Помоги проекту - поделись книгой:
Прорвавшись на стыке 270-го стрелкового полка и 244-й дивизии, гитлеровцы вышли к элеватору и начали просачиваться на север, в сторону Царицы и центра города. Резервов, чтобы остановить их, не было. Тогда из охраны штаба дивизии была сформирована сводная рота — 70 человек под командованием техника-интенданта 2-го ранга Г. С. Скляра. Заняв оборону на Баррикадной улице, вместе с противотанковой батареей рота четыре дня сдерживала натиск целого немецкого батальона и танков.
Несколько дней шли ожесточенные бои на рубеже реки Царицы. Противник наступал численно превосходящими силами, но так и не смог прорвать здесь фронта, пока не погиб последний воин 10-й дивизии.
Героической была оборона железнодорожного моста через реку Царицу. Гитлеровцы наступали с юга по линии железной дороги. Старший лейтенант В. Ф. Чучин, опытный и храбрый командир, во главе остатков роты автоматчиков, взвода саперов и химвзвода несколько часов вел бой в полуокружении. Понеся большие потери, гитлеровцы отошли на исходные позиции.
Лишь через полчаса, когда почти полностью погибла 4-я рота, фашисты овладели мостом. Но не надолго. Командиру 270-го стрелкового полка было приказано отбить мост. И эту задачу блестяще выполнил сводный батальон под командованием А. Коваленко.
272-й стрелковый полк вместе со сводным батальоном 270-го полка с 18 сентября вновь оказался лицом к лицу со своим старым «знакомым» — 71-й пехотной дивизией армии Паулюса. Только теперь в полку оставалось всего 205 человек, а доукомплектованная фашистская дивизия насчитывала до полутора полков. Несмотря на такое соотношение сил, мужественные воины-чекисты стояли насмерть, не отдавая врагу ни одного метра сталинградской земли до тех пор, пока в их груди билось сердце.
Ценой огромных жертв гитлеровцам вечером 18 сентября вновь удалось захватить железнодорожный мост через реку Царицу. И снова здесь разгорелся ожесточенный бой. Контратаковав противника, рота автоматчиков и сводный батальон 270-го стрелкового полка на другой день отбросили его, показав чудеса храбрости и самоотверженности.
Сержант Мороз, командир взвода 272-го полка, подполз вплотную к гитлеровскому танку и поджег его бутылками с зажигательной смесью.
Сводный батальон старшего политрука Алексея Коваленко был рассчитано смел в своих действиях и непоколебим. Первой сблизилась с гитлеровцами рота младшего лейтенанта Михаила Балонина. Враг не выдержал дерзкого штыкового удара и бежал. Этой минуты не увидел Балонин — немецкая пуля сразила его. Был ранен в этом бою и Алексей Коваленко, но до конца оставался в строю.
Гитлеровцы, потеряв мост, снова обрушили на оборону чекистов ожесточенные атаки. В составе 270-го полка осталось всего 160 человек. И еще пять дней под командованием майора С. А. Ястребцева и комиссара И. М. Щербины полк удерживал свои позиции, отражая непрерывные атаки гитлеровской пехоты и уничтожая танки врага гранатами и бутылками с зажигательной смесью.
Теперь остатки 272-го полка дрались в полном окружении. Связь со штабом дивизии прервалась. 24 сентября командный пункт полка в Комсомольском саду был окружен танками и пехотой гитлеровцев. Связь с 1-м и 2-м батальонами прервалась. Последнее донесение из кольца поступило в 11.00. В нем было всего четыре фразы, набросанных наспех военкомом 1-го батальона: «Противник подошел к пожарке вплотную, ведет огонь из танков и автоматов. В батальоне осталось 9 человек. Ведем бой гранатами. Будем драться до последнего».
Всего тридцать человек оставалось на КП полка. Среди них — майор Ястребцев, батальонный комиссар Щербина, старший лейтенант Чучин, младший политрук Мишин, медики Рыбакова, Ефросинина и другие. Они вели бой в окружении целый день. Было принято решение: пробиваться из окружения. Вечером фашисты пустили в КП газ из танка. И тогда с криком: «За Родину!» окруженные герои бросились в атаку, пробивая себе дорогу гранатами. Кольцо было разорвано, но во время прорыва смертельные раны получили батальонный комиссар Щербина и младший политрук Кононов. Со слезами горя и гнева на глазах бойцы похоронили героя-комиссара в Пионерском саду на Октябрьской улице.
