«Двое из трех» — С. Брионес Лим

Я рассмеялась.

– Ну, ввиду того, что я работаю здесь с девяти лет, я действительно не понимаю. Знаешь, законы о детском труде не распространяются на семью Росси.

Тишина окутала нас двоих. Я начала барабанить пальцами по прилавку, нервная привычка, которая у меня была с тех пор, как я себя помню. Джесси, должно быть, обратил на это внимание.

– Ну, очень приятно, что твой отец нанял меня вот так. Последний раз, когда я его видел, он выглядел так, будто хотел выстрелить мне в голову.

– Я сожалению о твоей маме, – я задержала дыхание, удивленная, что я выпалила это так бессердечно.

Джесси переместил свой вес, и подтянул свои подогнанные джинсы. Это была привычка, которую он имел с детства. Это говорило о том, что он готовился уйти. Я не позволю ему.

– Почему ты вернулся? – надавила я.

Он приподнял бровь.

– Прости?

–Ты меня услышал.

Его глаза слегка сузились, и на мгновение я подумала, что разозлила его. К счастью, его голос был спокойным, хотя и слишком расчетливым на мой взгляд.

– Ты уже сама ответила на этот вопрос.

Я, молча, смотрела на него.

 – Моя мама? – насмешливо предположил он.

– Зачем ты пришёл сюда? В мой магазин. Прошло много лет с тех пор, как я видела тебя в последний раз, и вдруг ты снова появляешься, странно ведешь себя.

– Я не веду себя странно.

Я демонстративно уставилась на него, моё лицо было суровое и непреклонное. Это был тот же самый взгляд, который я использовала каждый раз, когда он плохо себя вел, и я могла сказать, что он узнал его. Его плечи слегка пошевелились, выдав легкое пятно пота вокруг воротника. Он нервничал. Но почему?

Сделав глубокий вдох, он закрыл глаза и тихим голосом сказал:

– Я знаю, что вещи, которые произошли, были странными, но я с уверенностью могу сказать, что это было к лучшему.

– К лучшему? Мы были лучшими друзьями, Джесси. Двое из трех, могу я добавить. Ты полностью исчез с лица земли. Скажи, ты хотя бы навестил Стефани с тех пор, как приехал?

Он нахмурился.

– Я думаю, ты знаешь ответ.

– Еще бы, – проворчала я. Повернулась и схватила грязный оранжевый фартук, надев его. Когда я завязывала узел вокруг талии, я могла поклясться, что поймала взгляд Джесси, следивший за каждым моим движением. – Так в чем дело? Почему ты здесь?

– Я должен позаботиться о маме, Рокки. И мне нужна работа. Возможность представилась, и я воспользовался ею. Ты бы сделала то же самое.

 – Если бы эта возможность не появилась, ты бы хоть попытался связаться со мной? – выражение его лица говорило само за себя, и я не смогла заставить себя услышать, как он говорит это вслух, поэтому я решила сменить тему. – Собственно, где ты вообще столкнулся с моим отцом? Мой папа либо на работе, либо дома.

– В аптеке. Я покупал лекарства для мамы, а твой отец был там по своим делам.

Это верно. Мой отец боролся с сильной простудой.

Я чувствовала, что моя решимость слабеет. Скучала по своему другу и понятия не имела, почему между нами был лед. Как будто холодный фронт ворвался между нами и больше не исчезал.

– Это я что–то сделала? – настаивала я.

Джесси, потянувшийся за собственным фартуком, застыл на полпути.

– Что?

– Должно быть, я сделала что-то, из-за чего ты перестал разговаривать со мной.

В уголках его глаз обозначились морщинки, что я могла описать только как признак веселья. Тот факт, что он мог найти повод для веселья в этом разговоре, раздражал меня.

– И? – потребовала я.

– Почему это должно быть связано с тобой? Я перестал разговаривать со Стефани тоже.

– Да, но...

– Но что? Но я был ближе к тебе, чем к ней? Но мы должны были быть друзьями навсегда, и я все испортил?

– Да – прошептала я.

– Старшая школа окончена. Нам пришлось повзрослеть в какой-то момент, – он надел фартук и хотел отвернуться, когда вдруг замолчал. – Рокки?

– Что? – огрызнулась я. Я больше не злилась. Я была в полной ярости.

– Вопреки тому, что ты можешь думать, мне очень приятно снова видеть тебя. Ты выросла... милой, – с этими словами он направился в кладовую, оставив меня изумленно глазеть на него.

