Душа саламандры

— Значит так, ящерица, — пламя в глазах мужчины разгорелось ярче и этот вид мне уже не понравился. — Я в курсе, что не являюсь вызвавшим тебя и не могу использовать твою силу независимо от твоего желания, но мне сейчас нужна твоя помощь.

А? У меня второй раз за всё время общения с ним упала челюсть, а ведь прошли ещё только сутки. Что дальше-то будет? Странно согрело душу его признание в том, что он не сможет пользоваться моей силой, да и Ретаар не мог из-за разницы стихий, но слова Вилаара странно ободрили. Значит, я останусь собой и не буду подопытным зомби для мага — это не может не радовать.

— Филис, пожалуйста, — лан определённо решил меня добить, проявив несвойственную скарисам вежливость в отношении слуг. — Чем скорее найдут убийцу или убийц, тем яснее станет их цель и выплывет артефакт, за которым они охотятся. Я сомневаюсь, что за пять лет никто не узнал о тебе, если Ретаар понимал кого создал.

— Я не умею, Вилаар, — давно забытая и засыпанная обидами и болью совесть, шевельнулась в душе и царапнула изнутри.

— Что? — маг взглянул на меня с откровенным удивлением на лице, сделавшим его черты чуть резче.

— Я знаю только как пользоваться порталами в огне, прятаться в пламени и пару фокусов с огненными плевками, — опустив взгляд, принялась рассматривать торчащий из-за выреза в тунике мужчины серебряный медальон с первой буквой его имени, покрытый вязью с вставками драгоценных камней и символами его рода — охранный амулет, даруемый родителями при рождении первенцу. В полумраке почти ничего не было видно, но общие черты амулета легко угадывались и при столь тусклом свете, падающем сквозь неплотно задёрнутые и чудом уцелевшие шторы.

— И почему мне хочется найти некроманта, воскресить Ретаара и самому его убить, не знаешь? — глухо вопросил Вилаар. — Филис, а как же защита пламени, огненный морок, призыв искры, хоть что-то?

По-прежнему не глядя на мага, замотала головой, да так, что в ушах зашумело. Настроение было испорчено окончательно. Знала ведь, что у саламандр есть магия, но в тех книгах, что были мне доступны ни слова не говорилось о возможностях и примерах её использования!

— Он не знал, — скарис как-то странно пошатнулся, а в глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. — Иначе бы учил, развивал в тебе силу. Чем больше используется магия, тем больше она растёт и тем больше её вырвется на свободу во время ритуала.

На несколько минут в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь мерным гулом голосов где-то в соседней комнате или этажом ниже — никогда не умела определять направления на звук. Вилаар хмурился и задумчиво кусал нижнюю губу, не сводя с меня пронзительного взгляда — я ощущала его всей кожей и мысленно подыскивала варианты бегства, но всё решил стук в дверь.

— Лан Вилаар, позволите? — помощник ищейки ужом проскользнул в комнату и замер неподалёку от двери.

— Докладывай, — кивнул маг, прищёлкивая пальцами и зажигая своей магией притушенные до поры световые шарики.

— У нас ещё один труп, — стушевавшись и не зная куда деть глаза, почти прошептал Кинаар. — В городской гостинице нашли мёртвым постояльца, его тело обезображено и стёрта аура, определить кто погибший не представляется возможным.

— Осязатели? — холодно осведомился Вилаар, позволяя мне переползти с его ладони на плечо.

— Алхимические смеси, лан, — ещё тише произнёс младший ищейка. — Они распылены в воздухе и не позволяют прочитать помещение.

Хозяин выругался и принялся нервно мерить шагами разгромленную комнату. Пыль и труха, в которую обратилась мебель, по-прежнему усеивала пол и искорёженные магические клетки. Погибших животных извлекли и отправили к осязателям, а следы использованной магии скоро исчезнут и здесь можно будет всё убрать и отремонтировать — совсем не на руку ищейкам.

— Хоть что-то удалось узнать? — нервно потёр виски Вилаар, останавливаясь напротив помощника.

