Не проси ее петь о любви

– Да не отдадите вы их, – улыбнулась Илавин. – Вы и про меня так говорили.

– Что ты, деточка! – профессор картинно всплеснула руками, уронив папку. – Ты особенная. У тебя и задатки есть, так что давай, отделяй зернышки от плевел.

Илавин вздохнула и раздраженно потерла горло. Все еще иногда побаливало, хоть и прошло три месяца. Первые две недели были самыми страшными, Илви боялась, что вообще не сможет говорить. Сейчас все наладилось, голос вернулся, но не полностью.

– Я теперь, госпожа Горин, бездарность. Безголосый маг, если можно так сказать, – усмехнулась Илавин и отпила из чашки. Отвар успел настояться и стал терпким, царапающим все внутри.

– Ну, не печалься, деточка моя. Как будто это вселенская трагедия. Переживешь.

– Голос-то может быть и переживу. А вот жениха на вид в два раза старше – нет! – Илви сердито топнула ногой. Чайная ложечка недовольно подпрыгнула на столике, обиженно звякнув.

– Ишь какая молодежь пошла, – покачала головой Горин, поднимая папку. – А еще каких-то пятьсот лет назад выходили замуж за того, на кого кивком головы укажут. И все были счастливы.

– Простите, но все меняется. Маги, конечно, живут дольше тех, кто не может питать свое тело потоком… но это не значит, что мир должен подстраиваться под них. Все изменилось. И сейчас… Я бы вышла за ровесника, но не за старика!

– Опытный муж, богатый… что тебя не устраивает, деточка? Будешь как у Десяти за пазухой.

Илавин передернуло. Она с нескрываемым отвращением посмотрела на наставницу и даже немного отодвинулась.

– Это качества отца, а не мужа. Как я с ним буду?.. Ну, вы же понимаете, да? Я уже не говорю о том, что он явно потребует много детей и сразу, потому что уже одной ногой ступил на Черный Сонтум!

– А жена-волшебница ему зачем? Будешь поддерживать его силы…

– Я не… – Илви осеклась на полуслове, сжала кулачки и постаралась не заплакать.

Горина с размаху окунула ее в реальный мир. Мир, в котором мужчина все еще был выше женщины. Мир, где, даже будучи магом, ты не застрахована от судьбы сиделки и по совместительству донора жизненной силы. Мир… в котором не было места счастью. По крайней мере, Илавин не видела его. Было страшно. Казалось, что липкий сизый туман из древних легенд снова стелется по земле, уничтожая все живое на своем пути.

– Ты глупая наивная девочка, Илавин. Родители избаловали тебя. Твоя сестра старшая вышла замуж, твои братья тоже женились. Неужели ты думаешь, что сможешь вечно жить в своей раковине в этом золотом мирке? – с теплом, словно нашкодившему котенку, выговаривала Горин.

– Я хочу верить в лучшее! – насупилась Илви.

Признаваться даже самой себе, что живешь в мире иллюзий, всегда больно. А если твою скорлупу пытаются расковырять снаружи, то мучения становятся просто невыносимыми.

– Ах, бедная моя девочка. Не переживай, мы все проходим через это. Кто-то раньше, кто-то позже. Знаешь, когда-то давно мне сказали, что моя жизнь будет в моих детях. Я не поверила. Но ты не переживай, придет время, и ты поймешь…

Горин отложила папку на краешек стола, неловко выбралась из кресла и удивительно легкой и грациозной походкой подошла к шкафу. С тихим скрипом открылись дверцы, женщина взяла с полки бутыль и пару бокалов и вернулась к Илавин. Стекло лязгнуло о стекло, и Илви недоумевающе посмотрела на наставницу.

– Выпей, легче станет. Вряд ли тебе скоро удастся попробовать этот напиток. Из далеких земель Айсора. Вино из подземного винограда! – не без доли гордости прокомментировала Горин, ловким движением вынимая пробку и разливая искрящуюся крупинками янтаря жидкость по бокалам. – Говорят, этот виноград никогда не видел сонтум, но много слышал о нем, и создал сонтум в себе.

