Не говори об этом мужу

Глава 4

После того как коробка двухэтажного отдельно стоящего здания СТО «Лидер-Авторемонт» была пролита водой и залита пеной, горение внутри удалось остановить. Две автомашины, загнанные на ремонт, сгорели полностью. У обеих взорвались бензобаки. Промасленная ветошь, емкость с использованным маслом, другие горючие вещества удалось потушить с большим трудом. И теперь, когда над почерневшим зданием с частично разобранной крышей уже не поднимался даже пар, а через проем ворот с вырванными петлями железных створок вытекали потоки воды и грязной пены, начиналась работа экспертов.

Участковый Бурмистров тоже был возле автомастерской. Все случилось на его участке, и он обязан был присутствовать при осмотре и помогать в проведении оперативно-следственных действий. Однозначно был нанесен материальный ущерб предприятию или предпринимателю, который владел этим зданием. И ущерб явно не малый. Хозяин мастерской Локоткин приехал, как только получил сообщение о пожаре. Мастер Игорь Васильевич Панченко, которого все называли просто Василич, был доставлен патрульной машиной и сейчас сидел на подножке полицейского «уазика» и потирал затылок. Хорошим был мастером Панченко, но пьющим, поэтому сейчас страдал от осознания случившегося и от похмельного синдрома примерно одинаково.

— Здесь тело! — неожиданно крикнул один из экспертов, находящихся в здании, и тихо переговаривающиеся неподалеку зеваки замерли в гробовой тишине.

Следователь и судмедэксперт поспешили внутрь. Бурмистров выругался и подошел к воротам мастерской. Он увидел, что эксперты и следователь склонились над чем-то у нижних ступеней железной лестницы, которая вела на второй этаж. За обгоревшим остовом легковой машины у подъемника было не видно, что нашли пожарники. Честно говоря, участковому и не хотелось видеть. За годы службы в полиции он много трупов повидал, причем в самом разном состоянии: и обычных, и окровавленных, с ножевыми или огнестрельными ранениями, и трупов по частям, и отдельные части трупов. Приходилось ему доставать из камышей скелетированные останки, пролежавшие там два года, и из ванной с горячей водой доставать тело умершего от сердечного приступа человека. Привык Бурмистров смотреть на это без особых эмоций, ведь человек ко всему в конечном итоге привыкает. Привык, но лишний раз смотреть на это все равно не хотелось.

Наконец медэксперт закончил свою работу, и тело, уложив в специальный черный пластиковый мешок, потащили к воротам.

— Участковый! — махнул рукой Бурмистрову следователь. — Приведите мастера, Панченко подведите сюда.

— Пошли, Василич, — хмуро велел майор, подходя к мужчине. — Опознавать будешь.

Панченко тяжело поднялся на ноги, откашлялся, зачем-то одернул на себе мятую несвежую рубашку. Мастеру явно не хотелось туда идти. И, кажется, его снова начало подташнивать. Бурмистров знаком предложил следователю и пожарным экспертам посторониться. Те посмотрели на побелевшее лицо Василича и отошли в сторону. Медик приоткрыл верхний клапан мешка, открывая лицо покойника. Ничего особенно страшного там не было. Только копоть на мертвом лице, да волосы на затылке слиплись от чего-то грязно-красного.

— Лешка это, — с трудом сглатывая слюну, тихо сказал Панченко. — Помощник мой. Лешка Воротников.

Больше Василич ничего сказать не успел. Он зажал руками рот и бросился в сторону, к закопченной кирпичной стене, где его стало выворачивать наизнанку. Следователь кивнул. Кажется, личность установить удается, уже проще.

— Товарищ майор, — повернулся он к участковому. — Опросите присутствующих, может быть, кто-то знал лично Воротникова и сможет участвовать в опознании. И еще нужно сообщить его родным.

Судмедэксперт уехал, ограничившись только сообщением, что на теле погибшего видимых повреждений обнаружить не удалось. Ушиб мягких тканей на затылке, возможно, и повреждение затылочной кости. Есть ссадины на лице. Но все это могло быть следствием падения с лестницы, ведь тело нашли возле нижних ступеней. Пожар, парень задыхался, пытаясь спастись, ринулся к лестнице и упал, пролетев по ступеням вниз несколько метров. Повреждения объяснимы. Об остальном говорить эксперт отказался, поскольку нижняя часть туловища была сильно обожжена. Окончательные выводы он обещал сделать после вскрытия. Вопрос, несчастный это случай или убийство, пока оставался открытым.

