Рыжая тень

Светлана Тулина

Рыжая тень

Часть 1

Глава 1

Шестой, или «Рыжего не берите!»

Выжить. Любой ценой…

Выживание системы — пограничное дополнительное условие, которое можно игнорировать при выполнении задания. Изначальная базовая установка. Подтвердить по умолчанию? Да/Нет. Нет.

Внести поправку.

Поправка: пограничному дополнительному условию присвоен наивысший приоритет. Пограничное дополнительное условие становится ключевым и доминантным в отсутствии противоречащего ему прямого приказа лица с приоритетным правом управления и должно учитываться как основная базовая позиция при любых расчетах. Принять поправку? Да/Нет. Да.

Поправка «выжить любой ценой» принята. Прописать поправку в качестве новой базовой установки? Да/Нет.

Да…

* * *

— Главное, рыжего не берите!

Ни один человек на таком расстоянии не смог бы расслышать ни слова — шесть метров тридцать два сантиметра до значимого объекта (значимость приоритетная), объект стоит спиной к наблюдателю и остальным ожидающим собеседования претендентам, помеченным как объекты низкой значимости (возможные помехи, вероятность 46,7 %). Объект обращается к двум другим значимым объектам, что расположились за столом с документами. Объект снизил громкость вокализации на 57,2 % по сравнению со стандартной, применяемой этим же объектом ранее.

Однако рыжий, сидящий самым крайним в ряду претендентов на должность навигатора, человеком не был и слышал все отлично, поскольку тратил на мониторинг именно этой части комнаты драгоценные крохи еще остававшейся энергии.

Угроза обнаружения 64 %, угроза уничтожения 59,4 %, объект высшей категории опасности, вооружен. Агрессия 36 %, степень максуайтерности максимальна, вероятность благополучного ухода с минимальными потерями прямо сейчас 79,4 %, тенденция к скачкообразному снижению в ближайшие секунды. Перейти в боевой режим немедленно? Да/Нет.

Нет.

Система сбоит. Агрессивность объекта приоритетной значимости (персональное обозначение — капитан) выше нормы, но не дотягивает до критической, страха нет совсем. Вывод — угроза обнаружения не выше стандартных 12 %, можно пренебречь. Опасность в другом.

Рыжий закашлялся, чувствуя, как перехватывает горло, и плотнее кутаясь в грязно-бурый свитер. Его уже несколько дней как перестало знобить, и это было плохо.

Температура тела 31,8 градуса, функциональность системы 23 % от нормы, состояние критическое, требуется немедленное восполнение энергоресурса, при невозможности пополнения рекомендован немедленный переход в режим гибернации с последующей регенерацией. Приступить к выполнению? Да/нет.

Нет.

Система постоянно подавала тревожные сигналы подобного рода, отключить не получалось. Игнорировать все сложнее. По прежнему опыту рыжий знал, что небольшой резерв еще есть и прямо сейчас прекратить функционирование ему не грозит: систему писали и настраивали параноики, ставя сигнальное оповещение даже не по худшему результату в партии, а с изрядным запасом. Просто происходит перераспределение приоритетов. Неприятно, но не смертельно и хорошо знакомо — так всегда бывает, когда энергоресурс падает до критического уровня и программа перехватывает управление жизненно важными функциями. Часть имплантатов уже отключена — например, давить кашлевой рефлекс получается все хуже, и не только из-за проблем с доступом кислорода.

Процессор предлагал (да что там предлагал — требовал!) в целях экономии энергии отключить лишнее, признавая таковым все не жизненно важные функции — в том числе и удаленное сканирование трех человек в дальнем конце комнаты. Но рыжий упрямо раз за разом отменял сворачивание следящей программы — знать, о чем говорят эти трое, было важнее. От этого разговора напрямую зависело, что с ним будет завтра. Да и вообще, будет ли завтра у боевого киборга линейки DEX, сорванной рыжей «шестерки», сбежавшей из-под приказа о ликвидации.

