Немезида

Пройдя коридор второго этажа, где находился номер, я свернула налево в конце помещения, чтобы попасть в зал для тренировок. Зашла туда и облокотилась о дверь, лихорадочно высматривая свою цель. Наступила глухая тишина, когда наши взгляды встретились.

В тренировочном зале было шесть человек оборотней. Когда они проследили за нашими взглядами, то, усмехаясь себе под нос, стали собирать свои вещи и выходить из комнаты через другую дверь. Кроме одного… с длинными темными волосами, похожего на Сергея. Скорее всего, это его брат, Вадим. Сильный альфа посмотрел на брата, потом на меня и сказал:

— Я надеюсь, вы спокойно все решите и обсудите, — но ему никто не ответил. Вздохнув, он пошел к выходу.

Сергей сжал кулаки и хрипло прорычал:

— Почему убежала?

— Я правду сказала, что моя волчица не чувствует пару в твоем волке. Но я чувствую притяжение к тебе. И хочу попробовать… — сказала я, напрягаясь от того писклявого голоска, который создала для всех, кто меня слышал.

— Что ты хочешь попробовать? — тихо процедил Сергей, вдыхая запах моего аромата и сильнее сжимая кулаки от неистового желания, которое я чувствовала и впитывала, как самое лучшее лакомство.

— Пожить вместе несколько недель, чтобы понять свои чувства и дать время волчице.

— Волчица… — хрипло прорычал он, делая шаг в мою сторону.

— Только без меток… Я согласна на связь без меток. Поклянись, что без моего согласия не укусишь меня.

— Какого черта? Ты моя пара!

— Обещай, или я ухожу, — в панике сказала я, желая этого самца всем телом, дергая ручку, чтобы, если что… быстро выйти.

— Да ни черта подобного! Теперь никуда не отпущу, — рявкнул он и в одно мгновение оказался вплотную ко мне.

— Обещай, — упрямо сказала я.

— Хорошо, обещаю, что не поставлю метку. Но это единственное ограничение, милая. Других не потерплю, — прорычал он и, прижав меня к стенке, с жадностью накинулся на мои губы, глотая стоны.

Дикая волна страсти прошла через меня, заставляя выгибаться всем телом. Мужчина с жадностью целовал меня, доводя до безумия. А потом я почувствовала его руки на своей юбке и услышала звук рвущейся ткани.

«Не жалко! Она мне все равно не нравилась, и кофту можешь порвать…» — мелькнула мысль, когда меня наглым образом «раздевал» оборотень.

Резкий рывок, меня мгновенно приподняли и в следующую секунду опустили на горячий твердый член. Хотя я была уже вся мокрая от предвкушения, но он с трудом входил, причиняя боль на грани с удовольствием. Когда он вошел до упора, я зарычала Сергею в рот. Но мужчина укусил меня за губу и стал резкими движениями насаживать на себя.

«Эта игра для двоих, милый», — подумала я и стала приподниматься и резко опускаться, провоцируя своего волка. Но этим только усилила наши движения, приходя в неописуемый восторг от такого накала эмоций. Я стонала и царапалась, показывая свою несдержанность.

Сергей ласкал свободной рукой мою грудь, живот, продолжая врываться. Я чувствовала, как стеночки моего лона сильнее сжимают его член, как напряженней становятся вздохи мужчины. Длинными ногтями царапала его плечи до крови и понимала, что это заводит еще сильнее.

Сергей не сдерживался, учащался, ускоряя свои движения. Потом он опустил ладонь ниже, накрыв пальцами чувствительный бугорок.

Меня стало трясти, когда он нажал на клитор. Такая отзывчивая реакция сорвала остатки контроля мужчины, и он, зарычав, стал натирать влажную плоть, с яростной нуждой вбиваясь в меня. Я громко застонала, впиваясь зубами ему в плечо, но не сильно, чтобы не поставить метку. А потом пришла мощная волна удовольствия. Я хрипло закричала, по-настоящему, с надрывом, в шоке от такого удовольствия. Мой мужчина, делая последнее резкое движение, громко зарычал и кончил в меня.