— Только то, что погибший — скарис, — принялся докладывать Кинаар. — Комната была рассчитана на несколько постояльцев и заселялась компания явно знакомых между собой скарисов. Они выбыли утром полным составом и отправившаяся прибраться в номере горничная обнаружила убитого. Её насторожило то, что в комнате напрочь отсутствовали запахи, даже обычных следов длительного проживания не было.

— Имена выехавших постояльцев?

— Имена… — под внимательным взглядом начальника, Кинаар снова растерялся. — Тут такое дело, лан Вилаар, их имена тоже неизвестны…

— Это как? — не выдержала я, с интересом рассматривая охристого скариса, карие глаза которого сейчас испуганно метались по пустой комнате, избегая взгляда старшего.

Дело в том, что каждый из скарисов имел свой уникальный отпечаток ауры, который служил им чем-то вроде удостоверяющего личность — этот отпечаток запоминали магические замки домов и пропускали хозяев или временных жильцов. Если в гостинице замок не сохранил отпечатков — это полный сбой магической системы, а их здесь уже много столетий не бывает. Даже маг-недоучка прекрасно владеет построением заклинаний и связей между ними, по-другому здесь не выжить!

— Алхимический порошок, — тяжело вздохнув и окинув меня печальным взглядом, в котором затаилось ожидание нерадостной участи приносящего плохие известия, Кинаар всё же собрался с силами и взглянул в лицо моего хозяина. — Его использовали везде, где только могли и ни один отпечаток не подлежит считыванию. Последние два месяца просто уничтожены.

— Их должны были видеть, — не выдержал Вилаар, дрожа от бессильной ярости. — Опросить всех, кто мог видеть этих постояльцев, хозяина гостиницы ко мне в замок!

— Уже опрашивают, лан, — чуть перевёл дух подчинённый. — Какие ещё распоряжения?

— Мне нужен учебник по огненной магии, — рыкнул маг, огибая подчинённого и направляясь к выходу из комнаты.

— Учебник? — недоумению в голосе совсем юного скариса можно было позавидовать.

— Да, желательно от факультета кастующих, но факультет боевых тоже подойдёт.

— Я найду его не раньше завтрашнего дня, лан Вилаар, — бросился вдогонку охристый, когда Вилаар со мной на плече принялся спускаться по лестнице в холл дома Ретааров.

От знакомых серых стен, увешанных аляповатыми гобеленами с портретами всей родни погибшего до десятого колена, повеяло странным холодом и, за неимением других вариантов, пришлось прижаться к шее скариса, чтобы хоть немного согреться.

— Филис? — тут же отозвался на моё движение маг.

— Всё н-н-норм-м-мальн-н-но, — постаралась выговорить, отбивая своими мелкими зубками знатную дробь. — Тут х-х-холодн-н-но.

От резкого движения Вилаара я чуть не слетела с плеча, благо успела зацепиться лапками за цепочку медальона и повисла на груди мага, распластавшись брюхом по амулету. Ещё одно резкое движение и приглушённая ругань Кинаара возвестили о том, что последний тоже не ожидал резкой остановки.

— Что ты сказала? — хозяин пристально смотрел на меня сверху вниз и от этого его взгляда кожа покрылась мурашками.

— Х-х-холод-д-дно, — простучала я в ответ.

— Проклятье! — выругался Вилаар. — Кинаар, кристалл связи, трёх ищеек, одного осязателя и пару дознавателей сюда. Живо выполнять!

Скариса не пришлось просить дважды — он тут же бросился вниз к оставленной внизу седельной сумке. Меня же обхватили широкие ладони мага, от которых дышало жаром его тела: слишком сильным, чтобы я задумалась о том, что его тепло совершенно нормально, а вот моя температура стремительно падает и от этого совсем не весело.

Тёплое дыхание с лёгким ароматом цитруса и мяты немного привело в чувство. Вилаар уселся на ступенях и, устроив меня в своих руках, отогревал дыханием.

— Терпи, Филис, — прошептал маг. — В огонь тебе сейчас нельзя, иначе погибнешь.