Последние оставшиеся в живых воины полка отошли на линию обороны 92-й стрелковой бригады, к памятнику Хользунову. Еще два дня горстка храбрецов сражалась с гитлеровцами, пока не пришел приказ о смене боевой позиции. Их оставалось только 11. Последним, выполняя приказ, переправился на левый берег майор Ястребцев. 272-й полк погиб, но не пропустил врага. Его бойцами за время боев было уничтожено более 6000 солдат и офицеров противника, 46 танков, восемь орудий, 24 миномета.
В ожесточенных схватках с врагом дивизия теряла своих лучших, отважнейших воинов.
Тяжелые потери в многодневных боях понес 269-й стрелковый полк, так и не допустив прорыва гитлеровцев к заводу «Красный Октябрь». 26 сентября полк, выполняя приказ командования 62-й армии, пошел в свою последнюю атаку. Воины-чекисты почти вплотную приблизились к Историческому валу. Перед ними встала сплошная стена заградительного огня. Авиация врага начала бомбить боевые порядки полка. Немцы пошли в контратаку. Завязалась жестокая схватка, во время которой было уничтожено около 400 гитлеровцев, подбито семь танков. Но и полк почти весь полег на сталинградской земле, у Исторического вала. К командному пункту отошли лишь 10–12 человек.
К началу октября в составе 10-й дивизии остался один 282-й стрелковый полк, оборонявший в составе северной группы войск 62-й армии высоту 126,4.
Пятого октября вражеская пехота при поддержке 25 танков атаковала оборону полка на всем фронте. Бой шел весь день. К вечеру 2-й батальон был окружен на высоте 135,4. Два дня он дрался в окружении, отбив за это время семь атак, уничтожив около 800 гитлеровцев. Когда были израсходованы боеприпасы, остатки батальона с боем вышли из кольца.
К 7 октября оставшиеся в живых бойцы 282-го полка были сведены в две группы. Командиром сводного батальона был назначен капитан Рябчевский, сводной ротой командовал П. С. Олейник.
Ежедневно чекисты отбивали по нескольку ожесточенных атак противника, не давая ему прорваться к тракторному заводу со стороны аэродрома, рабочих поселков Спартановка и Рынок. Лишь 11 октября гитлеровцам удалось, наконец, ценой огромных потерь прорвать нашу оборону на стыке 149-й и 135-й стрелковых бригад. Они вышли на рубеж Сухой Мечетки и устремились к тракторному заводу. В этот же момент немцам удалось вклиниться в наши позиции на Мамаевом кургане и зайти на территорию тракторного с юго-запада. Таким образом, сводная рота 282-го полка вместе со 149-й танковой бригадой была полностью окружена.
Несмотря на тяжелейшие условия окружения, чекисты не отступили. Они продолжали сражаться, отбивая ожесточенные вражеские атаки. За неделю боев они уничтожили до 600 вражеских солдат и офицеров, подбили четыре танка.
Бойцы остро нуждались в боеприпасах, не было продовольствия и воды, но и в таких условиях они до конца выполняли свой долг перед Родиной.
В ночь с 17 на 18 октября был получен приказ выходить из окружения. В три часа ночи, собрав остатки боеприпасов, бойцы и командиры пошли на прорыв. Под сильным пулеметным и ружейным огнем им удалось пробиться к Спартановке. Здесь они снова заняли оборону и стояли до конца. В живых их осталось восемь человек…
Одиннадцатого октября на территории тракторного завода гитлеровцы окружили командный пункт 282-го полка. На КП в это время находились семь человек и рота связи во главе с Огородниковым. Прямым попаданием снаряда разрушило землянку командного пункта, был тяжело ранен политрук Пименов. Гитлеровцы наседали. В этих тяжелейших условиях никто из бойцов не дрогнул. Было принято решение пробиваться к своим. Во главе маленького отряда встала комсорг Сотникова. Сутки выходили из окружения, вступая в яростные схватки с немцами, дорожа каждым патроном. Не было ни крошки хлеба, ни глотка воды. Но они пробились.