* * *

г. Новосибирск, июль 2016 г

Я стояла у окна гостиницы и смотрела, как Сергей садился в машину к Вадиму и отправлялся на частные территории оборотней, чтобы проверить их предпринимательскую деятельность и выяснить, не участвуют ли они в организации против ГУОПО.

«Да боже мой, эти обнаглевшие уроды плевали на ваше стремное ГУОПО».

Ой, ладно, не буду думать об этих пижонах в тапочках, которые возомнили себя королями. Главное, мой милый уехал вместе со своим подозрительным братцем, а у меня вроде как голова болит, для них я буду лежать весь день в номере и скулить от божеской несправедливости.

Святая Жрица, как меня бесила «Мария». Когда я начинала верещать и капризничать, Вадим через пять минут убегал из помещения, а Сергей терпел. Пока терпел. Но ничего, Мария только вошла во вкус, ее капризы и дотошные скуления только начало для них. Терпите, мужики!!!

Эх, уже две недели прошло с того момента, как мы с Сергеем сошлись, а Мария все думает о паре. Что говорить, своим внушением и горячим сексом я убедила Сергея взять меня с собой на проверку по городам. Днем я полная курица, а ночью — Немезида, Елена, которая сводила с ума своего мужчину и получала от этого безумное удовольствие. Я готова его съесть всего и сразу. Ночью… я не пряталась от себя. Ссылаясь на вынужденную необходимость, занималась бешеным сексом со своей парой. Меня начинало трясти к ночи, пока я не прикоснусь к Сергею, впрочем, как и его. Если днем он работал и старался терпеть мои капризы, то ночью мы получали свой рай без ограничений и стеснений.

Единственное, что смущало — я не говорила с Сергеем в постели, были только стоны и крики. Мои стоны и крики. Ведь в таком состоянии я не могла контролировать свою энергию и силу, поэтому выключала свет по возможности и закрывала свой рот любимым делом. Страстными, дикими поцелуями и не только. Я позволяла себе все, что хотелось вытворять с Сергеем. И рычала от безумного счастья, когда видела его реакцию на свои действия.

Сегодня мне необходимо встретиться с Софией, незаконнорожденной дочерью Пригольского, чтобы получить от нее информацию. Она ненавидела отца, который считал ее ничтожеством и кидал на потеху своим псам. Боже мой, это чудовище насиловало свою сводную сестру, впоследствии она забеременела от него Софией. Жизнь у них была ужасной, для всех и в любой позе. Я помогла матери девушки скрыться и спрятала ее в доме-интернате для престарелых. А эту дуреху заставила поверить в себя, давая уверенность в своих силах, чтобы она смогла отомстить за свою искалеченную судьбу. Теперь она помогала мне, но в последний месяц София изменилась. Я видела, она что-то скрывала, боялась оставаться со мной и прятала глаза. Надеюсь, она не совершит ошибку. Нельзя летать в облаках, когда мы так близко к своей цели.

Через два часа я сидела на балконе и пила крепкий кофе, стараясь не разлить его дрожащими руками. Эта гнида Пригольский нашел себе новую жертву, милую девушку Наташу, сильную лефину. Сломал ей жизнь и пользовался ее лечебной силой. Но это цветочки… лефина, как и я пять лет назад, понесла от него. Только я смогла вырваться из этого ужаса, а она нет… Из этого ада невозможно выбраться.

Мысль о детях вновь подступила комом к горлу, и я закрыла глаза, стараясь взять себя в руки. Может, меня Жрица так наказала за то, что я не хотела ребенка? Считала его грехом, плодом насилия и олицетворяла со смертью моей семьи. Если не хотела, значит, недостойна быть матерью. Но почему все так? Почему? Столько лет одни и те же вопросы, мысли, которые доводили до такой истерики, что приходилось отпускать своих внутренних демонов на дебош.