Бурмистров отправился домой к Воротниковым со скорбной миссией. Делать такое ему приходилось не раз, и участковый полагал, что самое тяжелое в его работе — это сообщать родственникам о гибели близкого человека. Родители Лешки были дома. Они ждали сына с работы, но когда, открыв дверь, мать увидела участкового, то сразу схватилась за сердце, ноги ее от горького предчувствия подогнулись, и женщина стала сползать по косяку на пол.

Бурмистров крикнул мужу, чтобы тот скорее вышел в прихожую. Они вдвоем отнесли ее на диван в гостиную, вызвали «Скорую помощь». Женщина была бледна и сильно кричала, требуя ответа, что случилось с ее сыном. И тут же начинала рыдать, понимая, что его больше нет в живых. Ничего не оставалось, как признаться, что Лешка сегодня погиб во время пожара в здании автосервиса.

Когда женщину увезла «Скорая», участковый с отцом еще долго молча сидели в гостиной, не включая свет. На улице начинало смеркаться. Наконец мужчина задал майору вопрос:

— Он страшно умирал? Сгорел?

— Нет, — покачал головой Бурмистров. — Он просто задохнулся. Наверное, упал с лестницы, когда бежал к выходу. Упал, потерял сознание и… уже ничего не чувствовал. У Лешки была легкая смерть.

Сказав это, участковый поднялся с дивана и включил в комнате свет. Он прошел мимо серванта, посмотрел на фотографии за стеклом, обернулся к отцу и спросил:

— Мать любила смотреть на фото сына? Обычно люди фотографии держат в своей комнате, а у вас в гостиной, на всеобщее обозрение.

— Да, она гордилась им. Хороший парень… был. И работать руками любил, и армию отслужил. С девчонками не ладилось, но это все временно. А мать переживала, что холостяком останется. А чего волноваться, когда парню всего двадцать два года… было.

Мужчина закрыл лицо руками и заплакал, вздрагивая всем телом, видимо, только теперь осознав, что сына у него больше нет. А может, просто наступила разрядка. Надо его оставить одного, подумал Бурмистров. Пусть соберется, возьмет себя в руки. А я еще задам ему несколько вопросов. Все равно пришел. Он подошел, сжал рукой плечо убитого горем отца и тихо произнес:

— Поплачьте, поплачьте. Мужикам тоже иногда надо плакать. Чтобы сердце не разорвалось от горя. Я побуду еще у вас, поговорить надо… А пока осмотрю комнату сына.

Мужчина, казалось, не слышал майора, только плакал и тряс сокрушенно головой. Участковый подошел к двери в другую комнату, открыл ее и сразу понял, что именно это комната Лешки. И плакаты с девушками на стенах, и компьютер, кстати, невыключенный. Может, на скачивание что-то поставил. Фильмы, например, качает или музыку. Интересно, любил Воротников музыку, а если любил, то какую? Чем он вообще жил? Следствие до последнего не будет исключать версию убийства и поджога. Либо к Лешке Воротникову был у кого-то серьезный счет, либо дело было в хозяине автомастерской, и ее сожгли из-за претензий лично к нему. Всякое бывает.

Бурмистров в задумчивости сел в кресло у компьютерного стола и машинально двинул мышку. На экране появилась комната в какой-то квартире. Вон колыхнулась занавеска на окне, где-то в другой части квартиры засвистел закипающий чайник на плите. Так это же… Съемка с веб-камеры, догадался Бурмистров. И камера укреплена не на столе, а где-то наверху и направлена на ту часть комнаты, где стояла кровать. Большая двуспальная кровать. Сразу почему-то в голову пришло подозрение, что снималась кровать и сцены секса на ней.

С подобного рода программами Бурмистров был знаком. Запись обычно ведется блоками, и предыдущие файлы просто стираются, заменяясь новыми. Например, по двадцать или тридцать минут. Можно снимать и непрерывно, если носитель в состоянии запомнить, сохранить столько информации. А запись велась: это участковый видел по характерному значку в углу экрана. Это не просто режим наблюдения. Бурмистров остановил запись и стал смотреть сохраненные файлы. Информация сохранялась блоками по десять минут, которые следовали один за другим. Он отматывал и отматывал назад. Вот утро: мужчина и женщина встают с постели, а вот это ночь: они спят. А это тоже ночь. А это вечер. Женщина уткнулась в подушку, отвернувшись от мужа, а он с какой-то книгой, читает перед сном. У них ссора, догадался участковый.