Так дрались воины-чекисты, выполняя свой долг перед Родиной. Дрались до последнего человека, до последнего дыхания. В бой шли все — бойцы и командиры, военкомы и работники штабов, повара и фельдшеры, связисты и медицинские сестры. Всегда будут жить в нашей памяти ратные подвиги медработников Клавы Шаповаловой, Анны Панасенко, Ефросиньи Ефросининой, Александры Батовой, Веры Рыбаковой, Раи Шестаковой, Ани Бесчастновой и десятков других.
Гитлеровцы страшились воинов 10-й дивизии. И недаром! По далеко не полным данным, в боях за Сталинград дивизия уничтожила более 15 тысяч немецких солдат и офицеров, 121 танк, около 30 орудий, 60 минометов и много другой вражеской техники.
Родина высоко оценила воинскую доблесть 10-й дивизии, наградив ее орденом Ленина и присвоив ей наименование «Сталинградская».
В дальнейшем ходе Великой Отечественной войны 10-я дивизия войск НКВД, переименованная в 181-ю стрелковую, участвовала в боях под Севском и на Курской дуге, освобождала Чернигов, Луцк, Коростень, форсировала Десну, Днепр, Припять, Одер и другие реки. Свой героический боевой путь она завершила взятием города Бреславля.
Еще трижды дивизия удостаивалась высоких наград Родины. На ее опаленном огнем знамени засверкали ордена Красного Знамени, Суворова и Кутузова вторых степеней. Дивизия вырастила 20 Героев Советского Союза, девять из которых погибли в боях за свободу и независимость Отчизны, пять кавалеров орденов Славы всех степеней.
Прошли десятилетия с того дня, когда отгремели последние выстрелы на сталинградской земле. Но слава героических защитников волжской твердыни не меркнет. Подвиг солдат Сталинграда, в первых рядах которых шли и воины прославленной 10-й дивизии войск НКВД, бессмертен в народной памяти.
Самое сильное оружие
П. Н. КУЗНЕЦОВ,
бывший военком
10-й стрелковой дивизии
войск НКВД
В излучине Дона шли тяжелые кровопролитные бои. Фронт приближался к Сталинграду, и 10-я отдельная дивизия войск НКВД получила приказ готовиться к обороне города. Были составлены жесткие планы боевой учебы, которые предусматривали последовательную отработку тактических задач во взводах, ротах и батальонах, проведение полковых и дивизионных учений.
Политотдел дивизии провел короткие сборы военкомов полков и батальонов, парторгов рот. Политработники были ознакомлены с программой боевой подготовки, получили указание о том, как вести политическую работу в новых условиях. На состоявшихся вслед за сборами открытых партийных собраниях коммунисты дали слово показывать личный пример в изучении оружия, совершенствовании тактической и огневой выучки.
Организуя занятия по тактической и боевой подготовке, командиры обращали самое серьезное внимание на изучение опыта боевых действий наших войск на фронтах Великой Отечественной войны, особенно при обороне Москвы, Ленинграда, Севастополя и Одессы. Этой же цели мы подчинили и массово-политическую работу. Были подобраны материалы о действиях лучших стрелков и пулеметчиков, артиллеристов и минометчиков, связистов, которыми мы снабдили всех ротных политработников и агитаторов. Дивизионная газета из номера в номер печатала статьи командиров и политработников, прошедших через бои, рассказывала о солдатах и сержантах, достигших серьезных успехов в боевой и политической подготовке.
Политическая работа в период подготовки к боевым действиям и непосредственно в бою — это прежде всего воспитание высокого боевого духа войск. Понимание целей и задач войны, непоколебимая вера в победу, в силу своего оружия, готовность к самопожертвованию во имя интересов Родины — вот что характеризует политический и моральный облик советского воина, служит источником его мужества, стойкости, боевой активности.
Командиры и политработники шли во взводы, отделения и расчеты, рассказывали бойцам о положении на фронтах, о значении Сталинграда, о героических традициях нашей армии и подвигах защитников Родины. По нашей просьбе перед воинами-чекистами выступали ветераны сталинградских заводов, участники гражданской войны, обороны Царицына. Их рассказы производили неизгладимое впечатление.