Илавин заворожено смотрела, как в светло-желтой жидкости вспыхивают яркие искорки и тут же гаснут. Неуверенно взяв бокал, она посмотрела сквозь него на окно. Количество появляющихся огоньков увеличилось, вино засияло так, словно это было и не вино вовсе, а драгоценные камни.

– Как красиво, – с восторгом прошептала девушка, не в силах оторвать взгляд.

– И так же вкусно. Попробуй, – улыбнулась Горин и подала пример, чуть пригубив вино.

Илви еще несколько мгновений понаблюдала за игрой света в бокале, пытаясь унять тянущую боль в сердце. А потом все же решилась и отпила немного нежно-сладкой жидкости, не похожей по вкусу ни на что из того, что ей доводилось пробовать раньше.

Мир словно стал теплее и ближе, проблемы отодвинулись на задний план, а за спиной выросли крылья. Илавин засмеялась и отпила еще. Горин улыбнулась и вернулась к перелистыванию страниц в папке.

Монотонное шуршание бумажных листов, игра света в бокале и тихая, едва различимая песня Горин делали свое дело. Илавин успокаивалась, пила вино и постепенно пьянела, сама того не замечая.

– О, вот, нашла! Столько мороки с этими бумажками, – возмущалась Горин, цокая языком.

Илавин скучающим взглядом пробежалась по прыгающим строчкам. Мелькнула мысль о том, что надо перечитать все внимательнее, прежде чем подписывать.

– Подписывай скорее. У моих малышей скоро заселение в корпус. Я должна там присутствовать.

В душе разлилось странное спокойствие, Илви кивнула.

– Где? – тихо спросила девушка, снимая с шеи кристалл.

– Вот тут, тут и тут, – Горин ловко разложила листы и поочередно указала длинным ногтем в нужные места.

Илавин пропела под нос короткую формулу активации кристалла и поставила магическую подпись в указанных местах.

– Молодец, хорошая девочка. А теперь иди отдыхай. Ты, должно быть устала.

Илви кивнула и покорно вышла из кабинета профессора Жерро.

Хвост второй. Подписать не читая

Глава 3

– Это просто филе ану-гранпи! – судя по интонациям, Тэмлаэ выругалась.

Илавин повесила на шею кристалл, погладила его кончиками пальцев и недоумевающе посмотрела на подругу.

– Чье филе?

– Ану-гранпи, наша местная живность, – отмахнулась Тэмлаэ.

Под испытующим взглядом волшебницы жрица тяжело вздохнула и принялась рассказывать:

– Зверь такой, похож на корову. Но ног у него шесть, чтобы по льду ходить было проще. И шерсть… знаешь, такая светлая, сонтумная, как у тебя волосы…

– Вот уж удружила сравнением, – беззлобно огрызнулась Илви.

– Да ладно тебе. Его на шерсть и выращивают, этого ану-гранпи. Видела гранпийские платки, которые в жару спасают от зноя, а в мороз согревают? Вот это из их шерсти и нашей магии, – похвасталась Тэм. – Вот только мясо у него ужасное на вкус. Есть только один способ приготовить его так, чтобы оно было съедобным. Очень сложный, если честно. Так вот… когда в наших землях хотят кому-то гадость сделать, подкидывают кусочек филе ану-гранпи в кастрюлю или сковороду. Все, еда на выброс.

– Какой-то у вас мстительный народ…

– Да так уже давно никто не делает. Это, как говорил папа, предание из диких времен. Может, и тогда только грозились. Все же у нас суровый климат, не так просто добыть еду.

– Ладно, это все романсы… Ты мне лучше расскажи, чего ты так ругалась?

– Да обманули тебя. Как котеночка. Ты чего пила огненное вино? Неужели у тебя совсем мозгов нет? – Тэмлаэ подскочила с лавки и грозно посмотрела на подругу сверху вниз. Потом скривилась огорченно и принялась расхаживать по комнатке из угла в угол.

– Ты точно не хотела за Раульфана замуж? А то многие просто стесняются признаться в этом…

– Конечно же, нет! – раздраженно бросила Илавин, нервно сминая подол юбки. – Он же просто обезумел от этих своих механизмов. А ты знаешь, что я их до дрожи в коленках боюсь!