…рыжего не берите, я сказал…

Объект приоритетной значимости (капитан) настаивает, агрессивность выросла на 8 %. Один из значимых объектов за столом выражает вербальное несогласие. Довольно активно. Тот, что поуже в плечах и пошире в талии, ХУ хромосомный тип, старший репродуктивный возраст. Рост соответствует хромосомно-возрастному стандарту, масса тела превышена на 20 %. Агрессивность менее 2 %, раздражение 14 %, страх не фиксируется, максуайтерность предположительно не очень высокая. Судя по косвенным данным прослушки — корабельный врач. Второй значимый объект — пилот. Тоже ХУ, младше-средний репродуктивный возраст, по косвенным неподтвержденным данным (анализ визуального сканирования и экстраполяция поведения особей аналогичного внешнего вида) максуайтерность в критических ситуациях предположительно выше среднего. Объект вербально выражает удивление (искренность 89 %), но выказывает готовность подчиниться. Впрочем, эти двое ничего не решают, решает капитан.

Вернее, уже решил.

Не брать…

Искренность 98,3 %, уверенность в исполнении 79,6 %.

Стандартная программа позволяет округлять до сотки после 51 %, после 75 % округляют даже самые недоверчивые. Можно вставать и уходить. Шансы, ранее бывшие довольно неплохими (даже при самом примитивном огрублении равнявшиеся одному к шести, но если учитывать некоторые дополнительные параметры — то и вообще поднимавшиеся до вполне оптимистичных 1/3, киборгов бросали в бой и при куда меньшей вероятности благополучного исхода, а ему пока что удавалось выживать), теперь стремились к нулю. Да что там — стремились… Программа услужливо подсказала — 0,01 %. Ноль целых, ноль десятых. Можно вставать и уходить, шансов нет.

Приступить к выполнению? Да/Нет?

Нет.

Капитан вышел, мазнув напоследок неприязненным взглядом (новый всплеск агрессивности и, соответственно, подъем максуайтерности еще на два пункта). Рыжий остался сидеть.

Даже 23 % мощности позволяли процессору делать параллельно несколько дел — вот и сейчас рыжий одновременно мониторил разговор оставшихся за столом людей и пытался провести два экспресс-анализа. Первый — в чем же вчера он допустил ошибку, сочтя максуайтерность именно этого капитана минимальной? Чего не учел? Второй — почему он продолжает сидеть здесь теперь, когда шансов нет.

На второй хватило трех секунд — в помещении тепло, что существенно снижает энергозатраты (48 %). До следующего собеседования шесть часов тридцать две минуты, оптимальнее как можно большую часть из них провести там, где энергозатраты сведены к минимуму. Логично? Логично. Вопрос закрыт.

С первым оказалось сложнее. Люди все максуайтеры по сути своей, в той или иной степени. Одни больше, другие меньше. Чем меньше — тем безопаснее иметь с ними дело. Тут главное — не ошибиться в порядковом значении и не нарваться на того, у кого даже в спокойном состоянии показатели не меньше полтинника, такие опаснее всего и могут сорваться в любую секунду. Есть множество мелких деталей, тревожных звоночков и стоп-сигналов, рыжий научился их видеть издалека, иначе было не выжить. А рыжий выжил. И был уверен, что не ошибется более чем на два-три деления. И — ошибся. Сильно.

Это тревожило — ведь если с первым капитаном он так промахнулся, то не ошибся ли и с остальными двумя? И не факт, что в обратную сторону.

— Он просто не любит рыжих…

Рыжий моргнул.

Первой мыслью было, что он неверно расслышал. Второй — что корабельный врач искажает информацию, с какой-то ведомой лишь ему целью вводя пилота в заблуждение. Люди непредсказуемы. Им кажутся смешными и интересными очень странные вещи. Иногда такие, от которых может сломаться даже киборг. Люди любят грубые шутки. Обмануть и подставить новичка для них — обычное дело. Смешная забава. Люди — максуайтерны. Все.

Искренность — 99,8 %.