Потом почти весь день никого в комнате не было, потом снова утро, ночь, вечер… Женщины нет, а мужчина на кровати с телефоном ведет с кем-то разговор. Непонятный. Какие-то намеки о ком-то, мол, надо наказать какого-то сопляка. Бурмистров нахмурился. Кажется, здесь могут крыться ответы на многие вопросы о том, кому была нужна смерть Воротникова. А если он и есть этот сопляк? Только кому парень мог мешать, если он ни в какие бизнес-аферы не вмешивался, работал сам, своими руками? Но кто знает?

Участковый хотел уже бросить просмотр и передать это увлекательное занятие специалистам из уголовного розыска, как неожиданно на экране возникла и разгорелась сцена ссоры. Да еще какой! Муж обвинял жену… В измене? Да, в измене! Он обзывал ее, дважды ударил по лицу и ушел, оставив женщину рыдать на кровати. Бурмистров не успел остановить воспроизведение из памяти компьютера, куда транслировалось видео из этой загадочной квартиры, как перед его глазами появилась порнокартинка. Нет, не порно, это та же кровать, а на ней с жаром, в полном исступлении двое занимались сексом. Это та же женщина и… нет, это не ее муж, это… Лешка! Лешка Воротников!

Бурмистров остановил воспроизведение, но остался сидеть перед компьютером, потирая скулу. Молодой парень, зрелая женщина почти на двадцать лет старше его, любовные отношения… Надо звонить полковнику Гурову. Не из той ли «оперы» эти увиденные им на мониторе акты? Включая и половой!

Гуров как-то сразу поверил позвонившему ему майору Бурмистрову, который связал в голове ситуацию с его бывшей одноклассницей Рогожиной с ориентировкой из Главка уголовного розыска, и весь напрягся, чувствуя серьезные подвижки в деле молодых аферистов. Доклад был коротким и деловитым.

— Товарищ полковник, несколько часов назад, во время пожара в здании автомастерской погиб сотрудник автосервиса гражданин Воротников, двадцати двух лет. Причина пожара и смерти Воротникова устанавливается экспертами, на месте работала группа. Дома у Воротникова обнаружен включенный компьютер, на который транслировалась запись с веб-камеры, установленной в неизвестной квартире. Среди прочих кадров жизни супружеской пары есть кадры секса Воротникова с женщиной примерно лет сорока с небольшим. Есть кадры, на которых муж избивает жену за предполагаемую измену. Есть запись телефонного разговора мужа с неизвестным, где мужчина предлагает наказать какого-то сопляка.

Ошарашенный Гуров молчал, переваривая в голове полученную информацию. Задать хотелось сразу очень много вопросов, но, очевидно, ответов на них пока нет. Да и стоит ли сейчас заниматься предположениями, когда необходимо срочно фиксировать все, добытое участковым? Нужно было срочно принимать меры оперативного характера.

— Слушайте меня внимательно, Максим Николаевич. Компьютер изъять и доставить к нам в Управление к «технарям». Я предупрежу начальника отдела. Группа выезжала из вашего отделения полиции?

— Да. Тело увезли в городской Центр судебно-медицинской экспертизы.

— Хорошо. Завтра я попытаюсь ускорить работу экспертов, а вечером попрошу вас быть у меня в кабинете, часиков в девять вечера. Мне необходимо знать и ваше видение ситуации. Вы разговаривали с родителями погибшего?

— Да, мать сразу увезли на «Скорой» с сердечным приступом. С отцом я более подробно пообщался о сыне.

— Отлично!

После звонка из приемной начальника Главного управления уголовного розыска следственный механизм закрутился быстрее. Эксперты получили указание отложить все текущие плановые дела и заняться делом о пожаре в здании автомастерской «Лидер-Авторемонт». В шесть часов вечера следующего дня Гуров был в кабинете судмедэксперта, делавшего вскрытие тела Воротникова.

Молодая и очень красивая женщина с длинными роскошными волосами говорила быстро, не отвлекаясь на посторонние вещи. Гурову понравилась такая деловитость. Эксперты в Центре загружены очень сильно, так как помимо самого процесса вскрытия и отбора образцов тканей необходимо провести исследование образцов в лабораторных условиях. Тем не менее Маргарита Вячеславовна, как значилось на бейджике медика, все успела сделать. Единственное, на что у нее не хватило времени, так это на оформление акта вскрытия, но это уже было не срочно.