Незадолго до начала боев за город мы составили «Памятку защитнику Сталинграда». Напечатанная в дивизионной газете и вышедшая отдельной листовкой, она напоминала бойцам о героической обороне Царицына, о важном стратегическом значении Сталинграда, призывала воинов до конца выполнить свой долг перед социалистическим Отечеством. Памятка содержала и практические советы — как использовать в бою оружие, как пользоваться условиями местности.
Одновременно политотдел выпустил «Памятку парторга ротной парторганизации», провел семинары партийного и комсомольского актива.
Полки выходили на рубежи обороны, полные решимости любой ценой отстоять Сталинград, дать врагу сокрушительный отпор. В первом же бою они доказали эту свою решимость.
Прорвав фронт, противник устремился к Сталинграду, чтобы внезапным ударом танковых и механизированных соединений захватить город. На подступах его встретили огнем немногочисленные части гарнизона. Силы были неравными, но, несмотря на это, первые атаки врага захлебнулись.
Основной удар 23 августа гитлеровцы нанесли по городу с северо-запада. Головные части мотопехоты и танков противника при поддержке авиации рвались к тракторному заводу. На их пути встали рабочий истребительный батальон, 282-й стрелковый полк 10-й дивизии, отряд моряков Волжской речной флотилии. Тракторозаводцы под вражеским огнем буквально за несколько часов выпустили из цехов около полусотни танков, которые сразу же двинулись на оборонительные рубежи. Рабочие сражались плечом к плечу с нашими бойцами. Среди них находились бывший партизан Алексей Миронович Иванов с сыном Виктором, участник обороны Царицына мастер Москалев, сталевары завода «Красный Октябрь» Кузьмин, Орехов, Ольга Ковалева и многие другие.
Когда стих первый бой, во всех ротах состоялись летучие митинги. Воины поклялись драться с проклятым врагом до последней капли крови, беспощадно мстить за своих боевых друзей, павших смертью героев. Чувства и мысли всех защитников Сталинграда хорошо выразил пулеметчик Чагин:
— Над нашим родным городом нависла серьезная опасность. Впереди нас — враг, позади — Волга. Отступать некуда. Не допустим же фашистских мерзавцев к великой русской реке!
Эти крылатые слова обошли все окопы и блиндажи, о них напоминали в своих беседах агитаторы, их воспроизводили в листовках-молниях.
В ожесточенных боях прошли еще три дня. Натиск врага усиливался с каждым часом. Гитлеровское командование бросало в сражение все новые и новые части. Сотни орудий и минометов вели огонь по нашим боевым порядкам. Вражеская авиация совершала до двух тысяч самолето-вылетов в день, с варварской методичностью, квартал за кварталом разрушая Сталинград. Пылали здания, груды развалин оставались на месте заводов, школ, детских садов. Но не было силы, которая могла бы сломить железную волю защитников города.
Гитлеровцы предприняли сильные удары в районе Мамаева кургана и Опытного поля, у совбольницы и на Дар-горе. Здесь вели упорные бои полки 10-й дивизии, возглавляемые подполковником Капрановым и батальонным комиссаром Плотниковым, майором Савчуком и батальонным комиссаром Щербиной, батальоны старшего лейтенанта А. Груздева и старшего политрука А. Коваленко. Воины этих частей и подразделений в жестоких боях до конца выполнили свой долг.
В боях закалялись характеры, рождались подлинные герои. Отражая бесчисленные атаки гитлеровцев, воины-чекисты сами неоднократно переходили в наступление и отбрасывали врага.
27 августа один из полков дивизии при поддержке группы танков начал теснить противника. Успех боя во многом зависел от захвата высоты, господствовавшей над местностью. Эту задачу блестяще выполнила рота лейтенанта Шкурихина. Противник соорудил на высоте несколько дзотов, встретил наступающих кинжальным огнем крупнокалиберных и станковых пулеметов. И все-таки рота ворвалась на высоту, сбросила с нее гитлеровцев. Продвижению роты мешала минометная батарея, позиции которой находились на противоположных склонах. Проявив смелость и находчивость, рядовой Стародубов пробрался в расположение батареи и забросал ее гранатами.