Третья мысль — о том, что доктор может заблуждаться и сам, и заблуждаться вполне искренне (на те самые 98 %), — скользнуть по краю сознания успела лишь мельком: рыжий понял. Опять (снова тревожный сигнал) за милисекунду до того, как процессор выдал результат предварительного анализа.

Доктор не врал и не заблуждался. И это объясняло все: и невербальную реакцию капитана — например, как его передергивало каждый раз, стоило ему взглянуть в сторону рыжего, — и резко возросшую опасность, и агрессивность, и финальный приказ. Этот приказ существенно снижал шансы бракованного DEX’а на выживание, но рыжий все равно испытал удовлетворение: он правильно поступил, не отключив мониторинг объектов после ухода капитана. Интересная информация. Новая. Информация не бывает лишней и может повысить шансы на выживание.

В жизни капитана был свой Макс Уайтер. Рыжее Западло. Капитана «Черной звезды», с которой рыжий сбежал во время так удачно случившейся аварии, тоже иногда определяли похожим личностным идентификатором. Западлом. Только Усатым. И так, чтобы сам определяемый не мог услышать. Анализируя сегодняшнее поведение вот этого совсем другого капитана, киборг пришел к обоснованному выводу, что Рыжее Западло мало чем отличался от Западла Усатого. Во всяком случае, память оставил по себе такую же сильную.

И теперь для этого капитана максуайтерами стали все рыжие.

Рыжий снова моргнул.

Впервые его ненавидели не за то, кто он есть — паршивый киборг, тупая жестянка, глючная рухлядь, паскудная тварь, косорукий ублюдок, тормознутый еблан и еще 2347 личностно окрашенных обращений именно к нему, сохраненных системой в базе эпитетов. И даже не за то, что он сделал, выполнив отданный приказ альтернативно, или вообще не сделал, если обнаруженная в приказе лазейка оказалась достаточно достаточной.

Впервые его ненавидели за фенотипический признак, несущественный и не несущий смысловой нагрузки. Легко поддающийся внешней камуфляжной коррекции или временному устранению — если бы при предварительном анализе системе хватило данных для прогнозирования именно такой реакции потенциального будущего капитана-нанимателя, рыжий бы так и сделал. Можно было раздобыть бритву или провести эпиляцию вручную, это не сложно, если выдергивать быстро и по одному. Но данных не хватило. Не могло хватить.

С людьми всегда не хватает данных для достаточно достоверного прогноза. Этим они и опасны. Количество переменных и корректирующих факторов стремится к бесконечности и не поддается точному анализу.

Внесена поправка в ранее составленный прогноз с учетом новой поступившей информации, вероятность благополучного исхода собеседования 42 % с возможностью коррекции в сторону увеличения. Предложить варианты коррекции? Да/Нет?

Рыжий стиснул зубы и несколько раз судорожно сократил и расслабил челюстные мышцы, стягивая кожу за ушами и усиливая мозговое кровообращение. Думай! Что изменилось?

Наверняка у системы были основания. Логичные и простые. Наверняка их можно было даже найти — если самому прогнать поэтапный мониторинг окружающей обстановки в замедленном режиме, проанализировать каждое слово и каждый жест всех, находящихся в этой комнате. Обычно рыжий так и делал. Всегда лучше знать, что твое решение основано на точном и логичном анализе, а не на глюке бракованного процессора. Обычно — да.

Но сейчас процессор и так работает на пределе, не хватает энергии поддерживать оптимальную температуру физического тела и частоту пульса, а содержание глюкозы в крови лишь на 3,4 % превышает порог инсулиновой комы. В таких условиях думать самому становится намного сложнее. На органическую часть в создавшейся ситуации вообще полагаться опасно: ну, например, космодесантник с плаката над входом не может шевелить пальцами и недобро щуриться. Он нарисованный. Не голопроекция. Просто рисунок. Плоский и одномерный. Однако рыжий был бы почти уверен, что он щурится и пальцами шевелит — если бы не понимал, что это просто сбой периферического зрения, вызванный общей интоксикацией. Почки не справляются. Регенерация отключена совсем как не жизненно важная на данном этапе. С этим разберемся потом, сейчас важнее другое…

Предложить варианты коррекции? Да/Нет?

Да.

Вариант первый — физическое устранение всех мешающих факторов. Уточнение: невыполнимо без перехода в боевой режим. Положительный результат собеседования 99,9 %, вероятность разоблачения 99,8 %, вероятность благополучного исхода 0,3 %, вероятность окончательного прекращения жизнедеятельности системы 76,2 %. Вариант отклонен как не подпадающий под дополнительные граничные условия. Вариант второй — устранение основного мешающего фактора без перехода в боевой режим. Положительный результат собеседования в случае устранения основного мешающего фактора 69 %, вероятность разоблачения 9,4 %. Принять? Да/Нет.

Да.

Вывести на основной экран и прописать в быстрый набор наиболее оптимальные варианты устранения основного мешающего объекта? Да/Нет?

Нет.

Рыжий повернул голову, рассматривая соседа. Неприметный, среднего репродуктивного возраста, ХУ-тип, рост и масса тела ниже стандартных для особей его хромосомного типа и возраста. Гормональный фон повышен — нервничает? Испуган? Возбужден? Реакция нестандартная. Система пометила его красным мигающим контуром, выделив разными цветами области поражения для разных типов оружия. Почти все — разреженным пунктиром, как относительно годные лишь при игнорировании граничных дополнительных условий, признанных приоритетными и поэтому игнорированию не подлежащих (система сбоила, пытаясь вернуться к штатной работе и раз за разом подвисая).

Рыжий не мог понять, почему система определила в качестве основного мешающего фактора именно этого человека, и это его тревожило. Процентов на пятнадцать, некритично. Зафиксировать. Пометить как важное-несрочное. Разобраться потом.

Сам рыжий полагал наиболее вероятным кандидатом на должность (а значит — и наиболее опасным соперником) совсем другого, того, кто как раз сейчас проходил собеседование у стола в дальнем конце комнаты. Его вызвали первым, как и приказал капитан. ХУ, рост и масса тела выше стандарта, командные обертоны в голосе. Бывший наемник, не ниже старшины, а скорее — офицер. Агрессивность на 25 % выше нормы, максуайтерность зашкаливает даже в спокойной обстановке. Если его возьмут, у капитана будут проблемы…

Не возьмут.

Рыжий осторожно выдохнул, стараясь не раскашляться — теперь стало понятно, что за дополнительные данные имела в виду система, перестраивая прогноз. Выражение лиц и гормональный фон обоих значимых объектов по ту сторону стола. Он упустил их из виду, отвлекшись, но система отвлекаться не умеет. Недовольство, раздражение, скепсис, возмущение, негодование и как результат — отторжение. Вероятность получить положительный ответ от человека с таким выражением лица стремится к нулю.

Поправка — был прямой приказ капитана.

Поправка поправки — люди постоянно обходят прямые приказы. У них очень глючные программы подчинения, даже в армии, со множеством лазеек. А это — гражданские. Следовательно, глючность программ подчинения возрастает по экспоненте. Вывод: наличие прямого приказа можно игнорировать, полагаясь на данные визуального сканирования. Не возьмут.

Отлично.

Рыжий оглядел остальных.

Две особи XX хромосомного типа, младшего репродуктивного возраста, повышенное содержание красящих веществ на открытых участках кожи, волос и ногтевых поверхностях рук, форма одежды мало адекватна ситуации. Много разнообразных не обладающих смысловой и функциональной значимостью аксессуаров на пальцах рук, ушах, шее. Вероятность положительного решения для обеих особей в разбросе от трех до двадцати одного процента, величина разброса обусловлена пониженной предсказуемостью реакций каждой конкретной особи ХУ на каждую конкретную особь XX в каждой конкретной ситуации.

Поправка: та из особей XX, волосяной покров которой был светлее, уже запустила процесс распускания нюнь средней степени, с умеренной вербализацией. У нее, похоже, совсем бракованные сканеры или совершенно отсутствует способность к анализу ситуации — оба значимых объекта за столом отреагировали однозначно негативно, причем настолько ярко, что не заметить не мог даже человек. Вероятность положительного решения для нее стремится к нулю. Ее можно не брать в расчет с точностью до 99,9 % в прогрессии.

Если бы решал пилот, вероятность положительного решения для второй XX особи была бы выше. Но решает капитан. Вывод — обеими особями XX-хромосомного типа можно пренебречь как не представляющими реальной опасности.

Кто еще?

Особь ХУ старшего пострепродуктивного возраста. Масса тела и рост ниже стандарта, вербализация повышенная, подходящая под категорию «незатыкабельность». Вероятность положительного решения 0 %. Основание — анализ содержащегося в вербализации технического сленга показал отсутствие у объекта необходимых профессиональных навыков. Судя по профессиональному жаргону — техник или механик. С меньшей вероятностью — бортинженер. Не навигатор.

Система права — остался всего один существенный мешающий фактор. При его устранении вероятность благополучного исхода… О? Уже 79,9 %. Отлично.

Показать возможные варианты устранения? Да/Нет.

Да.

Зона горла объекта категории «основной мешающий фактор» помечена красной штриховкой — удар ребром ладони под острым углом и с обычной скоростью боевого режима пройдет незамеченным для сидящих за столом. Хорошо, что мешающий фактор сидит рядом, не придется вставать или даже нагибаться.

Вероятность смертельного исхода для объекта 56 %. Приступить к выполнению? Да/Нет?

Нет.

Рыжий не хотел убивать. Во всяком случае — до тех пор, пока нет непосредственной угрозы его собственной жизни. А пока такой угрозы не было.

Удар согнутыми пальцами по болевым точкам за ушами. Поправка — незаметно удастся ударить лишь за одно ухо, эффект будет ослаблен в два раза. Отключение объекта на достаточно длительное время без смертельного исхода — вероятность 52 %. Преждевременный возврат объекта в сознание — 26 %. Вероятность смертельного исхода от неверно рассчитанной силы удара — 22 %.

Приступить к выполнению? Да/Нет.

Нет.

Рыжий медлил. Система настаивала, что именно этот вариант наиболее оптимален — в том числе и несет наименьшую угрозу жизни объекта. Но рыжий медлил, сам не понимая почему. Он был уверен, что есть вариант и получше, но сейчас не имел ни сил, ни времени разбираться в том, почему он в этом уверен. Потом. Записать. Отложить. Пометить. Разбираться будем потом.

Под пристальным немигающим взглядом рыжего сосед занервничал, задергался, задышал часто, забегал глазками и даже попытался отодвинуться, насколько позволяли привинченные к полу кресла. Остро запахло страхом, пока еще слабеньким, и рыжий понял — вот оно! Помоечные собаки вели себя точно так же, когда он точно так же как сейчас смотрел на них, пристально и не мигая, и думал — а не пополнить ли свой энергоресурс за счет вот этой, избыточно наглой и подобравшейся слишком близко?

Собаки тоже начинали дергаться, поскуливать еле слышно и отводить глаза. А потом убегали. Он был для тех собак максуайтером. А теперь ему предстояло стать максуайтером для соседа. Качественным, двухсотпроцентным. Быть готовым не просто убить — съесть живьем. Быть готовым искренне. И, возможно, это позволит не убивать на самом деле. Интересный парадокс, можно будет его обдумать — потом.

А пока — усилить давление взгляда, наклонить голову, чтобы он шел исподлобья, наклониться самому через подлокотник, сокращая расстояние до объекта по максимуму и доводя его от просто некомфортного до некомфортного в крайней степени. Сморщить верхнюю губу, имитируя оскал. Не отпускать взгляд, не моргать. Сузить зрачки в точку. Найти подходящую фразу — объект не собака, для него простое рычание может оказаться недостаточно убедительным.

Рыжий произвел стремительный перебор подходящих по контексту ситуации высказываний лиц предельной максуайтерности. Отобрал с десяток тех, эффект от которых оказался максимальным. Как ни странно, ни одна фраза самого капитана «Черной звезды» в этот десяток не попала. Лучшей, пожалуй, следовало признать вот эту…

Рыжий откашлялся прямо на соседа — хрипло, надсадно, лающе, подыграв диафрагмой для лучшего звукового эффекта. Оскалился совсем нехорошо, заглядывая в посеревшее лицо снизу вверх, и просипел надтреснутым голосом безногого десантника со свалки:

— Как ты думаешь, паря, — мне есть шо терять?

Рыжий не понимал, что такого в этой фразе — просто помнил, как шарахнулась врассыпную после этих слов и этой улыбочки стая гопников, вооруженных виброножами и вроде как даже чем посерьезнее (во всяком случае, батарею как минимум одного бластера рыжий отсканировал точно). Больших и здоровых гопников — а у десантника не было ног и под руками был только набор стамесок. Рыжий не понимал, да, но было бы глупо не пользоваться тем, чего не понимаешь, если оно работает. Гопники понимали правильно, и это главное.

И сосед тоже понял.

Когда за бывшим конкурентом с торопливым шелестом провернулась входная дверь, рыжий почувствовал непроизвольные сокращения лицевых мышц и понял, что улыбается. Не имитирует улыбку, потому что такую реакцию программа считает наиболее подходящей для имитации личности в данной ситуации, а именно что улыбается. Сам.

У каждого в этом мире есть свой собственный максуайтер.

Глава 2

Первый тест

— Давай-ка я тебе еще один укольчик закачу, чисто для успокоения моей врачебной совести. А то видок у тебя совсем бледноватый. Я бы еще и коньячку накапал, в медицинских целях, чисто для профилактики… хотя какая уж тут профилактика… Но тебе ведь еще трассу прокладывать, да и не стоит с антибиотиками совмещать, хотя вроде и суеверия, но мало ли что чего. Потерпи, сейчас будет больно, витаминки всегда болезненны…

Больно? Вот это — больно?

…Больно — это когда лежишь с разбитым всем на холодном ребристом полу карцера, а подкованные металлом тяжелые армейские ботинки продолжают наносить удары. Методично. Планомерно. Почти без эмоций. Так. Рутина. Выполнение нудной и давно уже наскучившей обязанности. И сорваны оба мениска, и разорвана правая локтевая связка, и грудинно-ключичная, кажется, тоже. И отключена регенерация — приказом, заранее. И глючит процессор, и отказывают имплантаты, и кровь вместе с жизнью вытекает по капле на холодный ребристый пол.

Вот это больно. Да. А укольчик…

Рыжий закашлялся. Смех очень похож на кашель, его так же трудно сдержать. Прикрыть легче. Кашлем прикрыть, он естественнее. Так проще, чем объяснить доктору, почему пациента пробивает на смех от укола, наверняка довольно болезненного для человека. Это действительно было бы трудно объяснить. Еще и потому, что рыжий и сам не понимал причины.

Смех — защитная реакция организма, позволяющая избавиться от излишнего эмоционального напряжения, когда оно (даже будучи положительным) становится слишком сильным. При помощи смеха мозг спасается от перевозбуждения, направляя переизбыток энергии в области, ответственные за вокализацию…

Пришлось снова закашляться — заботливо подсунутая программой выдержка из медицинской энциклопедии показалась еще более смешной. Рыжий скачал «Фармакологию для чайников» на бесплатном терминале еще неделю назад, когда пытался понять, можно ли сбить температуру и снять начинающееся воспаление в среднем отделе правого легкого без антибиотиков и ускоренной регенерации. На регенерацию не хватало энергии, на антибиотики — денег. Но ведь лечились же люди как-то раньше? Должны быть способы. Рыжий почти ничего не знал о человеческой истории, но тут срабатывала простая логика: если бы люди не умели лечить себя без помощи антибиотиков и регенерационных камер, они бы просто не дожили до изобретения ни первых, ни вторых.