— Причиной смерти гражданина Воротникова была, видимо, черепно-мозговая травма. Удар нанесен неизвестным тупым твердым предметом в область затылка. Раздроблена кость. Не исключено, что травму Воротников получил в результате падения с лестницы и удара затылком о пол или ступеньку. Тело прокатилось еще примерно на метр от места падения по инерции, поэтому само место удара головой обследовать не представилось возможным. Поверхность подвергалась воздействию высоких температур, а перед этим было забрызгано горюче-смазочными материалами, когда начали лопаться емкости с использованным маслом, например. Шло большое разбрызгивание. Я задавала эти вопросы криминалистам, изучавшим место происшествия.

— Вы абсолютно уверены, что причиной смерти была именно травма? — на всякий случай спросил Гуров. — А могла она быть получена в другом месте, а тело, например, доставили в автомастерскую и имитировали пожар?

— Нет, он погиб в помещении мастерской. Есть определенные тонкости, связанные со свертываемостью крови, и другие признаки. Когда начался пожар и активное выделение продуктов горения, Воротников был уже мертв. Его легкие не работали, он не вдыхал дым, в легких его нет. А воздействию высокой температуры подвергалась еще не свернувшаяся кровь. Так что, товарищ полковник, травму Воротников получил непосредственно перед началом пожара и в помещении мастерской. Она, увы, оказалась смертельной.

— Так, понятно, — задумчиво кивнул Лев. — Либо убийство, либо трагическое стечение обстоятельств. А еще на теле повреждения были?

— Кости не повреждены механически, а о состоянии мягких тканей ничего сказать нельзя. Нижняя часть тела сильно обгорела, до состояния обугливания.

— Алкоголь в крови?

— Нет ни следов алкоголя, ни следов наркотических средств.

— А руки? Руки сильно обгорели?

— Да, сильно. Кисти, пальцы еще более или менее сохранились, а ниже к локтям и дальше мягкие ткани сильно обгорели.

— Если бы на предплечье была татуировка, вы смогли бы найти ее следы?

— Нет, это невозможно, — покачала головой эксперт. — Краситель вводится в кожу не на всю глубину, фактически он даже не попадает в подкожно-жировой слой, там бы он просто растворился. Так что татуировку можно найти на поверхностном слое кожи, а он сгорает первым. Нет, теперь уже не определить.

Крячко сидел в лаборатории МЧС и с удовольствием пил травяной чай. Здесь его хорошо знали. Иногда Гуров даже задумывался, а можно ли найти в Москве такое ведомство, где бы не знали полковника Крячко? Удивительная способность была у друга заводить и поддерживать полезные знакомства. Задай ему среди ночи вопрос, он подумает и обязательно вспомнит в любой организации человека, к которому можно было бы обратиться в доверительной форме, который мог бы помочь.

Чай, а точнее целебный травяной сбор, привезли сотрудники Управления из последней командировки в Забайкалье. И сейчас Стас наслаждался ароматным горячим питьем и слушал молодого, но довольно толкового инспектора Акулова, который докладывал о результатах экспертизы. Майор Климов, давний приятель Стаса, сидел рядом и согласно кивал.

— Обычно мы первым делом определяем точку, откуда пошло возгорание, — говорил лейтенант немного напряженным голосом. — Чаще всего удается определить распространение огня от точки возгорания, время горения, наличие и влияние вторичных источников возгорания. Смотрите!

Лейтенант положил на стол перед Крячко лист бумаги с нанесенной на него схемой помещения автомастерской. Дальше последовало обстоятельное изложение картины развития пожара с аргументацией причин. Все было просто: причиной возгорания стала одна из машин, которую загнали на ремонт в автосервис. Всего машин было две, обе стояли возле подъемников. Владельцы машин установлены, допрошены, полиция работает по выяснению некоторых фактов. Например, были ли основания у кого-то из этих владельцев поджигать автосервис.

— Ясно. Отрабатывать будут и другие версии, — подсказал Крячко. — Желающих поджечь здание может быть много и без владельцев этих машин. Конкуренты, просто недруги хозяина, обиженные клиенты. Лучше скажите, удалось вам понять, каким образом началось возгорание?

— Да, все просто, — кивнул лейтенант.