Аромат и тепло мужчины окутывали словно в защитный кокон, а сознание медленно таяло, не прекращая метаться в странном видении, словно протянувшихся ко мне со всех сторон, едва слышных голосов. Они звучали всё громче, но оставались неразличимой какофонией звуков, которая перекрывала все остальные ощущения. Вилаар что-то продолжал говорить, но я видела лишь шевеление губ и ощущала его дыхание.

Постепенно всё вокруг исчезло. Осталась лишь борьба пронизывающего холода с пытающимися отогреть потоками воздуха.

Глава 6

Разум возвращался отдельными, малопонятными фрагментами. Всё слилось в какой-то клубок из ощущений: холод, тепло, я куда-то падала, моё тельце трясло не то от дрожи, не то от чьих-то попыток растормошить. Окончательно ощутив пробуждение, обнаружила себя сжатой в чём-то тёплом и мягком. Где-то сверху над головой раздавалось едва слышное звяканье, а позади — ровный, размеренный стук.

— Вы в своём уме? — зашипел на кого-то знакомый голос с хрипотцой, а находящаяся рядом со мной поверхность при этих звуках, отозвалась лёгким гулом, будто кто-то запустил эхо и не сразу до моего измученного сознания дошло, где я нахожусь.

— Лан Вилаар, это меры предосторожности и мы действовали строго по инструкции… — спокойный голос собеседника слегка вибрировал, искажённый звуковым сигналом от кристалла связи.

— Какая к демонам инструкция? — и не думал униматься скарис. — У вас есть глаза, я вас спрашиваю? Если камин активен — какой вывод из этого нужно сделать? Чему вас только учили на лекциях по взаимодействию с магическими животными?

— Лан, в одном из первоочерёдных пунктов инструкции стоит уничтожение всех обнаруженных элементов, каким-либо образом связанных с оснащением храмов, — с прежним спокойствием отозвались из кристалла. — И это не обсуждается.

— На территории моей ответственности убит один из сильнейших магов! — собрался с силами и гораздо спокойнее ответил Вилаар. — Единственный свидетель, который что-то мог видеть и знать о связях убитого — магическая ящерица! Вы мне чуть её не развеяли, демон вас всех подери!

— Приношу свои извинения, лан, — холодно и равнодушно отозвался голос. — Но уничтожение камина будет продолжено. Повторяю, это не обсуждается.

— Мне нужна отсрочка, — тело Вилаара дёрнулось, а следом раздался грохот и грустное звяканье какой-то упавшей мелочи. — Дайте неделю на адаптацию зверя к другой среде!

— Это не в моей компетенции, лан Вилаар, камин будет уничтожен. У вас есть время до вечера.

Тихий скрип и секундный шорох возвестили об окончании сеанса связи. Скарис стоял, не шевелясь, только мерно и с какой-то натугой вздымалась от дыхания его грудная клетка, к которой оказалось прижато моё тело, словно он едва сдерживался, чтобы не разнести всё вокруг.

— Кинаар, — сухо позвал хозяин помощника. — Найди мне целителя и некроманта, их лавки должны быть неподалёку.

— Что т-ты хочешь с-сделать? — чуть заикаясь ответил младший ищейка, видимо уже переживший все грани гнева своего начальника, пока я была в отключке.

— Демон тебя подери, Кинаар! — сорвался на крик маг. — У неё есть душа! Это не просто магический зверь, если её сейчас развеют, то убьют душу!

— Простите, лан, но у магических зверей нет души. Они созданы из магии и по своей сути мало чем отличаются от обыкновенных големов. Зверей с душой не создают уже несколько десятилетий — это повсеместный запрет.

Тело Вилаара странно дёрнулось, судя по звуку клацнувших зубов, он от души встряхнул своего помощника.

— Лан Ретаар не только практиковал запретную магию, — вкрадчивым и каким-то страшным голосом прорычал спрятавший меня за пазуху маг. — Он призвал саламандру с душой — специально или случайно, ещё предстоит выяснить. Ты знаешь к чему приводит уничтожение души и к каким последствиям это приведёт, если хорошо слушал своего наставника в Академии.

— Р-р-равновесие… — снова начал заикаться Кинаар. — С-с-силы будет меньше неск-к-колько минут и это приведёт к об-б-бразованию магического ш-ш-шторма.

— Не зря учился, а теперь марш выполнять!

Топот ног и звук хлопнувшей двери возвестили о том, что охристый всё же решил последовать совету здравого смысла и не связываться с разъярённым огненным магом.

— Хранн, — окликнул Вилаар ещё кого-то из затаивших дыхание подчинённых. — Организуй доступ в замковое подземелье, там должен быть комплекс пещер, где у Ретаара была лаборатория. Его жена сообщила дознавателям, что лан сотрудничал с одной алхимической лавкой в столице и пробовал созданные ими смеси на призванных существах. Это может быть одной из зацепок.

— Да, лан, — отозвался звонкий голос названного и вскоре он тоже покинул помещение.

В опустившейся тишине было слышно лишь тяжёлое дыхание Вилаара. Воздух скользил в лёгкие и от их движения, заставляющего вздыматься и опускаться грудь, чуть позвякивала цепочка с амулетом.

Только сейчас я ощутила, что на шее отсутствует ошейник! Он его снял? Хотя, да, зачем ему — теперь же есть амулет, всё равно связана до конца жизни с этим мужчиной. Состояние лёгкого шока медленно выпускало меня из объятий и я отважилась подать голос.

— Вилаар, а зачем нам некромант?

— Душу твою спасать будем, — хмуро отозвался маг, запуская ладонь в моё убежище и вытаскивая на свет.

Вилаар свернул кусочек ткани и привязал к своему амулету, чтобы не нужно было держать меня рукой, пока отогревалась от жара его тела. Теперь же тряпицу отвязали, а меня зажали в ладонь. Проморгавшись, оглядела всё тот же холл дома Ретааров. Странно пустой и безлюдный — не сновала даже прислуга.

— Экий ты страшный в гневе, — нервно хихикнула, пытаясь вывернуться из рук Вилаара и осмотреть доступное обзору пространство, так и есть — ни души. — Здесь живые хоть остались?

— Я не убиваю без веской на то причины, — иронично приподнял ровно очерченную бровь скарис. — Даже на дуэли.

— А зачем тебе моя душа? — любопытство всё же пересилило и я уставилась на хозяина. — Может, как-нибудь без этого обойдёмся, ты и так меня амулетиком к себе привязал.

— Филис, — устало вздохнул Вилаар, усаживаясь в кресло возле входной двери. — Твой камин вечером уничтожат, а значит исчезнет твой артефакт вызова.

— И я умру, — сумрачно завершила за скарисом.

— Умрёт саламандра, — поправил хозяин, отпуская из плена своей руки к себе на колени. — А попавшая в плен её тела, душа растворится без права перерождения. Это приведёт к нарушению магического равновесия и зарождению магического шторма. Так использовали саламандр с душой во время войны. Множественные штормовые скопления в одном месте разрывают границу миров и открывают дорогу туда, где нет жизни.

— Понятно, — кивнула магу. — Так зачем нам некромант? И целитель в придачу?

— Нам нужна их магия. — откинулся на спинку кресла Вилаар, а я перебралась к нему на плечо. — Некромант и целитель обычно родственники с разнополярными дарами. Маг смерти и маг жизни — близнецы, потому что развиваются вместе и противоположные дары помогают им выжить в битве за право рождения. Если у близнецов одинаковый дар, они погибают ещё в утробе.

— Почему так?

— Магия нашего мира любит соперничество и альянсы ей не угодны.

— Вилаар, ты мне зубы не заговаривай, — нахмурившись и упираясь лапами в щеку хозяина, уставилась в алые зрачки скариса. — Зачем они нам?

— Есть только одна возможность сохранить твою душу, — расплылся в неожиданной улыбке хозяин. — И этот вариант мне нравится всё больше и больше.

— Вииил! — взвыла я сиреной и бросилась с плеча на грудь мага, вцепляясь пальчиками в край туники. — Что ты задумал, нечисть первородная?

— Ну, — из под верхней губы отчетливо показались клыки скариса, придавая его внешности хищный вид. — Думаю, тебе это даже понравится.

Глядя на меня сверху вниз, он и не думал отвечать на вопрос, только всё больше блестели в глазах бесенята сдерживаемого самодовольства. Вот, что мешает скарисам показывать свои настоящие эмоции? Ходят с каменными лицами и только отголоски внутренних переживаний временами проглядывают наружу! Не все такие как Ретаар, или Кинаар. Один просто наслаждался своей властью и не стремился к сдержанности, а второй ещё слишком юн, чтобы овладеть этим искусством в совершенстве.

А Вилаар? Красивый же, зараза, когда улыбается вот так, а в глазах отплясывает джигу какая-то гениальная идея, которую тщательно прячет, но она так и рвётся наружу!

Хлопок отпираемого магического замка отвлёк от гипнотического воздействия неожиданно проглянувших эмоций скариса.

— Лан Вилаар, я нашёл, — запыхавшись, ввалился в холл помощник и упал в соседнее кресло. — Они ждут у себя и всё подготовят, что тебе понадобится. Через две улицы отсюда оплетённый бессмертником дом, там у них лаборатория и есть нужные образцы.

— Прекрасно, — Вилаар нацепил на лицо невозмутимое выражение и, освободив свою тунику от моих цепких пальчиков, снова сжал меня в ладони, не позволяя выбраться. — Отдыхай, потом проследи, чтобы Хранн сделал опись всех найденных смесей.

И не дожидаясь ответа, маг подхватил подбитый мехом плащ и покинул замок. Осенняя прохлада уже вынуждала утепляться даже огненных магов, обычно не сильно восприимчивых к температуре окружающего воздуха. Плащ Вилаар умудрился накинуть на плечи не выпуская меня ни на мгновение.

Город людей начинался чуть дальше обычно расположенного на природном возвышении замка и растекался своими улицами по достаточно ровной местности. По широкой центральной улице мы миновали несколько домов и две улицы, что разбегались прочь в разные стороны. Весь словно укутанный лозами с насыщенно фиолетовыми листьями в человеческую ладонь размером и ещё более крупными махровыми цветками оранжевого оттенка, дом магов обнаружился с первого раза, чуть в удалении от третьего переулка.

— Вилаар, я обещаю, что буду вести себя хорошо, — осипшим со страху голосом обратилась к магу, не уточняя на сколько дней хватит этого примерного поведения, но пару дней-то я смогу продержаться. — Давай не пойдём к некроманту?

— У тебя нет выбора, Филис, — фыркнул в ответ маг и постучал в проглядывающую между листьев обыкновенную деревянную дверь.

Несколькими секундами позже за ней раздались шаги и проём распахнулся, открывая взору невероятно милую девушку с белоснежной кожей и пепельно-белыми волосами. Белое кружевное платье с пышной юбкой и колокольчиками рукавов лишь подчёркивало её фарфоровую хрупкость.

— Лан Вилаар, боюсь мы с сестрой не ожидали увидеть столько высокую фигуру в наших владениях, поэтому прошу не обращать внимания на беспорядок, — альбиноска отступила вглубь дома, пропуская скариса внутрь. — Моё имя Аарна, сестры — Иилан.

— Благодарю за разрешение, Аарна, — чуть склонил голову в знаке уважения маг.

Внутри дома оказалась одна огромная комната, похожая больше на логово ведьмы или безумного шамана: под потолком сохли развешенные пучки трав и соцветий, на стеллажах всевозможных размеров бутыльки, банки и баночки, по полу разбросаны холщовые мешки с каким-то топорщащимся содержимым.

— Вилаар, давай не пойдём, а? — решила воспользоваться последним шансом, но дверь с магическим хлопком закрылась позади, отрезая все пути к отступлению.

— Это она? — с кресла-качалки в глубине поднялась абсолютная копия открывшей дверь девушки, вот только с кожей такой тёмной, что могла поспорить с цветом моей, и цвет глаз — не алый, как у сестры, а сапфирово-синий.

— Она, — хозяин кивнул и отпустил меня на расположенный в центре комнаты стол.

Попыталась ухватится за рукав туники, но маг уже отступил и мои лапы схватили пустоту. Всё, что оставалось — это сжаться в комок и от всей души просить местных богов о снисхождении. Только бы не сделали из меня зомби! Некроманты — они такие, эти могут и умертвие поднять и живого своей воле подчинить!