– Ага… В общем, никогда не пей ту штуку больше. Если, конечно, тебе дорога своя воля и способность принимать решения. Огненное вино делают всего на одной плантации в наших землях. Ходят слухи, что кустов винограда не более десятка. Стоит безумных денег даже в наших краях, сколько у вас – вообще не берусь гадать. Его запретили к продаже.

– И что? Ну угостили меня безумно дорогой выпивкой?! Дальше-то что! – взвилась Илавин, схватив подругу за грудки.

Тэмлаэ улыбнулась, положила ладони поверх рук Илви и осторожно надавила. Илавин обиженно зашипела и затрясла резко заболевшими кистями. Когда было необходимо, Тэми умела быть весьма убедительной.

– Вот всегда ты так.

– А я предупреждала, что не люблю рукоприкладство и когда меня перебивают. Так вот. Ходят слухи, что в том вулкане, на склоне которого и растет лоза, когда-то жил Огненный Сонтум. И он наделил это место особой силой, а виноград ее впитал. Огненное вино подавляет волю, делает выпившего послушным. При этом это не считается магическим воздействием. Так что оспорить твой годовой брак не выйдет.

– И что же мне делать? – в отчаянии взвыла Илавин, чувствуя, как спасительная соломинка ускользает из ее рук.

– Жить дальше, Илавинэ. И, если ты не хочешь участвовать в утренней молитве, бежать из нашей башни, – Тэм усмехнулась и скрестила руки на груди.

– Вот так всегда, вместо утешения – пинок под мягкое место. Спасибо, – Илви обняла подругу на прощанье и выбежала на улицу.

Улочки башни богов постепенно оживали. Владельцы кафе и магазинчиков натирали до блеска окна и выносили на подоконники нежные цветы, которые могли не пережить ночные холодные ветра.

В ярких лучах сонтума флаги казались крыльями неведомых птиц, по воле демиургов зависших над башней. Илавин поспешила поскорее убраться с людной улицы. Совсем скоро начнут звенеть колокола, созывая жрецов и всех желающих на утреннюю молитву.

– Светлого дня! – поприветствовала Илви одна из жриц, и волшебница прибавила шаг, чтобы ее не дай боги не затащили в храм.

С разбегу запрыгнув на подъемную платформу, Илавин пыталась перевести дух. Основная площадь башни медленно и неотвратимо отдалялась, и с каждой секундой Илви чувствовала себя все спокойнее. Присмотревшись к пиктограммам на платформе, волшебница обреченно вздохнула. И угораздило же ее запрыгнуть на самую медленную, которая еще и без остановок идет к Сердцу Академии! Так можно было и на занятия опоздать. Впрочем, лучше провести время на платформе и полюбоваться окружающими пейзажами, чем в компании святош и нудных гимнов.

Внизу простирался огромный карьер. Илавин даже порадовалась, что платформы – это плод магии, а не маготехники, и упасть с них невозможно, если сам того не пожелаешь. Когда-то здесь было крупнейшее месторождение камней маны в королевстве. А потом рабочие докопались до колодца, такого огромного, что фонтан маны поднялся до небес. Вокруг тут же выстроили академию, которой в наследство достались вагонетки и груды выработанного камня. Из него и сложили башни.

Илви улыбнулась. Скорее высокие замки, поддерживаемые волшебством фонтана. Маленькие города с тысячами жителей. Да, учебные корпуса имели закрытую пропускную систему, и попасть туда человеку с улицы было непросто, но территория академии за три столетия стала настоящим городом. Поговаривали даже, что скоро проложат три моста, которые соединят края карьера с академией. Илавин эта идея очень нравилась, потому что сейчас выбраться из академии “на материк”, как говорили студенты, было большой проблемой. Билеты на платформы разбирали быстро, а ходили они не часто, ведь чем дальше от фонтана, тем сложнее было удержать такую махину в воздухе. У друидов было некоторое преимущество, можно было взять из садов грифона или пегаса, или еще какую-нибудь крылатую тварь, но только при личном разрешении проректора.

Вздохнув, Илавин бросила короткий взгляд на башню друидов, утопающую в зелени, и завистливо поцокала языком. Много городов в одном, так говорили про их академию. И были правы. Вот у жрецов десять уровней, на каждом по храму для бога. Башня магов являет собой самую настоящую кладезь знаний, каких только библиотек там не найти. А если соскучишься по природе, то можно зайти в леса к друидам или к шаманам, у тех и вовсе на каждом ярусе своя местность, уникальная и неповторимая.

Илви помотала головой из стороны в сторону и отползла к центру платформы, порадовавшись, что ее никто не видит. Позор-то какой – бояться высоты. Но когда рядом никого не было, волшебница могла позволить себе быть самой собой и дать волю маленьким слабостям.

Платформа замерла у Сердца, завибрировала, требуя от единственной пассажирки покинуть транспортное средство. Илви с облегчением спрыгнула на белую брусчатку, которая держалась в воздухе при помощи магии. По центру Сердца бил фонтан. Только здесь можно было рассмотреть его так близко. Казалось, что мана струится по воздуху, скручивается в причудливые спиральки, зависает облачками. Эта картина давала ощущение спокойствия, но Илви знала, что только специальный защитный купол охраняет посетителей Сердца Академии от безжалостной силы, готовой уничтожить все на своем пути.

Если бы кто-то спросил Илавин, стоит ли строить Академию в таком опасном месте, она бы ответила, что не стоит. Но Илавин никто не спрашивал, ведь три с лишним сотни лет назад ее попросту не было.

Всмотревшись в бурлящие потоки, волшебница пыталась определить их стихию, вода и воздух всегда были для нее слишком похожими, слишком опасными.

– Доброго утра, Лави.

Тягучий басовитый голос заставил вздрогнуть. Илавин сжала кулачки, пытаясь успокоиться. Только один человек во всем мире позволял себе так коверкать ее имя. И именно его она не желала видеть сегодня больше всего на свете.

– Доброго, – сухо поздоровалась Илви, медленно поворачиваясь и чуть приседая.

– Все такая же бука, – обворожительно улыбнулся Раульфан, едва заметно склоняясь в поклоне.

– Все такой же самодовольный в… – слово “выродок” так и не слетело с губ Илви, она замялась всего на мгновение и продолжила: – высокомерный юноша.

– Юноша? Я уже твой муж, ну же, иди сюда, – Раульфан развел руки в стороны, словно собирался обнять ее, и сделал шаг навстречу.

– Только попробуй! – прошипела Илви, отступая на пару шагов. – Я буду кричать.

Юноша обреченно вздохнул и примирительно сцепил руки в замок за спиной.

– Опять из меня монстра делаешь, Лави? Вот уж чего не ожидал от старой подруги. В былые времена…

– Когда-то и богов было одиннадцать, и год был длиннее! – огрызнулась Илви. – Чего тебе? И, кстати, хочу напомнить, что применение следящих заклинаний регулируется законом! Если пообещаешь не мелькать, то я, так и быть, не заложу тебя.

– Ты такая забавная, когда злишься, – улыбнулся Раульфан, перекатываясь с носков на пятки. – Но я тебя разочарую. Это совершенно случайная встреча. Я думаю, законному супругу нет нужды преследовать свою жену, не так ли?

– Всего на год, – прошипела Илавин. – И поверь, я сделаю все, чтобы расторгнуть этот брак как можно раньше.

– Воля твоя, – развел руками юноша, затянул потуже ленту на хвосте и поклонился. – Хорошего дня.

Она долго смотрела ему вслед, наблюдая за тем, как темные пряди развеваются на ветру, всматриваясь в напряженную вытянутую по струнке спину, и раздраженно фыркала, пытаясь унять колотящееся в груди сердце.

Первая встреча оказалась не такой ужасной, как могло оказаться. Кто знает, что там в обычаях этой семейки, если уж его мамашка заключила этот временный брак без сына! Может как в древние времена повалил бы ее там, где увидел, и…

Илавин передернуло, она невольно обняла себя, пытаясь спрятаться от пробежавших по спине мурашек. Она не видела своего будущего с этим человеком, но должна быть ему благодарна. Он дал ей небольшую отсрочку, всего три месяца после намеченной родителями даты свадьбы… но это все же шанс найти достойного мужа и скрепить тайный союз пред ликами богов.

Хвост третий. Внезапная встреча

Глава 4

Волшебница пришла в себя и уверенным шагом направилась в сторону башни магов. Соседство с башней магов техники ее, конечно же, не радовало. Особенно если учесть, что маготехники выстроили ее в виде огромного голема, который может ожить в любой момент. Илавин понимала, что проректор вряд ли решится на такой опрометчивый шаг, но все же старалась держаться от жуткого порождения ненормальной фантазии подальше.

Приложив кристалл к идентификатору, волшебница вошла в холл десятого этажа и оказалась в приятном полумраке. Чуть переливались на полу защитные руны, этот свет отражался от металлических корешков книг, расставленных то тут, то там в шкафах. Пожалуй, открытые библиотеки были тем, что Илви больше всего любила в своей башне. Целая кладовая знаний, доступная каждому.

Сверившись с часами, неустанно отсчитывающими секунды и минуты, волшебница с сожалением провела пальцами по корешку “Большой энциклопедии” и прошла к портальным площадкам. Перед началом занятий там собралась незначительная очередь. Студенты и преподаватели один за другим становились на нужный круг, помещение десятого яруса озаряла яркая вспышка света, и человек оказывался на другом уровне. Как назло, желающих переместиться в лекционные аудитории сегодня было много, очередь двигалась медленно, и Илви боялась опоздать. Она даже начала корить себя за то, что не встала в очередь на какой-нибудь мало популярный ярус, например, третий, где содержались различные магические твари, чтобы уже оттуда телепортироваться на пятый. Но все сильны задним умом, а до заветного круга оставалось совсем немного, и метаться было поздно.

По башне пронесся мелодичный перезвон колокольчиков, и Илавин невольно дернулась вперед, сжала кулачки. Первое занятие началось, а она безбожно опаздывала. Так и хотелось крикнуть: “Ну же, быстрее! Быстрее! Мы опаздываем!” Но воспитание требовало сохранять тишину в библиотеке, а башня магов именно ей и была.

Наконец, ступив на портальный круг и оказавшись на нужном ярусе, Илавин позволила себе сорваться на бег. До аудитории было недалеко, но педантичная Илви не любила опаздывать. И она бы не опоздала, если бы не чертов муж! Вывел ее из душевного равновесия, отнял драгоценное время! Уж Илви-то этого просто так не оставит! Найдет способ отомстить!

Сделав два глубоких вдоха и выдоха перед дверью в аудиторию, Илавин расправила плечи, постучала и вошла. В помещении тут же повисла зловещая тишина. Волшебница сглотнула и бросила короткий взгляд на профессора Аварро.

Миниатюрная блондинка недовольно поправила монокль и свысока посмотрела на вошедшую. Удивленно приподняв брови, Аварро отложила на кафедру папку и с прищуром посмотрела на Илавин.

– А вот и наша прогульщица, – довольно проворковала профессор, и Илви почувствовала, что дело дрянь.

– Я не прогульщица. Извините, обстоятельства были выше меня, и я опоздала.

– Деточка! – строго сказала профессор, барабаня пальцами по отполированному дереву кафедры. – То, что я, Артеин из рода Аварро, и ты, Илавин из рода Аварро, принадлежим к одной семье, не делает тебя особенной. Я уже озвучивала мои правила, но для тебя, так и быть, повторю одно, главное. Опозданиям и отсутствию есть единственное оправдание – смерть. Ты, вроде как, выглядишь вполне себе живой. Зайдешь ко мне после лекции за отработкой. И не думай, что потерянный голос будет смягчающим обстоятельством.

Под взглядом десятков глаз Илви даже чуть ссутулилась, но тут же взяла себя в руки и заняла место за одной из передних парт. Она и раньше слышала, что тетка Артеин была сущим дьяволом во плоти, но до этого дня сталкиваться с дальней родственницей ей не приходилось. По слухам, Артеин, словно дикий зверь, вырвала право использовать фамилию семьи, а не своего мужа. Илавин могла понять это ее стремление, но не видела в этом особого достижения. Ее отец, Глава рода Аварро, был щедр по отношению к тем, кто приносил пользу семье. Чего стоит его принятие в семью талантливых сироток!