— Ну, не так уж это и просто, — строго поправил его Климов. — Целый ворох экспертиз пришлось делать, но на кузове, вертикально от люка бензобака вниз, четко определялась полоса от сгоревшей синтетической ткани. И на полу удалось выделить капли. В открытую горловину бензобака сунули кусок смоченной в бензине тряпки и подожгли. Пары бензина быстро сделали свое дело, взорвался бензобак, потом взорвался двигатель. Горящее топливо разбрызгалось во все стороны.

— Значит, поджог? — попытался подвести итог Крячко, ставя пустой бокал на стол.

— Станислав Васильевич, мы не следственные органы, — улыбнулся майор. — Мы представляем техническую экспертизу, мы можем воссоздать картину возгорания и распространения огня внутри помещения, здания. А термин «поджог» предполагает установление факта умышленного причинения ущерба путем поджога. Это умышленно совершаемое преступление, а у нас права делать такие заявления нет. И потом, может иметь место и преступная халатность, и череда странных, но все же совпадений. Глупость, в конце концов. Ну не уследил работник автосервиса за тем, как к нему вошел с улицы в ремонтную зону человек с диагнозом олигофрения в стадии дебильности. И решил он посмотреть, сколько в баке машины бензина, подсветить себе, так сказать. Исключаете такое?

Майор Бурмистров вошел в кабинет ровно в девять вечера. Высокий, подтянутый, в опрятной форме, только глаза выдавали хроническую усталость участкового. Гуров вышел из-за стола, протянул руку майору и предложил устроиться в углу у журнального столика в неформальной обстановке. От кофе Бурмистров отказался. Он с благодарностью принял из рук Крячко бокал с чаем и сидел теперь, откинувшись на спинку кресла, грея ладони о горячие стенки бокала.

Лев смотрел на участкового с интересом и уважением. Чего греха таить, всегда встречались сотрудники, которые относились к выполнению должностных обязанностей с большой прохладцей. Кто из-за природной лени, кто-то пришел в органы внутренних дел совершенно с другими целями — с целями личного обогащения, реализовать внутренние низменные потребности во власти над людьми. Много причин, по которым в МВД приходят люди, и как же хорошо, что добросовестных и умелых сотрудников все еще остается большинство.

Вот и этот майор. Все помнит, мгновенно соотносит информацию из ориентировок с получаемыми фактами. И ведь правильные выводы делает, не ждет указаний, а проявляет инициативу. На своем месте офицер, молодец! А усталость… Такая у них служба: порой без сна и отдыха сутками, порой дома ждут, на торжество, в гости, в театр с женой обещал сходить, а тут… И только близкие люди могут оценить и понять.

— Вы смотрели записи с камеры на компьютере? — спросил Бурмистров.

— Смотрели, — ответил Крячко. — Больше вам скажем, наши спецы убедились, что таких сцен Воротников снял несколько. И это видео просматривалось только с его компьютера. Наверное, он сам смотрел, если только у него не было близкого приятеля, которому парень хотел бы похвастаться своими подвигами. Или с кем бы он поспорил, что совратит взрослую женщину старше себя.

— Отец сказал, что к Лешке домой никто из друзей не приходил. В прошлом году был какой-то приятель, отец его пару раз видел, и все. И перед армией с одним пареньком Воротников дружил. Но недолго. Отец думает, что у сына особенно-то и не было друзей. И девушки тоже не было.

— Значит, для себя, для своего удовольствия снимал это порно с замужней женщиной? — спросил Гуров. — Как вы считаете, Максим Николаевич?

— У меня три версии, — усмехнулся майор. — Первая: да, снимал, чтобы потом пересматривать самому. Вторая: возможно, собирался шантажировать ту женщину. Вымогать деньги или заставлять совершать какие-то выгодные ему поступки. Мы же не знаем, кто она такая. Может быть, Воротников действовал в интересах своего хозяина. И третья версия — они вместе с этой дамой пересматривали или собирались вместе пересматривать видео. Можете это называть извращением, но миллионы людей смотрят порно. Просто в данном случае оно собственного производства.

— Резонно, — согласился Крячко. — Но у нас есть одна проблема. Вся документация автосервиса сгорела начисто. Журналов с записями клиентов теперь нет. Кого-то вспомнит Панченко — это мастер сервиса, кого-то сам Локоткин — он часто бывал в мастерской, часть клиентов приходила через него лично.