***

– И это будет тринадцать долларов и пятьдесят восемь центов, – сказала я, выдавливая из себя поддельный веселый голос. Мой разговор с Джесси по-прежнему давил на меня, и тот факт, что он был всего в нескольких футах внутри кладовой, или в «подземелье», как любя прозвали его наши сотрудники, не заставлял меня чувствовать себя лучше.

Пока я ждала миссис Креншоу, одну из наших постоянных посетительниц, чтобы пересчитать стоимость примерно в 4 доллара, я почувствовала, что мои уши начинают гореть. Я могла поклясться, что почувствовала, как кто-то наблюдает за мной.

– Рокки!

Я посмотрела вверх и заметила, как Итан входит с двумя коричневыми бумажными пакетами в руках. У него была широкая улыбка, приклеенная к лицу, и немного пружинистый шаг. На нем были темно–коричневые брюки и облегающий серый свитер. Я не могла не подумать, что он был похож на школьника из частной школы.

Миссис Креншоу посмотрела через плечо. Когда она увидела его, то снова посмотрела на меня с заговорщицким блеском в глазах.

– Значит, ты и мальчик Малькольма?

Это было странно услышать, как моя семидесятилетняя клиента пропела это так... так... чувственно.

– Он уже вряд ли мальчик, миссис Креншоу, – рассмеялась я.

– Ты права. Этот сосунок вон там – полноценный мужчина, который довольно хорошо заполняет эти брюки, могу я добавить.

– Миссис Креншоу!

– Хочешь совет? Хватай его. Судя по моему опыту, у тебя не будет много таких милых парней, которые выглядят так каждый день.

– Поняла, – ответила я, быстро теряя свою улыбку. Я взглянула на подземелье и почувствовала себя поникшей. Что, если я никогда не полюблю хороших парней? Что, если мне нравятся плохие мальчики?

Как только миссис Креншоу ушла (ущипнув Итана за задницу на выходе, должна я добавить), я отошла от прилавка и направилась к Итану с открытыми объятиями.

– Привет, красавица, – он оставил поцелуй на моем лбу, заставив меня напрячься.

 Что, черт возьми, со мной не так?

Пытаясь расслабиться, я крепко обняла его в ответ и вдохнула содержимое пакета. Хотя аппетита у меня не было, я почувствовала, как мой рот наполняется слюной.

– Ты не должен был приносить мне обед.

– Ах, но я хотел. Я чувствовал себя плохо, что я не остался после рождественского ужина, чтобы позаботиться о тебе.

– Итан, ты был не обязан, – ты не мой парень.

– Я знаю, но все же. Я хотел все исправить. Так как я не знал, чувствует твой желудок себя лучше или нет, я подумал, что куплю тебе курицу на гриле.

– Мой желудок чувствует себя хорошо, – сказала я ему. В отличие от моей гордости или моего сердца.

Я рассеянно сняла нитку с его свитера. По его ответной улыбке, можно было подумать, что я сделала ему массаж ног или что–то вроде того.

– Твоя мама сказала мне, что мне разрешено поесть в комнате отдыха с тобой.

– Конечно, – пробормотала я. Отойдя от его рук, я схватила один из пакетов и пошла впереди него. – Пойдем?

– Да, миледи, – он рассмеялся и слегка притянул меня за талию. Из-за стеллажей я увидела, что моя мама следит за нами.

Я не была удивлена, почему моя мама вдруг оказалась в команде Итана. В связи с тем, что я никогда не приводила парней ко мне домой, моя мама в высшей степени кричала о ее страхе, что я превращаюсь в какую-то бесполую старую деву, которая будет владеть миллионами кошек. В этом нет ничего плохого, но я знала, что какая–то ее часть всегда хотела быть «Матерью Невесты». Когда Эмили сбежала, она была больше, чем опустошена. Добавьте еще одну дочь, которая, казалось, с большим удовольствием делала эскизы в одиночестве, в своей комнате вместо того, чтобы заводить отношений, и это было плохим сочетанием для женщины, одержимой свадебными журналами.

