно закрывались по нескольку колбасных и молочных лавок, чайных магазинов. Одновременно происходила монополизация торговли в руках крупных купцов, особенно в торговле сахаром, мукой, рыбой.

Волна разорения идет среди ремесленников. Недостаток рабочих рук, отсутствие материалов (крупные предприятия получали материалы от гучковского военно-промышленного комитета), дороговизна топлива и помещений заставили прекратить работы почти на половине ремесленных предприятий. Крупные фабрики и заводы поглощали мелкие ремесленные предприятия, оставляя остальным грошовую работу.

Среди простого народа распространяются самые немыслимые слухи: будто бы многим государственным деятелям явился во сне некий святой старец и объявил, что русские победят лишь тогда, когда вся страна будет поститься месяц (или, по другой версии, год), уничтожит всякие "жидовские выдумки" (Думу, Союз городов и т.п.) и повесит всех неверующих, иначе "Антихрист" (т.е. Вильгельм) завладеет Россией и будет царствовать 33 года, после чего будет светопреставление. Слух этот бытовал среди последователей Иоанна Кронштадтского и широко распространился среди крестьян.

Также широко ходили слухи о некоем Союзе евреев, решивших довести Россию до гибели и с этой целью скупивших все продукты через банки; во главе этого союза стоят петроградские адвокаты, издающие "воззвание к народу", что "пора кончить войну".

По данным полиции, все эти слухи воспринимались простым народом с таким же доверием, как злостная агитация революционных бесов о катастрофических неудачах, якобы скрываемых правительством, о продажности генералов, о взятках, предательстве начальства.*1

*1 ГАРФ, ф, 97, д. 28, л. 54.

454

Глава 47

Заговорщики торопятся. - Убийство Распутина. - Наступление германо-большевистского альянса. - Подготовка государственного переворота. - Ложный голод. - Начало антирусского восстания. Военный мятеж в Петрограде. - Образование Петросовета. Узурпация прав законной власти думским Временным комитетом. Арест русского правительства. - Приказ N1. - Разрушение

армии. - Слабость мятежников.

В конце 1916 года механизм антирусской революции был полностью подготовлен к решительным действиям. Либерально-масонским подпольем разработаны планы устранения Царя, создано отрицательное общественное мнение о законной Русской власти как неспособной и преступной, подготовлены люди для будущего революционного правительства. Заговорщики торопились, ибо предстоящее весной наступление по всем прогнозам должно было закончиться окончательной победой русского оружия, а следовательно, еще большей славой русского Царя. Для них это означало крушение планов захвата власти. Более того, глубина измены и предательства, которые творились в обществе, пугало самих заговорщиков. Как и Гучков, они понимали, что ими сделано достаточно, чтобы быть повешенными за измену. Заговорщики отдавали себе отчет, что рано или поздно их планы будут раскрыты, а значит, им придется понести заслуженное наказание. Многим деятелям либерально-масонского подполья кроме ответственности за государственную измену грозило уголовное преследование за разные постыдные поступки. Ожидались серьезные судебные разбирательства по делам о денежных махинациях и взяточничестве в Земгоре и военно-промышленных комитетах, в которых были замешаны лично Г.Е. Львов, А.И. Гучков, А.И. Коновалов, В.А. Маклаков, П.П. Рябушинский и множество других крупных "общественных деятелей".*1 Судебная ответственность за клевету ожидала и П.Н. Милюкова.

Торопились и представители германо-большевистского альянса. Для Германии антиправительственное восстание в России было, пожалуй, единственным шансом остановить победоносное наступление русских.

*1 Например, масон В.А. Маклаков обманным путем получил от казны пособие в размере 10 тыс. рублей. Субсидии этот "вольный каменщик" добился под предлогом осушения болот в своем имении. Когда государственная комиссия произвела проверку, то выяснилось, что болота по-прежнему стояли, а деньги предприимчивый масон пустил в коммерцию. Разоблачение обмана вызвало у Маклакова новый взрыв ненависти против "прогнившего самодержавия" (Владимирский вестник. 1964, январь.С. 17).

455

Инструкции германской разведки большевистским лидерам настаивают на немедленной организации всеобщей политической забастовки, германский Генштаб выделяет на нее огромные средства для раздачи рабочим бастующих предприятий, содержание большевистских функционеров и ведение подрывной агитации.

И либерально-масонское подполье, и германо-большевистский альянс как бы наперегонки стремятся к исполнению своих преступных планов.

Первым решительным шагом против Царя становится убийство друга царской семьи Г.Е. Распутина. Зная его близость к царской чете, заговорщики таким образом хотели деморализовать Царя.

Последний раз Царь встретился с Распутиным 2 декабря. Как рассказывает Вырубова, Григорий Ефимович ободрил Царя, сказав, что главное - не надо заключать мира, так как та страна победит, которая покажет более стойкости и терпения. Когда царская чета собралась уходить, Царь сказал как всегда: "Григорий, перекрести нас всех." "Сегодня Ты благослови меня", - ответил Григорий Ефимович, что Государь и сделал.

Идейным руководителем и организатором убийства был масон, кадет В.А. Маклаков. Заранее был разработан план и выбрано место ликвидации трупа и уничтожения вещей жертвы. В преступлении принимали участие представители всех общественных слоев, пораженных болезнью отторжения от России.

Представитель аристократической черни, высших правящих слоев общества, в силу западного воспитания и жизненной ориентации безнадежно оторванных от Русского народа, член масонского общества "Маяк", князь Ф.Ф. Юсупов, по характеру слабонервный неженка, хлыщ и фат, которого Распутин лечил от психических расстройств.

Представитель выродившейся части династии Романовых великий князь Дмитрий Павлович, связанный с масонством, двуличный, подлый, раздираемый политическими амбициями гомосексуалист.

Правый радикал, экстремист, позер и краснобай, один из тех, кто своей неумной, самодовольной деятельностью дискредитировал русское патриотическое движение, В.М. Пуришкевич.

Преступники заманили Распутина во дворец Юсупова, неудачно пытались отравить, а потом стреляли из пистолета, сначала в спину, затем куда попало, а потом еще добивали гирей по голове. Зверски замученный Распутин был брошен в прорубь возле Крестовского острова.

Похороны Распутина состоялись утром 21 декабря в полной тайне. Никто, кроме царской четы с дочерьми, Вырубовой и еще двух-трех человек, на них не был. Почитателям Распутина прийти не разреши

456

ли. Царская семья тяжело переживала случившееся. Особенно удручало что многие из ее окружения, даже близкие люди, радовались убийству. Особенно царскую чету поразили перехваченные полицией телеграммы, которые родная сестра Царицы великая княгиня Елизавета Федоровна послала убийцам Дмитрию Павловичу и Юсупову, поздравляя их с убийством и благодаря их за него. Эти постыдные телеграммы, пишет Вырубова, совсем убили Государыню - "она плакала горько и безутешно, и я ничем не могла успокоить ее". Благословляя "патриотический акт" убийц, Елизавета Федоровна поддалась общей социальной истерии, которая и опрокинула общество в 1917 году. Рукоплеская убийцам Распутина, Елизавета, по сути, рукоплескала и убийцам своего мужа, и своим будущим убийцам. Поддаваясь общему настроению нетерпимости, признавая убийство как способ решения социальных проблем, она, как и многие тогда, отступила от идеалов Православия.

Да что говорить, если Царь и Царица в известном смысле тоже поддались этому настроению! Ведь убийцы остались без возмездия. Против них не было возбуждено дело, не было справедливого разбирательства. Царь ограничился высылкой Юсупова в свое имение и переводом Дмитрия Павловича на Кавказ. Даже малолетний Царевич Алексей был удивлен, почему Царь справедливо не наказал убийц. Вырубова пишет: . На российское общество это произвело огромное впечатление - в общественном сознании возникло "право" на безвозмездное убийство - главный двигатель будущей революции.

После убийства Распутина в масонских ложах проходят заседания, на которых обсуждаются направления антиправительственной агитации. Новая волна клеветнических слухов, распускаемых либеральномасонским подпольем, еще более усиливает обвинение против Царицы о ее "связи" с германскими шпионами, "передаче" немцам военных планов. Само убийство Распутина объявляется "справедливым актом русских патриотов" против "шпионского гнезда темных сил". Центром распространения этих слухов становятся квартиры масонов Коновалова и Керенского.

Германо-большевистский альянс начал свое наступление 9 января 1917 года новой попыткой организации всеобщей забастовки. Полностью были мобилизованы большевики и эсеры-националисты. На заба

457

стовку в Петрограде удалось поднять 138 тыс. рабочих,*1 что было явно недостаточно для выполнения директив германского командования. Конечно, сказался тот факт, что в первых числах января русская полиция арестовала Петроградский комитет большевиков и захватила их подпольную типографию, в которой они собирались печатать листовки и брошюры. Тем не менее на ряде заводов прошли политические митинги, где заранее заготовленные пропагандисты вели пораженческую агитацию. В общем же выступление 9 января большого успеха не имело.

Либерально-масонское подполье пытается взять инициативу в рабочем движении в свои руки. На день открытия заседания Государственной Думы 14 февраля 1917 года по инициативе руководителя Рабочей группы гучковского ВПК масона Гвоздева, членов Думы - масонов Н.С. Чхеидзе и Керенского, а также при поддержке Прогрессивного блока планируется проведение "мирной" рабочей демонстрации к Таврическому дворцу.

В ночь на 27 января 1917 года наряд полиции во главе с жандармским полковником произвел обыск в помещении Рабочей группы Центрального военно-промышленного комитета, где обнаружен целый ряд документов, подтверждающих подрывной характер предстоящей рабочей демонстрации как подготовки к государственному перевороту. В ту же ночь арестовываются руководители Рабочей группы масон К.А. Гвоздев, Г.Е. Брейдо, Е.А. Гудков, И.И. Емельянов, И.Т. Качалов, В.М. Шилин, Н.Я. Яковлев, Ф.Я. Яковлев и секретарь группы Б.О. Богданов.

В масонских кругах подполья переполох. 29 января с соблюдением предосторожности собралось масонское совещание "общественных деятелей", на котором присутствовали многие видные представители (около 35 человек): А.И. Гучков, Коновалов, Изнар, Кутлер, Казакевич центральный ВПК; Переверзев, Девяткин, Черегородцев - московский ВПК; Керенский, Чхеидзе, Аджемов, Караулов, Милюков, Бубликов Государственная Дума; некто князь Друцкий - представитель Земгора.

В результате совещания было решено "избрать из своей среды особо законспирированный и замкнутый кружок, который мог бы играть роль руководящего центра для всей общественности".*2 и провести "мирную" рабочую демонстрацию.

Естественно, германо-большевистский альянс пытается использовать подготавливаемую масонами рабочую демонстрацию в собственных интересах, протаскивая при организации свои пораженческие ло

*1 ГАРФ, ф. 97, д. 37, л. 2. *2 Там же, л. 59-61.

458

зунги. Однако совместное масонско-большевистское мероприятие проходит "вяло и неэффективно". Хотя 14 февраля 1916 года в Петрограде бастовали почти 90 тыс. человек на 58 предприятиях, особого подъема и энтузиазма не чувствовалось.

С утра прекратили работу рабочие Обуховского завода. Выйдя из цехов, они пытались устроить демонстрации, но были рассеяны полицией. Тогда они пошли на Императорскую карточную фабрику и чугунолитейный завод подбивать на забастовку их рабочих.

К полудню на Петергофском шоссе собралась толпа, человек 150, со знаменами и лозунгами "Да здравствует демократическая республика!", "Долой войну!" и пыталась организовать демонстрацию, но была разогнана полицией. Еще несколько попыток предпринято у Литейного моста и на Невском проспекте, но каждый раз все заканчивалось решительными действиями полиции.

Неспокойно было и в Петроградском университете, где собралась толпа студентов человек в 300, один из которых призывал присутствующих поддержать рабочих. Часть студентов поддержала предложение и начала собираться на демонстрацию на Университетскую набережную, но была разогнана.

На день раньше состоялась сходка 300 студентов Политехнического института, которая вынесла резолюцию: в знак сочувствия движению рабочих объявить трехдневную забастовку 13, 14, 15 февраля. 14 февраля студенты пытались вновь устроить сходку, но из-за отсутствия желающих говорить сходка не состоялась. Вместе с тем лекции в институте шли своим чередом.

Вместе с выступлениями рабочих и студентов 14 февраля были отмечены беспорядки, которые произвели толпы новобранцев на Порховском шоссе и на Загородном проспекте. В первом случае они разбросали продукты из овощной лавки, в другом - разбили стекла в трех часовых магазинах и похитили оттуда часы.*1

В общем, массовую демонстрацию у Государственной Думы либерально-масонскому подполью провести не удалось. Собралась небольшая толпа в несколько сот человек, которые тотчас же были разогнаны полицией. Неудачу демонстрации Керенский объяснил происками большевиков.

Все свидетели событий февраля 1917 года отмечают удивительно организованный характер революционных беспорядков, начавшихся сразу же после отъезда Царя из Петрограда. 22 февраля они, как по мановению волшебной палочки, охватили столицу. Как считал Родзянко,

*1 Там же, д. 39, л, 63.

459

подготовка революционных беспорядков осуществлялась в среде членов Исполнительного Совета рабочих депутатов, который имел, несомненно, определенные директивы и действовал по заранее тонко и всесторонне обдуманному плану, выдвигая вперед себя Государственную Думу как бы в виде народного революционного знамени. "Даже зданием и помещением Государственной Думы сразу же в первый день овладели вооруженные рабочие, чему воспротивиться было уже невозможно... Однообразие плана... складывалось и в деревне, и в провинции, и в городах, что подтверждается целым рядом документальных данных".*1

Итак, председатель Государственной Думы не сомневался, что беспорядки были организованы по определенному плану и управлялись из единого центра. Но ведь Исполком Совета рабочих депутатов возник только 27 февраля, а организованные беспорядки начались с 23 февраля. Кто же руководил ими до 27 февраля? Ни большевики, ни эсеры, ни тем более кадеты или октябристы даже после отречения Царя, когда им, казалось, больше ничего не грозило, в этом не признались. Значит, существовали некие тайные силы, совсем не заинтересованные в огласке их причастности к событиям.

В то же время в России таких реальных сил было только две - либерально-масонское подполье и германо-большевистский (диверсионно-шпионский) альянс. Так как сам Родзянко принадлежал к либерально-масонскому подполью и даже участвовал в заговоре против Царя, его неосведомленность в этом вопросе свидетельствовала, что беспорядки, начавшиеся 23 февраля, были организованы не либерально-масонским подпольем (которое в это время готовило свой заговор), а германо-большевистским альянсом, поднявшим восстание против законной Русской власти. Однако, как показали дальнейшие события, либерально-масонское подполье с радостью поддерживало антирусское восстание, руководимое германскими агентами и большевиками, пытаясь использовать его плоды в своих интересах. Причем очевидно, что многие деятели либерально-масонского подполья совершенно ясно понимали характер и источники финансирования революционных беспорядков, сознательно закрывая на это глаза (собственно, на это и намекает сам Родзянко).

После 14 февраля германо-большевистский альянс проводит преступную операцию по организации массовых беспорядков в Петрограде. На этот раз поводом для беспорядков было решено сделать голод. По архивным документам совершенно очевидно, что Петроград был до

*1 Архив русской революции. Т.6.С. 64.

460

статочно хорошо снабжен продовольствием и хлебом, но вдруг в ряде рабочих районов внезапно обнаруживается недостаток хлеба. Оказалось что хлеб у лавочников скупили по большим ценам какие-то темные личности и увезли из города. Другие подобные же личности появились среди рабочих и пытались подбить их на забастовки и демонстрации, предлагая деньги в забастовочный фонд и отдельным рабочим-активистам. Проведя такую подготовительную работу, германобольшевистский альянс начал новое выступление сразу же после отъезда Царя в Ставку 22 февраля.

Уже 23 февраля подрывные элементы провели очень действенную, хорошо организованную антиправительственную демонстрацию. Началась она утром и проходила в форме оживленного движения организованных толп с тремя главными пунктами сбора - Знаменская площадь, Невский проспект, Городская Дума. Люди в толпах как бы шли по своим делам, заунывно повторяя: "Хлеба, хлеба..." Так продолжалось целый день. По словам петербургского градоначальника, .*1 Форма демонстрации поставила в тупик полицию. И население, и полиция прекрасно знали, что хлеб и продовольствие в городе есть, голода не было, достать можно было все - к хвостам привыкли. В городских складах находился запас ржаной и пшеничной муки на 10-12 дней, кроме того, мука имелась еще и в пекарнях. "Военные запасы в счет не шли, и в крайнем случае можно было бы и ими воспользоваться".*2 Более того, в Петроград шли эшелоны с дополнительным количеством муки. Вместе со "странной демонстрацией" подрывные силы в Петрограде сумели поднять на забастовку 128 тыс. рабочих, большевики призывали к проведению всеобщей забастовки.

24 февраля подобная "странная" демонстрация продолжилась. Через Неву, обходя стороной наряды полиции, двигались беспрерывные вереницы людей. На Литейном, Знаменской площади по Невскому от Николаевского вокзала и в других местах сосредоточились большие массы праздного народа, движением которых руководил невидимый дирижер. Кое-где виднелись красные флаги и лозунги "Долой войну!", "Долой Самодержавие!" Прекратилось движение трамваев, не ходили из возчики. В результате были вызваны войска, и поддержание порядка в столице перешло в руки командующего войсками Петроградского округа Хабалова, подчинявшегося непосредственно Ставке.

*1 Русское прошлое. 1991. N1. С.26. *2 Там же.С. 28.

461

25 февраля началось хорошо. Работали магазины. Трудности со снабжением продовольствия не было. Хлеб имелся в достатке. Сенная площадь была переполнена продуктами. В изобилии продавались дешевые и вкусные колбасы.

Однако характер выступлений изменился. По данным городских властей, во многих местах стали появляться "ораторы" с призывом низвергнуть "преступное передавшееся на сторону немцев правительство". Призывали войска обратить штыки на "изменников" и избивать чинов полиции. Состав толпы был уже иной, преобладали подонки и интеллигентская молодежь с немалым процентом молодых евреев.*1