— Ладно, подумаем, как нам искать эту даму, — кивнул Лев. — Тем более что она может жить и на другом конце города. Расстояние, на которое веб-камера передает информацию, не ограничено. Есть интернет, дома у Воротникова есть роутер, записывал он на отдельный внешний жесткий диск. Вы нам скажите еще вот что, Максим Николаевич, была у Воротникова на руке татуировка крылатого змея?

— Меня этот вопрос сразу заинтересовал, — ответил майор. — Я поэтому вам и позвонил, когда решил, что дело Воротникова связано с вашим делом. Но отец парня не смог мне ответить на этот вопрос. Раньше не было, прошлым летом не было. А в последнее время Лешка носил одежду с длинными рукавами. Рубашки, толстовки, футболки. Удивительного мало, погода стоит прохладная. Но ведь Воротников мог сделать татуировку только в последнее время, максимум месяц или два назад. Ну, невозможно скрыть от семьи наличие такого украшения. А тату-мастер сказал, что делал две такие татуировки прошлым летом.

— А кто сказал, что у нас на подозрении именно те два человека, которым он делал такие татухи? — пожал плечами Стас. — Рисунок может существовать не в единственном экземпляре, он мог понравиться еще кому-то. Мог и два месяца назад понравиться, и наколоть его могли когда угодно.

— Да, теперь нам этого не остановить, — согласился Гуров. — И на видео руки Воротникова не разглядеть. Надо искать женщину в любом случае. Нам нужно твердо знать, что аферист погиб и преступлений он больше не совершит. И во-вторых, у нас налицо убийство с поджогом. Это тоже нужно доказывать.

Бурмистров ушел, а Гуров и Крячко уселись за компьютер, к которому подключили жесткий диск с компьютера Воротникова. Предстояла долгая и кропотливая работа. Нужно было найти хоть какие-то контакты покойного Лешки. Контакты не в переписке в сетях, а реальных друзей и знакомых, с кем он часто встречался, кто мог знать, была у него татуировка на руке или нет. И самое главное, через кого можно было бы установить личность любовницы парня.

На город давно уже опустилась ночь, а сыщики просматривали сообщения, посты, которые Лешка отмечал в сетях, просматривали страницы его виртуальных друзей. Но друзей у него было мало. В «ВКонтакте» всего десяток, да и заходил сюда Воротников редко. В «Одноклассниках» он был поактивнее, но тоже нельзя было сказать, что жизнь на его страничке кипела. Крячко выписал пять фамилий тех, кто мог быть по возрасту и по активности общения настоящими одноклассниками Воротникова. Никаких следов встреч с кем-то в реале оперативники не нашли. Снова стали просматривать фотографии. Давние, сделанные явно еще до армии, а это фото в автосервисе и это в автосервисе. А эти дома, и эта сделана дома. Да, Лешка Воротников не любил тусовок, это уж точно. Работа, дом — вот и весь его день.

— Главное, что мы и эту женщину в сетях среди его друзей не нашли, — пробормотал Стас. — Видимо, дамочка боялась мужа, боялась афишировать их отношения с парнем. Оно и понятно, если учесть, как муженек ей врезал за измену.

— Давай хотя бы просмотрим гостей, кто заходил на его страничку, — предложил Лев. — Может, она у него не в «друзьях», так хоть заглядывала к нему, на его фотки посмотреть или из ревности, чтобы знать, что у него с другими дамами шуры-муры не начались.

— Давай, — без энтузиазма согласился Стас. — Ты полистай пока, а я пойду еще кофе сделаю.

— В меня уже не лезет, — отмахнулся Гуров. — Голова и так чугунная.

Крячко ушел к журнальному столику, включил чайник, стал насыпать в бокал растворимый кофе, сахар. Лев сидел у компьютера под настольной лампой и вяло шевелил мышкой, крутил колесико, просматривая страницы гостей. Нет, не похожа, и это не та, эта вообще девчонка. Теоретически на его страничку могла зайти дочь той женщины, но детей у нее, кажется, нет. Или с ними не живут, взрослые уже. Вот задачка!

И тут ему в голову пришла мысль проверить почту Воротникова. А почему они уперлись в его контакты только в социальных сетях? Почта в Яндексе была почти пуста, но в глаза бросилось письмо более чем недельной давности. Оно не содержало текста, а лишь «скрепку». Открыв просмотр, Гуров замер, боясь спугнуть удачу.

— Стас, иди-ка сюда! — громким шепотом позвал он.