г. Омск, август 2016 г

Я сидела на кровати и смотрела в одну точку. Сегодня наступит ночь моей мести. Все досконально подготовив, я была готова к ее исполнению. Вечером мы едем на ужин к Пригольскому. Там будут все, кто мне необходим, поэтому я с нетерпением ждала этого часа.

По моей задумке мы появимся у этого выродка дома, где София передаст мне серебряные ошейники, которые я вчера ей дала, чтобы в ее комнате хранились. А потом заставлю их пойти со мной в машину. Я что-нибудь совру Сергею про то, что не могу появиться вместе с ним, но приеду чуть позже. Хотя это ложь, мы больше с ним не увидимся никогда.

Святая Жрица, я с прошлого вечера сама не своя. Накинулась на Сергея вчера, как ненормальная, утащила в спальню, где позволила уснуть только под утро. Я с безумным отчаяньем занималась с ним любовью, зная, что больше его не увижу. А Сергей как будто чувствовал это, неудержимо брал, что я ему давала, и делился своей силой, мощью, дикостью в постели. Мы озверели, предаваясь животным инстинктам. Яростное желание рвало на куски, и мы утоляли болезненную необходимость, сводящую с ума обоих.

Мое сердце стучало и рвалось от боли. Невыносимо было думать о том, что больше не увижу и не почувствую Сергея. Господи, подвела саму себя. Я в безумной зависимости от своего дикаря. Я болела им, он для меня, как наркотик. Но я должна переступить через себя, свои чувства, чтобы после моей мести и… смерти… он смог нормально жить.

Да, я больная на всю голову повернутая психопатка. Но я почему-то уверена, что умру. Моя виена подсказывает мне, и я уже смирилась.

Думать — одно, а уверить себя и осознать — это совсем другое. Когда человек видит проблему зрительно, он оценивает свои возможности и последствия, но в действительности все оказывается не так, как думается. И я перед знакомством с Сергеем не хотела жить, считая себя последней сволочью, которая недостойна ходить по земле. Но сейчас в глубине души я мечтала быть с Сергеем, хотела любви и счастья. Но он не знал кто я, и думаю, что если бы узнал, то возненавидел бы.

Мои руки по локоть в крови, пускай и подонков, но это не меняло мою черную душу. Зачем нормальному мужику убийца, которая кромсала его арестантов? И самое главное, зачем ему женщина, которая не сможет родить детей? НИКОГДА… Он будет винить меня, а потом презирать. Не лучше ли сразу оставить все на своих местах?

Я все решила, но почему же моя душа плакала, и сердце обливалось кровью? Хотелось выть громко и сильно, оглушать своей болью тех, кто рядом, чтобы не подходили.

Звук сообщения прервал мои мысли, и я взяла телефон. Интересно, кто прислал смс? Ведь моих данных нет ни у кого, лишь у программиста-хакера, который со мной всегда на связи. Открыла сообщение и в шоке уставилась на агрессивное послание:

«Ты сгниешь в подвале от ужаса того, что я совершу с твоей парой. Око за око, зуб за зуб. Бойся нашей встречи, Немезида».

Я в недоумении смотрела на сообщение и пыталась понять, что это за фигня? Чью я убила пару, что эта особа такую горячую записку мне послала? Я никогда не убивала невиновных, только монстров. Значит, подружка монстра еще хлеще своей пары. Как она вышла на меня? Откуда у нее мой номер? Как узнала про Сергея? Что за дерьмо?!

Я ходила взад-вперед, думая о послании, прикидывая в голове защиту Сергея. Да что же я за проклятье такое, раз опять любимому человеку угрожала смерть из-за меня? Нужно убедиться, что с ним все хорошо.