Именно в этих боях родилась в полку клятва Родине, которую подписали затем все защитники Сталинграда. В блиндаже при свете каганца военком полка Малафеев и секретарь партийного бюро Борисов составили ее текст. В окопах и траншеях, под огнем врага защитники Сталинграда скрепляли эту клятву своими подписями.
«В суровый час, когда враг черной тучей навис над Сталинградом, — говорилось в ней, — мы клянемся беспощадно уничтожать ненавистного врага, где бы он ни появился. Мы обещаем, что в тяжелый момент не дрогнем перед лицом смертельной угрозы. Мы покажем стойкость, высокую дисциплину, выдержку. Мы готовы лечь костьми, но не допустить врага в Сталинград.
Клянемся, что будем достойными сынами своей Родины!»
В полуразрушенной типографии тракторного завода текст клятвы был отпечатан в виде листовки. Коммунисты и комсомольцы хранили ее как святыню у сердца. Сотни человек послали текст клятвы своим семьям. Всем бойцам отпечатанных листовок не хватило. Текст переписывали от руки и передавали из подразделения в подразделение.
Перед одной из контратак отряд краснофлотцев прислал на командный пункт полка своих делегатов:
— Дайте нам текст клятвы, с нею мы пойдем в бой!
В штабе оказался один-единственный экземпляр, и делегатам пришлось переписывать текст от руки. В этот день краснофлотцы с утроенной яростью обрушились на врага.
Итоги первых дней боев обсуждались на совещании политработников полков и батальонов. Командир дивизии обратил внимание на необходимость усилить маскировку позиций и огневых средств, помочь командирам подобрать истребителей вражеских танков. На совещании было решено организовать во всех ротах и взводах выступления бойцов, отличившихся в первых схватках с врагом, обсудить в подразделениях обращение городского комитета обороны к защитникам Сталинграда. О наиболее ярких боевых эпизодах рассказали листовки, выпущенные редакцией дивизионной газеты.
В начале сентября наша дивизия вошла в оперативное подчинение командующему 62-й армией В. И. Чуйкову. Воины-чекисты вели бои плечом к плечу с прославленными дивизиями генерала Родимцева, полковника Горохова, полковника Батюка, полковника Гурьева, моряками полковника Батракова.
Ряды защитников Сталинграда цементировали коммунисты и комсомольцы. Их беззаветная преданность Родине, презрение к смерти служили высоким примером для всех бойцов. Сталинградские воины и будущие поколения никогда не забудут бессмертных подвигов рядового Алексея Ващенко, младшего политрука Дмитрия Яковлева, военкомов полков Ивана Щербины и Афанасия Карпова, комсорга полка Лидии Сошниковой, парторга батальона Бардюжа и многих, многих других славных сынов и дочерей партии и комсомола.
Алексей Ващенко закрыл грудью амбразуру вражеского дзота.
Не дрогнув, бросился с гранатами под немецкий танк Дмитрий Яковлев. Геройской смертью погиб в танке военком 282-го полка Афанасий Карпов.
Иван Щербина, комиссар полка, и сегодня стоит передо мной как живой. Небольшого роста, плотный, быстрый в движениях. Слегка волнистые волосы с ранней проседью, мужественное лицо: высокий лоб, твердый взгляд темно-серых глаз, резко очерченные губы. Он был строг и прост, требователен и заботлив, резковат и отходчив. Смелый, бесстрашный в бою до дерзости, он был настоящим большевистским комиссаром. Люди привыкли видеть Щербину всегда там, где трудно, где нависла опасность. В одном из ожесточенных боев у драматического театра комиссар пал смертью героя. В Волгоградском музее обороны как драгоценная реликвия хранится его предсмертная записка в политотдел дивизии: «Люди наши — орлы. За Родину дерутся и умирают стойко. Полк не опозорили, не опозорят советского оружия… Жалею, что рано умер и немцев убил лично только 85 штук. За Родину! Бейте, ребята, врага!»