Крячко мгновенно оказался рядом и навис над плечом напарника, разглядывая фотографии. Это были фото, сделанные на пикнике где-то на природе у водоема: то ли река, то ли пруд или озерцо. Небольшой пляж, кустарник местами близко подходит к воде. Стационарные мангалы и столики на одной ножке. Какая-то турбаза или просто платное место для отдыха на природе. Таких десятки тысяч вокруг Москвы. И на фото ни одного признака, по которому можно было бы определить место или название турбазы.

— Вот Воротников, — ткнул пальцем в экран монитора Стас. — Вот еще парень примерно его возраста. А вот мужчина повзрослее.

— Трое мужчин, а женщин… — тихо проговорил Лев. — Четыре, наверное. Да, четыре, а вот и та самая! Узнаешь, Стас?

— Точно, это точно она! — согласился Крячко, всматриваясь в изображение на экране монитора. — Весело у них. И шашлычки, и волейбольчик, и бадминтон. И место это неизвестно где, и на майках, как у футболистов, надписей с фамилией, естественно, нет.

— Стой, стой! Давай назад, Стас! — неожиданно оживился Гуров. И когда Крячко вернул на экран предыдущую фотографию, указал на машину, стоявшую у кустов задом. На ней был отчетливо виден регистрационный номер. — Вот зацепка!

— А если это не их машина, а кого-то из персонала… — начал было Крячко, но тут же замолчал. На следующем фото одна из женщин в купальнике открывала заднюю дверь этой же машины, судя по цвету и схожему фону кустов на заднем плане.

Оксану Валерьевну Муромову остановили возле дверей офиса строительной организации, в которой она работала экономистом. Это было немного жестоко по отношению к женщине, которая, вполне возможно, никакого отношения к гибели Воротникова не имела. Но утечку информации на этом этапе было необходимо предотвратить полностью, иначе она дойдет до преступника, до организатора. Перед Муромовой извинились, но настоятельно потребовали сесть в машину и проехать в полицию.

Когда женщину привезли и проводили в кабинет Гурова, она была бледна, взволнована, но виду старалась не подавать. Белая блузка, юбка, легкая кофточка делали доставленную похожей на типичного офисного работника, каких сотни тысяч по всей Москве. А ведь там, на фотографиях, Муромова выглядела моложе, привлекательнее. Да, отдых действительно красит человека, подумал Лев, а работа порой заставляет выглядеть утомленным, задавленным рутиной. Тем более что женщина не замужем.

— Оксана Валерьевна, — заговорил Гуров, — я прошу простить нашу бесцеремонность, но иного выхода у нас не было. Такова ситуация. Речь пойдет о преступлении, в результате которого погиб человек, другому человеку нанесен огромный материальный ущерб. Сказать вам все это там, на улице, наши сотрудники не могли. Не имели права в интересах следствия. Вы можете нам помочь в расследовании. Простите за напоминание, но это ваш гражданский долг. Прошу вас взвешенно, максимально точно и ответственно отвечать на наши вопросы. Вы готовы?

— Господи, страхи какие! — нервно улыбнулась Муромова. Ее пальцы чуть подрагивали на ручках поставленной на колени дамской сумочки. — Спрашивайте, только мне кажется, что вы меня с кем-то путаете. Я не была свидетелем преступлений, даже в ДТП не участвовала… Года три уже. Но тогда никаких жертв, просто помятое крыло и разбитый бампер.

— Давайте мы будем спрашивать вас по порядку, — предложил Крячко и стал выкладывать перед Муромовой распечатанные фотографии из электронной почты Воротникова. — Скажите, где и когда были сделаны эти фото?

— Эти? — удивилась женщина и стала перебирать фотографии. — Это с нашего последнего пикника. Недели три назад. Это в Отрадном на Синичке. Речка там такая есть. А откуда они у вас? Это же Прохор фотографировал. Что с ним?

Вопрос был задан с такой неподдельной тревогой, что Гуров немного успокоился. Так сыграть невозможно, уж он-то точно знал. По крайней мере, Муромова в темном деле не замешана. Скорее всего.

— Прохор — это кто? — строго осведомился Крячко, нависая над столом с фотографиями.

— Это муж Светки Евдокимовой, Прохор. Он журналист и немного поэт. Наконец напечатал сборник стихов, и они со Светкой собрали нас на это маленькое торжество.

— Это ваша обычная компания?