Нажала вызов номера Сергея, но он не отвечал. Я попыталась еще раз шесть, но результат тот же. Позвонила Вадиму, в трубке раздался его недовольный голос:

— Слушаю тебя, Мария.

— Вадимочка, миленький, скажи, а где Сереженька? — пролепетала я отвратительным голосом Марии.

— Он на склад поехал. Там у него важная встреча.

Меня как будто током шарахнуло. Хотелось заорать на него, какого хрена он отпустил брата на какой-то неизвестный склад.

— А это не опасно? — задала я тупой вопрос.

— Не говори глупостей, он командир спецгрупп.

— Ой, правда. А я и забыла совсем. А на какой склад он поехал, не подскажешь? А то он мне очень нужен, — сказала я, направляя волну принуждения.

Вадим несколько секунд молчал, потом произнес точный адрес и объяснил, как проехать.

Я быстро надела черные джинсы и первую попавшуюся футболку, галопом выбежала из дома, прихватив с собой только сотовый и ключи от дома. Чем дальше от города и ближе к складу, тем сильнее меня трясло от переживаний.

«Святая Жрица, только не позволяй какой-то сучке убить Сергея. Я умоляю. Ты и так меня за что-то наказываешь, но сейчас пощади. Не нужно так с ним. Я на все пойду, чтобы он жил. Только дай мне шанс».

Наконец я подъехала к зданию, где раньше был пивзавод «Оша», но вскоре он обанкротился, и теперь одиноко стоял у дороги рядом с селом Азово. Я достала из потайного отдела пистолет, вылезла из машины, закрыла ее и пошла к воротам. Дверь была распахнута, значит, меня с нетерпением ждали.

Когда зашла в помещение, совершенно ничего не почувствовала. Ничего. Хотя что-то мешало мне сконцентрироваться и чувствовать происходящее. Прошла по огромному коридору и поднялась по лестнице на второй этаж, потом на третий. Остановилась на полпути и заставила себя не двигаться. Да, заставила, так как по-другому это не назовешь. Меня будто тянуло на третий этаж неведомой силой. Схватилась за лестницу и стала анализировать свои действия. Точно, меня кто-то заставлял идти. Сильная виена. Вот это я опростоволосилась. Вот черт.

Вдруг раздались автоматная очередь и волчий вой. Меня всю передернуло от страха. Сергей… Я сорвалась с места и по лестнице бросилась туда, откуда слышались звуки. Уже подбегая к двери и хватаясь за ручку, поняла, что это не настоящий вой, а галлюцинация. Я стала резко закрывать дверь, но тут невидимая сила схватила меня за волосы. Что-то ударило по лицу, и эта проклятущая дверь открылась. Что бы за ней ни было, мне это не понравится. Я сконцентрировалась и изо всей силы врезала в область живота предполагаемой женщины, рассчитывая по рукам, где должно быть ее тело.

Раздался пронзительный вопль. Я вновь ударила женщину в живот. Но тут вышло непредвиденное: со стороны спины на меня обрушили что-то огромное и тяжелое, от чего я упала на пол. Только попыталась встать, как меня чем-то ударили по голове. Последним, что я услышала перед тем как потерять сознание, был женский недовольный голос.

— Я же тебе говорила, что с этой сукой в одиночку ты не справишься. А вместе мы — несокрушимая сила.

— И теперь эта зараза получит сполна… — засмеялась вторая девушка, видимо, пара того, кого я убила.

ГЛАВА 8

Резко выплеснутая в лицо вода заставила меня прийти в себя. Я сидела в одном нижнем белье со связанными руками и ногами, а моя одежда небрежно валялась в конце комнаты. Я посмотрела по сторонам и чуть охрипшим голосом произнесла:

— Трусливые курицы…

— Нет, мы не боимся, — гордо сказала сильная виена.

— Боитесь. Ну что же, я жду соплей и рыданий над фотографией твоей пары. Надеюсь, ты принесла фото, чтобы я посмотрела на него? И тогда я бы смогла в подробностях рассказать, за что его убила и как именно это сделала.

— Сука! — завизжал голос, и меня ударили по щеке, задевая губы.

Пошла кровь, я почувствовала ее во рту.

— Ой, какая крутая, связанную бьет. Ты развяжи, а потом и поговорим.

— Да я, да я… — сказала она и, убирая свою невидимость, стала пытаться разрезать узлы.

— Ты совсем дура, что ли? Ты что творишь, Жанна? — крикнула другая и стала отпихивать ее от меня.

Мгновение, и вторая виена тоже убрала невидимость. Ну что сказать? Какие-то готы: черные волосы, черные глаза и губы в черной помаде. Страшненькие, во всем черном, полуголые, в длинных черных сапогах.

— Девочки, а вы, случаем, не лесбиянки? А то как-то даже неудобно на вас смотреть. Или вы проститутки? Поражаюсь всегда соплячкам малолетним, которые наденут ботфорты и мини-юбку с лифчиком, и все, красавицы. А вы плюс к этому еще и готы. Вы себя в зеркало видели? Между прочим, в ваши годы…

— Ты что несешь, больная? Нам по двадцать два, — завизжала мстительница своего мужа.

— О Боже, правда? А я думала, минимум тридцатник с такой-то штукатуркой на морде.

— Ты на себя посмотри, сука, — зарычала сестра мстительницы.

— Я не такая, я жду трамвая, — с улыбкой сказала я, посылая иллюзию гремучих змей и сильный барабанный звук.

Та, что Жанна, стала орать и пятиться в мою сторону, а другая терла себе виски, стараясь убрать мой подарок из головы. Удар связанными ногами по кричащей идиотке свалил ее с ног, и из ее рук выпал ножик на пол рядом со мной. Я повалилась телом так, чтобы достать нож и разрезать веревку на руках и ногах.

Но как только лезвие стало кромсать веревки, мое горло сжали сильные руки. На тело навалилась тяжелая туша виены. В шею воткнули осколок жиды.

Жида — трава-наркотик, которая вызывала галлюцинации и ослабляла организм до состояния безвольного существа. На стеклянный осколок наносили отвар жиды, через некоторое время после охлаждения она прилипала и пропитывала его. Человек все понимал, но не мог двигать частями тела, хотя мог говорить. И через несколько минут эта дрянь начнет распространяться в моей крови.

— Ну нет, не рассчитывай на легкую смерть. Мы тебя целый год вылавливаем, и просто так ты не умрешь. Будешь подыхать долго, сходя с ума от переживаний за свою пару.

— Пошла на х… Корова! И убери свой толстый зад с моего тела! Гиппопотам! — прорычала я в бешенстве.

— Я уже поняла, что ты нас специально выводишь из себя, чтобы в таком состоянии нам свои галлюцинации посылать. Но это не пройдет со мной. Я не зря лучшая в организации «Лураж», чтобы на такое вестись.

— Ой, какая крутая, я уже рыдаю от ужаса.

— Давай кинем ее в шахту, Динара! — в бешенстве крикнула Жанна, с ненавистью глядя на меня.

— Кинем, но сперва порадуем девочку интересной информацией. Ничего не говорит фамилия Кодышин Олег?

— Что-то припоминаю… — прохрипела я, так как дышать стало очень тяжело.

— «Красный бугай» из Красноярска.

— О-о-о, ну конечно, вспомнила. Будьте уверены, что этого педофила я резала с огромным удовольствием, с пожеланиями от семьи убитых им детишек и от меня.

— Сука, ты разрезала его по частям.

— Нет, он сам себя резал, а я только говорила, за что каждый удар.

— Да кто ты такая, чтобы казнить его?

— А кто он такой, чтобы насиловать и убивать детей?

— А ты им кто, мать? — заорала Динара.

— Да что с ней говорить?! Эта тварь так и не поняла, что искалечила мою жизнь.