Коммунисты шли впереди. И пули врага не щадили их. Но на смену погибшим приходили десятки и сотни лучших бойцов. За первые десять дней боев только в трех полках дивизии подали заявления о приеме в ряды Коммунистической партии более 230 человек.
Партийно-политическая учеба в бою, ее направленность определяются теми боевыми задачами, которые стоят перед подразделением. Наши политработники стремились к тому, чтобы весь личный состав был в курсе обстановки, чтобы бойцы хорошо знали требования приказов. Как только менялась обстановка, немедленно менялись содержание и формы партийно-политической работы.
Несмотря на труднейшие условия, мы строго следили за тем, чтобы политработники действовали не вслепую, а вносили в свои дела организующее начало, каждый день подводили итоги, видели плюсы и минусы проведенных боевых действий.
Основное внимание командиры и политработники обращали на воспитание у бойцов мужества, стойкости и отваги. Огромную роль в этом деле играла широкая популяризация героических подвигов. Сошлюсь на такой пример.
С первых же попыток захватить Сталинград гитлеровское командование прибегло к тактике массированных танковых атак. На боевые участки наших батальонов и даже рот наступали одновременно 15–30 танков. Надо было обладать поистине несгибаемой волей, чтобы устоять перед лавиной стали и огня, которая обрушивалась на окопы.
Именно такую несгибаемую волю продемонстрировали в бою героические защитники Дар-горы. В жестоком и неравном бою они уничтожили до десятка гитлеровских танков. Остальные повернули назад.
На другой день вышел специальный выпуск дивизионной газеты с лозунгом: «Деритесь с врагом так, как дрались Круглов, Беляков, Сарафанов и Чембаров!». О мужестве героев политработники и агитаторы рассказали всем бойцам. В ротах с каждым днем увеличивалось число истребителей танков. Только за один месяц боев они сожгли более 100 вражеских машин.
Для агитаторов политотдел часто издавал небольшие бюллетени с кратким обзором боевых действий. Один из них, например, был посвящен героическим делам комсомольцев. В нем рассказывалось о подвигах автоматчика Ващенко, ефрейтора Шиндина, уничтожившего 3 танка и 25 гитлеровцев.
Такие обзоры боевых действий составлялись к концу дня, и офицеры связи сразу же доставляли их в подразделения вместе с приказами командования и сводками Совинформбюро.
Периодически нам удавалось проводить в частях и подразделениях короткие инструктивные совещания агитаторов, на которых знакомили их с положением на фронте и текущими задачами.
Каждый работник политотдела ежедневно бывал в подразделениях. Личное общение с рядовыми коммунистами и беспартийными воинами давало богатейший материал для обобщения передового опыта, своевременного устранения недостатков. Доскональное знание обстановки на местах позволяло вести политическое воспитание бойцов конкретно и действенно, помогало решать сложные боевые задачи.
Однажды инструктор политотдела старший политрук Мартусов отправился с группой бойцов в разведку. Бои в тот период шли уже на улицах города. Стояла дегтярно-черная ночь, и разведчикам удалось незамеченными проскользнуть мимо передовых опорных пунктов гитлеровцев. Когда пробирались среди развалин по одной из улиц, услышали вдруг мерный тяжелый топот множества ног. Под покровом ночи куда-то передвигался целый взвод фашистов. Решение было принято мгновенно: в гитлеровцев полетели гранаты, резко ударили автоматы. Посеяв панику, разведчики без потерь возвратились в свою часть.
Этот случай политработники сделали достоянием всего личного состава. Их рассказы о том, что обнаглевший враг спокойно разгуливает по улицам Сталинграда, вызвали у бойцов новый прилив ненависти к захватчикам. Во всех подразделениях были созданы группы разведчиков-истребителей, которые действовали в ночных условиях в ближнем тылу гитлеровцев, наводя на них ужас.
На долю защитников Сталинграда выпали тяжелые, ни с чем не сравнимые испытания. Это обязывало командиров и политработников особенно внимательно и заботливо относиться к людям. В поле зрения политотдела постоянно находились вопросы снабжения личного состава всем необходимым, организации работы медицинских пунктов, эвакуации раненых. Надо сказать, что хозяйственные работники, врачи и санитары самоотверженно выполняли свой долг.