Когда пришел Итан Малькольм – это был как подарок небес для нее. Итан был новым сотрудником рекламного агентства, которое выпускало наши рекламные ролики. Он был недавно назначен работать с нами, и пришел на нашу праздничную съемку. Я признаю, что он зацепил мой взгляд, как только он вошел в дверь. А как могло быть иначе? Он выглядел так, будто сошел со страниц журнала. И все же, когда он попросил меня выпить с ним кофе, я поначалу отказалась. Причина? Честно говоря, я и сама не знаю. Тем не менее, вскоре я узнала, что Итан ненавидел принимать "нет" в ответ. Цветы, конфеты, плюшевые мишки – назовите любой стереотипный романтический подарок, и я гарантирую, что он подарил его мне. Никогда, не будучи падкой на подарки, его жесты оттолкнули меня даже больше, чем раньше. Только когда во время одной из моих смен он появился в рубашке Энди Уорхола, я передумала. Что я могу сказать? Возможно, я и не материалист, но я полноценный арт-фанат.

Итан приготовил нашу еду, открыл контейнеры и поставил их перед нами. Когда он открыл маленький пакет, в котором размещалась моя вилка, мне пришлось прикусить язык от напоминания ему, что я не ребенок.

Просто наслаждайся вниманием, подумала я. Но я не могла не поежиться, когда он положил мою вилку передо мной. Что дальше? Он собирался надеть на меня слюнявчик?

– Как проходит твой рабочий день? – он сел рядом со мной и начал копаться в своем салате. Я ковырялась в своем, не потому, что мне не нравилась еда, но больше, потому что я вдруг снова потеряла аппетит.

– Нормально, – тык, тык, тык по огурцу. – Ничего особенного. Что насчет твоего?

Когда он рассказывал про конфликт в планировании для одного из их производственных заданий, мои мысли были далеко. Итан был действительно отличным парнем. Действительно. Так почему же я не чувствовала этого волнения, когда была с ним? Что я хотела чувствовать, так это частое дыхание, бабочек в животе или даже небольшую нервозность. Всякий раз, когда я была с Итаном, я чувствовал себя... нормально.

Я продолжала колоть мои бедные овощи, будто бы они были причиной отсутствия моего сексуального влечения. Вскоре моя тарелка выглядела как вегетарианская резня. Решив перекусить, я засунула целую кучу этого побоища в рот.

– Итак, я подумал, что завтра вечером мы можем пойти к Карбанаро, – сказал Итан застенчиво.

– Ты шутишь? Это место такое дорогое! – воскликнула я со ртом, полным еды. Видимо, я потеряла всякое чувство столовых манер, но, конечно, Итан был достаточно хорош, чтобы не заметить.

– Ну, это будет наше четвертое свидание, и я подумал...

– О! Я не знал, что здесь кто-то еще, – воскликнул голос. Я подняла взгляд и увидела шокированное лицо Джесси. Он смотрел на меня и Итана, а потом обратно.

– Все в порядке, приятель. Просто обедаю с Рокки, – Итан протянул руку и похлопал по моей руке.

Губы Джесси напряглись.

– Я вижу.

Итан тепло улыбнулся, казалось бы, не обращая внимания на осуждающий взгляд Джесси.

– Ты здесь новенький? Я тебя раньше не видел.

Я прочистила горло, чуть не подавившись куском салата.

– Итан, это мой старый друг, Джесси. Он только вчера начал работать у нас, – я замолчала и посмотрела назад на Джесси, который отступил к старому холодильнику в углу комнаты отдыха. – Джесси, это Итан. Он... эээ... мы... эээ…

Итан слегка напрягся, но не перестал улыбаться.

– Никаких ярлыков.

– Никаких ярлыков, – повторил Джесси. Он открыл холодильник и схватил грязную теплоизоляционную сумку для обеда. Понимая, что у него не было выбора, кроме как поесть с нами, я быстро начала жевать свой салат. Что угодно, лишь бы поторопиться с обедом.

– Старые друзья, да? – Итан посмотрел на нас. – Как долго вы знакомы?

Джесси ответил за меня.

– Мы дружим с четырнадцати лет.

– Ух ты, почти десять лет. Это впечатляет! – глаза Итана расширились в знак восхищения.

– Мы потеряли связь несколько лет назад, – поправила я, прокалывая еще один огурец. Я сосредоточенно держала свой взгляд на моем полусъеденном салате и не заметила, что Джесси быстро уходит.

– Куда ты направляешься? Ты можешь поесть с нами, – предложил Итан.

Я подняла голову и поняла, что Джесси уже идет к двери. Он резко остановился и покачал головой.

– Без обид, но я немного интроверт. Мне нужен перерыв, чтобы перестроится... наедине.

– Понял, приятель.

Интроверт? С каких это пор?

– Может, ты просто уходишь, чтобы тайком покурить? – спросила я подозрительно.