Начало боевых действий непосредственно на улицах Сталинграда привело к увеличению числа раненых не только от пуль, осколков мин и снарядов, но и от камней, падающих стен и перекрытий. Все это еще более осложнило работу врачей, фельдшеров, санитаров. На батальонных и полковых медицинских пунктах врачи оказывали за день помощь многим десяткам раненых, причем нередко под открытым небом, в условиях вражеского обстрела. Многие сотни и тысячи бойцов они спасли от смерти, вернули в строй.
Большинство медицинских работников пришло в дивизию из мединститута и лечебных учреждений города.
Аня Бесчастнова (Макарова), бесстрашный военфельдшер 269-го стрелкового полка, на своих хрупких девичьих плечах вынесла с поля боя 51 раненого бойца и командира. Одной из первых она была награждена орденом Красного Знамени. Наташа Гладкова спасла жизнь 20 бойцам. Дина Зорина вынесла из боя 30 раненых, награждена орденом Красной Звезды. Клава Шаповалова не только помогала раненым, но и отважно громила фашистов. Она удостоена высокой награды — ордена Красного Знамени.
Не только опытным медиком, но и волевым организатором показала себя врач 272-го полка Вера Рыбакова. Нередко она находилась на самых напряженных участках, оказывала воинам первую помощь, принимала меры к их своевременной эвакуации.
Застенчивой, тихой девушкой пришла в 270-й стрелковый полк врач Саша Батова. Но в тяжелой обстановке она не терялась. Даже в условиях полуокружения Саша не покинула свой боевой участок и людей, оставалась верна долгу.
Защитники Сталинграда, как и все советские люди в дни войны, проявляли большой интерес к положению на фронтах, к событиям, происходившим в стране и за рубежом. Поэтому политотдел стремился в любых, даже самых сложных условиях обеспечить бойцов центральными и армейскими газетами. Огромное значение придавали мы и своевременной доставке писем. Ведь желанная весточка от родных и близких удесятеряла силы бойца, заставляла его еще ожесточеннее драться с ненавистным врагом, нарушившим мирную счастливую жизнь. Наши письмоносцы проявляли подлинное бесстрашие, пробираясь в окопы с драгоценной сумкой под огнем врага.
Настоящим героем показал себя солдат-письмоносец Вальнов. Его не останавливали ни бомбежки, ни минометный обстрел.
— Вальнов у нас завороженный, — шутили бойцы. — Видно, за него все наши жены и матери молятся.
В бою для командира и политработника еще в большей степени, чем в условиях обычной боевой учебы, важно знать настроение каждого солдата, уметь вовремя прийти на помощь, ободрить теплым словом, товарищеским участием, дать нужный совет. В связи с этим мне вспоминается такой случай, на первый взгляд, не очень и значительный.
У одного из пулеметчиков оборвалась переписка с родными. Он решил, что они оказались на территории, оккупированной врагом. Солдат упал духом, «потерял себя», как говорили товарищи. Узнав об этом, парторг роты Тесленко ободрил солдата, а через штаб послал запрос в бюро по учету эвакуированных. Вскоре родители солдата были разысканы: они жили в одном из уральских городов. Надо было видеть, как сердечно благодарил солдат парторга, с каким воодушевлением дрался с врагом!
В ходе Сталинградской битвы бойцы, командиры и политработники дивизии накопили замечательный боевой опыт. Проявив смелость, отвагу и воинское мастерство, они устояли перед натиском озверелого врага, нанесли ему невосполнимый урон, приблизив светлый день победы в грандиозной битве на берегах Волги. О мужестве воинов-чекистов рассказывает «Песня сталинградской дивизии», наша песня:
Не прекращавшаяся ни на один день и час политическая работа вооружила личный состав дивизии ясным пониманием справедливого характера и благородных, возвышенных целей Великой Отечественной войны. Наши политработники воспитывали бойцов в духе беспредельной любви к своей Родине, в духе ненависти к врагу, посягнувшему на ее свободу и независимость.
В памяти навсегда
Г. П. САВЧУК,
Герой Советского Союза,
бывший командир 272-го полка
10-й стрелковой дивизии
войск НКВД
Поделиться книгой: